Кот в тельняшке, Кошечка с розовым зонтиком и очен

В одном удивительном дачном посёлке, где ромашки по утрам переговаривались с пчёлами, крыжовник считал себя виноградом, а старые яблони шептались по вечерам о погоде, жил-был Усатый Кот.

Кот был совершенно необыкновенный.

Во-первых, он круглый год носил синюю матросскую тельняшку.

Во-вторых, разговаривал с цветами.

А в-третьих, у него была собственная Тень с таким самостоятельным характером, что временами казалось: это вовсе не Кот гуляет с Тенью, а Тень выгуливает Кота.

Звали её Жадность.

Не потому, что она была злой.

Просто она панически боялась, что однажды в мире всё закончится.

Цветы.

Варенье.

Солнечный свет.

Добрые слова.

Даже счастье.

— Экономить! — повторяла она, как молитву. — Кто знает, сколько этого добра осталось?

После каждого весёлого дня Жадность чувствовала себя совершенно разбитой. Стоило Коту устроить праздник, вдоволь насмеяться или подарить кому-нибудь радость, как её внутренняя «батарейка эгоизма» садилась до последней искорки.

Тогда Тень забиралась в прохладное дупло старой яблони.

— Не беспокоить! — ворчала она. — Идёт восстановление стратегических запасов жадности.

Иногда восстановление длилось неделю.

Иногда две.

А однажды затянулось почти до первых заморозков.

Как раз в это время любимая Кошечка отправилась в кругосветное путешествие.

Она взяла с собой маленький чемодан, розовый зонтик от солнца и огромное любопытство.

Перед уходом она улыбнулась Коту:

— Присмотри за моим садом.

— Будет цвести так, что облака позеленеют от зависти! — торжественно пообещал Кот.

И слово своё сдержал.

Розы раскрывались одна за другой.

Лилии благоухали так сильно, что бабочки иногда забывали, куда летели.

Даже старый кактус неожиданно выпустил огромный цветок и потом ещё целый месяц ужасно этим гордился.

Кот посмотрел вокруг, почесал за ухом и сказал:

— Одному столько красоты ни за что не перенюхать.

Он распахнул калитку.

— Заходите!

Соседские кошки получили букеты.

Барсучихи получили букеты.

Скворчихи улетали с цветами прямо в клювах.

Даже старая ворона, которая последние десять лет подозревала всех в заговоре против вороньего народа, получила белую лилию и неожиданно начала делать прохожим комплименты.

Именно в этот момент из яблоневого дупла выглянула Жадность.

Увидела происходящее.

И чуть не растаяла от ужаса.

— Караул! — пискнула она. — Он раздаёт стратегические запасы!

Она заметалась по земле, принимая самые страшные формы.

То становилась злой ведьмой.

То сердитым драконом.

То... налоговым инспектором.

Но Кот даже не взглянул в её сторону.

Тогда Жадность подобралась к самому его уху и тревожно зашептала:

— Ты что творишь, усатый? Сегодня раздашь все цветы, завтра к этому привыкнут соседки, послезавтра придут новые гости... А потом, когда ничего не останется, они выдернут тебе по одному все усы!

Кот даже прикрыл лапами морду.

Картина была настолько ужасной, что один ус сам собой нервно дёрнулся.

Он подошёл к луже, сердито посмотрел на своё отражение, плюнул в него, потом выпрямился и сказал самым серьёзным голосом:

— Цветы — странные создания. Чем больше ими любуются, тем охотнее они цветут.

— Не верю!

— Тогда смотри.

На следующий день Кот открыл в саду...

Бесплатный Салон Красоты для енотих.

Бутоны роз служили бигуди.

Лилии стали ароматными подушечками.

Астрами украшали причёски.

Шмели играли расслабляющую музыку.

Бабочки работали администраторами.

А старый Ёж записывал клиентов в толстую тетрадь, потому что компьютерам он принципиально не доверял.

Когда Жадность увидела весь этот цветочный переполох, она тихонько пискнула:

— Всё... Это конец...

И хлопнулась в обморок прямо посреди салона.

Енотихи переглянулись.

— Ой! Какая интересная охлаждающая маска!

Они осторожно подняли Тень и приложили её к мордочке самой нарядной енотихи.

— Ах... — блаженно вздохнула та. — Как приятно холодит!

— И мысли становятся удивительно хозяйственными! — сказала вторая.

В этот миг случилось настоящее волшебство.

Несколько крошечных капелек Жадности растворились в сердцах енотих.

Но превратились вовсе не в жадность.

А в бережливость.

— Ни один лепесток не должен пропасть! — воскликнули енотихи.

Из опавших лепестков они сварили ароматное варенье.

Из семян вырастили новые клумбы.

Из листьев сделали удобрение.

Из трав заварили душистый чай.

Через месяц палисадник стал вдвое больше.

Через два месяца — втрое.

А вскоре его было видно даже перелётным журавлям, которые стали использовать цветущий сад вместо карты.

И тут домой вернулась Кошечка.

Она шла по тропинке, легко покачивая своим розовым зонтиком.

За плечами висела старая морская сумка.

— Как путешествие? — спросил Кот.

— Длинное, — улыбнулась Кошечка. — Особенно последние триста лет.

Она достала старинную шкатулку, найденную в каюте затонувшего корабля.

Все ожидали увидеть золото.

Или бриллианты.

Или хотя бы пиратскую карту.

Но стоило крышке открыться, как наружу выпорхнули сотни удивительных морских бабочек.

Бирюзовые.

Янтарные.

Лазурные.

Серебристые.

Каждая пахла морем, ветром и далёкими путешествиями.

Увидев огромный цветущий сад, бабочки закружились в воздухе.

Цветы ответили им ароматом.

Пчёлы заиграли весёлую мелодию.

Даже старый кактус растрогался настолько, что выпустил ещё один цветок.

Только после этого Кошечка открыла второе отделение шкатулки.

Там действительно лежали бриллианты, изумруды и сапфиры.

Но никто почти не смотрел на них.

Потому что сад оказался красивее любых драгоценностей.

Жадность долго молчала.

Очень долго.

Потом вдруг рассмеялась.

Так громко, что воробьи решили: начался новый праздник.

— Какая же я была глупая... — сказала она сквозь смех. — Всё пыталась сохранить мир, пряча его. А оказалось, что настоящее богатство становится только больше, когда им делятся.

С тех пор Жадность больше не жила в яблоневом дупле.

Она стала главным хранителем сада.

Следила, чтобы никто не срывал цветы без любви.

Полировала изумруды.

Помогала варить варенье.

И даже иногда разрешала Коту дарить самые красивые розы.

Правда, одну привычку она всё-таки сохранила.

На калитке появилась большая деревянная табличка, которую Тень лично подписала красивыми буквами:

**«Цветы раздаются только после того, как сад вдоволь напоил всех своим благоуханием.

Доброта — без ограничений.

Варенье — по две банки в лапы.

А усы...

Усы не раздаются вообще.»**

И с этой последней строчкой соглашались абсолютно все.

Даже морские бабочки.