Рассказ Рисунки Глеба Эпилог

Прошедшие годы умеют делать странные вещи. Они стирают лица из памяти, меняют историю, превращают знакомые места в чужие. То, что однажды казалось вечным, становится старой фотографией, пожелтевшим письмом или строчкой в книге.
Но иногда в истории остаётся что-то простое, детский рисунок или сказка, написанные от всего сердца. Несколько неровных линий, сделанных рукой мальчика, решившего однажды ободрить и рассмешить своих друзей.
Глеб Боткин задумчиво сидел за столом в своём доме в Америке, держа в руках старую папку. Бумага за эти годы изменилась, как и он сам. Она постарела, краски стали немного бледнее, уголки листов потрепались и загнулись. Но он всё ещё помнил каждую страницу.
Здесь был медведь-царь, а там лошади, львы и обезьяны. А вот и смешной придворный зверь, считавший себя самым важным для своего маленького королевства.
На этих страницах была та самая сказка о смуте, революции и надежде, которую он когда-то писал для детей в Тобольске. Глеб бережно провёл пальцами по краю листа.
Он прожил долгую жизнь и повидал разные страны. Видел людей, которые меняли убеждения под тяжестью перенесённых лишений. Видел, как одни и те же события одни называли преступлением, а другие героическими изменениями
Но для него история начиналась не с политики, а с выражения лиц. Лица Ольги, которая чаще других пыталась понять смысл происходящего или Татьяны, всегда такой спокойной и собранной. Марии, которая умела видеть добро даже в тех людях, которые его не заслуживали. И  Алексея, который слишком рано узнал, что такое боль. Но прежде всего с Анастасии, которая смеялась громче всех и всегда переделывала его сказки. Он много раз спрашивал себя, почему именно эти воспоминания остались с ним на всю жизнь? Почему спустя десятилетия он всё ещё видел перед собой не дворцы и мундиры, а обычных детей, которые сидят рядом и ждут продолжения смешной сказки?
Может быть, потому что в тот момент они были настоящими. Не фигурами истории, а просто обычными детьми...
Он вспомнил тот последний вечер, когда Анастасия держала его рисунки. Как она смеялась над нелепыми зверями и верила, что у сказки обязательно будет продолжение. Глеб закрыл глаза. За все эти годы он слышал множество мнений. Многие его друзья говорили ему, что он ошибается и смеялись над его верой. Называли его упрямым или сумасшедшим. Но никто из них не стоял тогда рядом с Анастасией. Никто не слышал её смех, который он не мог забыть. Причина была не в том, что он хотел доказать что-то миру. Он лишь хотел сказать, что иногда человеческая память остаётся единственным долгом, который человек способен выполнить.
И всю оставшуюся жизнь возвращался к этой сказке, словно пытаясь дописать не только историю Мишки Топтыгинского, но и страницу собственной жизни, которая навсегда осталась незавершённой.
На столе лежала его новая книга. Он писал о любви и красоте. О том, что мир существует не только благодаря силе и власти, но и благодаря способности одного человека заботиться о другом.
Он аккуратно сложил рисунки обратно в папку, но потом остановился и открыл её снова. Казалось, он о чем-то вспомнил. Просмотрел все рисунки и выбрал один из них. На нём был маленький медвежонок, стоящий перед большим лесом. Впереди его ждала неизвестность, а позади — всё то, что он потерял. Глеб долго смотрел на этот рисунок, а потом тихо сказал:
— Ты всё-таки нашел своё утро, мой маленький друг... Место где больше не будет боли и страха.
За окном просыпалась обычная уличная жизнь. Люди спешили по улицам, мечтали и строили свои планы на завтра. Горели огни городских фонарей.

Глеб Боткин умер 15 декабря 1969 года в своём доме в Вирджинии от сердечного приступа. Его похоронили рядом с женой на кладбище Монтичелло в округе Албемарс.
До последних лет он хранил у себя эти рисунки. Для остальных они были лишь страницами детской сказки, а для него — памятью о тех, кто так ждал продолжения...