Клео от 5 до 7, Анес Варда 1962

Если говорить о великих женщинах-режиссерах, первой почти всегда вспоминают Аньес Варду, может, еще Шанталь Акерман, но мне кажется, Акерман уступит место Варде.

Сегодня фильм «Клео от 5 до 7» принято считать одной из важнейших картин феминистского кинематографа; он следует традициям французской новой волны. Режиссер повествует нам о певице Флоранс «Клео» Виктуар, которая ожидает результатов своего диагноза. У нее подозревают рак. С точки зрения режиссуры эта картина интересна тем, что здесь запечатлены полтора часа жизни человека — время, которое полностью меняет ее.

«Этот фильм о красоте и смерти», — так охарактеризовала его сама Аньес Варда.
 
Фильм начинается в цвете. Мы видим, как молодая женщина (судя по голосу) сидит на сеансе у гадалки; та раскладывает карты Таро и комментирует их. Обычные режиссеры пошли бы путем, которым проходили такие титаны, как Эйзенштейн, давший цвет в танце в фильме «Иван Грозный», но Аньес Варда идет иным путем. В ее фильме только карты остаются в цвете, и как только камера показывает нам лица героев, мы тут же видим монохром. Потом она возвращает нас в цвет и снова оставляет на черно-белом выпуклом полотне.

Для режиссера: иногда чувство оказывается важнее заранее выстроенной композиционной логики кадра или продуманной цветовой схемы; формальная логика в искусстве почти всегда проигрывает чувству, потому как у чувств своя система опоры на душу человека.

Когда видишь крупные кадры рук в фильме, например, как хозяйка открывает и закрывает дверь, тут же вспоминается Робер Брессон. Именно в «Приговоренном к смерти бежал» руки окончательно становятся самостоятельными героями его кинематографа. Он тоже был французом, но не входил в группу режиссеров новой волны. И Аньес Варда считалась с его творчеством и училась на его фильмах.

Отсюда можно сделать вывод: режиссеру необходимо постоянно учиться у кинематографических пророков прошлого, переосмысливая и совершенствуя их приемы. Это все равно как если бы у каждого режиссера можно было взять один цвет, один мазок, у другого — другой цвет. Желающему написать собственную картину это жизненно необходимо.

Это был второй фильм Аньес Варды, и здесь мы воочию видим ее любовь к документалистике. Париж будто и сам становится героем фильма, идя под руку с Клео Виктуар.

Тема зеркал, витрин и окон играет здесь большую роль.

Это важно, но легко повторяемо. В зеркальном изображении эмоции далеко не всегда удваиваются, как думают многие. Потому зеркало легко превращается в клише, если за ним не стоит новая драматургическая задача.

Здесь в царство зеркал приходит женщина — Аньес Варда — и поступает следующим образом. Сцена в кафе. За спиной Клео располагается большое зеркало и, соответственно, отражает ее, а также людей, сидящих с ней за одним столом и напротив. Рядом же сидит пара — парень и девушка — и разбирается в своих отношениях. У них за спинами зеркал нет, и мы видим глубину помещения. Это очень редкое и сильное сочетание зеркальной композиции и глубины сцены в одном кадре. Только человек, долго смотревшийся в зеркало, может заметить такое. Спасибо, женщина!

Знаки преследуют героиню. Такси останавливается напротив магазина африканских масок, студенты в страшных масках заглядывают в ее машину, черный котенок цепляется за полу ее накидки... Красив образ, где дома она качается на качелях, а на стене висят крылья, — создается впечатление, будто героиня и есть ангел.

Что стоит запомнить: для того чтобы выразить состояние или мысли героя, не обязательно заставлять его их играть. Иногда достаточно поместить его в пространство, которое уже говорит за него. Это могут быть книги, дождь, маски, картины или, как здесь, — крылья.

Последнюю сцену Аньес Варда просто вытащила из вечности. Доктор сообщает Клео о ее болезни и о том, что ей предстоит облучение. Он уезжает на машине, а мы видим крупный план лиц Клео и Антуана. Клео чуть улыбается, произносит: «Теперь я не боюсь», — а по лицу моряка течет слеза.

Стоит обратить внимание: это редкий кадр. Во-первых, самая эмоциональная сцена снята в движении, тогда как обычно подобные эпизоды снимают статично. Во-вторых, построение основано на контрасте: тот, кто должен плакать, — улыбается.

***

Интересно заметить, что прелестная Корин Маршан, сыгравшая Флоранс «Клео» в этом фильме, прожила, в отличие от своей героини, долгую и плодотворную жизнь. Она умерла в возрасте 94 лет. В тридцать лет Маршан освоила еще одну профессию — пчеловодство. Она окончила школу пчеловодов и долгое время занималась этим ремеслом наряду с актерской карьерой. Наверное, именно такая способность жить сразу несколькими жизнями и делает судьбу человека по-настоящему долгой и счастливой.