Чары делиноры 10

                ДОРОГА  ДОМОЙ

Возвратившись после насыщенного дня домой, Мильтония стала обдумывать план своего
 отъезда. Самым трудным было написание писем, в которых нужно было изложить причину тайного бегства и как-то смягчить причиняемую боль словами благодарности и заверениями в любви. Хотя она ясно понимала, что это будет малым утешением для всей семьи. Было также совершенно ясно, что, открыв свои планы, она получит категоричный отказ. Все её доводы сочтут фантастическими и будут правы, ибо она и сама не уверена в благополучном исходе дел. Поскольку предсказанное в пещере говорит о её будущем, то она уже не намерена отступать. Слишком многое теперь зависит от её поступков, и, кроме того, кто её осудит за желание увидеть своих мать и отца...
Написав каждому по письму, она отнесла их рассыльному и велела их вручить адресатам через два дня. Теперь времени до отъезда оставалось совсем немного, и она отправилась в охотничий дом, чтобы подготовить своих воспитанников. Собрав всех вместе, Мильтония отправилась с ними в лес. Убедившись, что их никто не видит и не слышит, она рассказала своим любимцам о предстоящем путешествии. Альма, Чара и Лорд были слегка озадачены, их немного пугала неизвестность. Было видно, что им не совсем понятно, зачем такой хороший дом менять на другой, да ещё неизвестно где. Зато Лота и её дети радовались от души, ведь они так долго ждали этого дня.
Оставалось только собрать самое необходимое, что может пригодиться в пути, и уложить всё в сани. Помимо тёплой одежды, в которой она будет в начале пути, Мильтония положила простой дорожный костюм для тёплой погоды. В сумочку для лекарств уложила бинты и лечебную мазь, так как постоянно приходилось лечить собакам лапы. Приготовила также небольшое одеяло для случайной ночёвки. В последнюю очередь привязала к поясу кошелёк с деньгами и маленький кинжал, с которым никогда не расставалась, если отправлялась в лес. Всё было готово для небольшого путешествия, стоило только дождаться рассвета и отправиться в путь.
Нервы были на пределе. Мысли, сменяя друг друга, теснились в голове и не давали спать. Неуёмная фантазия постоянно рисовала всевозможные варианты развития предстоящих событий. Но больше всего мучили угрызения совести. Было так стыдно и так неприятно от сознания того, что она причиняет своим любимым такую боль и ставит их в неловкое положение. Ей постоянно слышались слова порицания. Она ясно представляла огорчённые лица родных...
Вконец измучившись от бессонницы, Мильтония встала с постели, оделась, взяла дорожный мешок и отправилась в псарню. Уложив мешок на заранее приготовленные сани и как следует его закрепив, она пошла на кухню, где быстро позавтракала, а затем приготовила корзинку с провизией для себя и собак. Вернувшись в псарню, Мильтония впрягла собак в упряжку и прикрепила её к саням, после чего они тихонько направились к вольеру с волками. Те уже сидели у изгороди и ждали освобождения. Когда волки были выпущены, все быстро направились к воротам усадьбы, которые Мильтония ещё с вечера оставила открытыми. Ещё одно мгновение, и её жизнь поделилась на до и после...
Заря едва окрасила верхушки деревьев в алый цвет, и снег ещё хранил густой оттенок синевы. Стояла звенящая тишина. Природа была ещё погружена в блаженство предутреннего сна. Дорожное полотно, скованное морозцем, издавало мелодичное поскрипывание от соприкосновения с полозьями. Собаки взяли довольно резвый темп и с лёгкостью тащили за собой сани с хозяйкой, а волки бежали позади, неся дозор. Морозный воздух, пропитанный запахом хвои, наполнял лёгкие и немного пощипывал щёки. Примерно через полчаса алый диск солнца наполовину показался над макушками деревьев, и теперь уже снежное покрывало то тут, то там мерцало огненными всполохами. Лес постепенно просыпался, и первые трели синиц и снегирей прерывались грубым вмешательством сорок. Каждые полчаса природа меняла свои цвета, по мере того как поднималось солнце. Кроме того, по мере приближения к долине температура постепенно повышалась. Мороз сменился лёгкой прохладой, снег отступал. Всё чаще стали появляться прогалины с зелёной травой и подснежниками.
Когда они преодолели половину пути, день был в полном разгаре и опасность встретить волков миновала. Ещё пара часов, и они будут на постоялом дворе, а это значит, что пришла пора расставаться... Мильтония велела собакам остановиться и сказала, что настала пора всем попрощаться. Собаки и волки тёрлись друг об друга и тихонько поскуливали. Перед глазами вдруг пронеслась картина первого дня их встречи, когда обездвиженная Лота, истекая кровью, лежала на снегу. Теперь она, рядом со своим здоровым и взрослым потомством, возвратится в свою стаю. Скорее всего, принцесса больше никогда не увидит этих горячо любимых воспитанников. Слёзы предательскими струйками устремились по щекам к подбородку, обильно орошая меховой воротник. И тут же прибавились горечь расставания с её родными и доселе неведомый страх перед новым будущим.
И собаки и волки моментально заметили, что их хозяйке плохо, и стали принимать срочные меры. Лорд попытался дотянуться до Мильтонии и тут же опрокинул сани. Увидев свою хозяйку на земле, все четвероногие устроили переполох и практически затоптали её ногами. Слёзы тут же уступили место смеху. Собаки запутались в упряжи и беспомощно барахтались, мешая друг другу подняться. Волки кружились вокруг хозяйки и подталкивали её носом, помогая встать, а она лежала и смеялась, пытаясь продлить это последнее весёлое приключение.
Поднявшись на колени, Мильтония поочерёдно обняла волков и махнула им рукой в сторону леса, она не в силах была говорить, ибо слёзы снова подступили к глазам. Волки сорвались с места и побежали к лесу, Мильтония не стала противиться слезам. Она по-прежнему стояла на коленях и смотрела вслед удаляющимся друзьям... И вдруг они все резко остановились и оглянулись. Лота подняла голову вверх и громко завыла, Рей и Вега вторили ей. Они дарили своей спасительнице прощальную песню. Собаки, поначалу застывшие, подхватили прощальную песнь, изливая боль своей утраты... Обессилев от бурных эмоций и изрядно замёрзнув, Мильтония подняла сани, поправила собакам упряжь и, плотнее запахнув одеяло, продолжила путь.
Когда солнце повернуло к закату, все благополучно добрались до постоялого двора. Мильтония сразу распорядилась определить её сани на хранение, а ей приготовить комнату с тёплой ванной и плотным ужином. Собак она провела с собой в номер, хозяйка гостиницы, обратив внимание на перстень девушки, не решилась ей возражать. Приняв ванну и плотно поужинав, принцесса стала обдумывать дальнейшие действия. Правильным было бы заночевать в номере, но а как же тогда она встретит медведя? Раз уж взялась за дело, нужно идти навстречу трудностям.
Приняв непростое решение, Мильтония, взяв с собой дорожный мешок и собак, направилась к лесу. Погода стояла отличная, было совсем тепло, летний костюм вполне соответствовал её походу. Уже практически смеркалось, но лес не был слишком густым, и всё ещё можно было различать тропы, ведущие в Платанию. Минут через двадцать, когда темнота стала стремительно сгущаться, перед Мильтонией неожиданно возник огромный дуб. Она сразу вспомнила его, это именно тот дуб, который она видела в предсказании. Подойдя к нему ближе, она увидела у основания дуба, между корнями, большое углубление, которое природа любезно приготовила для ночлега. Недолго думая, принцесса постелила на мягкий мох одеяло, мешок положила под голову и, намереваясь отдохнуть, дала собакам команду сторожить. Альма приняла решение разместиться вдоль спины своей хозяйки, Чара расположилась спереди, а Лорд занял позицию у ног. В эту ночь Мильтония спала как младенец, ей даже не снились сны.
Проснулась она от разноголосого пения птиц и новых пленительных запахов цветущих кустарников и цветов. Такого разнообразия оттенков зелёного она ещё никогда не видела. Скудное лето в горах не было столь красочным. Сквозь кружевную листву деревьев и кустарников пробивались нежные лучи утреннего солнца, которые многократно отражались в капельках росы. Настроение было отличным, о вчерашнем дне совсем не хотелось думать, все мысли были поглощены будущим. И пусть это будущее было столь призрачным, что она не могла полностью его представить, зато оно зависело только от неё ...
Ход её мыслей прервал протяжный вой, переходивший в рычание. Судя по мощности звука он принадлежал крупному животному. Собаки заняли оборонительную позицию, шерсть на загривках стала дыбом, и они оскалили зубы. Звук постепенно нарастал, было понятно, что встреча со зверем вскоре состоится. Мильтония дала собакам команду сидеть, а сама стала обходить дерево, чтобы иметь возможность рассмотреть приближающуюся угрозу. По звуку было понятно, что зверь не выбирал дорогу, поскольку всё ближе раздавался хруст ломающихся веток. Не прошло и минуты, как из ближайшего кустарника на дорогу вышел большой медведь. Он держал впереди себя лапу, из которой торчала стрела. Выйдя на открытое пространство, медведь сел и, раскачиваясь из стороны в сторону, стал причитать... Мильтония ясно слышала его протяжные стоны, перемежавшиеся со словами отчаяния. Он сетовал на то, что никто не сможет ему помочь. Никто не решится подойти к нему и облегчить его боль... Но его мольбам суждено было быть услышанными. Волей судьбы рядом находилась та, что ведала язык зверей и могла помочь...
Вот и сбываются предсказания мерцающей пещеры... Первая картина — медведь. Мильтония взяла из сумки бинты, мазь и направилась к медведю, собаки следовали за хозяйкой с большим любопытством. Медведь, увидев приближающуюся компанию, поднялся и принялся громко рычать и махать лапами. Он был явно напуган. Но принцесса, в которой он видел угрозу, заговорила с ним, дав ему понять, что она его понимает и собирается помочь. Медведь снова сел и сказал, что его зовут Элинг и он с самого детства носит эту личину. Уже очень много лет он ищет человека, который мог бы его понимать. Мильтония осмотрела его распухшую лапу и сказала, что придётся потерпеть, поскольку необходимо сначала вытащить стрелу, а затем уже приниматься за лечение. Элинг кивал большой головой, его глаза светились радостью. Не дав ему опомниться, Мильтония резко выдернула стрелу и сразу отскочила. Элинг взревел и подскочил от боли, собаки принялись громко лаять. Из раны обильно потекла кровь, и опухоль стала уменьшаться прямо на глазах. Постояв ещё немного, Элинг присел и протянул лапу Мильтонии. Она бережно обмыла её из фляжки для питья, а затем, щедро смазав мазью, забинтовала. Боль постепенно уходила, и у Элинга начали закрываться глаза. Мильтония предложила ему прилечь под деревом и отдохнуть, а она и её друзья будут оберегать его сон. Это предложение он принял с радостью. Устроившись у основания дуба, он попросил свою новую знакомую посидеть около него.
Мильтония присела у его головы и стала гладить его между ушами, постепенно её пальцы перебрались к основанию шеи, и тут она нащупала занозу, которую сразу же ловко извлекла, но в руках оказалась не заноза, а золотая игла, которая в одно мгновение почернела и рассыпалась. С Элингом стало происходить превращение. Он дико взвыл, а затем вскочил и стал вращаться на месте так быстро, что около него образовалось облако пыли. Собаки тут же ретировались на безопасное расстояние. Мильтония недолго думая последовала за ними в ближайшие густые заросли.
Прошло не менее пяти минут, пока стихли все звуки. Любопытство заставило незамедлительно проследовать к дереву, где она увидела мужчину лет сорока, который сжался в комок и прикрывал своё тело её одеялом. Его лица почти не было видно. Оно было покрыто густой бородой, усами и длинными белокурыми волосами. Ярко-голубые глаза смотрели на неё со смущением. Мильтония и сама немало была смущена, но в данной ситуации всё зависело только от неё, и она решила поскорее выяснить, что ей следует предпринять дальше. Для этого она решила поговорить с Элингом.
 – Давайте знакомиться. Меня зовут Мильтония. Я принцесса из северного замка. В данное время я путешествую, пытаясь восполнить пробелы из моего прошлого. Наша встреча, как ни странно, была мне предсказана волшебным озером. Мне предстоит испытание ещё двумя эпизодами, но в данный момент мне бы хотелось понять, как дальше поступить с вами. Есть ли у вас какие-нибудь соображения по этому поводу?
 – Я очень рад нашему знакомству! Вы, наверное, понимаете, что это для меня значит. Вы каким-то совершенно невероятным образом вернули мне жизнь, которой я был лишён по чьей-то злой воле. У меня, как и у вас, очень большие пробелы в прошлом. И поскольку наша встреча была предсказана, то я думаю, что и все события, которые будут происходить в дальнейшем, так или иначе будут взаимосвязаны между собой. Поэтому у меня к вам предложение, давайте путешествовать вместе. Я думаю, что столь юной леди будет гораздо безопаснее и приличнее путешествовать в компании мужчины. Я не ручаюсь за свои манеры, но то, что я смогу помочь в трудную минуту, не должно вызывать сомнений.
 – Вы не лишены здравомыслия, и это радует. Но первое, что мы должны предпринять до нашего увлекательного путешествия, это привести вас в полное соответствие... Работа предстоит большая. В данный момент я отправляюсь в город и приобрету там всё необходимое для вашего преображения, а там уже будем действовать по обстоятельствам. Собаки остаются с вами для защиты, я думаю, что часа за три я управлюсь. Отдыхайте и набирайтесь сил.
Мильтония без промедления отправилась в город. Ещё при входе в город она узнала, как пройти к рыночной площади, где, как правило, находится множество лавок с различными товарами. Зайдя в лавку готового платья, принцесса попросила подобрать полный гардероб для мужчины средней комплекции, включая шляпу и сапоги. Она также указала, что всё должно быть отменного качества и по последней моде, с учётом длительного путешествия. Увидев, что хозяин выражает явное недоверие к её кредитоспособности, Мильтония вытащила из дорожной сумки мешочек с золотом и, раскрыв его, положила на прилавок. Лицо хозяина лавки в одно мгновение пришло в движение, и он начал источать любезности. Когда принцесса протягивала мешочек с золотом, хозяин сразу заметил кольцо с королевским гербом и потому был готов на любые капризы со стороны знатной клиентки. В свою очередь принцесса, увлечённая выбором вещей для Элинга, решила пополнить и свой гардероб, при этом совершенно не стесняя себя в средствах. Радости хозяина не было предела. Он услужливо предлагал самые изысканные наряды из бархата, расшитые серебряной нитью и отделанные кружевами. Хозяин также предлагал запастись в дорогу роскошными плащами, которые были оторочены соболем. К её выбору предоставили большую коллекцию мужских и женских перчаток и носовых платков.
Когда всё выбранное было заботливо упаковано в большие коробки, оказалось, что для транспортировки понадобится карета. Мильтонию данное обстоятельство не смутило. Расплатившись за покупки подаренными на день рождения деньгами, она спросила хозяина, где ей можно нанять карету. Получив исчерпывающий ответ и мальчика для сопровождения, Мильтония решила сразу же переодеться в новый дорожный костюм из серого бархата, который вполне соответствовал её положению. Ей не хотелось вновь попадать в неловкую ситуацию. Подойдя к каретному двору, она решила, что карету стоит купить, поскольку она не могла сообщить, на сколько именно она собирается её нанимать. Своё желание она озвучила хозяину. Он любезно предложил пройти с ней в ангар и осмотреться. Выбор был невелик, всего три кареты. Одна была слишком громоздкой из-за вычурных украшений. Вторая слишком маленькая, пригодная всего лишь для ближних прогулок, а вот третья полностью удовлетворяла и размером и декором.
Быстро сговорившись о цене и произведя расчёт, принцесса обнаружила следующую задачу. Для кареты нужны лошади... Хозяин каретной мастерской любезно предоставил адрес конюшни и попросил своего помощника доставить даму по назначению в его карете. Мильтония постепенно стала осознавать, какую силу имеют деньги. Они почти магически влияют на людей. Владельцы любых заведений становятся гораздо услужливее, а её путешествие – всё более приятным. На конюшне, где её приняли с большим уважением, она отдала предпочтение паре лошадей белой масти. Они были так грациозны и обладали такими роскошными гривами, что она долго не могла оторвать от них восхищённого взгляда. Хозяин конюшни отправил своего помощника с лошадьми, для того чтобы он впряг их в коляску и вернулся за покупательницей.
Когда карета прибыла, нужно было решать, а кто ей будет управлять. Только тут Мильтония поняла, что нанять карету было бы гораздо проще и гораздо дешевле, но отступать было поздно. Видя её замешательство, хозяин ангара предложил ей нанять одного из его работников, который с удовольствием окажет ей такую услугу. Через пять минут перед ней предстал юноша лет восемнадцати, очень приятной наружности и с задорным взглядом. Звали молодого человека Анхель, и, как выяснилось, он очень любил посещать новые места и знакомиться с новыми людьми, поэтому предложение принцессы его очень устраивало. Обговорив условия работы и гонорар, Анхель сразу занял место на козлах в ожидании указаний от его хозяйки.
Первое, что они сделали, это забрали одежду. Затем отправились в цирюльню, куда Мильтония отправила Анхеля и попросила его приобрести всё необходимое для мужчины в длительном путешествии. После этого они отправились в лавку с провизией. Мильтония попросила хозяина собрать большую корзину из расчёта на троих человек примерно на два дня пути. Отдельно она попросила собрать корзину для трёх собак, объяснив, что этот товар должен быть не менее приличным, чем для людей. После того как снедь была погружена, она велела направляться к лесу. Как только карета въехала в лес, Мильтония попросила остановить карету. Выйдя из неё, обратилась к Анхелю:
 – Я должна тебе сказать, что у нас не совсем простое путешествие. Вполне возможно, что вокруг нас будут происходить очень необычные вещи. Но ты ещё можешь передумать и отказаться от этой службы. В противном же случае ты должен не задавать лишних вопросов и не проявлять трусости.
 – Меня вполне устраивают различные приключения, и я умею быть молчаливым и терпеливым. Если понадобится, то я буду глух и нем.
 – Ты почти угадал, именно это от тебя и потребуется именно сейчас. В лесу нас ждёт человек, который много лет назад попал в большую беду. Ему нужна помощь, и мы с тобой будем ему помогать. Будь деликатен и без нужды не задавай ему никаких вопросов о его прошлом. У него всё равно нет на них ответов. Ответы мы намереваемся найти, когда продолжим наш путь.
 – Я всё понял и постараюсь вас не огорчать. К слову сказать, кроме управления лошадьми, я во многом преуспел в этой жизни... Я стараюсь ко всему приложить свои руки...
 – Вот и отлично, они нам очень пригодятся, буквально через несколько минут.
Когда они подъезжали к месту назначения, им навстречу вышли собаки, лошади тут же остановились и встревоженно закивали головами, но, поняв, что собаки не проявляют враждебности, успокоились. Собаки, в свою очередь обнюхав гостей, отправились снова к объекту своей охраны. Мильтония вышла из кареты и попросила Анхеля взять все покупки и следовать за ней. При виде своей спасительницы Элинг встал и поклонился, но, увидев, что за ней следует чужой, сразу присел. Принцесса сразу успокоила его, объяснив, что Анхель теперь будет их везде сопровождать. Далее она расспросила Элинга, нет ли где поблизости ручья, где была бы возможность привести его в порядок. Элинг поведал, что буквально в пятидесяти метрах есть довольно большой ручей, где можно ополоснуться. Мильтония дала задание Анхелю во всём помогать Элингу и особое внимание обратить на причёску и бритьё. Выслушав все указания, мужчины удалились в сопровождении Лорда. Альма и Чара остались охранять хозяйку. Мильтония направилась к карете и достала для своих любимиц по куску мяса и по большой косточке. Альма и Чара, облизав в благодарность руки хозяйки, удобно расположились у подножия дерева.
Вот только теперь, когда появилась небольшая передышка, она подумала о том, что в данный момент происходит в замке. Какие мысли посещают её родных... Могут ли они понять и принять её поступок. Сердце сжималось от какой-то тревоги и печали, но сожаления не было. Она осознавала, что всё делает правильно. Вот уже Элинг освободился от чар, значит она на правильном пути.
Её мысли прервал шелест кустарника, через мгновение из него выбежал Лорд, а следом за ним появились мужчины. Один был вполне знаком, а вот второй... Навстречу к ней шёл красивый и статный мужчина средних лет. Его выразительное лицо обрамляли белокурые волнистые волосы, красивый изгиб губ оттеняли аккуратно подстриженные и уложенные усы. Синий бархатный камзол, плотно облегавший его торс, обрисовывал прекрасную фигуру.
Мильтония поймала себя на мысли, что она любуется этим мужчиной, она поспешила отвести взгляд от его широкой груди и тут же встретилась с пронзительным взглядом голубых глаз. В них читался вопрос, и она тут же ответила:
– Вы превосходно выглядите! Более того, вы прекрасно держитесь. Создаётся такое впечатление, что вы всегда носили подобный костюм. Не скрою, я буквально любовалась вами. Просто нет слов, чтобы описать преображение вашего лица... Просто нет слов. Я думаю, что в роли цирюльника выступал Анхель, если так, то он не зря говорил о том, что любит ко всему прилагать свои руки.
– Вы совершенно правы, принцесса. Он был во всём просто великолепен. Я бы не смог разобраться во всех премудростях костюма. Чего только не придумал человек, чтобы стеснять движения. Я еле дошёл к вам. А сапоги – это просто орудие пыток. Право, я не знаю, как к этому буду привыкать.
 – Нам предстоит настолько увлекательное путешествие по незнакомым местам, что вам некогда будет обращать внимание на такие мелочи.
 – Ну не скажите! Когда всю жизнь ходил нагишом, то всё, во что я теперь облачён, совсем не кажется мелочами.
– Мужчине не стоит так уж жаловаться на условности жизни. Давайте-ка мы ещё одно испытание для вас устроим. Анхель, приготовим ужин, такой своеобразный пикник на природе. Посмотрим, как Элинг отреагирует на наши гастрономические предпочтения.
Дважды молодого человека просить не пришлось. Пока принцесса и принц прогуливались неподалёку от кареты, слуга искусно уложил всю провизию на скатерти, которую заботливо положил им хозяин лавки. И немудрено, ведь они скупили недельный запас продуктов и даже скидки не попросили. И вот наступило время трапезы. Сначала положили должную порцию Лорду, который нёс службу и отстал от своих подруг, а затем предложили Элингу отведать хлеба и мяса. Хлеб Элинг воспринял с удовольствием, а вот мясо отложил. Зато сыр и фрукты ему пришлись по вкусу. Не отказался он и от молока, но вино, едва понюхав, отверг. Начало было совсем неплохим.
Плотно поужинав и всласть наговорившись, все стали думать о ночлеге. Анхель внёс предложение отправиться на постоялый двор, поскольку таким знатным особам не стоит проводить ночь в лесу. Его предложение сочли разумным, и уже через двадцать минут их устройством занимались служащие постоялого двора. Лошадей и собак устроили в конюшне, а господам и их слуге выделили удобные номера. Утром подали приличный завтрак, состоявший из яичницы с беконом, чая и свежих булочек.
Поблагодарив хозяев за отличное обслуживание, путешественники разместились в карете и отправились в Гортенелию.
Когда карета приблизилась к мосту, Элинг указал Мильтонии на окно и сказал:
– Именно здесь начались мои злоключения. Однажды я проснулся под этим мостом и увидел вместо рук лапы и, когда я закричал от ужаса, охватившего меня, услышал вместо своего голоса громкое рычание. Выбежав на дорогу, я стал звать мать. Я пытался заглядывать в проезжавшие кареты, но кучера отгоняли меня хлыстами. Я сидел много дней у дороги и плакал, но меня никто не пожалел. Мне очень хотелось пить и есть, но я не знал, как и что... Это был такой кошмар... И весь этот ужас закончился только вчера, благодаря вам...
– Ну всё это произошло от того, что одна юная особа была слишком любопытна и непослушна. И более того, она нарушила все нормы приличного поведения. Однако все мои действия привели меня к вам, и свершилось благо.
Пока молодые люди беседовали, карета миновала мост и въехала на дворцовую площадь, с которой открывался прекрасный вид на величественный дворец, утопавший в цветах. Молодые люди вышли из кареты и стали любоваться великолепным зрелищем. Единственное, что смущало, так это почти полное отсутствие людей во дворе замка и в роскошном парке, прилегавшем ко дворцу. Мильтония зашла в магазин цветов и спросила хозяйку, отчего в замке такая необычайная тишина. И та поведала ей, что при дворе произошли большие размолвки между королевой и её детьми. Наследники уже очень давно покинули замок и отбыли в замок Мариэль. С самой королевой происходят какие-то странные вещи, всё это, как поговаривают люди, чары Делиноры. Её супруг тоже покинул замок, и королева проживает в полном уединении. У неё скверный характер, и её совсем никто не посещает. Прислуги осталось мало, вот потому и тишина такая...
Выслушав грустную историю замка, путешественники продолжили свой путь.
Выехав за пределы города, Мильтония обратилась к Элингу:
– Этот замок был вторым видением из мерцающей пещеры, где я пыталась найти ответы при помощи магии воды; осталось найти цветущее ущелье. Я так полагаю, что именно там будут все ответы на наши вопросы. Восполнив пробелы в прошлом, мы сможем исправить всё в настоящем.
– Вы уверены, что в вашем видении не было никаких знаков, в каком направлении надо искать ущелье?
– Нет, не было. Просто море цветов.
– А каких?
– Мне показалось, что это были каскады цветущих глициний.
– Это уже что-то.
– Вы так думаете?
– Но это же дивные ароматы. Надо только найти цветок и попросить ваших собак взять след.
– Всё так просто, а я даже и не подумала об этом...
Мильтония тут же отправила Анхеля за веточкой глицинии, которая произрастала в городе повсюду.
Спустя минут тридцать он прибыл с несколькими гроздями. Принцесса дала их понюхать собакам и указала направление поиска, в стороне, противоположной от города. Сначала озадаченные собаки носились по кругу, а затем Лорд взял след, который уводил от дороги. Было решено оставить карету и лошадей на попечение Анхеля и следовать за собаками пешком.
Прогулка длилась около двадцати минут, когда собаки остановились и сели, поджидая хозяйку. Подойдя к ним, молодые люди увидели завораживающую картину. Склоны глубокого ущелья были увиты глициниями. Стойкий насыщенный аромат буквально пьянил. Между кустами летали цветочные феи и срывали лепестки глициний, которые потом бросали по ветру, и те, кружась словно большие снежинки, плавно опускались вниз, образуя белые перистые облака. По дну ущелья несла свои воды небольшая река, в которой отражалось полуденное солнце, отчего она казалась золотой. Это дивное созерцание было нарушено нежным, проникновенным голосом, который прозвучал у них за спиной. Принц и принцесса обернулись, перед их взором предстала очаровательная девушка. Она была столь бела и хрупка, что создавалось впечатление, словно она создана из воздуха и лепестков белых глициний. Она буквально парила над землёй. Её почти невесомые одежды трепетали на ветру, очерчивая идеальные формы её хрупкого стана. Белокурые локоны шелковистых волос свободно развевались на ветру. Лицо девушки озаряла нежная улыбка.
Выдержав паузу, пока её новые знакомые были заняты созерцанием, она вновь обратилась к ним:
– Я полагаю, что юная принцесса Мильтония предприняла поход, который уже положил начало снятию моих чар. Я рада, что принц Элинг может появиться в своём замке и по праву занять место на троне его предков. Вы, я полагаю, догадались, что меня зовут Делинора, и сегодня вы мои гости. Нам многое предстоит обсудить, а потому прошу вас посетить мой дворец, если можно так выразиться.
Делинора взмахнула рукой, и все, тихо паря по воздуху, стали медленно опускаться на дно ущелья. Больше всего неудобств это доставило собакам. Они то и дело пытались найти опору и потому беспомощно барахтались в воздухе, невольно выполняя различные пируэты. Едва коснувшись земли, они все как по команде легли и некоторое время не двигались, пытаясь удостовериться в нерушимости земной тверди. Хозяйка всего этого дивного великолепия жестом пригласила гостей следовать за ней. Миновав небольшой тоннель, они вошли в круглую залу с диковинным столом, в центре которого находилась чаша с водой. Все стены и полы были щедро инкрустированы самоцветами, которые переливались всеми цветами радуги. Вдоль стен, в полукруглых нишах, размещались изящные статуи из белого мрамора. Мильтония отметила, что это всё хоть и отдалённо, но всё же в некоторой степени напоминает ей мерцающую пещеру...
Как только гости перестали разглядывать помещение, Делинора предложила им занять места за столом и объявить ей об их гастрономических предпочтениях. Как только последнее слово гостей прозвучало, на столе стали появляться различные блюда. Это невероятное явление вызвало полный восторг, особенно у собак. Они послушно лежали у входа и, когда речь зашла о еде, естественно, подумали о своих предпочтениях, и теперь перед ними возникли довольно большие чаши с мясом. Делинора понимала, сколько сейчас впечатлений у её гостей, и поэтому трапеза проходила в полном молчании. На десерт волшебный стол явил различные фрукты, сладости и всевозможные напитки.
В этот момент к гостям присоединились кот и ворон. Большой белый кот вальяжно разместился на коленях хозяйки и любезно назвал своё имя. Такой же белый ворон облюбовал спинку кресла, на котором сидел Элинг, и тоже представился. Поскольку кот Фей и ворон Амус говорили на языке людей, это повергло гостей в очередное изумление. Да и сама манера поведения, полностью копирующая привычки людей, вызывала немалое восхищение. Фей явно наслаждался изумлением гостей и потому был в ударе. Он переместился на колени к Мильтонии и завёл с ней светскую беседу, явно демонстрируя силу своего интеллекта:
– Мне бы хотелось знать, как там у вас при дворе, в зимнем королевстве, приветствуют ли кошек? Как я могу ныне лицезреть, так вы явно предпочитаете псов!
– Вы меня застали врасплох, милый Фей! Я люблю буквально всех животных, но в силу климатических условий нам больше приходится общаться именно с собаками. Они отличные помощники в охоте, охране и, кроме того, при передвижении по снегу.
– Ну да, ну да! Одним словом, грубая рабочая сила. А как насчёт поговорить или там партейку в шахматы составить?
– Да, тут вы совершенно правы. До таких тонкостей у нас дело не доходит.
– Вот и я о том же. А ведь приятно тихим вечером, да за чашкой чая, с кусочком тортика, тихую беседу повести...
– Не стану с вами спорить, вероятно, так и есть, но прежде я не имела такой чести. Но теперь должна вам сказать, что я в полном восторге от предоставленной мне возможности общаться с вами.
– Вот то-то и оно! Цените, что отныне у вас такой важный и полезный друг появился! Отныне только подумайте обо мне да моё имя произнесите, и я тут как тут пред вами и всегда готов поговорить или там совет полезный дать. И плату с вас, любезная, не возьму, поскольку душа у вас чиста и к благу настроена.
После этих слов он исчез. Но теперь свою речь повёл ворон Амус, обращаясь исключительно к Элингу:
 – Для вас, мой друг, теперь всё вновь. Люди на пути разные будут попадаться, и не каждому из них свою душу можно раскрыть. Не у каждого можно совета спросить. Вот тут я вам и друг и советчик, ибо историю вашу от истоков знаю. Как уже Фей говорил, стоит только подумать обо мне да имя произнести, как я к вашим услугам в любое время. Моя услуга будет дружеской, а потому бесплатной.
Не дождавшись ответа, Амус тоже исчез. После чего хозяйка определила каждому по комнате и предложила отдохнуть до вечера. Вечером же она обещала, что ответит гостям на все их вопросы.
Часа через два Делинора тихо вошла в покои Элинга, который мирно спал на кровати, освободившись лишь от камзола. Она вдруг заметила поразительную схожесть этого мужчины с её возлюбленным... Мысли перенесли её в далёкое прошлое, где она босиком бежала по берегу моря, а кружевная пена снова и снова ласкала её ноги, а потом она оказывалась в крепких объятиях своего любимого и их уста неизменно тянулись друг к другу. Их страстные поцелуи были такими пьянящими, что начинала кружиться голова и они в изнеможении падали на песок и подолгу лежали, прикрыв глаза, наслаждаясь шумом прибоя и нежными лучами солнца...
Из задумчивости её вывел голос Элинга:
– И давно вы тут стоите?
– Буквально пару минут. Я зашла, чтобы пригласить вас на прогулку к морю. Как вы на это смотрите?
– Я принимаю ваше предложение с большим удовольствием, поскольку я ещё никогда в жизни не видел моря. Можно полюбопытствовать, а как мы туда будем добираться?
– Мы будем идти вдоль реки, и она приведёт нас к морю.
Через минуту они уже шли вдоль реки. Их до самого конца ущелья сопровождали феи, посыпая их цветочными лепестками. Когда они вышли на берег моря, Элинг остановился. Первое, на что он обратил внимание, это совершенно ни на что не похожий запах. В его лесу такого запаха не было. Второе – это постоянный звук, который исходил от бескрайного водоёма, который назывался морем. Видя его замешательство, Делинора взяла Элинга за руку, и они направились к большому помосту, стоявшему почти у самой воды. На нём располагались удобные кушетки и небольшой столик, на котором были блюда с фруктами и напитки.
Сначала они долго сидели молча, созерцая морской простор и погружённые в свои мысли. Воспоминания Делиноры снова переносили её в прошлое, и она вспоминала прогулки под парусом с любимым, а Элинг думал о том, чего он был лишён многие годы, приведённые в лесу. Спустя некоторое время он встал и пошёл вдоль берега моря. Он рассматривал причудливой формы раковины, выброшенные на берег, разноцветные камни и водоросли. Ветер постепенно усиливался, и на водной глади появились небольшие волны, которые, подходя к берегу, превращались в ажурную пену, оставлявшую на песке замысловатые узоры. Солнце постепенно клонилось к закату, и море, которое ещё совсем недавно мерцало всеми оттенками лазури, стало синим, а на гребнях волн появились красные отблески. Картина горизонта стремительно менялась. Море и небо постепенно обрели почти чёрный цвет, а горизонт стал совершенно алым. Раскалённое солнце всё больше погружалось в море, отбрасывая красные блики на поверхность воды, и эта мерцающая дорожка тянулась к самому берегу, словно приглашая прогуляться по гребням волн.
Делинора, выйдя из-под власти грёз, стала наблюдать за Элингом, и чем больше она на него смотрела, тем больше подмечала схожесть с её возлюбленным в каждом движении, в каждом взгляде... Это было так невероятно, что, поддаваясь ещё пока непонятному чувству, она устремилась к Элингу. Подойдя к нему, она взяла его за руку, он обернулся, и их взгляды пересеклись. Было почти темно, но его глаза, смотревшие на неё, светились необыкновенным светом. Затем он привлёк её к себе и сказал:
– Прости, я совсем забыл счёт времени. Уже довольно прохладно, и ты, вероятно, замёрзла.
Делинора не отвечала, боясь, что он разожмёт руки и это дивное мгновение канет в Лету... Они стояли молча, и с каждым мгновением обоюдное притяжение возрастало.
Совершенно неожиданно раздался лай собак. Делинора осторожно высвободилась из объятий и с нескрываемой горечью произнесла:
– Нам давно пора возвращаться, по нашему следу уже собак пустили. Я же вам обещала ответить на многие вопросы, которые у вас накопились за долгое время.
Когда Элинг и Делинора вернулись, то застали Мильтонию в компании Фея и Амуса за поеданием сладостей. Фей выразил хозяйке явное неудовольствие:
– Негоже гостей бросать, когда и им и заняться-то нечем! Вот пришлось чаепитием услаждать. Почитай уж три часа как налегаем на десерты, а так ведь и здоровью навредить можно.
– Ты, мой дорогой Фей, не преувеличивай! Твоему драгоценному здоровью лишний кусок торта не помеха. А вот у Мильтонии я прошу прощения, но у нас ещё достаточно времени, чтобы многое из прошлого прояснить. Я думаю, что гораздо лучше будет, если я вам поведаю всю историю с самого начала. Вы тогда сможете представить всю картину происходивших в прошлом событий. И если у вас возникнут ещё вопросы, тогда я на них отвечу.
Все были согласны с предложением, и Делинора начала повествование со свадеб в обоих королевства, когда ещё ничто не предвещало беды. Она подробно описала неукротимый нрав Неофинии и язвительность Нарцессии, которые и стали причиной злоключений Элинга. Затем она поведала о неподчинении детей Неофинии и последовавших за этим бедах для матери Мильтонии и её самой. Рассказала она и том, как платила за свои проступки Неофиния. Несвоевременно теряла красоту, близких и друзей, что и привело её к полному одиночеству. В заключение она сказала, что теперь путь Мильтонии лежит в замок Мариэль, где её с радостью встретят её прабабушка и прадедушка. Они уже нынче в весьма почтенном возрасте, но ещё полны сил. Она также там встретится со своим дедом и, конечно же, с отцом и матерью, с которой ей предстоит снять чары. Теперь уже это для неё не составит большого труда. Просто нужно проделать те же действия, что и с Элингом.
Когда Делинора окончила своё подробное повествование, вопросов не возникло, и поскольку было очень поздно, то все решили отправиться спать.
Рано утром, плотно позавтракав, Мильтония и Элинг поблагодарили Делинору за радушный приём и попросили её помочь им подняться вверх. Когда все преодолели подъём, Мильтония в искреннем порыве крепко обняла Делинору и стала снова благодарить её и заверять в своей дружбе. Это несколько смущало и повергало в недоумение хозяйку ущелья. Все её боялись, сторонились, а Мильтония обращается с ней как с ровней, но было в этом что-то волнующее и весьма приятное.
И вот когда к ней приблизился Элинг и тоже заключил её в объятия, сказав при этом: «Не грусти, мы ещё увидимся», а затем, резко повернувшись, направился к карете, что-то словно надломилось в душе принцессы. Дремавшие до этой поры в ней чувства вдруг заполнили всё её существо до такой степени, что стало трудно дышать. Она ясно понимала только одно, что если она в данный момент расстанется с Элингом, то вновь потеряет нечто важное. Её практически бесцельное существование продолжится, преумножая её гнетущее одиночество. Поддаваясь неодолимому внутреннему порыву, Делинора неожиданно для себя бросилась вслед за принцем. Он почувствовал её порыв и обернулся, ещё одно мгновение, и Делинора, протянув к нему руки, сказала:
 – Не уходи! Ты так нужен мне! Я просто не могу тебя потерять!
В этот же момент она почувствовала необычайную тяжесть и поняла, что более не парит, а полностью стоит на земле. Цветочные феи слегка отстранились от неё, а из ущелья раздался полный печали голос:
 – Прощай, Делинора! Ты произнесла заветное слово и потому совершенно свободна!
И тут же перед всеми возникли Фей и Амус. Фей тёрся около хозяйки и жалобно причитал:
 – Ах! Как теперь невероятно скучны будут чаепития! А сколько свободного времени будет пропадать совершенно впустую! Но ты зови меня если что... Не забывай... Ах, как грустно, однако... Как невыразимо печально… надо бы, конечно, радоваться за тебя, а я вот всё о себе да о себе. Впрочем, хочу я вам заметить, ведь всегда именно так и бывает. Себя-то, как ни крути, завсегда больше жаль. Да чего уж там, прощай, дорогая! Будь счастлива!
После этих слов он кубарем скатился в ущелье, и свою речь повёл Амус:
 – Да, безусловно, жаль! Нет слов, как жаль! И в то же время я рад! Да, невероятно рад! Ну, если что, зови! Всегда рад услужить! Будь счастлива!
Последнюю фразу он произносил уже в воздухе. Мягко планируя, он скрылся в ущелье.
Ещё некоторое время все хранили молчание, осмысливая происходящее. Первой в себя пришла Мильтония и бросилась снова обнимать и целовать Делинору, постоянно повторяя:
– Ты свободна! Ты свободна! Ты свободна! Теперь ты непременно отправишься с нами! Тебе ведь теперь негде жить, но я уверена, что мои родные с радостью примут тебя!
 – Это после того, что я принесла им столько горя?!
– Но не по своей воле, и, кроме того, ты же предупреждала и помогала насколько могла. Гораздо большая ответственность лежит на моей бабушке Неофинии. Ты выполняла наложенные на тебя обязательства, у тебя не было выбора, поэтому сильно себя не мучай. Я же вот ясно вижу, что Элинг совсем тебя не винит в своих бедах, а совсем наоборот...
– Что это значит, юная леди?..
– А то и значит, что он испытывает к тебе нежные чувства, но в силу своей неопытности не знает, как тебе об этом сказать! Я вчера наблюдала за ним, когда ты рассказывала нам о размолвках в наших семьях. В его взгляде было столько нежности, по-моему, он и половины не слышал из того, что ты говорила.
Покрасневший от смущения Элинг стал оправдываться:
 – Мильтония, ты не совсем права! Я бы непременно объяснился при следующей встрече. Ведь совсем ещё неясно, примет ли меня моя семья. Если нет, что я тогда могу предложить столь завидной невесте?
Делинора подошла к Элингу, взяла его за руки и, глядя в его глаза, сказала:
 – Я и сама только-только что на ноги встала. Так что шансы у нас равные.
Элинг нежно обнял Делинору и повёл её к карете. Анхель не выказал никакого удивления при виде ещё одной спутницы и не стал задавать лишних вопросов. Когда все разместились, он дал команду лошадям, и карета не спеша направилась в замок Мариэль.
Через два дня пути карета подъезжала к замку. В воздухе буквально витало сильное напряжение. Мильтония слегка побледнела, и руки у неё начали немного подрагивать. Делинора в несвойственной ей роли тоже чувствовала себя не совсем уверенно. Только Элинг не терял самообладания. Он по-прежнему считал себя большим и сильным.
Едва карета поравнялась с воротами замка, как по ту сторону послышалось грозное рычание, а затем перед взорами гостей появились две чёрные пантеры с недружелюбными оскалами. Собаки моментально бросились к воротам и огласили округу звучным и грозным лаем, отчего пантеры стали буквально бросаться на ворота, просовывая между их прутьями лапы, они пытались достать непрошеных гостей. Никто не решался выйти из кареты. Более того, Анхель быстро покинул своё место и примкнул к остальной группе путешественников, пребывавших в явном замешательстве.
Немного погодя Делинора осознала, что волшебных чар она не лишилась, и потому решилась выйти из кареты, но к тому времени у ворот появился Адриан. У них редко бывали гости, но если и бывали, то пантеры так агрессивно себя не вели. Увидев трёх огромных псов, бросавшихся на ворота, он понял, в чём дело. Он что-то сказал пантерам, и они тут же сели рядом с хозяином.
Выйдя за калитку, он обратился к Делиноре:
– Я вас приветствую, Делинора! Что-то я раньше не замечал, чтобы вам ворота мешали войти без приглашения!
– И я рада видеть вас, Адриан, в полном здравии. Время не стоит на месте, и всё постепенно меняется. Я вот, например, теперь намерена спрашивать, можно ли пройти.
– Конечно же, да! Мы вам всегда рады! Только вот у нас почти два десятилетия ничего не менялось...
– А именно сегодня и настала пора перемен! Я принесла вам добрую весть. В этот момент перед вами предстанет ваша дочь Мильтония!
Принцесса, едва не лишившись чувств, вышла из кареты и застыла на месте. Одна из пантер буквально в два прыжка преодолела расстояние, отделявшее её от принцессы, и опустилась у её ног. Мильтония сразу же поняла, кто перед ней. Она тут же присела и стала гладить пантеру, тщательно перебирая её шерсть на шее, пытаясь как можно скорее найти иглу. Все замерли и даже затаили дыхание, столь волнителен был предстоящий момент. Прошла всего минута, которая показалась Мильтонии вечностью, прежде чем она нащупала иглу и махнула рукой, давая всем понять, чтобы они отошли на безопасное расстояние. Резко выдернув иглу, Мильтония сразу бросилась в карету, все остальные были уже там.
Пантера протяжно зарычала и стремглав скрылась во дворе замка. Вторая пантера тут же последовала за ней. Карета была просторной, но не настолько, чтобы в ней было комфортно пятерым взрослым людям, и потому мужчины спустя минуту стали потихоньку выходить. Прошла ещё пара минут, и, томимые любопытством, вышли дамы. Принц Адриан стоял в замешательстве, не зная, приглашать всех во дворец или ещё немного подождать. Мильтония, улучив момент, наконец подошла к отцу и положила свою голову ему на грудь. Он в свою очередь обхватил её за талию и нежно прижал к себе. Они стояли молча, но со стороны это молчание было выразительнее всех слов. Никто из присутствующих не решался нарушить эту идиллию.
Но вскоре со стороны двора послышались голоса. К ним приближалась группа людей. Они взволнованно переговаривались и бурно жестикулировали. Одна из женщин ускорила шаг и вскоре прильнула к Мильтонии, всё ещё находившейся в объятиях отца. По её щекам текли обильные слёзы, громко всхлипывая, она тихонько причитала:
– Я уже потеряла надежду на нашу встречу. Как же было тяжело жить в разлуке с тобой, милая моя девочка! Спустя столько лет именно ты пришла спасти меня от злых чар!
Адриан обнял жену и попытался её успокоить:
 – Всё, моя дорогая, время слёз прошло. Не огорчай нашу дочь, ей сейчас тоже нелегко. Прошу тебя, успокойся! Дай нашей дочери возможность поздороваться с остальными членами нашей семьи.
Король Гортенелий и королева Геликона представились и заключили правнучку в объятия, осыпая принцессу всевозможными комплиментами, затем они уступили место её деду. Ацерис, не скрывая слёз, любовался внучкой, восхищаясь её отвагой.
В стороне осталась ещё одна леди, но она не претендовала на объятия. Делинора объяснила, что эту юную леди зовут Эя, она и являлась второй пантерой, которой в своё время было суждено уверить Неофинию, что заговор полностью удался. Теперь уже Мильтония подошла к Эе и, обняв её, не жалела слов благодарности за такую великую жертву. Делинора внесла некоторую ясность. Она поведала о том, что Эя всегда мечтала стать человеком и данная услуга была платой за осуществление заветной цели. Эта новость ничуть не умаляла заслуги девушки, но зато теперь появился повод поздравить её с осуществлением заветной мечты.
Король Гортенелий объявил, что у них появилась масса поводов, чтобы выпить шампанского, а для этого он приглашает всех пройти в замок, дабы приступить к празднованию таких счастливых событий. Возражений не последовало.
В замке продолжались праздничные обеды и ужины. Все воссоединившиеся ещё долго не могли поверить в реальность происходящего. Адриан и Альпиния ни на шаг не отпускали от себя дочь, постоянно прося её пересказывать различные истории из её жизни. Все её рассказы были неизменно о прогулках в лесу с Айсберисом, который проводил с ней большую часть свободного времени, обучая её премудростям северной жизни. Но больше всего она рассказывала о своих любимых четвероногих питомцах, которые частично прибыли с ней.
Элинг с Делинорой постоянно уходили к морю, где, прогуливаясь по берегу или сидя на прибрежных камнях, наслаждались общением друг с другом. Их обоюдное притяжение с каждым днём возрастало, и это единение душ отражалось на их счастливых лицах. Все живущие в замке это замечали, но хранили сдержанность и пытались не смущать их лишним вниманием.
Но постепенно жизнь вошла в привычное русло, и настало время задуматься над тем, что следует делать дальше. Многое ещё предстояло сделать, чтобы всё стало на свои места...
Однажды вечером король Гортенелий собрал всех членов семьи в большой гостиной, чтобы высказать свои соображения. Вначале он обратился к своему зятю Ацерису:
– Я думаю, что теперь уже настало время тебе, да и всем нам, отправиться в наш родовой замок и поговорить с Неофинией. Ей давно стоит уступить место на троне своему сыну, а самой удалиться из королевства.
– Но как вы это себе представляете?
– Да очень просто! Все здесь присутствующие в ближайшее время отправятся в замок. Предстанем пред её очами, а там я буду действовать в соответствии с её реакцией. Мы многое ей позволяли, боясь за наших родственников, но теперь, когда Делинора с нами, нам больше нечего опасаться.
– Вы намерены её отправить в какое-то определённое место?
– Нет, место она выберет сама, но у неё, я так думаю, выбор невелик. Если позволите, то я бы хотел спросить Элинга, а каковы планы вашего величества на ближайшее время?
– Я как раз собирался об этом сообщить! Так вот, мои ближайшие планы связаны с предстоящим браком. Дело в том, что я сделал Делиноре предложение и она его приняла. Поэтому, погостив в вашем родовом замке, я намереваюсь отправиться в Платанию и предстать перед своими родителями, чтобы явить себя и объявить им о моём выборе. Я очень надеюсь на то, что кто-нибудь из вашей семьи окажет мне честь поддержать меня в столь сложном деле.
– Я думаю, что Адриан с супругой и дочерью не откажут тебе в таком деле, тем более что несомненной радостью лицезреть тебя в полном здравии твои родители будут обязаны Мильтонии.
После достижения общей договорённости все стали поздравлять жениха и невесту. Адриан и Альпиния предложили Делиноре стать её посажёнными родителями и полностью позаботиться о её приданом и о свадебном наряде. Делинора была настолько тронута такой заботой, что впервые за многое время проронила слезу – слезу радости. Ведь прошло много, очень много лет, когда о ней заботился лишь дух замка...
И только она об этом подумала, как перед присутствующими появились кот и ворон. Они моментально заняли место около Делиноры. Ворон уселся на спинку кресла, а кот разместился на подлокотнике. Первым, как всегда, начал говорить кот:
– Я приветствую почтенное собрание от лица хозяина ущелья и себя лично! Для тех, кто не знает, я хочу представиться: меня величают Фей. В данный момент я и мой коллега Амус являемся посланниками воли нашего незримого друга. Он был очень привязан к Делиноре и посему, узнав о её предстоящей свадьбе, поручил нам вручить ей свадебные подарки. Он изъявил желание, чтобы она, как и прежде, блистала, особенно в такой важный для неё день.
После сказанного Фей изящно взмахнул лапкой, в ту же секунду всё свободное пространство гостиной оказалось заполнено всевозможными коробками в цветных упаковках. Все были поражены таким необычайно эффектным сюрпризом и стали восхищаться по поводу щедрости хозяина ущелья. У Делиноры опять появился повод для непрошеных слёз, она была невероятно тронута заботой своего друга, которого она теперь покинула навсегда. Грустные мысли сразу перенесли её в недавнее прошлое, и она стала вспоминать, как незримый друг постоянно угадывал её желания и старался сделать её одиночество менее тягостным. Она вспоминала его голос, который всегда успокаивал её... Прижимая к себе Фея, она обратилась к неведомому другу:
 – Мне так жаль, мой дорогой и милый сердцу друг, что я не знаю твоего имени, но я точно знаю, что ты меня любил. Любил, как отец любит своё дитя. В твоей любви не было и капли эгоизма. Всё твоё существование – это полная самоотдача. Я от всего сердца благодарю тебя и в сотый раз сожалею, что не могу видеть тебя и заключить в объятия...
Фей слегка отстранился и стал возмущаться:
 – Я совершенно тебя не узнаю! За столько лет ни одной слезы, а тут прямо невозможную сырость развела. Не пристало принцессе так эмоциям предаваться. Впереди тебя ещё ждут многие жизненные испытания, и ты не должна давать себе становиться слишком мягкой. Это только вредит делу.
Амус явно не разделял мнение Фея и не преминул высказаться по этому поводу:
 – Фей, ты не прав! В жизни Делиноры решительно всё поменялось. Рядом с ней появился мужчина, который все сложности возьмёт на себя. Она же теперь имеет полное право быть слабой и впечатлительной, как и положено даме.
 – Ой, простите меня великодушно! Но, как мне помнится, до Элинга в её жизни уже были сильные мужчины, и куда это её привело? И кто знает...
 – Да ты никак ревнуешь, Фей!
 – Фу, какие глупости! Ну, может самую малость... Я ведь тоже о ней все эти годы заботился, а теперь вот она нас покидает, и кто знает, как оно там дальше будет, а у нас она всегда в безопасности была...
 – Вот я о чём и говорю! Ревность, тебя терзает ревность, мой друг! Мне тоже жаль расставаться с Делинорой, но это не даёт нам повода нарушать её волю, мы же искренне желаем ей счастья. Поэтому нам лишь остаётся кланяться...