Возьмём винтовки новые

          Возьмём винтовки новые,
          на штык флажки!
          И с песнею в стрелковые
          пойдём кружки.
          Раз, два! Все в ряд! Вперёд отряд!

          И если двинет армии
          страна моя –
          мы будем санитарами
          во всех боях.
          Ранят в лесу, к своим снесу.

          Бесшумною разведкою –
          тиха нога –
          за камнем и за веткою
          найдём врага.
          Ползу день, ночь моим помочь.

          Блестят винтовки новые,
          на них флажки.
          Мы с песнею в стрелковые
          идём кружки.
          Раз, два! Подряд! Шагай отряд!

             (Песня из к/ф 1940 г. «Тимур
                и его команда».
                Стихи В.В. Маяковского,
                муз. Н.М. Стрельникова).


     Я не стал разбивать стих на фирменную маяковскую «лесенку», потому что:

                «Пол-
                зу
                день,
                ночь
                мо-
                им
                по-
                мочь»

- заняло бы кучу места, из-за чего, вполне вероятно, стихотворение что-то и потеряло в плане ритма.
     С другой стороны, есть мнение, что «лесенка» была задумана поэтом не так для ритма, как для гонорара, ибо «агитатору, горлану и главарю» платили построчно. Этот новаторский приём привёл к тому, что, если Александр Иванович Корейко в «Геркулесе» получал 46 рублей в месяц, то Владимир Маяковский в «Правде» и «Известиях» – 1000.
     Но это не наше собачье дело, так как Поэты революции тоже люди и имеют право купить своей Музе в Париже автомобиль Renault NN, носить парижские же рубашки, американские галстуки, немецкие костюмы и ботиночки J.M. Weston, а не только жёлтую кофту юности – это ветхое, как сказал бы  Пушкин, рубище Певца.
     Впрочем, дело совершенно не во вкусах «бунтаря-новатора», а в том, что сначала я испугался, прочтя в Google, что «Возьмём винтовки новые» написано Владимиром Владимировичем в 1930 году, в котором, как известно, произошло ужасное… сами знаете что. У меня мелькнула мысль, а не стало ли это стихотворение последней, решающей каплей, приведшей к роковому финалу наряду с другими, более мелкими факторами, вроде «разбитой лодки»?
     Но потом, захотев уточнить дату написания, я, в другом месте Google с облегчением узнал, что ничего подобного не было и стих написан ещё в 1927-м для «Пионерской правды». «Пионерская правда» якобы попросила Владимира Владимировича побаловать советскую ребятню своим пером, и поэт якобы взял, да и написал для детишек этот стишок.
     А в том, первом, месте у Google, наоборот, говорили, что «Возьмём винтовки новые» написано Маяковским не в 27-м, а в 1930-м, и не для пионеров, а для спектакля «Четыре миллиона авторов» в ленинградском ТЮЗе, «став образцом его «деткоровской» и агитационной поэзии».
     Сбитый с толку этими реалистическими деталями, я и поверил, что стихотворение написано чуть ли не накануне… сами знаете чего. Чудилось мне: глухая ночь, луна-фонарь, пустой, казённый номер «Англетера»… То есть, не номер «Англетера», а «комнатёнка-лодочка» в Лубянском проезде. … Владимир Владимирович в депрессии, как это свойственно любому гению. Мысль его скользит, царапаясь и цепляясь, пытаясь найти хоть малейший повод жить дальше. Вдруг взгляд Маяковского падает на злосчастную «Пионерскую правду»… «Возьмём винтовки новые!» - горько хохочет он. Целая буря, ураган проносятся в душе у поэта, и – гремит роковой пистолет!..
     Но, поскольку выяснилось, что это была всего лишь путаница в Google, то «Возьмём винтовки», эта ужасная песнь детей-фанатиков оказалась совершенно ни при чём, разве что опосредованно, в накопительном плане.
     Скорее всего, это всё-таки Лиля Брик довела своего Щена до ручки. А если не Лиля виновата, то Татьяна Яковлева из Парижа. Или та, последняя, Вероника Полонская из МХТ. Или вообще рука ОГПУ.
     Зато песня-то – не умерла! Наоборот, пережила столетие! Можете послушать в Googlе, если захотите, как её снова тимуровцы поют.


         2026 г.