Деревенский джин

В деревне Гадюкино опять шли дожди. Третий день подряд. Небо висело низко, будто его кто-то прижал мешком к крышам, а лужи расползались по улицам, как ленивые серые звери.

Дед Пахомыч сидел на крыльце, кутался в старый тулуп и ворчал:
— Ну что за напасть! Хоть бы солнышко хоть глазком глянуло! Да хоть бы кто-нибудь зашёл, слово доброе сказал… А то только дождь да ветер.

Тут мимо пробежал Витька, соседский мальчишка, промок до нитки, схватил с завалинки пустую бутылку из-под лимонада, махнул рукой:
— Дед, не сердись! Я её сейчас обратно в магазин снесу, мне за неё три копейки дадут!

А дед Пахомыч только рукой махнул:
— Да забирай, забирай… Хоть какая-то польза от этой стекляшки.

Витька убежал, а дед вздохнул, почесал бороду и подумал: «Эх, вот бы сейчас кто-нибудь желание исполнил… Хоть бы дождь прекратился!»

И тут из бутылки, которую Витька забыл на лавке, вдруг повалил густой синий дым. Он клубился, кружился, вытягивался, а потом собрался в фигуру — и перед дедом Пахомычем появился невысокий мужичок в полосатом халате, с хитрой улыбкой и бровями, похожими на две мохнатые гусеницы.

— Ну, чего звал? — спросил он, потирая руки. — Я тут, я готов. Три желания, не больше. Но учти: я джин непростой, я джин деревенский. Так что формулируй чётко, без выкрутасов.

Дед Пахомыч аж рот раскрыл:
— Ты… это… откуда?

— Из бутылки, вестимо, — хмыкнул джин. — Кто пробку выдёргивает, тот меня и вызывает. Только обычно это дети делают, да и желания у них смешные: то конфет гору, то велосипед. А тут ты, видать, всей душой пожелал — вот я и выскочил.

Дед почесал затылок:
— Так я ж не дёргал… Это Витька бутылку схватил, да, видно, пробку чуть сдвинул…

— А мне без разницы, — пожал плечами джин. — Желание прозвучало — я тут. Ну, давай, загадывай.

Пахомыч подумал-подумал и говорит:
— Ладно… Первое: пусть дождь прекратится. Хоть на день, хоть на два.

Джин щёлкнул пальцами — и тучи вдруг будто кто-то подхватил и утащил куда-то за лес. Солнце выглянуло, блеснуло на мокрых крышах, и даже лужи будто заулыбались.

— Ого! — выдохнул дед. — Ну, это дело… Второе желание: пусть в нашем магазине появится хороший чай, тот, что с бергамотом. А то всё какой-то пыльный продают.

Ещё один щелчок — и на полке в сельпо, как по волшебству, появилась целая коробка чая с бергамотом, да ещё и с красивой этикеткой.

А третье желание дед Пахомыч долго не мог придумать. То ли хотелось, чтобы картошка уродилась, то ли чтобы соседский петух перестал орать в пять утра… Но в итоге он вздохнул и сказал:
— Знаешь, а третьего не надо. Пусть лучше все в Гадюкине будут здоровы да счастливы. И пусть никто не грустит из-за дождя — ведь после него всегда радуга бывает.

Джин прищурился, посмотрел на деда и вдруг улыбнулся по-настоящему, без хитрости:
— Это, пожалуй, самое правильное желание из всех, что я слышал.

Он снова превратился в синий дым, втянулся в бутылку, и пробка сама собой встала на место.

А через час прибежал Витька:
— Дед Пахомыч, ты не поверишь! В магазине чай новый привезли, с бергамотом! И дождь-то кончился!

Дед только усмехнулся, погладил бутылку, что лежала на лавке, и тихо сказал:
— Бывает… Иногда и чудеса случаются. Главное — верить.

С тех пор в Гадюкине про бутылку ходили легенды. Кто-то говорил, что она волшебная, кто-то — что это просто байка. Но если в деревне снова начинался затяжной дождь, кто-нибудь обязательно вздыхал: «Эх, вот бы деда Пахомыча сюда…»