Обманутые Крымом. Глава 104. Неожиданность

Изольда улетела домой. Сначала мы зашли на кооперативный рынок, ей нужны были новые резиновые тапки, так называемые, «мыльницы». Пока мы их искали, наткнулись на «точку», где продают пластмассовые тазы.
– Хорошие, – попробовала их рукой Изольда, – надо будет нам такие купить.
Когда нашли место, где торгуют «мыльницами», оказалось, что рядом с продавщицей находится сам хозяин. И хозяин этот не, кто иной, как наш Батя.
– Привет, дружище, – широко раскрыл он руки для объятий.
Узнав, что нам нужно, он от щедрот своих подарил моей невесте три пары «мыльниц» на ее выбор.
– Да, ладно, – отказываюсь я, – я в состоянии их купить.
– Брось, не обижай меня, – сердится Батя, – тем более, что я их сам делаю.
– Как сам?
– Просто. Заходи, увидишь. С сырьем, правда, перебои. Я бы мог и больше их производить. Можно было бы и в курортных городах торговлю наладить.
Батя даже вздохнул от того, что теряет такую перспективную торговлю.
– Ой, – вмешалась Изольда в наш разговор, – вон в том ряду продают замечательные тазики. Думаю, они вам в качестве сырья подойдут. И цвета такие яркие.
Батя поблагодарил ее и бросился за тазиками. Позже я узнал, что он купил их все. Так что Изольда свои три пары «мыльниц», можно сказать, честно заработала.
А я провел Изольду в аэропорт, вернулся в Симферополь, и уже возвращался в училище со стороны гостиницы «Строитель», когда из кустов, находящихся у нашего спортгородка у озера, услышал знакомые голоса.
Безо всякого сомнения голоса принадлежат Мише и Королеву. И они ссорятся! Любопытно, чего им делить, когда до выпуска остались считанные дни?
Заинтригованный, я перешел через дорогу и подкрался к кустам, откуда доносится непонятная возня и ругань. То, что я увидел, удивило меня еще больше. Рома и Миша держат Королева, как говорится, под белы рученьки, а Лис отвешивает ему удар за ударом, куда придется!
Первым моим желанием было вмешаться, но я решил все-таки подождать, чтобы узнать, что там происходит на самом деле.
– Стукач, – презрительно сказал Лис и ударил КорСа в челюсть.
Ну, ничего себе! Серьезные обвинения, ничего не скажешь! Любопытно, это умозаключения ребят, или у них и доказательства имеются?
– Да не стукач я, – предпринял Королев попытку вырваться из рук ребят, но, конечно же, безуспешно.
– Нет, серьезно? – презрительно спрашивает Лис. – Анонимку на ротного тоже не ты написал?
– Какую еще анонимку? – снова рванулся КорС и тут же получил между глаз.
– Да не дергайся ты, – ругнулся Лис и сильно саданул кулаком Сергея под дых. – Ту самую, в которой ты докладываешь в особый отдел о том, что курсанты нашей роты работают в гостинице «Строитель», а наш командир роты получает от этого выгоду. Мы по почерку определили, что это твоих рук дело. 
– Вы хотите сказать, что особист дал вам анонимку? – кашляя, насмешливо спросил Королев.
– Конечно, нет. Он дал ее светокопию ротному, с которым они дружат, а ротный уже обратился к нам. Ну, а мы взяли твой конспект, а там, и сравнивать нечего, у тебя ведь такой характерный почерк! У, сука! Ты и на нас доносы писал? А как ты свои доносы особисту передавал?
– Он пользовался «голубиной почтой», – не очень удачно, как мне кажется, пошутил Рома.
Лис снова ударил Королева. Я не стал ждать, чем там у них все закончится, и, отбросив сомнения и колебания, тихонечко удалился.
Мысль о том, что КорС оказался стукачом, невыносима, но поскольку, ни ребята, ни ротный не сочли нужным посвятить меня в это дело, то я решил сделать вид, что ничего не знаю.
В расположении роты я разделся, помылся и улегся в кровать. Однако отдохнуть не удалось, так как в роту вошел Веня, вернувшийся из города. Прямо с порога он начал болтать, но через минуту его болтовня неожиданно прекратилась.
– Это кто там разлегся на кровати Толика? – донесся до моего сознания Венин вопрос, и я невольно улыбнулся.
Послышались приближающиеся торопливые шаги. Веня рывком сорвал с меня простынь, которой я укрылся.
– Толян, – растерянно спрашивает Веня, – это ты?
Вид у него такой, словно он увидел в моей постели Мисс СССР-89 Юлию Суханову или там, например, гигантскую анаконду.
– Это ты? – снова спрашивает Веня со всей своей детской непосредственностью. Мы все за годы учебы повзрослели, а вот по Вене это не так очевидно.
– Я, – улыбаюсь я, – а что, в мое отсутствие кто-то облюбовал мою койку?
– Да нет, – пожал плечами Веня, и принялся рассказывать. – Ты знаешь, ротный как-то на построении на самоподготовку спросил: «Товарищи курсанты, вы все расслабились, а некоторые уже слишком! Кто еще помнит, как выглядит Иванов?» А Миша, возьми и скажи: «А кто это?» КорС говорит: «Это автор книги «Тени исчезают в полдень!» Лис добавил: «Нет! Это писатель-юморист, ведущий телепередачи «Вокруг смеха!»
– А ротный что? – заинтересовался я.
– А ротный говорит: «Нет, это ваш командир отделения!» А Миша снова: «И когда он это все успевает?» Лео сказал: «Много лет знаю и люблю Иванова…», но его перебили, так как четыре года – это еще не много. В общем, смеху было! Так ты вернулся?
– Вернулся, – улыбаюсь я. – Теперь до самого выпуска буду с вами.
– Нет, серьезно? И днем, и ночью?
– Днем не обещаю, я же буду ходить в город, а вот ночью точно!
– Это здорово, – расплылся Веня в довольной улыбке. – Тебе еще никто не говорил, что ты вносишь мир и покой в нашу жизнь? Так знай, что вносишь! Нам тебя не хватало!
– Ну, хватит нежностей, – ввалился в кубрик Рома. – Симона, дай тебя обнять, что ли?
– Нет уж, – смеюсь я, – на сегодня нежностей уже действительно хватит! Обнимайся со своей женой!
– Еще успею, – беззаботно махнул рукой Рома, – куда торопиться? Жизнь она длинная, а семейная тем более!
– Это семейным только так кажется, – шутит Миша. – Ну, не хочешь обниматься со своей женой, иди, обнимайся с женой Литина! Толик, слабо поставить Литина в наряд?
– Это мне? – шучу я. – Эй, старшина!
– Да ладно тебе, – тревожно закрутил Рома головой по сторонам. – Не буду я обниматься с женой Литина. 
– Рота! Смирно! – донесся голос дневального по роте.
– Вольно, – спокойно скомандовал ротный. – Что это за резонанс в третьем взводе? А, это у нас никак Иванов вернулся?
Все весело смеются, и в этот момент со стороны 32-й роты в кубрик входит ни живой, ни мертвый, Королев. Выглядит он достаточно странно: лицо опухло, глаза красные, нос вдвое шире обычного. Рукава на парадке заметно помяты.
Нерешительно оглядываясь на ротного, Королев подошел к своей койке и стал раздеваться. Он раздевается, настороженно разглядывая то ротного, то Мишу и Рому. Лиса пока не видно и не слышно.
– Миша, – негромко позвал я, – что это с КорСом такое, не знаешь?
– Честно сказать? – нехотя отвечает Миша.
– Конечно, – с серьезным видом говорю я.
– Не знаю, – с честным выражением лица и глаз ответил Миша, и тут же отвернулся от меня.
Вечером программа «Время» снова озадачила всех. В китайской столице Пекине на площади Тяньаньмэнь китайская армия разогнала массовую демонстрацию. Студенческая акция в защиту демократии, которая длилась уже полтора месяца, переросла в миллионную демонстрацию.
На площадь ввели танки, которые открыли огонь по демонстрантам, и начали давить их гусеницами. Все это видели в прямом эфире миллионы телезрителей по всему миру.
– Дима, а Дима, – повернулся КорС к Снигуру, – а что там в твоей Библии говорится о конце света?
Но Дима предпочел отмолчаться и уклонился от разговора. Тогда Королев повернулся к Лису.
– Слушай, Лис, ты ведь у нас из Ростовской области? А что там у вас примерно в этот же день, но в 1962 году произошло?
– Зачем спрашиваешь? Раз знаешь точную дату, значит, знаешь и о том, что тогда произошло.
– Да я проверяю, знаешь ли ты!
– 2 июня 1962 года в Новочеркасске войска подавили демонстрацию рабочих, которые выступили против повышения цен. В тот день погибло 24 человека, были ранены 39 человек. Позже по решению Верховного суда СССР расстреляли еще семерых и 114 человек посадили в тюрьмы.
Странно, но на этот раз Вася воздержался от того, чтобы обвинить Лиса во лжи и клевете на родную страну.