Гулы

Сашка бродил по колхозной конторе и требовал денег. Его вызвал к себе директор колхоза.
- Почему не на работе, а праздно болтаешься по конторе? – сурово спросил Михаил Иванович Сашку.
- Отец помер. Дайте денег.
- Справку принес?
-Какую справку?
- О смерти, конечно! Как я тебе дам денег без надлежащего документа?
Сашка пожал плечами и вышел из конторы понурый. Подумал немного, почесал затылок, махнул рукой и зашагал неуверенной походкой в медпункт.
Народу в медпункте было немного, что очень сильно устраивало Сашку.
- Юль Васильевна, отец помер.
- Да что ты, Саня! Когда?
- Сегодня. Справка нужна, без неё директор денег не даёт.
- Справку теперь можно только в амбулатории сделать, я уже не пишу справки. Погоди, позвоню им.
Юлия Васильевна подошла к телефону, набрала короткий номер: 1-36 (тогда в деревне не надо было набирать все цифры, на местные телефоны можно было звонить короткими номерами), слушая длинные гудки, не забывала поглядывать за Сашкой, так как товарищ этот был весьма ненадёжный и запросто мог свистнуть со стола бутылочку со спиртом.  Пусть и было там немного, но всё же чистый медицинский.
- Амбулатория слушает. – наконец-то раздалось в трубке.
- Девочки, здравствуйте! Юлия Васильевна вас беспокоит с медпункта. Тут у меня Саша Ильин сидит, говорит отец помер. Справка ему нужна.
- Констатировали?
- Нет. Я ещё не ходила.
- Сходите, констатируйте, потом перезвоните нам.
- Хорошо.
Фельдшер положила трубку и повернулась к Сашке.
- Саша, давай ты ко мне через часик подойдёшь. Мне нужно сходить к нему, потом придёшь, я позвоню и выпишут тебе справку. Дойдёшь до амбулатории сам?
- Деньги нужны, дойду.
Развернулся Саня, вышел с медпункта и также неуверенной походкой побрёл по деревне.
Юлия Васильевна женщина уже в возрасте. Ходила плохо, поэтому старалась далеко не ходить. А до отца Ильина идти было не близко. Она вновь подошла к телефону и набрала другой номер.
- Мань, здравствуй. Ты до Гулы (так в деревне называли отца Сашки Ильина) не дойдешь?
- А что с ним? Вчерася видала. С Сашкой со своим пьяный по деревне шастал.
- Сашка только что у меня был, сказал, что помер отец.
 - Гулы помер? Неудивительно! Как жена померла он не просыхал!
- Так сходишь, Мань?
- Конечно схожу, перезвоню тебе.
Маня – соседка Ильина старшего. Поговорив с фельдшером, она, недолго думая, накинула фуфайку, надела галоши резиновые, взяла свою палку и поковыляла к соседу. Сначала она очень долго пыталась достучаться до него.  Тарабанила палкой по стенам дома, по наличникам оконным, по входной двери. В доме – тишина, никто не ответил Мане.
«Видно, правда помер, раз молчит. Вся деревня слышит, как стучу, а он не отвечает.» - подумала Марья Ивановна (баба Маня).
Но, чтобы подругу не подводит, решила зайти в дом.
Зашла. В доме холод собачий. Печка не топлена. По всюду грязь, да пустые бутылки.
- Гулы! Ты дома? —зычно спросила баба Маня.
А в ответ тишина…
Маня стала осматривать дом.
- Куда же запропастился, пень старый? – спросила она в голос, - Нигде тебя и не видно. Может ты на печке?
Марья Ивановна подошла к русской печке и стала стучать палкой, никто ей не ответил.
- Гулы, ты тут?
Тишина.
Баба Маня вздохнула глубоко встала на лавку и раскрыла подшторины на русской печи. На печи лежала какая-то грязная куча белья и в этой куче, свернувшись калачиком лежал Гулы.  Она его подторкала своей клюкой, при этом непрестанно повторяла: «Гулы… Гулы»
Не откликнулся Гулы, не пошевелился. Как лежал калачиком, так и продолжал лежать.
Марья Ивановна вернулась домой. Позвонила подруге в медпункт.
- Точно помер Гулы, Юля Васильевна. Сама лично видела его. Лежит на печке, калачиком, видно замёрз. Я его палкой подторкала он не откликнулся. Помер Гулы. Забрала его Зойка с собой.
Юлия Васильевна снова позвонила в амбулаторию, подтвердила, что смерть констатирована, чтобы приготовили справку о смерти.
Через час пришёл Сашка, она ему велела идти в амбулаторию за справкой.
Справка взята. Деньги получены и Сашка пошёл пропивать эти деньги. О том, что умер Гулы уже вся деревня знала. Сашке сочувствовали и качали вслед головой.
Ночь. Деревня спит. Ничто не нарушит покой. Алексей Алексеевич (второй сосед Ильина старшего) тоже спал безмятежно. Среди ночной тишины раздался стук в окно. Настойчиво так. Алексей Алексеевич, аж, подскочил от неожиданности, никто к нему ночью никогда не стучал в окно.
- Ты кто? – спросил он.
- Кто-кто… Гулы! Сосед твой! Замёрз я, дай денег в долг. Выпью – согреюсь.
У Алексея Алексеевича сердце готово выпрыгнуть из груди, на лбу пот, рук-ноги трясутся, голос дрожит…
- Так ты же помер!
- Как помер?
- Натурально! Сашка и деньги смертные получил и пропил уж, наверняка.
- Я – не помер.  Я это, я! Сосед, дай денег.
Сосед перекрестился, но денег дал, от греха подальше.
Наутро вся деревня гудела о «волшебном воскрешении новоявленного покойника».
Взбучку получили все: медпункт - за то, что не пошла сама осматривать; амбулатория – за то, что не проверила факты; главврач – за то, что подписал такой важный документ.
Ровно три дня все стояли на ушах.
Через три дня Сашка пришёл в медпункт.
- Юль Васильевна, отец помер


Надо сказать, что в этот раз, он, действительно умер. На его констатацию сначала пришла Юлия Васильевна, потом фельдшер из амбулатории, потом главный врач лично посетил покойника и напоследок, вечером, приехала скорая, чтобы, уж точно, покойник больше не оживал.