Второй курс

Началась новая – семейная жизнь. Мы сняли небольшую комнатку в пристрое частного дома напротив аэропорта. Наши хоромы вмещали квадратов шесть или семь, но по тем временам они нас устраивали. Диван-кровать, стол, шифоньер, небольшая плита для отопления и приготовления пищи. Зимой углы промерзали, но протапливали плиту, и она быстро прогревала наше жилище. Началась, как говорят – притирка, которая не всегда заканчивалась мирными переговорами сразу. Но оставим семейную жизнь за кадром.
На втором курсе меня выбрали в комитет комсомола института, а позже заместителем председателя СНТО (студенческое научно-техническое общество) и это стало отнимать дополнительное время с повышением ответственности. На первом курсе, чтобы не ходить на физкультуру, я с двумя нашими ребятами записался в секцию тяжёлой атлетики, таскать железо мне было как-то больше по душе. Сразу показал хорошие результаты, и тренер предложил серьёзно заняться тренировкой и, хотя тратить на них ежедневно время в мои планы не входило, но немного подумав, согласился. К сожалению, повышенная нагрузка для меня вылезала боком. Хотя поначалу не придавал этому значения. Но на втором курсе начались головные боли и давление поползло в гору. По началу, я надеялся, что все пройдёт само собой, но ситуация только усугублялась. Однажды, когда в очередной раз заявился в медпункт, заведующая уже вычислила, про мои занятия тяжёлой атлетикой и категорично заявила, что заниматься мне этим запрещает и оповестит тренера. Я был немного ошарашен и думал, что предпринять. Она выпытывала – было ли такое раньше, когда началось или только сейчас проявилось. Я рассказал про детство, как меня напугали, случай в армии. Про проблемы с памятью, потому что уже и сам подумывал провериться на этот счёт. Сдерживало только то, что не любил ходить по этим заведениям. Но всё-таки упросил её тренеру не сообщать. Пообещав, что сам откажусь от усиленных тренировок, и не буду перегружаться на обычных занятиях, дав ей слово. Пришлось исполнить, хотя перед тренером было не удобно. Она выписала направления в городские поликлиники. Но я только потерял массу времени, так ничего и не добившись. С улыбающейся физиономией меня с моими проблемами всерьёз никто не принимал. Заведующая прониклась ко мне, понимая, что не блефую и что для меня это действительно очень серьёзно и даже предложила академ. Я, не думая, отказался: отдыхать было некогда. Таблетки, назначенные от давления, почти не давали ожидаемого эффекта, назначались более сильные, но и от них какой-то минимальный эффект был только в самом начале. Принимать всё более сильные я попросту перестал, организм отказывался их глотать, а мои мозги не видели в этом смысла, чтобы окончательно не увязнуть в болоте этих лекарств. Хотя врача в данное не посвящал: решил искать способ избавиться от данной проблемы без лекарств, чисто интуитивно ощущая, что они для решения данной задачи – не совсем удачный помощник. Рекомендаций в то время было не так уж много, и я выбрал бег трусцой. Бегал утром по три-пять километров, а то и больше. И этим занимался всю учёбу, иногда бросал, но начинал снова, принуждая себя, хотя желаемого эффекта не наблюдалось. К тому же вставать приходилось на час раньше и это сказывалось на сне. Восполнить недосып пытался при любом подходящем случае, особенно в транспорте, благо армейская привычка здесь помогала. Да если честно, не столько волновало давление, сколько потеря памяти, особенно зрительной. Достаточно замечательным образом это регулярно проявлялось в магазине. Заняв очередь в гастрономе, поскольку такое явление в советские времена стало нормой, запоминая за кем занимал, по каким-то элементам одежды, такого-то цвета, по лицам уже не надеялся запомнить, уходил к кассе чтобы выбить чек, но, когда возвращался в очередь, напрочь забывал за кем стоял. Было и немало других случаев, просто этот повторялся чаще и это стало перерастать в страх, что естественно только усугубляло ситуацию. Делиться данным с кем-то было не удобно, и эти случаи замалчивал. Насколько сейчас понимаю – почему не помогал бег – я не убеждал себя в правильности этого решения и не испытывал позитивного эмоционального настроя, а получалось попросту принуждение, потому что бегать не любил. А любое принуждение с отрицательными эмоциями приводит в итоге к отрицательному результату, что и происходило.
Предметы на втором курсе я уже все подтянул и троек у меня не было. Оказалось, если не запускаешь и не пускаешь на авось, всё становится намного проще и понятней. Не зря говорят: «Не так страшен черт, как его малюют». Что касается этого чёрта в виде сопромата, то все три экзамена по нему сдал на пять. И как в студенческих кругах говорили: «Сдал сопромат – можно жениться». Но с этим делом я опередил.
Рождение нашего первенца совпало со сдачей моего экзамена по немецкому языку. Сейчас не помню по какой причине, сдавал я один. Погода в этот день получилась прохладной, а в аудитории было еще прохладней, судя по реакции преподавателя, так-как я этого не замечал, хотя был в белой нейлоновой рубашке. Она же пришла в свитере и куталась в пуховый платок, но и при этом замерзала и поэтому, пока готовился, женщина покинула аудиторию, чтобы погреться. Списывать мне все-равно было не с чего, да и нечего. Поэтому она без зазрения совести удалилась. Когда преподаватель появилась, спросив – готов ли отвечать, по времени меня не ограничивала, и я попросил еще минут десять. В итоге объявила, что поставить пятерку мне не может, так как допустил ряд пусть и не существенных ошибок. Хотя на такой расклад я даже в мечтах не претендовал и четверка для меня сверх ожидаемого.
Моя мечта по переводу в Омский политехнический институт стояла под большим вопросом: была уже семья. Это ставило в определённые рамки. На всякий случай все-таки решил сделать запрос. И когда пришёл ответ, мечта отпала окончательно: потому что нужно было пересдать большую часть экзаменов за два курса. Такой расклад выбил меня из желаемой колеи безо всяких сомнений. Пришлось похоронить свою мечту. Но похороны полностью не удались: заниматься электроникой мне никто не запрещал.