Обманутые Крымом. Глава 102. В Феодосии

Изольда поехала на неделю в Феодосию, так как ей хочется покупаться в море и позагорать. Она сказала, что на северах ее не поймут, если она, находясь в Крыму, не искупается в море и не загорит. Она там уже три дня, а меня только сегодня ротный смог отпустить с ночевкой.
Возле железнодорожного вокзала я встретил Веню и Лео. Оба пребывают в возбужденном настроении. Я невольно заинтересовался причинами такого их настроения.
– Симона, ты представляешь, здесь кино снимают! – с горящими глазами говорит Веня, и рот его распахнулся до ушей.
– Где здесь? – невольно оглянулся я по сторонам.
– Прямо на перроне, – со знающим видом восторженно отвечает Лео. – Пойдем, посмотрим!
И мы поспешили на перрон, и хотя он огражден канатами и людьми, которые не пускают туда посторонних, мы успели рассмотреть, как по перрону важно шествует Вячеслав Тихонов, а рядом с ним, сгибаясь под тяжестью чемоданов, идет Любовь Полищук.
– Не знал бы, что это кино, – осуждающе сказал Веня, – подумал бы, что это Тихонов так зазнался!
Действительно, трудно отделаться от ощущения, что это как-то неправильно. Нужно будет непременно посмотреть этот фильм, когда он выйдет в прокат. Я прочел на табличке интригующее рабочее название фильма «Любовь с привилегиями» и поспешил на привокзальную площадь.
Чтобы быстрее добраться до Феодосии, я решил ехать на такси. И вот я еду в Феодосию на этом самом такси. У меня есть попутчик – армянин из Гугарского района Армении, пострадавшего от землетрясения полгода назад. Мы с ним договорились взять одно такси на двоих, чтобы обоим дешевле вышло.
Сначала он нам с водителем рассказывал о своих переживаниях и впечатлениях, перенесенных во время той катастрофы.
– Представляете, – грустно говорит он таксисту и мне, – сижу я в курилке напротив цеха, и вдруг заводская труба стала раскачиваться! Я сначала подумал, что это мне кажется или, что я сплю. Но когда труба стала разваливаться на части, пришло страшное понимание, что это не сон, не сумасшествие, а землетрясение. Из нашего цеха только один я и выжил. Всех остальных завалило в цеху стенами, перекрытиями и этой самой злополучной трубой… если бы я не вышел покурить, то и меня бы уже не было, представляете?
А потом как-то незаметно мой разговорчивый попутчик перешел на хвастовство. И если его послушать, то есть поверить ему на слово, то все у него самое-самое лучшее.
– Вот, – взахлеб рассказывает он, – недавно машину себе купил. Такая машина, такая машина! Знаешь, какая?
– Откуда же я могу знать? – смеюсь я. – Ну, и какая же?
– Нет, ну машина обыкновенная, «семерка», – чуть спокойнее говорит он, и тут же снова заводится. – Зато цвет, какой! Знаешь, какой цвет?
– Не знаю, – признаюсь я, пытаясь скрыть улыбку.
– Вот! – торжествующе говорит он. – Ты цвет мокрого асфальта знаешь, да? Представляешь?
– Да, конечно, – удивляюсь я.
– Вот точно такой же, – торжествует мой попутчик. – Только зеленый!
В общем, поездка благодаря словоохотливому армянину прошла быстро и весело.
– Спасибо тебе, дорогой, – на прощанье сказал мне армянин, – ты хорошо умеешь слушать, не все так могут. Удачи и приятного отдыха!
Изольды я на квартире не застал, так как она еще не вернулась с пляжа. Место съемной квартиры выбрано с умом – густой сад, в тени которого прячутся коттеджи, и до моря метров 150, не больше. Изольда говорила, что ее родители, однажды попав сюда, уже более двадцати лет ездят отдыхать только в Феодосию и останавливаются только здесь.
Я попросил хозяйку, чтобы она открыла дверь коттеджа, который снимает Изольда. Поскольку она предупредила хозяйку о моем приезде, то отказывать мне хозяйка не стала. Даже более того, она предложила мне разыграть Изольду и закрыла меня в домике.
Раздевшись, я, лег в постель, ожидая возвращения Изольды и уже чуть было не уснул, когда она, наконец-то, появилась.
– Валентина Алексеевна, – едва войдя во двор, спросила она у хозяйки, – не приезжал еще мой жених?
– Нет, деточка, никого не было, – отвечает хозяйка ровным голосом.
– Странно, – удивилась Изольда, – наверное, позже приедет. А вы что делаете?
Однако хозяйка не захотела вступать с квартиранткой в долгие разговоры, так что пришлось Изольде идти в свой домик. Она открыла замок своим ключом и вошла в комнату, тщательно прикрыла дверь. Положила сумку на стул и только теперь заметила меня.
– Ах, ты! – рассмеялась она. – Ах, вы! А я-то думаю, чего это тебя так долго нет? И хозяйка со мной разговаривать не стала, что на нее совсем не похоже, а вы меня разыграть решили!
– Ты долго еще собираешься там стоять? Иди уже ко мне, – откинул я простынь, которой был накрыт, приглашая Изольду. Она посмотрела на меня, и без лишних слов стала раздеваться, а я с нетерпением следил за этим возбуждающим зрелищем.
Я наслаждался томительными секундами, пока она раздевалась, но увидев ее без одежды, я не удержался и рассмеялся. За прошедшие три дня она сгорела так, что местами уже облезает, местами кожа красная, а местами она все такая же белоснежная, как сметана.
– Иванов, не сметь, надо мной смеяться, – протестующе закрутила головой Изольда. – Как ты думаешь, через свадебное платье не будет видно, что кожа красная?
– Не фамильничай, – нахмурился я, – терпеть не буду, если будешь называть меня по фамилии, так и знай.
Она ничего не ответила, а просто забралась ко мне в постель. Я ее порывисто обнял, и разговоры на время прекратились. Только остался какой-то осадок на душе. Не нравится мне, что Изольда называет меня по фамилии, а она даже не пообещала, что больше так не будет.
И еще что-то тревожное бередит мне душу. Но я не стал заглядывать к себе в душу.
Я и не заметил, как уснул. Когда проснулся, и почувствовал упругое, горячее женское тело рядом со мной, со сна подумал: «Новелла!»
Но когда я раскрыл глаза, оказалось – Изольда. Сонливость как рукой сняло. С сожалением подумал, что так и не узнал Новеллу.
– Ты есть хочешь? – отвлекла меня от моих невеселых мыслей невеста. – Хочешь? Тогда веди женщину в ресторан! Я тут знаю один с хорошей кухней.
И мы оделись, умылись, привели себя в порядок, и пошли обедать. Мне в который раз пришла на ум мысль, что я нахожусь, не там и занимаюсь не тем.
Как это там поется? «А той скажите, Бога ради, кому на плечи руки класть. Та, у которой я украден, в отместку тоже станет красть…» Я, молча, ковыряюсь вилкой в салате, так как аппетита не испытываю.
– Иванов, – снова отвлекла меня от моих горьких дум Новелла, – ты обрати внимание, как на меня смотрят мужчины! Ты хоть сам понимаешь, как тебе повезло со мной?
Я сказал: «Новелла?» Изольда, конечно же. Я тяжело вздохнул и стал обедать. На Изольду действительно похотливо смотрят практически все мужики в зале. Если бы это был вечер, то уже и танцевать бы стали приглашать.
– Ужинать будем дома, – хмуро бросил я.
Изольда внимательно посмотрела на меня и быстро согласилась со мной. Держится она независимо и изысканно. По всему видно, что внимание моей невесты целиком сосредоточено на ней самой и на внимании других мужчин.
В общем, я остался, предоставлен своим тяжелым раздумьям, о которых Изольда даже не догадывалась. Она, конечно же, решила, что я ее просто ревную.
– Иванов, а ты неплохо смотришься рядом со мной, – признает Изольда. – Ты, как подходящая оправа для бриллианта!
– Не называй меня по фамилии, – сердито говорю я.
Изольда недоуменно повела плечами и продолжила с удовольствием есть. Что касается меня, то у меня аппетит пропал окончательно.