116

Лидия растерянно металась в своей комнате.
Здесь нельзя оставаться. Это может быть опасным. Нужно уходить. Но…
Без сил упала в кресло. Может, это всё снова игры её болезни? Кого ей бояться? Собственного мужа? С которым она прожила много лет? С которым родили и растят Танюшу? Который заботится о ней, приносит в постель лекарства?
Лекарства… Надо их вылить, добавить во флаконы воды. Так будет лучше.
А не сойдёт ли она с ума без них окончательно?
К кому обратиться? Кто поможет?
К дяде?
Верно. Надо собрать вещи, лишь самое необходимое, распорядиться насчёт экипажа…
Но Таня. Дочь после болезни не выдержит дорогу.
И Лидия снова упала в кресло.
Письмо… Что там написано? Может, она что-то неправильно поняла?
«Сударыня, жду вас вечером у Чёрного озера. Если Вы не пожелаете меня и на этот раз видеть, а буду искать встречи с Вашей дочерью Лидией. 
                С.Ч.»
«С.Ч. Сергей Чаруданов. Это сколько ему тогда было лет? Пятнадцать? Четырнадцать? Шестнадцать?»
Лидия совсем запуталась и не могла посчитать.
Зачем ему встречаться с матушкой? Что их связывало? Мать, со слов служанки, даже пряталась от него. Пряталась, значит, боялась. Другого объяснения не находилось. И потом он предупреждал, что встретится с ней? Но она тогда была ребёнком. Что ему дала бы эта встреча? Или он угрожал?
Лидия откинулась в кресле, закрыла глаза, попыталась собрать мысли в разумную кучу, чтобы они не порхали, как перепуганные птицы.
«Я тогда жила у дяди. Нет, уже была в пансионе. Как бы он со мной встретился? Его бы не допустили.»
За годы жизни в пансионе Лидию никто не навещал. Её не отпускали даже на летние каникулы. Но таковы правила пансиона.
«Значит, тогда он встретился с матушкой. Он угрозой вынудил мать пойти к нему.»
И Лидия вспомнила о чём рассказывал Иван Алексеевич в первую их встречу.
Матушка погибла на озере. Ночью пошла в лес. Была гроза. Сотник сказал, что сук упал на голову. Но Лидия помнит сомнения доктора.
«Сергей один знает, как погибла мать.»
Лидия окинула взглядом комнату, словно увидела её впервые.
«Всё ложь. Наша семья построена на лжи и обмане. Всё это время я жила словно на пороховой бочке. Ужасная-ужасная опасность угрожала… угрожает нам. Мне и Тане… Мой муж…».
Лидия попыталась вспомнить, с чего всё начиналось.
После окончания пансиона дядя забрал её к себе. Там она и встретила Сергея. Красивого, серьёзного. Дядя представил его как многообещающего и способного молодого человека, в котором он принимает участие. Сергей был помощником дяди и его правой рукой.
Потом… Сергей стал оказывать ей знаки внимания. Она влюбилась. Скоро поженились. Лидия не успела как следует окунуться в светскую жизнь, как оказалась замужней женщиной. И это было для неё так ново и привлекательно. А потом родилась Танюша, и счастье стало полным.
Замечала ли она странности?
О, да. С первых дней знакомства. Но что она знала о мужчинах? Ровным счётом ничего.
Отец, дядя, Сергей, слуги. Вот и все мужчины, что так или иначе окружали её.
Отец был много старше матушки. Он умер, когда Лидия была маленькой. Но она помнит его доброту, заботу и любовь. Наверное, это был единственный человек в её жизни, в чувствах которого она не сомневалась.
Дядя. Хмурый, серьёзный, вечно занятой. Его она побаивалась и всегда старалась держаться подальше.
И Сергей. Человек, который заставил её сомневаться в собственном разуме. Он, наверное, долго старался.
Зачем?
Она вспомнила его непроницаемый взгляд. Что скрывалось в глубине его глаз? Однажды ей стало холодно и неуютно, когда она резко обернулась и уловила… Ненависть. Это была ненависть.
Ей и тогда так показалось, но она постаралась выкинуть такую кощунственную мысль из головы. А теперь она в этом уверена…
Но ведь были и другие минуты… Ведь были мгновения, полные нежности. И в этом она тоже уверена.
Но в основном были ложь и притворство.
Вспомнила недавнюю поездку к помещице Горчаковой. По дороге он рвался собрать ей букет полевых цветов. Сколько в этом было фальши. Теперь она это ясно видела.
И так всю совместную жизнь.
О-о-о.
В дверь постучали.
Сердце подпрыгнуло. Сергей? Только не это.
- Войдите, - голос хриплый, напряжённый.
Мадмуазель Эмили.
Гувернантка на какое-то мгновение застыла в дверях. Глаза красные. Снова плакала. Но в последнее время с ней это часто случалось.
Вдруг она бросилась на пол к ногам Лидии.
- Простите меня… Прошу!
- Что случилось? – Лилия неловко поднялась в кресле. – Что-то с Таней?
- Нет-нет, с девочкой всё в порядке. Дело во мне.
- Да что же случилось? Сядьте, прошу вас. Сядьте на тот стул.
К большому облегчению Лидии гувернантка оставила в покое её ноги, послушно перебралась куда указали.
- Да что же случилось? – вновь спросила перепуганная Лидия, видя, что слезливый поток никак не иссякает.
- Змея…
- Что-о?
- Но она была не ядовитая. Она была… мед…медвянка…
- Медянка?
- Да-да, всё верно. Медвянка… Это я её сунула в корзину с цветами. Так велел мне Сергей Дмитриевич… Он хотел над вами пошутить… Я не хотела… Глупая шутка… Не смешно… Я не хотела... Отвратительная змея. Она всё норовила выползти из корзины, пока я не придумала сунуть её в коробку. А потом открыла... Фу-у, гадость…
- Зачем?
- Так приказал… Чтобы не выползла раньше времени…
- Зачем вы это сделали? Разве вам не жалко было меня?
Гувернантка в изумлении подняла глаза. Застыла.
- Ну… да… - заюлила она, и Лидия поняла, что не жалко.
- Почему же вы теперь плачете?
Но гувернантка вместо ответа тоненько завыла и прижала носовой платок ко рту.
Со двора донесся шум колёс.
- Сергей Дмитриевич приехал! – гувернантка испуганно распахнула глаза, насколько ей позволили опухшие веки.
Лидия Ивановна почувствовала, как и у неё сердце сжалось от ужаса. Она поняла, что скоро всё решится. Но Таня… Как в предстоящем урагане уберечь ребёнка?