Легионы коллаборантов. Глава. 29

Глава. 29                Случай в Венгрии.


Предательство — это удар, которого не ждёшь.

Пауло Коэльо — бразильский прозаик и поэт, автор романов, комментированных антологий и сборников коротких рассказов-притч.

Один из самых популярных писателей современности, его произведения переведены более чем на 80 языков, а общий тираж превысил 300 миллионов экземпляров.


А рядом стояло начальство: командир нашего корпуса и командир бригады. Вот тогда-то они и поверили, что я под Орлом с шестерыми немцами справился. Узнали меня.
- А, — говорят, — это ты тот самый лейтенант, который немцев на дороге захватил?

Силёнка у меня тогда была. Молодой, здоровый. 106 килограммов! Попробуй останови такого!
 
— Мы уже шли по Венгрии. И где-то под небольшим городком натолкнулись на сильное сопротивление немцев. С неделю уже шли легко. Немец держался не особо прочно. Подойдём, нажмём, пленных захватим — и дальше. Потерь не было. А тут как на камень в темноте наскочили…

Бьют из орудий. Пулемётный и миномётный огонь — ну прямо стеной! Смотрим, пошли наши штурмовики. Пролетели над передовой, в немецком тылу через минуту-другую загремело.

Накрыли позиции артиллерии. Ну, думаем, теперь полегче станет. Да где там! Лупят и лупят ПТО.

 И вот подняли нас. Рота пошла. Мой взвод тоже пошёл. А нашей стрелковой роте в это время на период наступления для усиления придали несколько танков Т-34. Нашему взводу были приданы две «тридцатьчетвёрки».

С танками пехоте наступать хорошо. Во-первых, когда поднимаемся и идём, за ними, за этими бронированными громадинами, можно прятаться от пуль.

Во-вторых, стоит только где-нибудь проявиться пулемёту противника, как туда тут же улетала пара-тройка осколочных. И мы уже беспрепятственно шли дальше. Это был уже не сорок первый год.

 Пошли мы за своими танками. И вскоре прорвали их оборону. Но тут, смотрим, оба наших танка куда-то исчезли. Ушли правее. А там во время прорыва загорелась одна «тридцатьчетвёрка».

Где-то примерно в полосе наступления третьего нашего взвода. Ярко так вспыхнула. И потом взорвалась. Танки так редко горят. А тут как факел. И вот туда куда-то и сместились наши танки.

Я пошёл узнать, что случилось. Надо же дальше наступать, а взвод остался без поддержки. Пробежали мы со связным Петром Марковичем молоденький березнячок. Ага, вот они, наши танки стоят. Сразу обратил внимание: стоят как-то странно. Кучей. Пять или шесть сгрудились.

Подходим. Две «тридцатьчетвёрки» стоят углом. И там танкисты зажали шестерых немцев. Подходим ближе: никакие это не немцы, потому что трое из них калмыки, глаза узкие, степные. Тут мы и разглядели их нашивки: РОА. А, вот оно что.

Я — к лейтенанту-танкисту. А он уже с автоматом стоит. Лицо злое — не подходи…

Увидел меня:

- Сейчас, лейтенант, поговорим с этими и дальше пойдём.
— Кто они? — спросил я танкиста.

- Да вот, противотанковый расчёт. Пашку Фомина сожгли. Семь снарядов выпустили. Весь экипаж погиб.
— И что вы собираетесь с ними делать?
— А вот сейчас и решим.

Кругом одни танкисты. Пехоты нет. Власовцы успели подбить только один наш танк. Их орудия тут же раздавили, а самих погнал и по березняку. Вот за ними-то наши танки и кинулись. И вот поймали.

- Что, шкуры, — говорит им лейтенант. — Пашку Фомина я вам так и так не прощу.
И тут один из калмыков ощерился зло, что-то по-своему закричал и так ловко кинулся на лейтенанта, что никто ничего и сообразить не успел.

Как кошка. Лейтенант его отбил прикладом. Добавил сапогом. Тот встал. Лицо все в крови. Лейтенант вскинул автомат и повёл очередью.

Все так и повалились. Кроме одного. Этот — русский. Стоит молча, руки опустил. Лицо белее мела. Совсем молоденький.
- А ты, — говорит лейтенант, — тоже с ними?
— Молчит. А лейтенант и говорит:
- Я и тебя пристрелю. За Пашку.

И вдруг тот отвечает:

- Стреляй, лейтенант. Я знал, что такое будет.
— У тебя, наверное, и мать есть? И отец?
— Да, — говорит, — есть и мать, и отец.
 
— И кого ж они дождутся? Шкуру немецкую? Лучше пускай думают, что ты без вести пропал. И весь остаток диска ему в грудь…». (Сергей Егорович Михеенков. В донесениях не сообщалось... Жизнь и смерть солдата Великой Отечественной. 1941–1945 (глава. 14 Власовцы), Москва, 2011 г.).

Продолжение следует …