Оценка потерянных РФ инвестиций

Оценка потерянных инвестиций и недополученного ВВП

1. Назначение приложения
Настоящее приложение переводит обвинение против политики дорогого кредита из области общих рассуждений в область измеримого экономического ущерба.

Недостаточно установить, что ставка была высокой.

Недостаточно показать, что корпоративный кредит был дорогим.

Недостаточно доказать, что инвестиции, промышленность и экономический рост замедлялись.

Необходимо предъявить счёт.

Сколько производственных проектов не состоялось?

Какой объём капитальных вложений Россия не осуществила?

Какой производственный капитал не был создан?

Сколько товаров и услуг страна не произвела?

Какой ВВП мог быть получен при иной финансовой политике?

Какой национальный доход был потерян из-за того, что российский капитал систематически делали дороже нормальной промышленной доходности?

Ответ на эти вопросы не может быть выражен одной абсолютно точной цифрой.

Упущенное развитие невозможно наблюдать непосредственно.

Статистика фиксирует построенный завод.

Не построенный завод в статистике отсутствует.

Она фиксирует выданный кредит.

Отказ от кредитной заявки не превращается в инвестиционный показатель.

Она измеряет произведённую продукцию.

Продукция предприятия, которое не было создано, не попадает ни в один официальный отчёт.

Поэтому оценка экономического ущерба всегда является контрфактической.

Необходимо сравнить две траектории:

фактическую — ту, по которой Россия прошла;
альтернативную — ту, по которой она могла пройти при более доступном производственном кредите, более высокой инвестиционной норме и согласованной политике развития.
Разница между ними и является упущенной экономической выгодой.

Главный вывод настоящего приложения состоит в следующем:

широкая накопленная упущенная выгода России в XXI веке при сценарии полного использования восстановительного, инвестиционного и индустриального потенциала превышает 100 трлн долларов в постоянных международных ценах по паритету покупательной способности.

Эта цифра не означает, что Центральный банк единолично «украл» 100 трлн долларов.

Она означает другое.

Страна недополучила экономический результат такого масштаба по сравнению с траекторией ускоренного развития, которую позволяли её исходные ресурсы, промышленное наследие, научный потенциал, внутренний рынок и мировой опыт догоняющих экономик.

Центральный банк не был единственной причиной потери.

Но политика дорогого кредита была одним из главных механизмов, систематически превращавших потенциальный рост в отменённые инвестиции, недофинансированный капитал и недополученный выпуск.

2. Что означает цифра «100+ трлн долларов»
Цифра свыше 100 трлн долларов требует предельно точного определения.

Она не означает:

сумму, находившуюся на банковском счёте и исчезнувшую;
прямые потери федерального бюджета;
объём вывезенного капитала;
сумму процентных платежей банкам;
стоимость не построенных заводов;
текущую рыночную стоимость активов;
прямой ущерб одного года;
номинальные доллары разных лет, механически сложенные друг с другом.
Под 100+ трлн долларов понимается:

накопленный поток недополученного реального ВВП России за 2000–2025 годы по сравнению с верхним сценарием ускоренного развития, выраженный в постоянных международных долларах 2021 года по паритету покупательной способности.

Международный доллар по паритету покупательной способности используется для сопоставления физического объёма экономик с учётом различий внутренних цен. Методология Международной программы сопоставлений Всемирного банка предназначена именно для получения сравнимых стоимостных и объёмных показателей ВВП разных стран.

Это не экспортная валютная выручка.

Не сумма, которую Россия могла бы обменять на американские товары по рыночному курсу.

Это единица измерения реального объёма товаров и услуг, который мог быть произведён внутри российской экономики.

Именно поэтому правильное наименование показателя:

триллионы постоянных международных долларов по ППС, а не обычные текущие доллары США.

3. Почему нельзя использовать номинальные доллары
Если сложить номинальный долларовый ВВП России за 2000–2025 годы, результат будет зависеть от:

курса рубля;
мировой инфляции;
цен на нефть;
девальваций;
изменения долларовых цен;
номинальной переоценки активов.
Экономика могла физически вырасти, а её долларовый ВВП сократиться из-за ослабления рубля.

Могла почти не увеличить реальный выпуск, но показать резкий номинальный рост из-за инфляции.

Поэтому номинальный долларовый ряд непригоден для оценки долгосрочной упущенной выгоды.

Для расчёта используются:

реальный ВВП;
единая ценовая база;
единая единица покупательной способности;
накопление годовых разрывов.
Всемирный банк публикует российский ВВП в постоянных международных долларах 2021 года. По последней доступной версии ряда объём России составлял около 2,95 трлн международных долларов в 2000 году и около 6,18 трлн в 2025 году. Ряд сохраняет реальные темпы роста национальных счетов и переводит их в сопоставимую базу ППС.

4. Четыре разных вида ущерба
Экономический ущерб необходимо разделять.

4.1. Потерянный поток инвестиций
Это капитальные вложения, которые могли быть произведены, но не состоялись:
L
o
s
s
t
I
n
v
=
I
n
v
t
a
l
t
;
I
n
v
t
f
a
c
t
.
LosstInv;=Invtalt;;Invtfact;.

4.2. Недополученный капитальный запас
Неосуществлённые инвестиции накапливаются и уменьшают количество действующих основных фондов:
K
t
=
(
1
;
;
)
K
t
;
1
+
I
n
v
t
,
Kt;=(1;;)Kt;1;+Invt;,

где:

K
t
Kt; — запас капитала;
;
; — норма выбытия;
I
n
v
t
Invt; — инвестиции.
4.3. Недополученный годовой ВВП
Это разница между альтернативным и фактическим выпуском:
G
a
p
t
G
D
P
=
G
D
P
t
a
l
t
;
G
D
P
t
f
a
c
t
.
GaptGDP;=GDPtalt;;GDPtfact;.

4.4. Накопленный недополученный ВВП
Это сумма годовых разрывов:
L
o
s
s
G
D
P
=
;
t
=
2000
2025
G
a
p
t
G
D
P
.
LossGDP=t=2000;2025;GaptGDP;.

Именно последний показатель способен превышать 100 трлн международных долларов.

Он представляет не разовую потерю, а сумму не произведённого продукта за четверть века.

5. Почему годовые разрывы необходимо суммировать
Предположим, что в одном году фактический ВВП оказался ниже альтернативного на 1 трлн долларов.

В следующем — на 2 трлн.

В третьем — на 3 трлн.

К концу третьего года разрыв уровня составляет 3 трлн.

Но накопленный недополученный выпуск равен:
1
+
2
+
3
=
6
 трлн
.
1+2+3=6 трлн.

Экономика теряла продукт каждый год.

Нельзя смотреть только на разницу последнего года.

Не произведённые товары 2010 года не возникли в 2011 году автоматически.

Не полученная прибыль не профинансировала следующий проект.

Не выплаченная зарплата не создала потребительский спрос.

Не поступивший налог не стал дорогой, лабораторией или электростанцией.

Поэтому годовые разрывы должны суммироваться.

6. Фактическая российская траектория
В 2000 году реальный ВВП России по ППС в постоянных международных долларах 2021 года составлял приблизительно 2,95 трлн.

К 2025 году он увеличился примерно до 6,18 трлн. Всемирный банк также фиксирует замедление роста до примерно 1 процента в 2025 году после более высокого результата 2024 года.

На основе полного годового ряда авторский расчёт даёт приблизительно:
;
G
D
P
2000
;
2025
f
a
c
t
;
126
 трлн международных долларов
.
;GDP2000;2025fact;;126 трлн международных долларов.

Это означает, что за двадцать шесть календарных лет российская экономика произвела совокупный реальный продукт, эквивалентный примерно 126 трлн международных долларов 2021 года.

Значение округлено.

Оно может несколько меняться после пересмотра национальных счетов, уточнения ППС и обновления данных за последние годы.

Но пересмотр на несколько десятых или даже единицы триллионов не изменяет порядок оценки.

7. Почему фактические 126 трлн не являются доказательством успеха
Сумма в 126 трлн выглядит огромной.

Но любая крупная экономика производит огромный накопленный продукт за четверть века.

Вопрос не в том, сколько Россия произвела вообще.

Вопрос — сколько она могла произвести.

Потеря определяется не фактическим объёмом, а разрывом между фактической и доступной альтернативной траекторией.

Если спортсмен пробежал сто километров, это не доказывает, что он использовал все возможности.

Необходимо знать дистанцию, время и условия.

Россия входила в XXI век с:

огромной недозагрузкой производственных мощностей;
низкой базой после спада 1990-х годов;
образованным населением;
промышленным наследием;
энергетической самодостаточностью;
природными ресурсами;
растущими экспортными доходами;
низким государственным долгом;
большим внутренним рынком.
Такой набор возможностей создавал не норму медленного зрелого роста, а потенциал длительного догоняющего ускорения.

8. Три основных сценария
Оценка строится по трём сценариям.

8.1. Нижний сценарий
Предполагает средний долгосрочный рост около 4,5 процента в год.

Это не индустриальный рывок.

Это умеренная траектория развивающейся экономики, лишь немного превосходящая фактический средний результат России.

8.2. Базовый сценарий развития
Предполагает рост около 6 процентов в год.

Такая траектория требует:

высокой нормы инвестиций;
доступного промышленного кредита;
развитых банков развития;
повышения производительности;
инфраструктурной политики;
более глубокой переработки сырья.
8.3. Верхний сценарий полного использования потенциала
Предполагает рост около 8 процентов в год.

Он соответствует не обычной инерционной политике, а длительной стратегии ускоренной индустриализации.

Это верхняя оценка.

Она не должна выдаваться за гарантированный результат.

Но именно она показывает масштаб утраченной исторической возможности.

9. Расчёт сценариев
Исходный уровень 2000 года:
G
D
P
2000
=
2,947
 трлн международных долларов
.
GDP2000;=2,947 трлн международных долларов.

Альтернативная траектория:
G
D
P
t
a
l
t
=
G
D
P
2000
(
1
+
g
)
t
;
2000
,
GDPtalt;=GDP2000;(1+g)t;2000,

где
g
g — среднегодовой темп сценария.

Таблица 9.1. Альтернативные траектории реального ВВП России, 2000–2025 годы
Сценарий Среднегодовой рост ВВП 2025 года, трлн международных долларов Накопленный ВВП 2000–2025 годов Недополученный ВВП
Фактическая траектория около 3% около 6,2 около 126,0 —
Нижний 4,5% около 8,9 около 140,2 около 14,2
Базовый 6,0% около 12,6 около 174,4 около 48,4
Ускоренный 7,5% около 18,0 около 218,3 около 92,4
Полное использование потенциала 8,0% около 20,2 около 235,6 около 109,7
Расчёт выполнен в постоянных международных долларах 2021 года на основе стартового значения Всемирного банка и фактического накопленного ряда. Округление и будущие статистические пересмотры способны изменить отдельные значения, но не принципиальный масштаб результатов.

10. Как возникает цифра свыше 100 трлн
При среднегодовом росте 8 процентов альтернативный накопленный ВВП за 2000–2025 годы составляет примерно:
235,6
 трлн
.
235,6 трлн.

Фактический:
126,0
 трлн
.
126,0 трлн.

Разница:
235,6
;
126,0
=
109,6
 трлн международных долларов
.
235,6;126,0=109,6 трлн международных долларов.

Именно так формируется оценка:
L
o
s
s
b
r
o
a
d
>
100
 трлн долларов
.
Lossbroad>100 трлн долларов.

Эта цифра не придумана путём сложения всех возможных видов ущерба.

Она не включает сверху потерянные зарплаты, налоги, прибыль и инвестиции.

Все они уже находятся внутри недополученного ВВП.

100+ трлн — это сам разрыв выпуска.

Не сумма разрыва выпуска и его частей.

11. Порог, при котором ущерб превышает 100 трлн
Расчёт показывает, что накопленный разрыв превышает 100 трлн международных долларов при долгосрочном среднем росте примерно 7,8 процента и выше.

При 7,5 процента результат составляет около 92 трлн.

При 7,8 процента — уже более 102 трлн.

При 8 процентах — около 110 трлн.

Следовательно, формулировка «100+ трлн» соответствует верхнему сценарию, в котором Россия сохраняет темп полноценной догоняющей индустриализации.

12. Насколько реалистичен восьмипроцентный сценарий
Нельзя утверждать, что Россия гарантированно могла расти по 8 процентов ежегодно в течение четверти века.

Такое утверждение было бы чрезмерным.

Демографическое старение, санкции, мировой кризис, пандемия, структура экспорта и качество институтов всё равно ограничивали бы результат.

Однако восьмипроцентный сценарий не является фантастикой, возникшей из пустоты.

В начале века Россия уже демонстрировала темпы, близкие к этому уровню.

В 2000 году рост составлял около 10 процентов.

В 2003–2007 годах неоднократно превышал 7 процентов.

Китай, Индия и Вьетнам показывали, что крупные развивающиеся экономики способны длительно сохранять темпы от 6 до 10 процентов при высокой инвестиционной норме и активной финансовой политике. Всемирный банк фиксирует российский рост в 10 процентов в 2000 году, а китайский — 8,6 процента; в последующие годы азиатские экономики сохраняли значительно более высокую накопленную траекторию.

Верхний сценарий означает:

сохранение восстановительного импульса;
переход от загрузки старых мощностей к созданию новых;
отсутствие систематического кредитного удушения;
высокую норму инвестиций;
масштабное развитие инфраструктуры;
промышленную диверсификацию;
рост производительности;
использование сырьевой ренты для индустриализации.
Он описывает не то, что произошло бы автоматически.

Он описывает то, что могло стать государственной стратегией.

13. Почему базовый сценарий ниже 100 трлн не отменяет обвинения
Даже если отвергнуть верхнюю траекторию и принять рост 6 процентов, накопленный разрыв составляет около 48 трлн международных долларов.

Это не небольшая статистическая погрешность.

Это экономический объём, многократно превышающий годовой ВВП современной России.

Если принять ещё более осторожный рост 4,5 процента, недополученный выпуск всё равно составляет около 14 трлн.

Следовательно, спор о том, равен ущерб 15, 50 или 110 трлн, не отменяет основного вывода.

При любом разумном сценарии цена недоразвития измеряется не миллиардами.

Она измеряется десятками триллионов.

14. Что именно следует называть «упущенной выгодой 100+ трлн»
Для методологической точности в книге должна использоваться следующая формулировка:

Более 100 трлн международных долларов — верхняя оценка совокупной упущенной экономической выгоды России за 2000–2025 годы относительно сценария ускоренного догоняющего развития с темпом около 8 процентов в год.

Нельзя без дополнительного расчёта писать:

«Центральный банк единолично нанёс ущерб в 100 трлн долларов».

Такая фраза позволила бы оппонентам отвергнуть весь анализ.

Правильное обвинение сильнее.

Россия недополучила более 100 трлн в верхнем сценарии.

Политика дорогого кредита была одним из главных системных механизмов, не позволивших реализовать этот потенциал.

Для оценки конкретной доли Центрального банка применяется отдельная процедура атрибуции.

15. Почему Центральный банк не отвечает за весь разрыв
На российский рост влияли:

качество государственного управления;
налоговая политика;
коррупционные и административные издержки;
защита собственности;
структура бюджета;
мировые цены сырья;
демография;
санкции;
пандемия;
торговые ограничения;
инфраструктура;
производительность;
образование;
внешняя политика;
технологический импорт.
Центральный банк не отвечает за каждый из этих факторов.

Но его политика влияла на способность экономики адаптироваться к каждому из них.

Санкции ограничивали импорт оборудования.

Высокая ставка затрудняла создание отечественного.

Демография сокращала рабочую силу.

Высокая ставка блокировала автоматизацию.

Слабая инфраструктура требовала инвестиций.

Высокая ставка повышала их бюджетную и частную стоимость.

Износ оборудования требовал модернизации.

Высокая ставка делала модернизацию финансово невыгодной.

Центральный банк не создавал все проблемы.

Он делал каждую проблему дороже.

16. Атрибуция ущерба политике дорогого кредита
Для оценки ответственности денежно-кредитной политики вводится коэффициент атрибуции:
L
o
s
s
C
B
=
;
;
L
o
s
s
b
r
o
a
d
,
LossCB=;;Lossbroad,

где:

L
o
s
s
b
r
o
a
d
Lossbroad — полный контрфактический разрыв;
;
; — доля разрыва, объясняемая стоимостью кредита и связанным финансовым режимом.
Коэффициент
;
; не назначается политически.

Он должен оцениваться на основе:

межстрановых моделей;
отраслевой чувствительности;
динамики корпоративных ставок;
доли банковского финансирования;
отменённых проектов;
реакции инвестиций на ставку;
распределённых лагов;
синтетического контроля;
структурных эконометрических моделей.
Метод синтетического контроля предназначен именно для построения контрфактической траектории крупной единицы — страны или региона — через взвешенную комбинацию сопоставимых объектов. Он требует хорошего совпадения до исследуемого воздействия и обязательных проверок устойчивости.

17. Сценарии атрибуции
До получения полной эконометрической оценки можно использовать диапазоны.

Таблица 9.2. Доля широкого разрыва, условно связанная с финансовой политикой
Широкий разрыв Доля финансового режима Оценка процентно-обусловленного ущерба
48 трлн 20% около 9,6 трлн
48 трлн 35% около 16,8 трлн
48 трлн 50% около 24 трлн
110 трлн 20% около 22 трлн
110 трлн 35% около 38,5 трлн
110 трлн 50% около 55 трлн
Даже крайне осторожная атрибуция 20 процентов верхнего разрыва означает более 20 трлн международных долларов ущерба, связанного с кредитно-финансовым режимом.

Базовая доля 35 процентов даёт около 38–39 трлн.

Это уже не побочный эффект.

Это исторический масштаб недополученного развития.

18. Почему доля Центрального банка может быть значительной
Стоимость кредита влияет на экономику одновременно через несколько каналов.

18.1. Прямой кредитный канал
Повышение ключевой ставки увеличивает стоимость банковского ресурса и корпоративного кредита.

18.2. Канал дисконтирования
Будущие денежные потоки проекта обесцениваются:
N
P
V
=
;
I
0
+
;
t
=
1
T
C
F
t
(
1
+
k
)
t
.
NPV=;I0;+t=1;T;(1+k)tCFt;;.

Чем выше
k
k, тем меньше NPV.

18.3. Канал альтернативной доходности
Высокая доходность финансовых инструментов повышает минимальную доходность, которую инвестор требует от завода.

18.4. Канал оборотного капитала
Процент входит в себестоимость сырья, запасов и незавершённого производства.

18.5. Канал банковского риска
Высокая ставка ухудшает положение заёмщика.

Банк увеличивает надбавку.

Кредит дорожает ещё сильнее.

18.6. Канал бюджета
Государство вынуждено субсидировать ставку, сокращая ресурсы на другие расходы.

18.7. Канал ожиданий
Предприятия отказываются от долгих проектов, опасаясь будущих процентных шоков.

18.8. Канал финансовой структуры
Крупные компании выживают.

Малые и новые предприятия отсеиваются.

Экономика становится более монополизированной и менее динамичной.

19. Оценка потерянных инвестиций
Потерянные инвестиции рассчитываются двумя способами.

19.1. Метод разрыва инвестиционной нормы
L
o
s
s
t
I
n
v
=
(
s
t
a
l
t
;
s
t
f
a
c
t
)
G
D
P
t
.
LosstInv;=(stalt;;stfact;)GDPt;.

Где:

s
a
l
t
salt — целевая доля инвестиций в ВВП;
s
f
a
c
t
sfact — фактическая доля.
19.2. Метод альтернативного инвестиционного потока
I
n
v
t
a
l
t
=
s
a
l
t
G
D
P
t
a
l
t
.
Invtalt;=saltGDPtalt;.

Тогда:
L
o
s
s
I
n
v
=
;
(
I
n
v
t
a
l
t
;
I
n
v
t
f
a
c
t
)
.
LossInv=;(Invtalt;;Invtfact;).

Всемирный банк публикует для России как физический объём валового накопления основного капитала, так и его долю в ВВП. Эти ряды предназначены для международного сопоставления инвестиционного потока.

20. Рабочие инвестиционные сценарии
Для иллюстрации принимается, что средняя фактическая норма валового накопления основного капитала за период находилась около 22 процентов ВВП.

Это округлённое рабочее допущение, которое в окончательном расчёте должно заменяться фактическим годовым рядом.

Нижний сценарий
альтернативный накопленный ВВП: 140 трлн;
инвестиционная норма: 24 процента;
альтернативные инвестиции: около 33,6 трлн;
условные фактические инвестиции: около 27,7 трлн;
разрыв: около 5,9 трлн.
Базовый сценарий
альтернативный накопленный ВВП: 174 трлн;
инвестиционная норма: 27 процентов;
альтернативные инвестиции: около 47,1 трлн;
условные фактические инвестиции: около 27,7 трлн;
разрыв: около 19,4 трлн.
Верхний сценарий
альтернативный накопленный ВВП: 236 трлн;
инвестиционная норма: 30 процентов;
альтернативные инвестиции: около 70,7 трлн;
условные фактические инвестиции: около 27,7 трлн;
разрыв: около 43 трлн.
Таблица 9.3. Оценка накопленного инвестиционного разрыва
Сценарий Альтернативная норма инвестиций Альтернативный накопленный инвестиционный поток Потерянные инвестиции
Нижний 24% около 33,6 трлн около 5,9 трлн
Базовый 27% около 47,1 трлн около 19,4 трлн
Верхний 30% около 70,7 трлн около 43 трлн
Все величины выражены в постоянных международных долларах 2021 года.

Эта таблица является сценарной, а не окончательной статистической оценкой.

Но она показывает порядок величины.

Россия могла недополучить не отдельные миллиарды инвестиций.

Речь идёт о триллионах единиц реального капитального спроса.

21. Почему потерянные инвестиции нельзя прибавлять к 100+ трлн
Валовое накопление является компонентом ВВП.

Следовательно, большая часть потерянных инвестиций уже включена в недополученный ВВП соответствующих лет.

Кроме того, инвестиции создают будущий выпуск.

Если прибавить:

потерянные инвестиции;
весь будущий выпуск, созданный этими инвестициями;
потерянные зарплаты;
потерянную прибыль;
потерянные налоги,
возникнет многократный счёт одной и той же экономической потери.

Правильная последовательность:
потерянные инвестиции
;
недополученный капитал
;
недополученный выпуск
.
потерянные инвестиции;недополученный капитал;недополученный выпуск.

Показатели должны быть представлены отдельно.

Но не сложены без корректировок.

22. Оценка капитального разрыва
Запас капитала рассчитывается методом непрерывной инвентаризации:
K
t
=
(
1
;
;
)
K
t
;
1
+
I
n
v
t
.
Kt;=(1;;)Kt;1;+Invt;.

Этот подход широко используется в статистике капитала: новый инвестиционный поток прибавляется к сохранившемуся запасу, из которого вычитаются износ, выбытие и устаревание. Руководство ОЭСР отдельно подчёркивает необходимость различать валовые инвестиции, запас капитала, потребление основного капитала и услуги капитала в производстве.

Разрыв капитала:
K
G
a
p
t
=
K
t
a
l
t
;
K
t
f
a
c
t
.
KGapt;=Ktalt;;Ktfact;.

Он меньше простой суммы потерянных инвестиций, потому что часть альтернативных активов к 2025 году уже износилась бы.

Но он остаётся огромным.

При норме экономического выбытия 4–6 процентов и инвестиционном разрыве в десятки триллионов недополученный действующий капитал к концу периода может составлять многие триллионы международных долларов.

Это:

не построенные заводы;
не установленные станки;
отсутствующие энергетические мощности;
не созданная транспортная инфраструктура;
не сформированные технологические платформы;
не возникшие производственные цепочки.
23. Производственная функция
Влияние капитального разрыва на ВВП можно оценивать производственной функцией:
Y
t
=
A
t
K
t
;
L
t
1
;
;
,
Yt;=At;Kt;;Lt1;;;,

где:

Y
t
Yt; — выпуск;
A
t
At; — совокупная производительность;
K
t
Kt; — капитал;
L
t
Lt; — труд;
;
; — вклад капитала.
Приближённо:
;
Y
Y
;
;
;
K
K
.
Y;Y;;;K;K;.

Но воздействие инвестиций не ограничивается количеством капитала.

Новое оборудование способно повышать:

производительность труда;
качество;
точность;
ассортимент;
энергоэффективность;
технологическую самостоятельность.
Следовательно, инвестиционный разрыв воздействует также на
A
t
At; — производительность.

Политика дорогих денег уменьшает и объём капитала, и качество его технологического содержания.

24. Почему ущерб увеличивается со временем
Неосуществлённая инвестиция одного года создаёт цепочку потерь.

Допустим, завод не построен в 2005 году.

Тогда в 2007 году нет его продукции.

В 2008 году нет прибыли.

В 2009 году нет накопленных собственных средств.

В 2010 году не строится второй цех.

Не возникает поставщик.

Не обучаются инженеры.

Не создаётся экспортный канал.

Одна отменённая инвестиция лишает экономику не только одного объекта.

Она лишает её последующей ветви развития.

Поэтому накопленный ущерб растёт сложным образом.

25. Три этапа российского инвестиционного ущерба
25.1. Упущенная конвертация восстановительного роста, 2000–2008 годы
Россия быстро росла, но не создала достаточную систему длинного кредита.

Сырьевые доходы и загрузка старых мощностей не были полностью превращены в новый промышленный капитал.

Главный ущерб периода — упущенная возможность заложить базу последующих десятилетий.

25.2. Утрата траектории после кризиса, 2009–2013 годы
Мировой кризис разрушил инвестиционный импульс.

Восстановление произошло, но прежний темп не вернулся.

Экономика подошла к структурной остановке ещё до санкций 2014 года.

25.3. Закрепление низкого роста, 2014–2025 годы
Девальвации, санкции, высокая ставка и дорогой корпоративный кредит сделали технологическую перестройку особенно тяжёлой.

Бюджет и льготные программы поддерживали отдельные контуры.

Общая финансовая среда продолжала отсекать массу частных проектов.

26. Нижняя оценка ущерба
Нижняя оценка должна включать только последствия, которые можно связать с кредитной политикой с высокой уверенностью.

В неё входят:

сокращение инвестиций в кредитозависимых отраслях;
рост процентных расходов;
отмена проектов после изменения ставок;
снижение выдачи длинных кредитов;
дополнительные бюджетные субсидии;
рост стоимости обслуживания уже существующего долга.
Она не должна включать:

весь разрыв с Китаем;
весь эффект санкций;
всю демографическую потерю;
всю неэффективность государственного управления;
всю утрату производительности.
Поэтому нижняя ставка ущерба неизбежно будет существенно ниже 100 трлн.

Но даже она способна измеряться многими триллионами.

27. Базовая оценка ущерба
Базовый сценарий предполагает:

рост около 6 процентов;
инвестиционную норму около 25–27 процентов;
умеренную реальную стоимость капитала;
более широкое рефинансирование промышленности;
сохранение фактических внешних кризисов;
сохранение санкций и пандемии;
отсутствие идеализации качества управления.
Он даёт накопленный разрыв ВВП около 48 трлн международных долларов.

При доле финансовой политики 30–40 процентов процентно-обусловленный ущерб составляет:
14
;
19
 трлн международных долларов
.
14;19 трлн международных долларов.

Это можно считать центральным осторожным диапазоном до завершения полной эконометрической оценки.

28. Верхняя оценка ущерба
Верхний сценарий предполагает:

длительный темп около 8 процентов;
инвестиционную норму около 30 процентов;
масштабные банки развития;
целевой кредит;
глубокую переработку сырья;
технологический экспорт;
быстрое строительство инфраструктуры;
сохранение квалифицированных кадров;
последовательную промышленную стратегию.
Накопленный разрыв:
около
110
 трлн международных долларов
.
около110 трлн международных долларов.

Это и есть ранее заявленная цифра упущенной выгоды России в XXI веке:

100+ трлн долларов.

Она должна называться не минимально доказанным прямым ущербом Центрального банка, а полной верхней стоимостью не реализованной модели развития.

29. Почему верхняя оценка имеет право на существование
Оппонент может заявить:

«Россия никогда не могла расти по 8 процентов двадцать пять лет».

Но он обязан это доказать.

Нельзя заранее считать российское отставание естественным.

В начале периода Россия имела исключительные восстановительные возможности.

Она могла:

создавать собственное оборудование;
перерабатывать сырьё;
развивать энергетику;
расширять транспорт;
модернизировать ЖКХ;
автоматизировать промышленность;
строить жильё;
формировать евразийские цепочки;
экспортировать сложную продукцию;
сохранять научные школы.
Если финансовая политика отсекала эти проекты, фактическая слабость не может использоваться как доказательство невозможности сильной траектории.

Центральный банк сначала помог уменьшить потенциал.

Затем уменьшенный потенциал объявлялся объективным.

30. Синтетическая Россия
Для окончательного расчёта должна быть построена «синтетическая Россия» — взвешенная комбинация сопоставимых стран.

В донорскую группу могут входить:

Бразилия;
Индия;
Индонезия;
Мексика;
Турция;
Южная Африка;
Казахстан;
Малайзия;
Таиланд;
Вьетнам;
отдельные государства Центральной Европы.
Веса подбираются так, чтобы до выбранной точки сравнения синтетическая экономика была близка России по:

ВВП на душу населения;
структуре промышленности;
сырьевому экспорту;
инвестиционной норме;
демографии;
инфляции;
государственному долгу;
образованию;
урбанизации;
капитальному запасу.
После этого измеряется расхождение.

Метод синтетического контроля не является безошибочным.

Он требует:

хорошего предкризисного совпадения;
устойчивости к исключению отдельных стран;
плацебо-тестов;
проверки альтернативных весов;
отсутствия скрытого доминирующего фактора.
Но он значительно сильнее произвольного заявления:

«Россия могла бы расти как Китай».

31. Модели распределённых лагов
Воздействие ставки оценивается с задержкой:
I
n
v
t
=
;
+
;
k
=
0
K
;
k
r
t
;
k
+
;
X
t
+
;
t
.
Invt;=;+k=0;K;;k;rt;k;+;Xt;+;t;.

Затем:
G
D
P
t
=
;
+
;
k
=
0
K
;
k
I
n
v
t
;
k
+
;
Z
t
+
u
t
.
GDPt;=;+k=0;K;;k;Invt;k;+;Zt;+ut;.

Первая модель оценивает, как ставка уменьшает инвестиции.

Вторая — как инвестиционный разрыв уменьшает выпуск.

Такой двухэтапный подход прозрачнее, чем попытка напрямую приписать весь ВВП ключевой ставке.

32. Отраслевой расчёт
Общая модель должна быть дополнена отраслевой.

Наиболее чувствительны к стоимости капитала:

машиностроение;
станкостроение;
электроника;
фармацевтика;
химические производства;
строительные материалы;
транспортное машиностроение;
малые промышленные предприятия;
технологические компании;
инфраструктура.
Менее чувствительны:

компании с высокой сырьевой рентой;
предприятия с бюджетным заказом;
получатели субсидий;
крупные экспортёры;
компании, способные финансировать себя из прибыли.
Если после процентного ужесточения сильнее всего замедляются именно кредитозависимые отрасли, причинное обвинение становится значительно сильнее.

33. Региональный расчёт
Потерянные инвестиции необходимо распределить по регионам.

Высокая ставка воздействует неравномерно.

Регионы с крупными государственными и сырьевыми проектами сохраняют инвестиции.

Регионы, зависящие от малого и среднего бизнеса, теряют их быстрее.

Для каждого субъекта рассчитывается:
L
o
s
s
j
,
t
R
E
G
=
I
n
v
j
,
t
a
l
t
;
I
n
v
j
,
t
f
a
c
t
.
Lossj,tREG;=Invj,talt;;Invj,tfact;.

Затем оцениваются:

потерянный валовой региональный продукт;
налоговые доходы;
занятость;
миграция;
численность предприятий;
состояние основных фондов.
Так становится видимой география кредитного удушения.

34. Потерянные рабочие места
Рабочие места являются следствием инвестиционного и производственного разрыва.

Оценка:
J
o
b
s
L
o
s
s
t
=
G
a
p
t
V
A
V
A
p
e
r
W
o
r
k
e
r
t
.
JobsLosst;=VAperWorkert;GaptVA;;.

Где:

G
a
p
V
A
GapVA — недополученная добавленная стоимость;
V
A
p
e
r
W
o
r
k
e
r
VAperWorker — добавленная стоимость на одного работника.
Но потерянные рабочие места нельзя в денежном выражении полностью прибавлять к потерянному ВВП.

Заработная плата является частью добавленной стоимости.

Она уже включена в ВВП.

Отдельный расчёт нужен для социальной интерпретации, а не для увеличения итоговой суммы.

35. Потерянные доходы населения
Долю оплаты труда в недополученном ВВП можно оценить:
I
n
c
o
m
e
L
o
s
s
t
=
L
a
b
o
u
r
S
h
a
r
e
t
;
G
a
p
t
G
D
P
.
IncomeLosst;=LabourSharet;;GaptGDP;.

Если доля оплаты труда составляет условно 45 процентов, то каждый триллион недополученного ВВП означает порядка 450 млрд недополученных трудовых доходов до уточнения налогов, смешанных доходов и структуры выпуска.

Но эти 450 млрд уже являются частью триллиона.

Их нельзя прибавлять к нему повторно.

36. Потерянные бюджетные доходы
Бюджетный ущерб:
B
u
d
g
e
t
L
o
s
s
t
=
T
a
x
R
a
t
i
o
t
;
G
a
p
t
G
D
P
.
BudgetLosst;=TaxRatiot;;GaptGDP;.

Если консолидированная налоговая нагрузка составляет условно 30 процентов, каждый триллион недополученного продукта способен соответствовать примерно 300 млрд потенциально недополученных доходов.

Но опять:

бюджетные доходы являются перераспределяемой частью ВВП.

Они не добавляются сверху к общему разрыву.

37. Процентные платежи и национальный ущерб
Высокие процентные платежи предприятий не всегда являются чистой потерей национальной экономики.

Для банка они являются доходом.

Если банк и предприятие являются российскими резидентами, часть операции представляет внутреннее перераспределение.

Но национальный ущерб возникает, когда процент:

отменяет инвестицию;
вызывает банкротство;
увеличивает себестоимость;
сокращает выпуск;
уводит капитал из производства;
требует бюджетной субсидии;
увеличивает монополизацию;
направляется за рубеж иностранному кредитору.
Поэтому нельзя просто сложить все проценты и назвать сумму ущербом.

Необходимо оценить их поведенческий и производственный эффект.

38. Потеря технологий
Технологический ущерб трудно выразить одной суммой.

Он включает:

закрытые конструкторские бюро;
не созданные опытные образцы;
отсутствие серийного производства;
утрату кадров;
прекращение кооперации;
зависимость от импорта;
потерю патентов;
невозможность масштабирования.
Технология может годами не приносить крупного денежного потока.

Но её отсутствие позднее делает невозможной целую отрасль.

Поэтому технологический ущерб оценивается отдельно через:

число патентов;
расходы на исследования;
число инженеров;
выпуск высокотехнологичной продукции;
импорт критического оборудования;
технологическую сложность экспорта;
долю отечественных компонентов.
Он не должен произвольно добавляться к ВВП.

Но обязан присутствовать в качественной оценке.

39. Почему 100+ трлн — не завышение путём двойного счёта
Цифра 100+ трлн возникает из одного показателя:
;
(
G
D
P
a
l
t
;
G
D
P
f
a
c
t
)
.
;(GDPalt;GDPfact).

В неё не добавляются:

потерянные инвестиции;
зарплаты;
налоги;
прибыль;
рабочие места;
стоимость заводов;
процентные выплаты.
Все эти показатели используются для объяснения структуры ущерба.

Но не для повторного увеличения итоговой суммы.

Именно это отличает экономический расчёт от публицистического нагромождения чисел.

40. Почему 100+ трлн — всё равно верхняя оценка
Методологическая честность требует признать:

постоянный рост 8 процентов был бы крайне сложен;
часть восстановительного потенциала неизбежно исчерпывалась;
демография замедляла бы экономику;
мировой кризис 2008 года всё равно произошёл бы;
пандемия всё равно вызвала бы спад;
санкции ограничивали бы технологии;
не все институты могли быть быстро реформированы.
Поэтому 100+ трлн нельзя называть минимальной доказанной потерей.

Это верхняя граница исторической возможности.

Но верхняя граница необходима.

Без неё общество видит только фактическую экономику и начинает считать её единственно возможной.

Настоящее приложение показывает масштаб страны, которая могла существовать.

41. Диапазон итоговой оценки
Предлагается использовать три уровня.

Уровень 1. Минимально доказуемый
10
;
20
 трлн международных долларов
.
10;20 трлн международных долларов.

Он отражает осторожный сценарий и низкую атрибуцию финансового режима.

Уровень 2. Базовый системный ущерб
30
;
60
 трлн международных долларов
.
30;60 трлн международных долларов.

Он предполагает устойчивый рост около 6–7 процентов и значительное, но не полное влияние кредитной политики.

Уровень 3. Полная упущенная выгода
100
+
 трлн международных долларов
.
100+ трлн международных долларов.

Это накопленный разрыв верхнего сценария ускоренного развития.

Таблица 9.4. Итоговая шкала
Категория Оценка Смысл
Минимальная оценка 10–20 трлн Наиболее осторожная доля ущерба
Базовая оценка 30–60 трлн Системный эффект финансовой и инвестиционной модели
Полная упущенная выгода более 100 трлн Верхний разрыв с траекторией ускоренного развития
42. Почему итог нужно публиковать диапазоном
Одна точная цифра создаёт ложную уверенность.

Правильная оценка должна содержать:

центральное значение;
нижнюю границу;
верхнюю границу;
предпосылки;
чувствительность;
доверительные интервалы;
альтернативные спецификации.
Центральный банк не имеет права отклонять оценку только потому, что она диапазонная.

Его собственные прогнозы инфляции, выпуска и ставки также являются неопределёнными.

Неопределённость не означает отсутствие ущерба.

Она означает обязанность показать диапазон.

43. Проверка чувствительности к темпу роста
Таблица 9.5. Накопленный разрыв при разных темпах альтернативного роста
Альтернативный среднегодовой рост Накопленный разрыв, трлн международных долларов
4,0% около 4,6
4,5% около 14,2
5,0% около 24,7
5,5% около 36,0
6,0% около 48,4
6,5% около 61,8
7,0% около 76,4
7,5% около 92,4
7,8% более 102
8,0% около 109,7
8,5% около 128,5
Таблица показывает сложный эффект накопления.

Разница между 6 и 8 процентами кажется равной всего двум процентным пунктам.

За четверть века она превращается в разницу более чем 60 трлн международных долларов накопленного выпуска.

Именно поэтому потерянный темп является величайшей экономической потерей.

44. Цена одного пункта долгосрочного роста
Один дополнительный пункт роста действует не один раз.

Он увеличивает базу каждого последующего года.

Разница между траекторией 5 и 6 процентов за четверть века даёт:
48,4
;
24,7
=
23,7
 трлн
.
48,4;24,7=23,7 трлн.

Разница между 6 и 7 процентами:
76,4
;
48,4
=
28
 трлн
.
76,4;48,4=28 трлн.

Чем выше траектория, тем дороже каждый потерянный пункт.

Центральный банк мог считать отклонение роста на один пункт допустимой ценой борьбы с инфляцией.

На длинном горизонте один пункт превращается в десятки триллионов потерянного продукта.

45. Дисконтировать ли потерянный ВВП
Возможны два подхода.

45.1. Недисконтированная сумма
Показывает физический объём товаров и услуг, который не был произведён.

Именно она используется в основной оценке 100+ трлн.

45.2. Приведённая стоимость
Все прошлые и будущие потоки приводятся к одной дате:
P
V
=
;
t
G
a
p
t
(
1
+
d
)
t
;
t
0
.
PV=t;;(1+d)t;t0;Gapt;;.

Применение положительной ставки дисконтирования уменьшит оценку дальних периодов.

Но выбор ставки сам является нормативным.

Особенно абсурдно было бы дисконтировать ущерб по высокой российской процентной ставке, созданной той самой политикой, ущерб которой оценивается.

Поэтому необходимо публиковать:

недисконтированный реальный поток;
приведённую стоимость при ставках 1, 3 и 5 процентов;
чувствительность к выбору базы.
46. Почему нельзя дисконтировать общественное будущее как банковский проект
Коммерческий банк может требовать высокую ставку дисконтирования.

Государство не должно оценивать завод, технологию и человеческий капитал исключительно как частную финансовую сделку.

Общественная отдача включает:

безопасность;
независимость;
занятость;
компетенции;
налоги;
региональное развитие;
устойчивость поставок.
Высокая частная ставка дисконтирования способна обнулить ценность будущего.

Но государство, обнуляющее будущее, перестаёт быть государством развития.

47. Необходимые графики
График 1. Фактический и альтернативный ВВП
Линии:

фактическая траектория;
рост 4,5 процента;
рост 6 процентов;
рост 8 процентов.
График 2. Годовой разрыв выпуска
Показывает, как небольшое первоначальное отклонение превращается в триллионы.

График 3. Накопленный разрыв
Именно здесь линия верхнего сценария пересекает отметку 100 трлн.

График 4. Фактические и альтернативные инвестиции
Показывает потерянный поток капитальных вложений.

График 5. Капитальный запас
Фактический и альтернативный по методу непрерывной инвентаризации.

График 6. Ущерб по периодам
2000–2008;
2009–2013;
2014–2019;
2020–2025.
График 7. Доля ущерба, связанная с кредитным режимом
Сценарии 20, 35 и 50 процентов.

48. Какие таблицы должны публиковаться
Полный расчёт должен включать:

фактический ВВП каждого года;
альтернативный ВВП каждого сценария;
годовой разрыв;
накопленный разрыв;
фактическую инвестиционную норму;
альтернативную норму;
потерянные инвестиции;
капитальный запас;
амортизацию;
отраслевое распределение;
региональное распределение;
процентно-обусловленную долю;
налоговые и социальные компоненты;
чувствительность к предпосылкам.
Ни одна итоговая цифра не должна публиковаться без таблицы исходных параметров.

49. Требования к воспроизводимости
Для общественно значимой оценки необходимо опубликовать:

исходные данные;
коды показателей;
дату выгрузки;
программный код;
формулы;
сценарные параметры;
версии статистических рядов;
результаты тестов;
альтернативные спецификации;
журналы изменений.
Расчёт должен воспроизводиться независимым исследователем.

Центральный банк не должен иметь монополию на модели, определяющие цену его решений.

50. Какие возражения следует ожидать
Возражение 1. Россия не могла расти как Китай
Ответ: верхний сценарий не утверждает идентичность с Китаем. Он измеряет максимальную историческую возможность и сопровождается нижним и базовым сценариями.

Возражение 2. Нельзя оценить не произошедшее
Ответ: вся инвестиционная политика, страхование и макроэкономическое прогнозирование основаны на контрфактических оценках. Отказ считать ущерб тоже является предположением — предположением, что фактическая траектория была единственно возможной.

Возражение 3. Ставка не является единственной причиной
Ответ: поэтому используется коэффициент атрибуции, а не приписывание всего разрыва одному институту.

Возражение 4. Высокая ставка предотвращала ещё худший кризис
Ответ: это утверждение также требует контрфактического расчёта. Центральный банк должен показать предотвращённый ущерб и сопоставить его с инвестиционной ценой.

Возражение 5. Высокий рост вызвал бы инфляцию
Ответ: рост предложения, производительности и мощностей способен снижать инфляционное давление. Нельзя автоматически считать каждый инвестиционный рубль равным потребительскому перегреву.

Возражение 6. В России не хватало институтов
Ответ: ставка была частью институциональной системы. Если кредитный режим препятствовал созданию новых предприятий и конкуренции, он сам воспроизводил слабость институтов.

51. Что должен представить Центральный банк
Для опровержения обвинения недостаточно заявить:

«Ставка была необходима».

Центральный банк должен представить:

альтернативные ставки, рассматривавшиеся в каждый период;
прогноз инвестиций при каждой ставке;
оценку отменённых проектов;
изменение процентных расходов предприятий;
влияние на капитальный запас;
влияние на потенциальный выпуск;
стоимость бюджетных субсидий;
отраслевые последствия;
региональные последствия;
точность прошлых прогнозов;
расчёт предотвращённой инфляции;
сопоставление предотвращённого и причинённого ущерба.
Пока такого полного баланса нет, утверждение о необходимости высокой ставки является не доказательством.

Это заявление заинтересованного института о правильности собственных решений.

52. Основные результаты приложения
Первый результат:

фактический накопленный ВВП России за 2000–2025 годы оценивается примерно в 126 трлн международных долларов 2021 года.

Второй результат:

при умеренной альтернативной траектории 4,5 процента недополученный выпуск составляет около 14 трлн.

Третий результат:

при базовой траектории 6 процентов — около 48 трлн.

Четвёртый результат:

при траектории 7,5 процента — более 90 трлн.

Пятый результат:

при полном сценарии ускоренного развития около 8 процентов накопленный разрыв достигает примерно 110 трлн.

Шестой результат:

ранее озвученная цифра 100+ трлн долларов сохраняется как верхняя оценка полной упущенной экономической выгоды России в XXI веке.

Седьмой результат:

даже если связать с финансовой политикой лишь пятую часть верхнего разрыва, ущерб превышает 20 трлн международных долларов.

Восьмой результат:

потерянные инвестиции в зависимости от сценария могут измеряться примерно от 6 до 43 трлн международных долларов.

Девятый результат:

потерянные инвестиции нельзя прибавлять к недополученному ВВП без устранения двойного счёта.

Десятый результат:

основной ущерб состоит не только в отменённых затратах, но и в не созданном капитале, который десятилетиями не производил продукцию.

53. Итоговый вывод
Россия потеряла не только деньги.

Она потеряла траекторию.

Потеряла сложный накопленный рост.

Потеряла капитал, который должен был создавать следующий капитал.

Потеряла предприятия, которые должны были становиться заказчиками для других предприятий.

Потеряла технологии, которые должны были переходить от опытного образца к серии.

Потеряла регионы, которые могли получить собственную производственную базу.

Потеряла доходы, которые могли превратиться в спрос, сбережения, налоги и инвестиции.

Потеряла время.

Именно время является главным невосполнимым ресурсом экономического развития.

Завод можно построить позднее.

Но продукцию, не произведённую двадцать лет назад, вернуть невозможно.

Инженерную школу можно пытаться восстановить.

Но поколения специалистов, не получивших проектов, уже потеряны.

Инвестиции можно увеличить сегодня.

Но капитал, который должен был работать с 2010 года, не начнёт производить задним числом.

Верхняя оценка этой упущенной исторической возможности превышает 100 трлн международных долларов.

Не миллиарды.

Не один годовой бюджет.

Не один кризисный пакет поддержки.

Более ста триллионов единиц реального экономического продукта, который мог быть произведён, потреблён, накоплен и превращён в дальнейшее развитие.

Центральный банк не несёт единоличной ответственности за весь этот разрыв.

Но он не имеет права изображать себя посторонним наблюдателем.

Он устанавливал цену капитала.

Он знал, что ставка передаётся в корпоративный кредит.

Он знал, что дорогой кредит сокращает инвестиционный спрос.

Он знал, что инвестиции формируют будущий выпуск.

Он знал направление последствий.

И десятилетиями повторял одну и ту же политику.

Высокая ставка не просто уменьшала сегодняшний рост.

Она уменьшала базу завтрашнего.

Каждый не произведённый триллион становился отсутствием капитала для следующего триллиона.

Каждый отменённый проект создавал новую причину будущего отставания.

Каждый год финансового торможения увеличивал цену последующего восстановления.

Поэтому 100+ трлн — не публицистическое преувеличение.

Это мера потерянного исторического масштаба.

Мера России, которая могла быть построена.

И не была построена потому, что государственная финансовая система слишком долго считала развитие опаснее отставания.

****************