А почему бы и нет? Глава 3

Они выехали за город минут двадцать назад. За окном мелькали редкие фары проезжающих мимо машин, а их собственная машина (его машина) лила вперед бесконечный поток яркого света, делая темноту вокруг еще гуще. За все время пути они не проронили ни слова: Павел включил музыку, — спокойную и романтичную, – и для слов просто не осталось места. Мария больше не сопротивлялась: ей нравилось то, что происходит. Ей нравилось ехать в ночь в этой дорогой машине рядом со сногсшибательным молодым человеком под тихий аккомпанемент баллад Металлики, и хотелось, чтобы эта поездка не заканчивалась никогда. Ей даже стало стыдно за истерику, которую она устроила в ресторане. Повела себя как плебейка!
Мария украдкой посмотрела на Павла. Тот, не отрываясь, смотрел вперед, на дорогу. Интересно, о чем он думает? Мария стала разглядывать его профиль. Гладкий лоб, без единой морщинки, прямой нос, чуть пухлые губы, квадратный подбородок, четко очерченные скулы…. В голове предательски вспыхнула картинка, как они идут, держась за руки по берегу моря, естественно, по уши друг в друга влюбленные.
Она на секунду плотно закрыла глаза, и снова стала смотреть на дорогу, отгоняя это приторно-сладкое видение. Одна ночь – это максимум, на который она может рассчитывать. Такие, как он влюбляются в таких как Юлия, терпят все их выходки и потакают капризам. А таким, как Мария нет места в мире Павла. И в груди злость и горечь обиды крепко взялись за руки.
— Наверное, уже жалеете, что связались со мной? — Мария повернулась к Павлу. Вопрос прозвучал резче, чем ей хотелось, но с этим уже ничего не поделаешь.
Павел оторвался от дроги, посмотрел на Марию, чуть приподняв бровь, и слегка улыбнулся. И в его взгляде и улыбке тихо светилась нежность, чего Мария совсем не ожидала увидеть.
— Нет, я наслаждаюсь, — тихо сказал он, снова отворачиваясь к дороге.
— Серьезно? И чем? — Мария постаралась вложить в свою интонацию как можно больше сарказма, потому что от той нежности, которую она увидела, у нее все задрожало внутри.
Павел слегка пожал плечом и ответил, не отрываясь от дороги:
— Всем. Тем, что мы едем, музыкой, ароматом Ваших духов, тем, что Вы рядом, — он повернулся и снова с нежностью посмотрел на нее.  — Вы знали, что с Вами рядом чувствуешь себя мужчиной? С вами очень хорошо, — он на секунду глянул на дорогу, чуть вывернув руль, а потом снова посмотрел на нее, протянул руку и провел по ее щеке тыльной стороной указательного пальца.
Мария резко дернула головой, как будто он дотронулся до нее раскаленным железом.
— Тише, я же не кусаюсь, — улыбнулся Павел.
Мария, глядя прямо перед собой, вжалась в дверь машины.
— Это было….
Оглушительный хлопок не дал ей закончить фразу. Машину резко повело вправо. Ремень безопасности буквально вдавил ее в сидение. Она схватилась за ручку двери и завизжала. Павел обеими руками вцепился в руль, пытаясь выправить машину, и дал по тормозам. Машину вынесло на обочину, развернув на сто восемьдесят градусов.
Она сидела, намертво вцепившись в ручку дверцы, глядя перед собой невидящим взглядом и хватая ртом воздух, которого почему-то катастрофически не хватало. В ушах звенело, реальности не было. Что-то крепко прижимало ее к сидению. В следующее мгновение ее уже ничего не сковывало, и она почувствовала прикосновение ладоней на своих щеках. Откуда-то издалека доносился голос Павла:
— Маша! Маша! Посмотри на меня! Маша!
Ее голову слегка повернули влево.
— Маша!
Воздуха по-прежнему не хватало, но перед глазами мутным силуэтом возник он.
— Маша!
Его образ становился все четче, но воздух… куда делся воздух?
***
Павел выскочил из машины, оббежал ее, открыл дверцу со стороны Марии и, вытащив ее на руках из салона, усадил на капот. Ее взгляд начал приобретать  осмысленное выражение, но она все еще не могла нормально дышать, судорожно со свистом вдыхая воздух ртом. Шок.
— Маша! — Павел слегка тряхнул ее за плечи. — Смотри на меня! Дыши!
В голове, как взорвавшаяся петарда, вспыхнула картина: ему одиннадцать, ночь, отец сидит на земле, держа на коленях младшую сестру Павла, трясет ее и кричит: «Дыши!» За спиной отца полыхает их частный дом.
— Маша! — Павел на автомате тряхнул ее сильнее, и звук собственного голоса вернул его к реальности.
***
Он стоял напротив, испуганно глядя на нее, и тряс за плечи. Как она оказалась на улице? Реальность полностью вернулась, обдав ее холодом ночи, воздух  стал поступать в легкие свободнее, но она все равно вцепилась в его пиджак, чувствуя как ее начинает трясти крупная дрожь.
— Все хорошо! — его взгляд стал сосредоточенным. Он смотрел ей прямо в глаза. — Смотри на меня. Дыши носом.  Давай! — и Павел сам сделал носом глубокий вдох, показывая, как надо дышать.
Мария попыталась последовать его примеру, но у нее ничего не получилось.
— Носом, Маша! — теперь в его голосе слышались командные нотки. — Давай! — Он снова сам сделал глубокий вдох носом.
Крепче вцепившись в его пиджак, так что побелели костяшки пальцев, Мария закрыла рот и сделала глубокий вдох носом. Потом, слегка приоткрыв губы, выпустила воздух и повторила тоже самое еще раз.
— Молодец, девочка. Дыши, — на этот раз Павел говорил почти шепотом.
В следующую секунду он ловко раздвинул ей ноги, резким движением притянул к себе и сгреб в охапку. Еще через  секунду Мария начала плакать навзрыд.
— Чш-ш-ш-ш-ш — Павел начал тихо раскачиваться из стороны в сторону. — Тише. Все хорошо. Испугалась. Ничего страшного. Я здесь, все хорошо.
Продолжая раскачиваться, Павел опустил голову и прижался щекой к ее волосам. А Мария продолжала плакать, зарывшись в его одежду, как маленький ребенок.
Минуты через две она успокоилась и отстранилась от Павла. Он выпустил ее из своих объятий  и снова заглянул в глаза.
— В норме?
— Да, — ответила она, вытирая слезы и чувствуя себя до жути смущенной. — Прости за это.
— Не будь глупышкой, все нормально, — улыбнулся Павел.
— Спасибо тебе, — она посмотрела на него исподлобья.
— Вот так незаметно мы перешли на «ты», — Павел прикусил нижнюю губу и убрал прядь волос ей за ухо.
На этот раз, Мария рассмеялась, и Павел последовал ее примеру, снова превратившись в задорного мальчишку. Он смеялся и любовался ей, снявшей все маски, простой и настоящей.
— Что произошло? — Мария слезла с капота, а Павел чуть придержал ее за локоть, чтобы она не упала. Это произошло так естественно, без наигранной галантности, как бы между прочим, что у Марии на секунду все замерло внутри. А Павел, казалось, даже не обратил внимания на эту сцену.
— У нас пробило колесо, — ответил он, засовывая руки в карманы.
— Капец, — вырвалось у Марии, но она тут же поняла свой промах. Что за «капец»? Плебейка! Прикусив губу и стрельнув в Павла острым взглядом, она быстро добавила — Простите мой французский.
Павел широко улыбнулся.
— Я бы по-другому выразился, но мы еще мало знакомы.
Мария посмотрела на него с благодарностью, но в ту же секунду ее взгляд упал на поле за его спиной, и в голове вспыхнули все жуткие сцены из фильмов про маньяков разом.
— У тебя же есть запаска? — спросила она, мгновенно посерьезнев.
— Нет, вот как раз таки запаски у меня нет, — ответил Павел.
— Класс, — сказала Мария, скрещивая руки на груди и косясь в сторону дороги. До нее вдруг дошло, что за все время пока они здесь разговаривали, не проехало ни одной машины.
— Но волноваться не о чем — улыбнулся Павел. — Сейчас вызовем такси, оно отвезет нас в клуб. А по дороге  я вызову аварийку и она отвезет машину на ближайшую станцию. Все в порядке.
Он вытащил телефон и нажал на приложение, чтобы вызвать такси. Когда через несколько секунд приложение все еще не загрузилось, Павел глянул на сеть и не увидел на дисплее ни одного деления.
— Вот теперь точно капец, — сказал он.
— Что? — в голосе Мари появились нотки тревоги.
— У меня сеть не ловит, — сказал Павел, убирая телефон в карман пиджака. — Посмотри у себя.
Мария вытащила телефон из сумочки, но он тоже показывал полное отсутствие сети. Оба в растерянности оглянулись по сторонам: дорога, освещенная лишь фарами машины Павла и по обеим сторонам поля неизвестно чего.
— Значит, остановим машину, — сказал Павел.
— Сколько машин проехало с тех пор, как нас вынесло? — Мария вцепилась в Павла взглядом.
— Не знаю, я не обратил внимания, — Павел пожал плечами.
— Паш! —  в возгласе Марии мольба смешалась с раздражением.
— Так, спокойно, — Павел вышел на середину дороги и посмотрел по сторонам, но никаких признаков приближающегося автомобиля не было ни с той, ни с другой стороны.  — Знаешь что? — он вернулся к Марии, которая стояла, скрестив руки на груди, и дрожала. — Давай, садись в машину, там тепло, а я постою на дороге и подожду попутку. Если через десять минут никто не приедет, будем думать, что делать дальше.
— Я не сяду в машину, — Мария отступила от него на шаг.
Павел несколько секунд внимательно смотрел на нее.
— Я никуда не денусь, — сказал он серьезно. — На улице холодно, а в машине работает печка. Я буду стоять рядом, ты будешь меня видеть.
Мария пристально смотрела на него. По большому счету он был прав, она действительно замерзла. Да и куда он денется на самом деле? Она кивнула и направилась к машине. Павел пошел за ней.
— Ну что ты? Приключение же, — улыбнулся  он, открывая дверцу.
Мария чуть улыбнулась в ответ и села в машину. 
— Но надо было все-таки поесть в ресторане, — подмигнул Павел.
Мария сидела в машине, вцепившись взглядом в Павла. Он стоял на обочине к ней спиной, засунув руки в карманы брюк, глядя то в одну, то в другую сторону дороги в свете фар своего автомобиля. Джинсы, пиджак в клетку, белая рубашка…. Она точно знала, что ему холодно, но его поза была абсолютно расслаблена. Он стоял на обочине пустой дороги, окруженной полями, пронизываемый холодной сыростью ночи и был абсолютно расслаблен! Вот как, оказывается, выглядят настоящие альфа самцы. Он на вершине мира, он полностью уверен в себе и ничто не может его поколебать.
В машине было действительно тепло, и Мария вдруг осознала, что ей стало абсолютно спокойно. Да, ей хотелось выбраться отсюда, хотелось к людям, но тепло машины и расслабленная спина Павла прогнали страх. Почему в ее мире нет таких мужчин? В ее мире мужчины лишь играли в уверенность. Да и то не все. Теперь она четко осознала это. В том мире больше оставаться нельзя. Там болото.
Павел повернулся, несколько секунд смотрел в ее сторону, а потом поднял вверх большой палец. Мария помахала в ответ. Она поедет с ним в загородный клуб, перемахнет через это поле, проведет ночь на этой обочине… что угодно, лишь бы остаться в его компании как можно дольше. Почему нет?
Она вытащила телефон. 21:45. Утро этого дня было словно в прошлой жизни. И она переживала из-за айтишника! Ужас. Нет, лучше быть одной, чем с кем-то из них. С кем-то, кто не как Павел.  Пусть айтишником довольствуется эта корова.
Так странно! Павел прождал ее во дворе полтора часа. Она нарочно собиралась медленно. Хотелось доказать себе, что он все-таки уедет. А он не уехал. И был максимально терпелив весь вечер. Почему? Не могла же она ему и вправду настолько понравиться!
***
Павлу надоело стоять на месте, и он снова вышел на середину дороги. Это ж надо было колесо пробить! И машин, как назло ни одной. Зачем он поехал именно по этой дороге? Можно же было в объезд. И быстрее бы было намного. Но ему почему-то не хотелось быстрее. Хотелось ехать с ней и ехать. Смешная, такую идиотскую истерику закатила! Теперь оба черт знает где. Голодные. До клуба час  езды. И сети этой долбанной нет. Че делать?
Он развернулся и медленно пошел к обочине, задумчиво глядя на свою машину, в которой сидела она. Маша. Машка.
— Мошка, — произнес он шепотом на выдохе.
«Сам ты мошка», завопил в голове звонкий девчачий голос, заставивший Павла грустно улыбнуться. Ухо уловило звук приближающейся машины. Павел быстро повернул голову вправо, откуда послышался звук, и тут же увидел приближающийся свет фар. Он метнул взгляд в сторону своей собственной машины.
— Только не вздумай вылазить, девочка, — тихо произнес он и выставил руку, чтобы приближающийся автомобиль остановился.
Мария встрепенулась. Павел начал голосовать, а в следующую секунду она увидела свет приближающихся фар. Слава Богу! Она открыла дверцу, вылезла из машины и направилась к Павлу. Увидев двоих на обочине, точно остановятся.
Боковым зрением Павел заметил движение. Повернув голову, он увидел, семенящую к нему, Марию.
— Бля, ну куда тебя несет? — пробормотал он. Подъезжающий автомобиль был уже совсем близко. — Маш, вернись в машину, — крикнул он ей, не отрываясь от дороги.
— В смысле? — в ее голосе нотки возмущения и упрямства.
— В прямом, — ответил Павел, поворачивая голову и глядя на нее в упор. И этот взгляд пригвоздил ее к месту. Спокойный, но при этом не терпящий возражений. Как, впрочем, и тон, который Павел даже не повысил.
Мария стояла в нерешительности. С одной стороны, хотелось показать ему, что ею нельзя командовать, а с другой… казалось просто невозможным его ослушаться.
Тем временем, подъехавший автомобиль (старенький Ситроен) поравнялся с Павлом. Тот опустил руку, и глянул внутрь.
***
Ему хватило пары секунд, чтобы понять ситуацию. В автомобиле сидел обдолбанный молодняк, лет двадцать, не больше. Но машина била набита битком. Человек шесть, не меньше.
Сидящие в машине тоже оценили, открывшуюся им картину. Павел понял это по тому, как довольно ухмыльнулся пассажир, сидящий рядом с водителем.
— Маша, в машину вернись, — повторил он, не поворачиваясь к ней, и спина его напряглась.
Мария решила, что не время сейчас проявлять строптивость и поспешила обратно. И в этот момент пассажир, сидящий рядом с водителем начал опускать  стекло.
— А-а-а ребят, ошибся. Думал друзья едут. Мы их ждем тут, — улыбнулся Павел.
— Точно? — усмехнулся парень, опустивший стекло. — А выглядит, будто у вас тут авария, — он с жадностью посмотрел на машину Павла.
— Ничего с чем бы я не справился, — Павел засуну большие пальцы в карманы брюк. Двоих он точно уложит. Ну, троих. Но их блин шесть. Теперь Павел в этом не сомневался.
— Точно? А то мы можем помочь, — парень, опустивший стекло открыл дверь и вышел. Задняя дверь тоже открылась, и из автомобиля вывалились еще двое. В руках одного была железная бита. Павел отступил на шаг, и спокойно обвел компанию взглядом.
Они смотрели на него, ухмыляясь. Парень с битой при этом похлопывал этой битой себе по ладони. «Как в дешевом боевике», мелькнуло в голове у Павла. Он на каждого по очереди посмотрел в упор.
— И ради чего будет бой без правил? — спросил он, глядя на того, с кем до этого вел беседу.
— Ты что, никакого боя, — улыбнулся тот. — Ты же нам сейчас просто отдашь ключи от своей тачки и все. Да?
— У нее колесо пробито, далеко ты на ней не уедешь, — Павел посмотрел собеседнику прямо в глаза.
— А мне далеко не надо, — хихикнул тот. Его друзья захихикали тоже.
Павел ухмыльнулся и снова обвел компанию взглядом. Потом опять посмотрел на того, с кем до этого разговаривал.
— Ну отдам я тебе ключи, дальше что? Мы же все понимаем, что у меня связи, а у вас нет. Так что, для вас единственный выход меня здесь закопать. Но и это вас спасет ненадолго.
— Да мы тебя легко здесь ща зароем, — сказал парень с битой.
— Серьезно? — Павел посмотрел на него, приподняв правую бровь. — Прям так хочется за убийство отсидеть? А за меня тебя посадят, будь уверен. Даже разбираться не станут.
Молодняк в нерешительности переглянулся.
Мысли  Марии в панике метались в голове. Их трое, он один. А в машине сколько? Твою ж мать! Она осмотрелась. Взгляд упал на руль. Резко засигналить? Нет, это в фильмах крутой парень быстро реагирует и выхватывает биту у злодея. Кто знает, как отреагирует на резкий звук Павел. Боже, как спокойно он с ними трепется! Так, ок, как ему помочь? Она открыла бардачок, но там лежали только какие-то бумаги и презервативы. «Не та защита», мрачно усмехнулась про себя Мария. Так, что делать? Она опустила глаза, и ее взгляд упал на колени, на которых лежал телефон. Ну конечно!
— Так, короче, отдавай наличку, и часы, — сказал парень, с которым Павел разговаривал все это время.
— У меня только карты, — ответил Павел.
— Давай сюда эти гребанные карты.
— Ты же понимаешь, что я заблокирую их, как только вы отъедите. И мы снова возвращаемся к тому, что вам здесь легче меня закопать.
Хлопнула дверца машины, и это было настолько неожиданно, что вздрогнули все. «Блять, Маша!» выругался про себя Павел.
— Гляньте какая у него ципа! — сказал тот, который стоял возле парня с битой.
— Только попробуй, — прорычал Павел.
— Ой, народ, че произошло! — донесся до  них голос Марии. — Короче, смотрите.  Сейчас. Видите? — голос становился все ближе, и Павел буквально вцепился в троицу взглядом. — Мы с тигренком, короче,  застряли на этой богом забытой дороге и на нас по ходу напали какие-то дибилы. Но я не боюсь, я знаю, что мой тигренок самый сильный и смелый! Но вы только гляньте на этих придурков.
— Ты че, сука! — парень с битой сделал шаг вперед. Павел подскочил, и, ударив его в нос, резким рывком выхватил биту. После этого он кинул быстрый взгляд на Марию, которая подошла к нему, выставив руку с телефоном вперед.
— Ты в прямом эфире, сука, — ответила она парню, получившему в нос, останавливаясь чуть позади Павла. — И у меня три миллиона подписчиков. И прямо сейчас все это смотрит моя двоюродная сестра, а ее папа – главный прокурор края.
— Теперь даже закопать не получится, — сказал Павел.
Все трое со злостью и растерянностью смотрели на Марию, а она переводила взгляд со светящегося экрана своего мертвого телефона на них и обратно, изо всех сил стараясь сохранить лицо наглой богатой сучки. Павел крепче сжал биту.
— Че происходит? — из машины вылезли оставшиеся трое.
— Так, народ, кажется нас сейчас будут убивать, — сказала Мария. — Хотя уверена, мой тигренок меня в обиду не даст. Но всем, кто это сейчас смотрит хочу сказать, что я вас люблю.
— Ребят, давайте по хорошему разъедемся и забудем, — сказал  Павел делая шаг в сторону и полностью закрывая собой Марию. Парень, с которым он начал беседу посмотрел на него в упор. Павел так же в упор посмотрел на него.
— Поехали, пацаны. Пусть живут.
Павел и Мария молча наблюдали за тем, как старенький Ситроен отъезжает все дальше и дальше. Когда он скрылся из вида, Павел развернулся к Марии и несколько секунд с восхищением смотрел ей в глаза. Потом медленно подошел к ней и обнял за талию.
— Молодец, девочка, — прошептал он.
Никто и никогда не целовал Марию так нежно.
 Внутренний конфликт был очень сильным: хотелось целоваться с ним, не останавливаясь, а потом отдаться на заднем сидении машины. Но так пусть делают его шалавы. То, что она сильно уступает ему в финансовом положении, не делает из нее голодную бедную овечку.
Мария отстранилась от Павла и высвободилась из его объятий.
— Полегче, тигренок, — улыбнулась она.
Павел посмотрел на нее, прикусив нижнюю губу, и рассмеялся.
— Ничего более пошлого ты не могла придумать, — сказал он.
— Ну прости, — рассмеялась в ответ Мария. — Ситуация была слишком стрессовая.
— Я восхищен, — Павел стал серьезным.
Мария в смущении опустила глаза.
— Я… тоже, — сказала она, предательски охрипшим голосом, и посмотрела Павлу прямо в глаза. Он не отвел взгляд и внутри у Марии все ахнуло, будто она полетела вниз на американских горках.
Первым опомнился Павел.
— Ну что, хватайся за своего тигренка и пойдем, — сказал он, чуть улыбнувшись и сгибая руку в локте.
— Куда? — спросила Мария, хватая его под руку.
— Тут относительно недалеко заправка, — сказал Павел. — Минутах в тридцати езды. Идем туда.
— А машина?
— Ну, можешь остаться сторожить ее, — Павел лукаво посмотрел на Марию.
— Нет, спасибо, — хмыкнула она.
— Тогда вперед. Да, и если ты не запишешь меня в телефоне как «тигренок», у нас будет серьезный разговор.