Обманутые Крымом. Глава 41. Диспут с неформалами

Идет сессия, а сейчас самоподготовка. Сегодня был экзамен, до следующего еще три дня, поэтому все отдыхают и ничего не делают. Вернее, кто читает художественную литературу, кто ест, кто спит, но к предстоящему экзамену не готовится никто.
– Зона, – допытывается Лео, его командир отделения, который стоял во время экзамена в наряде по роте, – ты как умудрился двойку-то схлопотать?
– А он упорно молчал на экзамене, – объясняет Веня, оторвавшись от чтения письма, – прямо как подпольщик на допросе в гестапо.
Веня кривит душой, на самом деле Зона на экзамене виртуозно изворачивался, но двойку все равно получил.
– Веня, отстань и не лезь не в свое дело, – недовольно говорит Зона. – Тебе, наверное, когда ты покинешь этот мир, гроб сделают квадратный, такой: два на два метра.
– На кой ляд? То есть, это еще зачем? – от неожиданности вытаращил глаза Веня.
– Чтобы ты мог там при желании и поперек лечь, – смеется Зона.
– Точно, Веня, – поддержал шутку Лео, – окопы теперь тоже будешь рыть для себя квадратные!
Бао очень хочет в увольнение и донимает «замка» своими приставаниями.
– Сергей, ну отпусти, а? Я ведь отец почти двух детей.
– А твоя жена об этом знает? – лениво уточняет «замок». – Гляди, а то я спрошу у нее! И перестань играть в пинг-понг. Вытащи руки из карманов!
Бао понял, что ничего у него не выйдет и уткнулся носом в книжку. Ровно через пять минут он уже спал крепким сном. Удивительная способность у Алеши – спать, только в книгу глянет, и сразу глаза соловеют, и он засыпает. Голова опускается, носом касается книги, автоматически заваливается в сторону, и ложится на щеку. Он умудрялся засыпать даже во время отжиманий в упоре лежа.
– Толик, – шепчет КорС, – ты в театр ходил? На «Мастера и Маргариту»?
– Ходить-то, я ходил, но замполит что-то перепутал, там шла «Сестра Керри» по Драйзеру.
– И как? Ты ведь, если я не ошибаюсь, недели две назад закончил ее читать?
– Угу. Не понравилось дико. Представляешь, юную Керри играла их театральная примадонна, которая уверенно приближается к пятидесяти.
– С какой стороны?
– И по комплекции она примерно, как ты. Два парня вынесли ее на плечах, а у самих под ее весом ноги подгибались, как колеса у «Татры». В общем, я даже не досмотрел до конца – не смог. Теперь такое отвращение испытываю, что не знаю, захочу ли еще когда-нибудь снова сходить в театр.
– Да ну?
– Вот тебе и ну.
– Нет, о том, насколько понимает театр каждый и всякий, – рассудительно говорит Лео, – можно спорить бесконечно. Но чтобы вот так сразу заявлять – никогда? Это, по-моему, перебор.
Тут в аудиторию торопливо вошел дневальный по роте.
– Окончить самоподготовку. Всем на плац, срочно!
На плацу офицеры из строя училища вывели всех курсантов, кто выше 170 сантиметров ростом, потом обратно в общий строй отправили худых. Я попал в число тех, кого вывели из строя, а остальных снова отправили на самоподготовку. Нам приказали переодеться в парадную форму для строя и снова построиться на плацу.
Выяснилось, что мы призваны принять участие в диспуте с представителями неформальных молодежных организаций – панками, рокерами, металлистами и прочими. Даже два нациста были в кожаных пальто и с флагами со свастикой. Все они с нетерпением ждали диспут с курсантами из высшего военно-политического училища.
КорС от перспективы проучить неформалов не сдержался и даже прослезился от радости. Но когда мы дружными рядами и колоннами вошли в зал и разместились на указанных рядах, «неформалы» без труда прочитали у нас на лицах один вопрос: «Ну, когда уже начнется драка?»
В общем, диспут не удался. Драки, правда, тоже не было, а жаль. Несколько панков пытались что-то рассказать со сцены о своих обидах на курсантов, но как-то не очень уверенно. Нацисты помахали своими флагами, но флаги у них отобрали сами устроители диспута – работники обкома комсомола.
«Неформалы» оценили рост, сложение и количество курсантов, и не решились начать серьезный диспут с нами. В общем, первый опыт демократического общения политических противников в Симферополе прошел незаметно и без видимых результатов.
– Чуть не попали в исторический эпос о перестройке, – говорит Журавлев после нашего возвращения в училище.
– Опус? – смеется Веня. – Что, драки не было? А Иванов?
– Толик был, как никогда, робок, тих и неприметен.
– Не может быть! – удивился Веня, – а я-то уже настроился ничему не удивляться! Подумать только, Иванов уклонился от хорошей потасовки. Иванов, как так?
– Неясные задания невозможно четко исполнять, – включился в разговор Лео, – а нам не разрешили сразу бить, а потом было вроде как бы и не за что.
– Симона у нас из прежнего бесшабашного парня превратился в размазню, поражая этим абсолютно всех, – смеется Королев, но на его шутку никто никак не реагирует, в том числе и я, так что, не дождавшись никакой реакции, Королев умолк.
– Да! – вспомнил Веня. – А у нас для вас есть сюрприз!
И не просто сюрприз, а можно сказать, во взводе общая, так сказать, коллективная радость – пришло письмо от Нуралиева, нашего бывшего курсанта, отчислившего из училища год назад. Подумать только, уже целый год мы без Чингиза! А вот и само это письмо.
«Здравствуйте, друзья! Извините, что не объяснил причины отчисления из училища: я суеверный и боялся сглазить. И что долго не писал вам, тоже извините. Теперь могу вам рассказать, почему я так поступил. Семья у меня большая – нас, детей, тринадцать, а родители – просто пастухи в горах. Учиться – денег нет, да и на работу у нас здесь не так-то легко устроиться. Вот мы и решили попробовать в военно-политическое училище, ведь «национальных кадров» охотно берут!
Без преувеличения скажу, что послушать письмо собрались в полном составе наши третий и четвертый взвода, да еще и любопытные из других взводов.
– Зато я совершенно бесплатно получил водительские права, и даже удостоверение киномеханика! Теперь я работаю одновременно и водителем и киномехаником кинопередвижки. Езжу по горным аулам и показываю кино. Хорошо зарабатываю и помогаю семье. Пока не женился. Пишите мне, пожалуйста. Очень скучаю. Я не собирался становиться офицером, но, пожалуй, смог бы. Возможно, когда-нибудь буду жалеть о том, что не стал военным. А с вами я сроднился, и мне вас не хватает. Часто-часто пересматриваю наши фотографии.… Как вы там? Напишите.… Приезжайте ко мне в Киргизию».
– Да, – только крякнул Королев, прочтя письмо, – умно, не правда ли? Ну, да пусть ему будет хорошо, раз он так решил.
– Когда? – шутит Лео. – Когда мы уже поедем в Киргизию?