Ср. 29 июля. 15 ава 5786г. Обзор 6 00

Среда, 29 июля 2026 года — 15 ава 5786 года, Ту бе-Ав

На момент подготовки обзора израильская повестка сосредоточена не вокруг одной войны, а вокруг сразу нескольких взаимосвязанных фронтов: Ирана, Ливана, Газы, внутреннего политического кризиса и отношений Нетаньяху с администрацией Трампа. Главная особенность сегодняшнего дня — Израиль остаётся сильным в военном отношении, но его политическая свобода действий всё заметнее зависит от решений Вашингтона.

Главная тема утра: Трамп, Нетаньяху и Иран

Встреча Дональда Трампа с Биньямином Нетаньяху в Вашингтоне стала центральным событием израильских СМИ. Перед встречей Трамп публично дал понять, что раздражён заявлениями израильской стороны об иранских объектах и не считает, что ему необходимо получать разведывательную информацию через Нетаньяху. Израильские источники одновременно утверждают, что правительство хочет сохранить возможность новых ударов по Ирану, но США пока сдерживают дальнейшую эскалацию.

Именно здесь сегодня проходит главная линия напряжения.

Для Израиля вопрос звучит так: можно ли остановить иранскую программу дипломатическим соглашением, которому в Иерусалиме не доверяют?

Для Трампа вопрос другой: можно ли объявить политическую победу, не втягиваясь в ещё один продолжительный военный цикл?

Израильская пресса показывает встречу как торг союзников, а не как разговор полностью согласных партнёров. Нетаньяху пытается убедить Белый дом, что Иран использует любые паузы для восстановления сил. Трамп, судя по его публичным заявлениям, хочет сохранить угрозу силы, но одновременно не допустить перерастания конфликта в бесконечную региональную войну.

Что изменилось за последние часы

Новая и очень тревожная деталь — Иран вновь запустил баллистические ракеты по американским силам на Ближнем Востоке. По сообщениям американских источников, ракеты были перехвачены, но сама атака прервала короткую паузу и показала, что Тегеран готов непосредственно проверять решимость Вашингтона.

Это означает, что переговорная позиция Трампа стала сложнее. Он не может выглядеть так, будто Иран атакует американские силы без последствий. Но и широкий ответ способен разрушить переговоры, увеличить риск ударов по Израилю и окончательно расшатать регион.

Ормуз: сегодня это не просто пролив, а рычаг давления

Иранская тема уже давно вышла за пределы ядерной программы. Главный экономический нерв конфликта — Ормузский пролив.

Оман предложил поддержанный странами Залива план совместного регулирования движения судов и систему добровольных платежей за обеспечение безопасности прохода. США выступают против превращения международного водного пути в фактически платный коридор под контролем Ирана. Тегеран, по последним сообщениям, требует гораздо более значительного контроля и не согласен на равное управление проливом.

Для Израиля это имеет несколько последствий.

Во-первых, Ормуз позволяет Ирану давить не только на Израиль и США, но и на Китай, Индию, Японию, Европу и арабские нефтяные государства.

Во-вторых, даже без полномасштабного закрытия пролива страховые расходы, фрахт и стоимость перевозок могут резко колебаться.

В-третьих, Иран пытается превратить вопрос морской безопасности в предмет международного торга: ядерная программа, санкции, замороженные активы, удары и проход судов связываются в один пакет.

Поэтому израильская угроза нового удара сталкивается не только с военной осторожностью США, но и с интересами государств Залива, которые не хотят, чтобы их порты, нефтяные объекты и американские базы вновь оказались под огнём.

Ливан: редкая возможность или дипломатическая декорация?

Следующая крупная тема — переговоры Израиля и Ливана. Новый раунд должен пройти 4–6 августа в Риме при американском посредничестве. Обсуждаются расширение так называемых пилотных зон, передача отдельных районов ливанской армии, спорные участки границы и возможность более широкого политического соглашения.

Сам факт прямых переговоров необычен: Израиль и Ливан формально остаются в состоянии войны. За последние месяцы диалог поднялся до дипломатического уровня, и первые участки на юге Ливана начали рассматриваться как тестовая модель: Израиль отходит, ливанская армия занимает район, а инфраструктура «Хезболлы» должна быть устранена.

Но за красивой формулой скрывается главный вопрос:

Кто реально заставит «Хезболлу» разоружиться?

Израиль не доверяет способности ливанской армии самостоятельно ликвидировать вооружённую систему «Хезболлы». Поэтому израильское руководство настаивает на сохранении зон безопасности и права действовать при появлении угрозы. Ливанская сторона, наоборот, требует полного вывода израильских сил и считает, что продолжающееся присутствие Израиля даёт «Хезболле» оправдание сохранять оружие.

Как это преподносят разные СМИ

Израильские издания чаще говорят о разоружении «Хезболлы», безопасности северных поселений и гарантиях невозвращения боевиков к границе.

Ливанские и арабские источники делают акцент на выводе израильских войск, возвращении перемещённых жителей и восстановлении суверенитета Ливана.

Американская сторона старается представить переговоры как постепенный процесс: не «мир завтра», а последовательное расширение зон, в которых ливанское государство заменяет «Хезболлу».

Моя оценка: шанс на ограниченное соглашение существует, но мирный договор пока далеко. Можно передать несколько участков ливанской армии, однако невозможно одним документом уничтожить десятилетиями создававшуюся политическую, военную и финансовую структуру «Хезболлы».

Север Израиля: тишина остаётся условной

Для жителей Кирьят-Шмоны, Метулы, Верхней Галилеи и Голанских высот дипломатические формулировки имеют смысл только тогда, когда за ними стоит реальная безопасность.

Израильская позиция сейчас сводится к следующему: армия не должна покидать важные зоны только на основании обещаний Бейрута. Министр обороны ранее заявлял, что присутствие Израиля в зонах безопасности Ливана, Сирии и Газы может быть долгосрочным.

В этом есть военная логика, но существует и политическая ловушка. Чем дольше Израиль остаётся на ливанской территории, тем легче «Хезболле» утверждать, что она всё ещё является «сопротивлением оккупации». Чем быстрее Израиль уходит без гарантий, тем выше риск восстановления позиций прямо у границы.

Поэтому север сегодня находится не в настоящем мире, а в промежуточном состоянии: масштабная война притихла, но окончательная конструкция безопасности ещё не создана.

Газа: война стала системой управления пространством

Газа отошла с первых полос из-за Ирана, однако проблема никуда не исчезла.

Арабская пресса сообщает, что делегация ХАМАС прибыла в Каир для обсуждения второй фазы соглашения и новой модели военной и административной инфраструктуры в секторе. Одновременно обсуждается передача гражданского управления палестинскому технократическому комитету.

Израильские военные тем временем продолжают закреплять территориальное разделение сектора. Сообщалось о создании крупного песчаного барьера и укреплении линий контроля. Это показывает, что даже при переговорах армия готовится не к быстрому возвращению к положению до войны, а к длительной системе зон, коридоров и контролируемых участков.

Главный нерешённый вопрос остаётся прежним:

Кто будет управлять Газой и кто будет отвечать за безопасность после сокращения прямого израильского присутствия?

Возможны четыре силы:

* ХАМАС — формально ослабленный, но сохраняющий организационные структуры;
* палестинский технократический комитет;
* Палестинская администрация;
* внешняя арабская или международная миссия.

Ни один вариант пока не выглядит полностью приемлемым одновременно для Израиля, палестинцев, Египта, стран Залива и США.

ХАМАС не хочет исчезать политически. Израиль не согласится на восстановление его военной власти. Арабские государства не хотят входить в Газу как исполнители израильской политики. Палестинская администрация испытывает кризис доверия и слабость.

Поэтому Газа находится между прекращением большой войны и отсутствием настоящего послевоенного устройства.

Западный берег: напряжение не исчезает

Арабские медиа сегодня уделяют большое внимание ограничениям движения на Западном берегу, работе контрольно-пропускных пунктов и доступу палестинцев к медицинской помощи. Al Jazeera описывает длительные ожидания на КПП и случаи, когда пациентам трудно добраться до больниц.

Израильские СМИ больше говорят о безопасности, террористических угрозах, поселенческом насилии и действиях армии. В последние дни сообщалось о спорных действиях в Иорданской долине, включая снос палестинского дома вопреки судебному ограничению, а также об отмене административного запрета в отношении задержанного радикального поселенца.

Это опасная внутренняя линия. Пока внимание обращено к Ирану, на Западном берегу постепенно накапливается отдельный кризис: нападения, армейские операции, поселенческое насилие, экономические ограничения и ослабление палестинской администрации.

Он может долго не становиться главной новостью, но затем вспыхнуть неожиданно.

Внутри Израиля: война не отменяет старые конфликты

Закон о призыве харедим

Высший суд продлил замораживание закона, который препятствовал бы аресту уклоняющихся от призыва учащихся ешив. Судьи резко поставили под сомнение аргументы о том, что изучение Торы якобы полностью исключает службу, и обратили внимание на возможную дискриминацию и нарушения процедуры принятия закона.

Это один из наиболее взрывоопасных вопросов внутри Израиля.

Резервисты служат месяцами, семьи несут нагрузку, экономика теряет рабочие дни, а значительная часть ультраортодоксального общества продолжает требовать полного освобождения. При этом сами резервисты, по сообщениям израильской прессы, всё ещё выходят на службу, однако система испытывает всё большее напряжение.

Проблема уже не только религиозная. Она стала вопросом равенства граждан перед государством.

Расходы резиденций Нетаньяху

Отдельный резонанс вызвали опубликованные данные о расходах на три резиденции премьер-министра. За восемнадцать месяцев государственные расходы составили около 2,7 миллиона шекелей; среди упомянутых закупок — две ванны стоимостью около 28 500 шекелей.

На фоне войны, нагрузки на резервистов, эвакуированных семей и роста стоимости жизни такие публикации политически токсичны. Даже если отдельные расходы имеют официальное объяснение, общество воспринимает их как символ разрыва между руководством и обычными гражданами.

СМИ и политика

Появился также материал о том, что сайт Walla якобы предлагал министерству Итамара Бен-Гвира предвыборный информационный проект, связанный с гражданскими отрядами безопасности. Проект не был реализован, однако сама история вновь поднимает вопрос о границе между журналистикой, государственной рекламой и политическим продвижением.

Для Израиля это особенно чувствительная тема. В стране, где почти каждая редакция имеет отчётливую политическую линию, спор идёт уже не только о том, кто прав, а о том, где заканчивается журналистика и начинается обслуживание политической силы.

Общество: усталость стала постоянным фоном

Израиль пережил более тысячи дней с 7 октября 2023 года. Памятные мероприятия, протесты, рассказы выживших и требования расследования продолжаются, однако общество одновременно привыкло жить внутри чрезвычайного положения.

Это опасная психологическая адаптация.

Тревоги, резерв, похороны, политические скандалы, споры о заложниках, Иран, Ливан — всё это уже не воспринимается как временный эпизод. Оно превратилось в повседневность.

Страна функционирует, кафе открыты, дороги заполнены, люди работают, празднуют Ту бе-Ав, строят планы. Но под этой обычной жизнью находится глубокая усталость и недоверие: к правительству, армии, судебной системе, СМИ и друг к другу.

Израильтяне за границей и антиизраильские настроения

В Греции израильские туристы сообщили о нападении в гостинице после того, как они пели на иврите; один человек, по их словам, получил ранение из пневматического оружия.

В Италии ранее вызвала возмущение анонимная кампания, призывавшая сообщать сведения о евреях, израильтянах и людях, связанных с «сионистами», в гостиницах и предприятиях. Представители еврейской общины сравнили такую практику с опасными страницами европейского прошлого.

Важно не смешивать законную критику действий израильского правительства с преследованием людей по национальности или религии. Но в европейской уличной политике эта граница всё чаще стирается.

Что говорят арабские СМИ

Арабская информационная картина отличается от израильской не столько фактами, сколько расстановкой акцентов.

Израильские СМИ начинают с вопроса безопасности:

Может ли Иран восстановить ракетную и ядерную инфраструктуру?
Можно ли доверять Ливану?
Кто гарантирует, что ХАМАС не вернётся?

Арабские СМИ начинают с другого:

Когда Израиль уйдёт с занятых территорий?
Что происходит с палестинским населением?
Почему США позволяют Израилю сохранять военную свободу действий?

Asharq Al-Awsat сегодня концентрируется на каирских переговорах ХАМАС, второй фазе соглашения по Газе и региональной дипломатии. Al Jazeera делает сильный гуманитарный акцент на Западном берегу, Газе и последствиях израильских ограничений.

Обе картины неполны по отдельности.

Израильская картина иногда недооценивает гуманитарную и политическую цену постоянного военного контроля.

Арабская картина часто недооценивает реальность угроз, ракетных арсеналов, вооружённых организаций и израильский страх повторения 7 октября.

Чтобы понимать регион, необходимо читать обе стороны, но не принимать полностью ни одну из них.

Что происходит вокруг Израиля

Иран пытается сохранить себя как региональную силу, связывая ядерный вопрос, Ормуз, санкции и безопасность в один большой торг.

Ливан пытается вернуть территории и государственный контроль, не вступая в открытую гражданскую конфронтацию с «Хезболлой».

Сирия лавирует между желанием укрепить государство, давлением США, отношениями с Ливаном и необходимостью учитывать присутствие «Хезболлы». Сирийский министр иностранных дел заявлял, что Дамаск допускает контакты с организацией, если этого потребуют интересы страны.

Йеменские хуситы продолжают использовать Красное море как рычаг против США, Израиля и Саудовской Аравии. Их действия влияют на морские перевозки даже тогда, когда непосредственный ущерб ограничен. В последние дни сообщалось о росте движения танкеров через Баб-эль-Мандеб на фоне надежд на деэскалацию, но ситуация остаётся нестабильной.

Страны Залива боятся двух вещей одновременно: иранского усиления и полного разрушения Ирана. Слабый, хаотичный Иран может оказаться не менее опасным, чем сильный.

США пытаются удержать все линии сразу: защитить Израиль, не потерять арабских партнёров, открыть судоходство, остановить ядерную программу и не увязнуть в очередной войне.

Мой итог

Сегодняшний Израиль находится в положении государства, которое доказало способность наносить сильные удары, но ещё не доказало способность превращать военные успехи в устойчивый политический порядок.

Иран повреждён, но не сломлен.

«Хезболла» ослаблена, но не разоружена.

ХАМАС потерял многое, но вопрос его окончательного устранения не решён.

Ливан ведёт переговоры, но его государство не полностью контролирует собственную территорию.

США поддерживают Израиль, но всё чаще говорят ему, где остановиться.

А внутри страны остаются старые раны: ответственность за 7 октября, призыв харедим, нагрузка на резервистов, расходы власти, поляризация и недоверие.

Главная опасность сейчас — принять паузу за окончание войны.

Ближний Восток действительно стал тише по сравнению с периодами максимальной интенсивности, но это тишина переговоров под ракетами. Каждый участник готовит документы одной рукой, а другой держится за военный рычаг.

Израилю необходима не только сила, но и ясный ответ на три вопроса:

Как должна закончиться война?
Кто будет управлять территориями после неё?
И какой Израиль останется внутри, когда внешняя угроза отступит?

Пока ответы на эти вопросы не найдены, региональная война может менять форму, но не исчезать.