Авария на трассе

               
Каждый раз, приезжая на малую родину, мною овладевал какой-то душевный восторг, а вот отъезд вызывал жгучую горечь. Уже за лесополосами скрылась родная деревенька, где родился и вырос, отсюда ступил на дорогу жизни и ушел навсегда. Теперь приезжал в гости к матери жены, которая учила нас мудрым советам, направляя на путь истинный. Встречала нашу семью со слезами, с ними провожала со двора. Многое мы не понимали в то время, потому как сами не познали некоторые моменты истины: встречи и расставания со своими детьми. Материнские слёзы, их значение мы поймём гораздо позже, испытав всё это на себя, встречая и провожая своих отпрысков.
В то утро поздней осени, я отъезжал из гостей один. С утра, по-зимнему подморозило, хотя вчера моросил холодный осенний дождь. Климат Сибири резко континентальный, не предсказуемый. Моя тёща Мария Евсеевна, всегда соблюдала ритуал отъезда, которому её научила родная мать. Выходила во двор с бутылкой святой водицы. Перед этим отъезжающие и провожающие садились на широкую скамью во дворе. Отъезжающим давала бутылку с водой, из которой надлежало испить по три маленьких глотка, затем налить воды в ладошку и смазать чело и лицо. Мать подходила к машине, из ладони брызгала три раза на машину, осеняла крестным знамением. Затем тягостный процесс, объятий и поцелуев, со слезами горестной разлуки. Это были искренние материнские слёзы, которые затрагивали струны прошлого. Слёзы-это не признак слабости, это признак того, что у человека есть Душа. Их истинную цену мы поймём гораздо позже. Мария Евсеевна знала им цену, когда в восемь лет арестовали её отца, сделав труженика земли сибирской кулаком и расстреляли. Проводила со двора в последний путь мужа инвалида-фронтовика. Всё это осталось в прошлом, но оно как заноза, как осколок от войны напоминало о жизненном пути. Выехав на основную дорогу, останавливался, выходил из машины, смотрел издали на свою деревеньку. Скупая слеза, как сонная осенняя муха ползла по щеке. Махал обеими руками, прикладывал руки к груди, кланялся той земле, породившей меня. Так было всегда. Садился в машину и отъезжал не оглядываясь, удаляясь всё дальше и дальше от самой дорогой земли, имя которой малая родина. Включал авто приёмник Урал-авто, чтобы развеять горечь разлуки. Так было и в этот злополучный день. Проехал более ста километров, убедившись в том, что трасса была коварная, блестела на солнце, трудно было распознать гололёд, так как дождь вчерашнего дня прошел местами. Ехал крайне осторожно, чтобы на скорости не попасть на обледенелый асфальт. В те времена авто резина была только летняя, нужно было иметь большой опыт, управляя автомобилем. Вот и знаменитый кулундинский железнодорожный переезд, проезжая который, дорога под девяносто градусов уходила вправо, в сторону Казахстана. Остановился у знака «СТОП». По трассе на большой скорости приближался автомобиль. Вдруг его стало бросать со стороны в сторону, стало ясно заскочил на скользкий участок гололёда, который сложно отличить от асфальта, под лучами яркого солнца. Машина вертелась на высокой дамбе, перед самым спуском её занесло вправо, она медленно начала переворачиваться на бок.  Открылась пассажирская дверь справа. Женщина пыталась выпрыгнуть. Автомобиль лёг на бок в снег. Голова пассажирки оказалось снаружи, зажатая дверью, а тело внутри машины. Я бросился к лежащей на боку машине, подбежали водители других авто. По колени в снегу, приподняли машину и вытащили зажатую дверью пассажирку. Я моментально снял армейский полушубок, расстелил на земле, на который положили симпатичную молодую пострадавшую. Вытащил носовой платок, прикрыл рот и стал делать искусственное дыхание. Подъехала скорая помощь, врач сразу определила состояние пострадавшей.
-Мужчина! Она мертва, сломан шейный позвонок. Где научились правильно оказывать первую помощь.
-Я служу в Советской Армии, нас этому постоянно учат, сдаём зачёты.
Я поднялся с колен, взял носовой платок с лица. На меня смотрела милая женщина. Прелесть её заключалась в больших блестящих голубых глазах. Брови придавали неуловимый оттенок лукавства, властности и наивности. Вздёрнутый носик, на щеках небольшие ямочки. Врач наклонилась и прикрыла ладонью глаза. Принесли носилки и переложили пострадавшую с моего полушубка. Муж в истерике упал на бездыханное тело, обхватив руками. Его душераздирающие крики, невозможно было воспринимать спокойно. С трудом его оторвали от погибшей. Скорая уехала. Я стоял, не осознавая происшедшего. Водитель подошел ко мне обнял, не переставая рыдать. Его подозвал сотрудник ГАИ, предложил и мне задержаться как первому свидетелю. В правой руке держал окровавленный носовой платок, который после зарыл в снег. Отряхнул полушубок, направился к машине, чтобы убрать с проезжей части дороги. Около часа мне пришлось задержаться при оформлении документов. Впереди дорога в четыреста километров. Дальнейший путь был не простым, постоянно перед глазами стояла картина трагедии. По дороге не стал обедать, проехал Павлодар, остановился, попил чай. Долго ходил возле машины, как сонный. Подъехал к КПП знаменитого Семипалатинского ядерного полигона. У дома разгрузил своё авто с дарами села. Жена, взглянув на меня, задала вопрос.
-Что случилось отец, на тебе лица нет, я поеду с тобой в гараж.
Жена у меня всегда понимала меня, была чуткой, мудрой и внимательной, такие люди преобладают в сельской местности, где познают труд с раннего детства. По дороге из гаража, я поведал подробности этой трагедии. Мы вспомнили нашу мать, мудрую Марию Евсеевну. Бывало так, что возвращаясь из гостей, вся дорога-сплошной гололёд на протяжении пятисот километров. На простой авто резине, мы без приключений добирались домой.
Вечером, когда семейство уже отдыхало, я ещё долго сидел на кухне. Смотрел на огоньки светящихся бакенов седого Иртыша. Пытался читать книгу, но ничего не воспринимал, перед глазами стояла картина трагедии. Сопереживал чужому горю, как своему. Вспоминал своего отца, как он провожал своих однополчан в последний путь, видимо человек привыкает к этому, ну разве можно привыкнуть к смерти другого. Отворилась дверь в кухню, жена чтобы не беспокоить меня, уложив спать детей легла в зале.
-Отец! Ты что же не ложишься спать, после такой сложной дороги.
Взяла из шкафчика пузырёк с валерьянкой, накапала в ложку и дала мне выпить. Сопроводила меня в спальню, где я быстро уснул.
Среди ночи, вернее ближе к утру, мне приснился сон. В спальне отворилась дверь, в которую вошла красивая молодая женщина. Я узнал её, это была погибшая пассажирка авто. Очень обрадовался, что она жива.
-Здравствуй мой спаситель! Спасибо тебе за заботу обо мне, твои губы я не забуду. А тебе платочек принесла на память, взамен твоего утраченного, он будет оберегать тебя от всех невзгод, носи его всегда с собой.
Наклонилась ко мне и нежно поцеловала в губы. Я почувствовал её дыхание. Резко проснулся, в комнате было темно. Почувствовал какое-то движение воздуха возле кровати. Мною одолел жуткий страх, я не соображал, сон это, или явление. Лежал молча, боясь пошевелиться. Скрипнула входная дверь в прихожей, потянулся к выключателю, включил ночник. Услышал шаги в зале, значит проснулась жена. Посмотрел на часы, до запланированного времени пробуждения оставалось десять минут. Я всегда тяжело пробуждаюсь, нужно время, чтобы полежать с открытыми глазами, позевать, настроить себя, для встречи нового дня. Медленно, но уверенно я встал, за окном зажгли уличное освещение. Посетив заветное заведение, ванную комнату, направился на кухню, где суетилась жена, готовила завтрак.
-Отвлекись на минутку, я хочу рассказать тебе сон, который приснился недавно.
Подробно рассказал свой сон.
-А, где платочек, который она принесла тебе в подарок.
Вдвоём мы прошли в спальню, включили освещение. На постели, где спала жена, лежал женский красивый платочек. Жена взяла его в руки, понюхала, от него исходил приятный запах дорогих французских духов.
-Да-а! Хорошими духами пользовалась дама, стоящая особа, носи вместо своего.
-Платочек женский, не мужской.
-Он для тебя будет как оберег, она же сказала будет тебя оберегать.
Он ещё долго лежал в спальне на тумбочке, потом жена определила ему место в гражданском костюме, которым я пользовался очень редко. На следующий год летом, мы всем семейством поехали в отпуск на малую родину. В карман рубашки я положил заветный платочек. По дороге нарвали полевых цветов, чтобы положить на место трагедии. Подъезжая, мы увидели небольшой памятник. С фото на нас с доброй улыбкой смотрела женщина удивительной красоты. Мы стояли молча, дочь возложила полевые цветы. Я нагнулся и поцеловал фото.
-Оксана! Я Вас помню и сожалею. Спасибо за подарок.
Вытащил платочек и показал, как живому человеку. Много воды утекло с того времени, нет моей спутницы жизни. Память причудливо расставляет приоритеты. События порой значимые по времен, остаются в нашем сознании совершенно незамеченными, размытыми и забытыми. Видимо в силу своей необозримой величины. Настолько они объёмны по времени и в пространстве. А вот события маленькие, на первый взгляд незначительные, врезаются в память, как занозы, не давая памяти их забыть. Так и эта трагедия, время от времени возвращает меня в прошлое, напоминает о той горьком дне жизни…