Улькен хроника одной жизни 25. Замёрзли люди

    Однажды утром, когда я приехал на работу, меня вызвал к себе дядя Саша.
- Хочешь поехать с нами? В одно место нужно прокатиться, кое-что проверить.
- Вы же знаете, что я всегда за. – отвечаю я. – Что нужно взять с собой?
- Ничего не нужно, сейчас Гришу дождёмся и смотаемся.
   Утром Николай сообщил шефу, что его дядька и Вася вчера не вернулись из Куйгана. Они поехали туда за немецкой домашней колбасой, которую их родственники ежегодно заготавливали на зиму. Предчувствуя нехорошее, Николай начал сильно переживать и бить тревогу.
- Они же должны были вернуться к вечеру! Дорога хорошая, лёд крепкий. Точно что-то случилось.
- Может запили там? Колбасу обмывают?
- Да не могли они там заночевать! У Дядь Рудольфа дочка сегодня уезжает. Он бы точно не остался. Да и у Васьки здесь дела были. Нет что-то случилось точно.
- Надо ехать навстречу быстрее.
Гриша, как оказалось, в это время был на заправке.
- Всё шеф, заправил. Полные баки. Ещё две канистры набрал на всякий случай.
- Хорошо теперь давай быстрее в магазин и поехали. Время уже много.
Запрыгнув в УАЗик, мы лихо помчались в посёлок.
- А в магазине мы что будем брать? – поинтересовался я у дяди Саши.
- Водку, только водку. – ответил дядя Саша, протягивая Грише купюры. – Возьми две по ноль семь, ну и минералки бутылочку можно.
   Купив спиртное, мы выехали на лёд и помчались в сторону Куйгана. Снег на ярком солнце блестел и искрился. Ослепительная белизна вокруг резала глаза. В машине на всю мощь работала печка, а на улице стоял сильный минус.
- Да, ночь была сегодня холодная, - нарушив тишину, произнёс Николай.
- А зачем здесь стоят унты? - спросил я у Гриши.
- А вот когда долго посидишь на заднем сиденье, узнаешь. Печка согревает только сверху, а по ногам со дна холод тянет. Так что ты можешь сразу переобуваться, чего зря ноги морозить. Я их всегда для пассажиров зимой держу.
   Когда я просидел некоторое время без движения, у меня действительно начали замерзать ноги. Не теряя времени, я снял свои ботинки и засунул ноги в тёплую обувь. Я быстро согрелся, и мне вспомнилась старая пословица: «Сибиряк - не тот, кто мороза не боится, а тот, кто тепло одевается».
   И вот когда мы уже стали подъезжать к берегу, на горизонте показалась машина. Это был бортовой УАЗ, одиноко стоящий на голом льду. Призывно замахав руками, навстречу нам выбежали две фигуры. Это были Вася с дядей Рудольфом. Почернев от мороза, с потрескавшимися губами, они приглушенными голосами начали рассыпаться в благодарностях.
- Я же говорил, что кто-нибудь приедет.
- Спасибо вам большое. А то думаем всё кранты нам.
- Ты представляешь только отъехали и всё блин… Сломались.
- Хотели починить, да какой там! Мороз сразу прихватил движок и всё.
- Так вы со скольки здесь стоите?
- Да мы в полдесятого выехали, ну где-то к одиннадцати встали. 
- Ё маё, так вы же всю ночь здесь кукуете!
- Назад не пойдёшь, да и машину бросать не хотелось. А ещё надеялись, что может кто-нибудь проедет.
- И как вы грелись то всю ночь?
- Да вон спасибо Ваське он к берегу ходил, весь блин камыш выкосил. Жгли его, но он скотина очень быстро горит.
- Надо было как кабан, себе джатак сделать.
- Да даже серпа не было, вон маленьким перочинным ножиком резал. Все руки блин обранил.
- Надо было борта разобрать да спалить их к чёрту! А потом колёса поснимать.
- Да ну, что ты говоришь… Это же машина всё-таки.
   Вокруг машины, где горел камыш, чёрная зола и копать окружали лёд. Вокруг кострища было всё вытоптано, валялись ошмётки колбасы и окурки. 
- Ну, зато колбасы наелись наверное?
- Да я на неё проклятую даже смотреть не могу! Сначала так ели, потом она замёрзла. Начали на костре жарить. Короче на всю жизнь наелись.
- Давайте быстро в машину садитесь отогревайтесь. - сказал дядя Саша. - Гриша быстренько открывай там. Будем их отогревать.
- А бабушка там думает, что ты там дочу в город провожаешь. А вы тут дедушку заморозили.
- Да если бабушка узнает, что тут произошло, то убьёт и тебя и дедушку.
Гриша открыл бутылку водки и сказал:
- Давайте сначала лицо и руки разотрите.
   Закоченелыми руками они начали натирать кожу спиртом, отчего она сразу стала принимать багровые оттенки. Мы усадили их в тёплую машину, укутали пледом и налили по кружке водки.
   Не прошло и десяти минут, как их разморило, и они провалились в глубокий сон. Николай остался охранять УАЗик, не забыв положить нам в багажник полмешка колбасы, а мы повезли домой наших перемёрзших товарищей. Вернувшись в Улькен, дядя Саша сразу отправил за Николаем помощь, и сломанную машину притянули на буксире.

   Провести ночь на морозе совсем не просто. Я вспомнил свою ночёвку в степи прямо перед самым Новым годом. Мы выполняли работы по усилению контура заземления на промежуточных опорах. Народу было много. С нами поехала самоходная грузовая техника, поэтому численность бригады заметно увеличилась.
   Из-за низких температур ночевать приходилось всем в кунге КАМАЗа. Малдован топил буржуйку саксаулом и поддерживал тепло внутри машины. Тринадцать человек лежали, прижавшись друг к другу, не имея возможности спокойно вытянуться и нормально отдохнуть. Внутрь салона водители заносили канистры с соляркой, чтобы она не замёрзла за ночь. Каждый старался высушить свои валенки, расположив их возле печки. Буржуйка горела ровно два часа, раскаляя сваренный металл. В кунге становилось жарко и душно, но как только дрова догорали, печь очень быстро остывала, и температура в салоне резко падала. Нужно было постоянно подбрасывать саксаул и следить за огнём. После нескольких таких изнурительных ночей я решил переночевать у костра на улице.
   Асылбек сразу был против моей идеи, но я все-таки настоял на своём. Бросив в огонь большой ствол саксаула, я приготовил себе место для ночлега. Расчистил снег, постелил матрас, залез в спальник и накрылся сверху брезентом. Жар, исходящий от костра, хорошо согревал, но спина, обращённая в степь, сильно мёрзла. Приходилось все время переворачиваться, чтобы согреться. Утром, открыв глаза, я увидел, что вентиляционная щель, которую я оставил для дыхания, вся затянута ледяной коркой с застывшими сосульками. В эту ночь мне тоже не удалось выспаться, и больше на земле я никогда не спал.
   Улькенские зимы быстро научили меня простому закону, согласно которому мороз никогда не спрашивает о твоих планах. Он меняет их по-своему, и чтобы выжить и сохранить здоровье, остаётся лишь принять его правила.