Пушкин. Портрет секунданта К. Данзаса

(сериал Эпитомы пушкинистики)

Из 29 выпускников первого лицейского курса Пушкин по успехам в науках был 19-ым.
Оказалось, что его тетради сохранили образ и  первого из первых, обошедшего даже будущего канцлера Александра Горчакова, и «последнего из последних».
С Данзасом (1800–1870), своим секундантом на последнем поединке, Пушкин вновь встретился в Кишиневе, в 1821-м. Там и был сделан карандашный портрет поручика пионерного батальона Константина Карловича Данзаса.
Большой, косолапый, рыжий, он словно бы поклялся оправдать лицейское свое прозвище – Медведь.
Декабрист Н. И. Лорер вспоминал: «Подобной храбрости и хладнокровия, каким обладал Данзас, мне не случалось встречать в людях, несмотря на мою долговременную военную службу… Бывало, с своей подвязанной рукой стоит он на возвышении, открытый граду пуль, которые, как шмели, жужжат и прыгают возле него, а он говорит остроты, сыплет каламбуры… Ему кто-то заметил, что напрасно стоит на самом опасном месте, а он отвечал: “Я сам это вижу, но лень сойти…”»

Его портрет появляется на карандашном черновике недописанных стихов (между 13 июня и 1 ноября 1823):

Бывало в сладком ослепленье
Я верил избранным душам,
Я мнил – их тайное рожденье
Угодно властным небесам…

К «избранным душам», будущим декабристам, на которые, как казалось по юности, указывало народное (так в черновике) мненье, Данзас не относился. Но в 1823-м Пушкин разочаровался в «избранных». И противопоставил им лицейского друга.

Через тринадцать лет умирающий поэт обратится к близким:
«Просите за Данзаса. Он мне брат».

За участие в поединке военный суд приговорил подполковника Данзаса к повешенью, но казнь заменили двухмесячной отсидкой в Петропавловской крепости.

В те дни Софья Николаевна Карамзина писала брату Андрею:
«Как трогателен секундант Пушкина, его друг и лицейский товарищ полковник (даме простительно не различать воинских званий – А. Ч.) Данзас, прозванный в армии “Храбрым Данзасом”, сам раненный, с рукой на перевязи, с мокрым от слез лицом, он говорил о Пушкине с чисто женской нежностью, нисколько не думая об ожидающем его наказании, и благословлял государя за данное ему милостивое позволение не покидать друга в последние минуты его жизни и его несчастную жену в первые дни ее несказанного горя».

***
Истопник:
Чернов А. Ю. О свободе и лицейском братстве
Читаем рисунки Пушкина: Куницын, Вольховский, Данзас, Корсаков

PS
Смотрю на портрет Данзаса и меня терзают смутные сомнения и оторопьные подозрения:
- К.Д. – потомок эльзасского прокурора … земляк д-Антеса
- Е.Д. - Егор Дантес – избранный Пушкиным его палач – потомок эльзасского барона и оружейника
- О.А.(виконт Оливье д-Аршиак) – сек Егорки, это его эльзасский же кузен …

В темной зимней роще в тире по колено в снегу за Черной речкой СПб Пушкин стоял один против трех эльзассцев!

И вы думаете дуэль на пистолетах была!? 
Да вы чо!? 
Не надо, фрэры и сёры, ей богу, жевать одну ибогу …

Эх, брат… браток, братишка Костя
По башке тебя бы тростью ..
Что ж ты натворил то ночью … 
будто ты братан у медведей хули ган

PS2
Помните Медведя во Сне Татьяны?
Так то Данзас,  мои смутьяны!

PS3
Смотрю на портрет К.К. Данзаса  пера АС Пушкина
Такой станет секом хоть у черта, хоть у дьявола, хоть у господа нашего Творца …