Дверь

"...Ведь время больше требует учета,
Чем популярный желтый минерал.
Богат - лишь тот, кто малостью доволен,
Кто не зовет на помощь докторов,
Не понимая, отчего он болен…
Не забывай про время.
Будь здоров."

Нравственные письма Сенека. Письмо 1


Каждое утро в кардиологическом отделении районной больницы  начиналось одинаково. Первой в коридоре появлялась сестра-хозяйка, и,  проходя мимо палат,  бодрым голосом объявляла :"Акт  первый - "Раздолбанная дверь."Затем она подходила к двери, открывала ее, заходила внутрь, что - то брала, а, выйдя, пыталась ее захлопнуть.

У двери было свойство никогда не закрываться.  И тогда все, кто пробовал  закрыть ее руками, били по ней ногой   в надежде, что она захлопнется. Но она тут же снова отскакивала от косяка.  Поняв, что сегодня с дверью все  как всегда,  сотрудники спокойно расходились по своим делам. Иногда прибегала стайка  молоденьких сестричек - практиканток, которые тоже  пытались  на ходу починить дверь. После  нескольких безуспешных попыток закрыть ее,  убегали. Через короткое  время  в очередной раз  слышался  голос сестры - хозяйки:" Акт второй -  "Ждем мастера... ждем мастера...ждем мастера." И первое  и второе   объявления  худенькая, приятная на внешность  сестра-хозяйка,  произносила с улыбкой ведушей  телевизионного шоу.

А это точно было  шоу, как назвала про себя ситуацию с "ремонтом" двери  Ирина Александровна. Она поступила на отделение несколько дней назад, и уже выучила наизусть сценарий повторяющегося действия.  Она  знала,   что минут через 10  в конце коридора появится фигура мастера.

Это был грузный мужчина лет 56. На фоне суетившихся медицинских работников, добросовестно выполнявших свои обязанности,   сосредоточенно снующих из одного помещения в другое, он двигался будто находясь в параллельной реальности.

Переставляя ноги, как при замедленной съемке, он вез перед собой огромную  продуктовую коляску на колесиках. На дне ее лежал  крошечный чемоданчик. Так называемый мастер  подъезжал к двери,  долго ходил вокруг нее осматривая. Иногда он  обстукивал своими огромными ладонями наличники. Слева... Справа... Затем отходил метра на полтора, и, прищурив глаза,  вглядывался в дверь, будто просвечивая рентгеном. Наконец, подойдя, открывал ее, после чего снова пытался закрыть нормальным человеческим способом, - руками.

Мастеру дверь тоже не поддавалась. И тогда он повторял действия других  воюющих с ней людей - он бил ее ногой по нижней части. После двух-трех пинков, осознав их нерезультативность, мастер медленно подходил  к коляске, открывал свой чемоданчик и доставал оттуда маленький молоточек. Подойдя к двери, обстукивал им  наличники,  после чего вновь пробовал ее закрыть, но безуспешно. Шумно вздохнув, и  поняв, что в этот раз она снова ему не поддалась,  убирал молоточек в чемодан, и   медленно  уходил.

Ранее пробегавшие мимо сестрички, видевшие его, и радостно восклицавшие "О! Мастер пришел!", теперь, встречаясь в коридоре, на ходу спрашивали друг у друга :"Ну, теперь закрывается?" Никто ничего никому  не отвечал, потому что все были заняты.  Результат "ремонта"   мастеру сдавать было некому. Он приходил, уходил. А время  продолжало перемалывать день со сверхзвуковой скоростью. Вот только что было утро, а вот уже и ночь. Следующий день для больных отделения снова начинался с голоса сестры-хозяйки:"Акт первый -"Раздолбанная дверь"...  И шоу заходило на свой очередной круг...

Сейчас Ирина Александровна  сидела  в коридоре возле своей палаты в ожидании приезда "полевой" кухни, как в шутку называли  больные  тележку с кашей и компотом по утрам, первым и вторым в обед, и картошкой с мясом или рыбой на ужин.Днем ей  ставили капельницы,  водили на обследования, брали анализы, проводили процедуры. Но ей всегда хотелось спать. Выспаться ночью у нее не получалось  из - за  соседки по палате.

Старая женщина с вечера долго переворачивалась с одного бока  на другой, охала, вздыхала, открывала штору окна, возле которого лежала, чтобы найти в тумбочке среди кучи пакетов  отложенный на ночь хлебушек и съесть его. Тогда Ирине Александровне в глаза бил свет  фонаря от столба, стоявшего на улице как раз напротив их палаты. После еды старушка  шла умываться к раковине, которая располагалась рядом с кроватью Ирины Александровны,  и долго плескалась  водой.

Ирина Александровна с пониманием относилась ко всем неудобствам, связанным с таким соседством. Ведь бабушке было уже 89 лет! Тем более что днем она часто развлекала  больных, лежащих в палате тем, что  пела любимые старшим поколением песни. Как запоет!! А две другие женщины, 82 и 77 лет,  лежавшие в палате, тут же соскакивали с кроватей,  и,  приподнимая  полы больничных халатов у бедра, изображали тангерос, выписывая   ногами такие  страстные "па" под танго песни  "В парке Чаир", и  "Если можешь, прости...", что Ирина Александровна удивлялась:"А куда же делась аритмия и высокое давление?" На импровизированный концерт  иногда в палату  заглядывала медсестра, и, улыбнувшись,через секунду исчезала.

Для человека своего возраста старушка обладала удивительно хорошей памятью. Приближался год белой лошади. И однажды она поразила всех знанием некоторых исторических личностей, любивших гарцевать на белых лошадях, расказав  много  интересных деталей из их жизни.

Ирина Александровна спросила ее:" Вы, наверное, много читаете? " Старушка ответила:"Нет, я совсем не читаю. Я смотрю телевизор. " Ирина Александровна удивилась:"А позвольте узнать, кто вы по профессии?" Женщина ответила:"Я всю жизнь проработала товароведом." "Тогда понятно,- засмеялась Ирина Александровна,- у вас профессиональная память на предметы."

Из-за трудностей со сном, Ирина Александровна  ночью часто выходила  в коридор, и, стоя у окна, размышляла о том, как это ее угораздило так неожиданно попасть в больницу, да еще  в середине декабря! Она смотрела на звездное небо, белый искрящийся  снег, и редких прохожих, идущих по тропинке вдоль забора перед  больницей.  И размышляла о подкравшемся  возрасте. А с ним, и о неполадках со здоровьем. В этот раз она не на шутку была напугана. Врач сказал, что все  плохо, и настоял, чтобы она прямо из поликлиники поехала в больницу.

Возле сестринской стойки, как всегда, сидел пожилой мужчина разговаривавший с медбратом Ромочкой. Ромочку все любили. Днем он учился в медучилище, а ночью дежурил на отделении.   Мама его работала  большим начальником в системе здравоохранения. Говорили, что  это она   устроила его сюда. 

Молодому человеку было  примерно лет 20. Он обладал фигурой,   похожей на мяч для игры в  рэгби. Центр его туловища  был более широк в сравнении с верхней и нижней частью.  Добрый, никогда никому ни в чем не отказывавший, он очень любил бутерброды со шпротами.  Чем бы он ни занимался, что бы ни делал, в правой, слегка отставленной в сторону руке, он всегда держал бутербродик. И ел его аппетитно, время от времени откусывая.
 
В конце коридора появилась сестричка. Проходя мимо Ромочки, положила на стойку памперс и сказала:"Ромочка, отнеси в платную палату." Ромочка отложил недоеденный бутерброд на блюдечко, но не успел взять памперс. С другого конца коридора появился дежурный врач в синем халате и громко приказал:"Роман, быстро в реанимационную!" Ромочка посмотрел на пожилого мужчину, с которым разговаривал до этого, и попросил, указывая на памперс:"Отнесите, Вячеслав Александрович, в платную палату, пожалуйста"  И убежал.

Мужчина взял памперс, и пошел в конец погруженного в  темноту коридора. Ирина Александровна услышала, как он постучал. Ему открыли. Он отдал памперс, и вернулся. Взяв книгу,  пересел за стойку,  где светила единственная во всем коридоре настольная лампа.
 
Ирина Александровна собралась пойти спать, как вдруг дверь платной палаты открылась, и оттуда с памперсом в руках вышла блондинка  в  ярком, с цветочным принтом халате. От ее движений вокруг нее распространялся дорогой  парфюмный шлейф. Она подошла к мужчине за стойкой, и, протянув ему памперс, спросила:" А как его надевать?" Мужчина молча развернул памперс и надел его на себя поверх брюк. Сняв, подал женщине. Она в задумчиваости направилась обратно  в свою палату.

Ирина Александровна удивленно подумала:"Интересно... Мужчина учит женщину надевать памперс" Но  еще больше удивилась, увидев, что буквально через пару секунд  женщина  снова направилась в сторону стойки. Ирина Александровна  подумала:" Теперь - то что?"
 
Женщина, вздохнув, наивно спросила:"А как он держится? У него же нет резиночек!". Мужчина снова взял памперс  и  молча указал  ей на липучки по бокам. Весь вид женщины говорил о том, что она продолжает оставаться в недопонимании ситуации. Однако, ничего больше не спрашивая,  она направилась в свою палату.
 
Мужчина, будто только сейчас заметив Ирину Александровну, тихо спросил у нее:"Не спится?" Ирина Александровна улыбнулась:"Да старушка рядом не спит. А делать ей замечание не могу. Жалко старого человека...Перелечь некуда,  свободных кроватей в палате  нет. "

" Понятно, - ответил мужчина.
Вдруг дверь платной палаты открылась и в коридоре снова появилась  изысканно пахнущая блондинка. В руках у нее была коробка шоколадных конфет. Она положила ее перед мужчиной, и томным голосом произнесла:"Огромное спасибо. Возьмите в знак благодарности.  Я попрошу завтра супруга, чтобы он сообщил о вас заведующему отделением. Пусть вас отметят как лучшего работника". Не успел мужчина  объясниться, как  женщина с чувством выполненного долга направилась к себе в палату.

Мужчина посмотрел на Ирину Александровну и вдруг протянул ей коробку : "Хотите? Угощайтесь!"  Ирина Александровна улыбнулась,  и покачала головой:"Нет. У меня от шоколадных конфет давление поднимается."
" Да? А у меня  поднимается настроение, - сказал он.
"Вот и ешьте, - произнесла она, - Вам же подарили".
Ей очень хотелось спросить о памперсе, но тема показалась ей неприличной, и она спросила:"А что вы читаете? Он ответил:" Да вот на все отделение нашел только две книги- Евангелие, и эту." И показал Ирине Александровне книжку небольшого формата в твердом переплете.  На титульном листе она прочла: "Мертвые молчат" Чейз. Где -то внутри  Ирина Александровна  ощутила  неприятный холодок.
Зарождавшееся в ней до этого момента  хорошее  настроение теперь  исчезло.

Увидев ее грустное лицо,  мужчина  спросил:"А вы знаете, как найти нужное  фото на трубке? Я плохо в трубках разбираюсь." Она спросила: "А какой у вас телефон? Давайте я посмотрю. Если разберусь, покажу."
Они сели на кушетку напротив стойки, и она включила протянутую им ей трубку. Концентрируя внимание на экране,  краем глаза увидела приблизившееся лицо мужчины. И вдруг заметила, что  он смотрит на ее грудь, довольно открыто выглядывающую из ворота халата. Резко повернув к нему голову, она спросила:"Какую фотографию вы хотите найти?" Мужчина, не ответив,  задал ей  вопрос сам :"А сколько вам лет, можно узнать?"  И, не дождавшись ответа, как ей показалось, с некоторой ехидцей в голосе,   произнес:"Ну, я -то точно моложе вас."  И смешно причмокнул.

Ирина Александровна взглянула на мужчину. Глаза его смеялись. Она поняла, что вопрос  о возрасте был задан не для того, чтобы  знать ответ, а чтобы понаблюдать за ее реакцией на него.
" Да,- подумала она, - Когда  я в последний раз расстраивалась по поводу своего возраста?"  Вздохнула, вернула мужчине трубку, и, пожелав спокойной ночи, встала, направившись в сторону палаты.
 
Вдруг раздался стук. Она обернулась. Только теперь она заметила, что мужчина был с тросточкой. Вставая, он ее уронил, и теперь пытался  поднять. Ирина Александровна вернулась,  подняла тросточку  и подала ему. Мужчина  очень по доброму, с улыбкой, из - за чего она увидела на его щеках ямочки,  смотря прямо ей в глаза, как будто извиняясь,  произнес акцентируя паузы между двумя словами:" ...Палочка... ругается..." И снова смешно причмокнул. Теперь он напомнил  ей обожаемого, любимого  ею эстрадного  юмориста Игоря Маменко. Вид его выражал неловкость от того, что произошло. А на лице было написано:"Я сожалею о том, что случилось".

Она улыбнулась в ответ, давая  понять, что не обижена, и ушла в палату. Весь остаток ночи, просыпаясь,  Ирина Александровна вспоминала  о неожиданно появившемся в  ее жизни   мужчине.
 
После этой встречи, они постоянно встречались у сестринской стойки. Она узнала, что он много лет работал на строительстве ледоколов,  служил в морской пехоте... Она делилась впечатлениями от  рассказов   японского писателя Акутагавы, книгу которого сейчас читала, о том, что недавно закончила работать и чувстввует себя рыбой, выброшенной на берег,  и  задыхающейся от понимания того, что  уже никому не нужна. На что он сказал: "Жизнь женщины никогда не бывает зря прожитой, если она вырастила хоть одного ребенка. Семья, забота о детях - это  нужно миру. Вот для мужчины важно, чтобы он проявил себя в какой-то профессии." Ирине Александровне была приятна точка зрения Вячеслава Александровича на женскую судьбу. Он как будто лично ей давал прощение. Вскоре они перешли на  "ты" и обменялись номерами телефонов.

Приближался Новый год. И темы разговоров сотрудников и больных стали сосредотачиваться на воспоминаниях о лучшем его праздновании, на рецептах блюд.  Пациенты  стали  постепенно выписываться.

Однажды перед сном в палату зашел Ромочка, и, после замеров давления, присел на кровать к Ирине Александровне. Сказал: "Так обидно, я опять дежурю  на Новый год. А друзья собираются праздновать его за городом на даче одной нашей однокурсницы. Наготовили разных салатов! Вчера отвезли на машине. Ребята мясо замариновали, мангал вынесли во двор. Баню натопят. Красота! "

Все стали расспрашивать, какие сделаны  салаты. Ромочка, с аппетитом поедая бутерброд со шпротами, перечислял: "С крабовыми палочками, оливье, селедка под шубой, еще какие-то." Затем пожелал всем спокойной ночи, погасил свет и вышел. А женщины в темноте  еще долго обсуждали ассортимент блюд новогоднего стола. Все предвкушали встречу с родными,  близкими, праздничное застолье.

Ирина Александровна подумала, как грустно будет Ромочке встречать Новый год  одному!  Днем она случайно в коридоре услышала, как одна медсестра говорила другой, что все отделение перед Новым годом идет на выписку.

На другой день доктор, вручая выписные документы старушке, низко наклонился к ней и тихо сказал:"У вас очень серьезное заболевание. Придет дочь, попросите чтобы она зашла ко мне в ординаторскую." Вскоре дочь  пришла. Вернувшись, подошла к матери и  сказала:"Мама, у тебя порок сердца. Врач сказал, что нужно делать операцию."

В палате установилась тишина. Не укладывалось в голове, что у такой жизнерадостной бабушки мог обнаружиться такой диагноз. И как она прожила с ним до такого возраста? Ирина Александровна подумала:"А как же она перенесет операцию?" И тут она поняла, что именно этот диагноз и был причиной  беспокойного ночного поведения старой женщины! Но вслух  ничего не сказала.

Еще долго в палате обсуждались планы по встрече Нового года. Кто-то мечтал о радости общения с внуками, детьми. Кто- то - с друзьями. Ирина Александровна уже много лет встречала Новый год со своим старшим сыном, оставшимся после смерти жены жить с ней, с матерью. За много лет у них сложились свои традиции праздновать Новый год. Ирина Александровна занималась приготовлением стола, оформлением праздничного дизайна.  Сын любил за несколько минут до боя курантов хорошо вымыться.

30 декабря после обеда отделение кардиологии  стало постепенно пустеть. Наконец, за Ириной Александровной тоже приехало такси. Проходя мимо Ромочки, который уже заступил на дежурство, она попросила у него номер телефона, сказав,  что хочет поздравить его в новогоднюю ночь. Он обрадовался и  продиктовал.
Вячеслава Александровича в коридоре не было.  Ирина Александровна решила, что он уже уехал.

Оставшееся до наступления Нового года время  было заполнено  предпраздничными хлопотами.  Наконец, наступило 31-е декабря. Стол накрыт. Начало двенадцатого ночи. Ирина Александрровна  настроила телевизионную программу в ожидании  речи президента, и  решила позвонить  Ромочке.
 
Тот мгновенно ответил, и по его голосу она поняла, что он  рад звонку. Ирина Александровна сказала:"Не грусти. Все, кто тебя любит, рядом. Мама, друзья...Ты встретишься с ними после дежурства, и весело отметишь наступивший Новый год"
Ромочка ответил:"Да я не один. Как всегда, я с Вячеславом Александровичем."

Удивившись, Ирина Александровна переспросила:"Как с Вячеславом Александровичем? Разве он не выписался?" "Нет,- ответил Ромочка, - Он  каждый год в это время  на отделении. Здесь три года назад в ночь на 1 января  умер его  сын."
Холодок потрясения от только что услышанного пронзил  все существо Ирины Александровны и на ее глазах выступили слезы. Она молчала. Ромочка ждал. Наконец, она спросила:" Он что, один в палате? "Да,- ответил Ромочка.

Ирина Александровна посмотрела на часы, висевшие на стене, набрала номер такси, назвала адрес больницы. На подоконнике лежала горка приготовленных  хлопушек, Ирина Александровна  одним движением смахнула  их  в сумку, и крикнув сыну в дверь ванны:" Я скоро!", выскочила на улицу.

Таксист южной национальности цокал языком каждый раз, когда Ирина Александровна  просила его, чтобы он ехал быстрее. Перед зданием больницы они остановились. Она позвонила Вячеславу и попросила подойти к  окну. На 12 ударе боя курантов, которые звучали из всех окон стоящих вокруг домов, она дернула  хлопушку, и подхватив  "Ура-а-а-!!!!" вместе со всей страной, стала махать руками смотрящему на нее из окна больницы мужчине. Он тоже махнул рукой.

Вдруг исчез.  Ирина Александровна присела на сиденье машины." Возвращаемся? - спросил таксист. Ирина Александровна отрицательно покачала головой.
Набрала номер. Вячеслав, не дожидаясь ее вопроса, сказал:"Сижу на посту. Привезли молодого человека с инфарктом. Ромочка убежал в реанимационную помогать." И, через паузу, добавил:"Не надо было этого делать. Но...спасибо. Неожиданно  приятно... Я выписываюсь третьего января. Позвоню. Извини, мне звонят". И прервал разговор.
 
Женский голос поздравил Вячкеслава Александровича с наступившим Новым годом. Затем спросил, где лежат памперсы. Он дал ориентировку по полкам. Спросил:"Как жена?"  "Как всегда. Спит. Я окна плотно закрыла, шторы задернула. Надеюсь, ее ничто не разбудит. Тем более, что сделала укол перед сном. .. А вы когда меня смените?"
"Я выписываюсь третьего, потерпите немного, - ответил Вячеслав Александрович. "Хорошо. Если нужно будет, на следующий Новый год я тоже готова подежурить, - произнесла женщина. " Да-да, спасибо, - ответил мужчина.

Третьего января Ирина Александровна встретила Вячеслава Александровича в холле больницы. Они зашли в  кафэ, и поздравили друг друга с  наступившим Новым годом. Вячеслав Александрович рассказал , что  после смерти единственного сына, жена его  тяжело заболела  и слегла, и все эти  годы он  ухаживает за ней. Сын умер три  года назад, находясь в реанимации именно этого кардиологического отделения от обширного инфаркта. Ушел из жизни ровно в  12  ночи. С тех пор ближе к Новому году,  Вячеслав нанимает для ухода за женой сиделку, а сам  ложится на отделение, чтобы в ночь с 31 декабря на 1 января, ровно в 12,  "быть на посту". Вдруг привезут  тяжелого  больного,  и вдруг  понадобится его помощь, как  той женщине, не умевшей одеть памперс...

Приближалась весна. Природа пробуждалась, и вселяла  надежду на приход чего - то  нового и прекрасного.

Но в апреле умерла жена Вячеслава Александровича. Ирина Алекаандровна старалась изо всех сил помочь новому знакомому справиться с горем.

Во время прогулок по парку пожилые люди разговаривая, вспоминали как они познакомились там, где....

...каждое утро  начиналось одниаково. Раздавалось хлопанье дверей. В коридоре появлялась сестра-хозяйка, и  проходя мимо палат,  объявляла :"Акт первый - Раздолбанная дверь."
Затем она подходила к ней, открывала, заходила внутрь, а, выйдя, пыталась ее захлопнуть. У двери было свойство никогда не закрываться. И тогда все, кто пытался ее закрыть руками, били по ней ногой, в надежде, что она захлопнется. Но этого не происходило. Поняв, что сегодня с дверью все  как всегда,   шли дальше по своим делам.

Проходя по коридору отделения в следующий раз сестра-хозяйка  трижды  с улыбкой телеведущей шоу объявляла :"Акт второй - Ждем мастера... ждем мастера...ждем мастера..." И он приходил. А потом уходил. А дверь по - прежнему не дружила с косяком.

Как - то, во время прогулки,   Вячеслав Александрович  открыл Ирине Александровне секрет, почему  дверь не закрывалась, и не ремонтировалась, а сестра - хозяйка бодрым голосом объявляла о ней с улыбкой на лице.
Это была игра, в которой участвовало все отделение. Все знали, что   у Ромочки в старом холодильнике, стоящем в глубине сестринского склада, лежали припасы еды. И, придя на ночное дежурство, чтобы достать их,  он  открывал дверь, с вечера закрывавшуюся сестрой - хозяйкой на ключ, отмычкой.   Известно - против лома нет приема...  Дверь, если была не заперта на ключ, привыкла быть  открытой...

Весной сестру-хозяйку перевели на другое отделение.

Мастер после Нового года уволился. На работу был принят другой, в наследство которому досталась огромная продуктовая коляска на колесах, и крошечный чемоданчик с молоточком.

За ночное дежурство, когда Ромочка, якобы,  проявил внимательность и профессионализм, оказав помощь  женщине из  платной палаты, он получил благодарность. После окончания медучилища, оставаясь любимчиком всего персонала,  он был официально принят в штат кардиологического отделения больницы .

Соседку Ирины Александровны  прооперировали. После операции она быстро пошла на поправку.  Но случилась  беда -  ее дочь попала в  ДТП и  долго  лечилась в больнице... Теперь уже мама переживала за родного, единственного близкого ей человека, и вскоре, не выдержав,  умерла... На похоронах присутствовали женщины , лежавшие  с удивительной старушкой в палате, и Ирина Александровна.  Дочь  старушки после несчастного случая  осталась  инвалидом...

Вячеслав Александрович все сильнее хромал.

Но однажды Ирина Александровна услышала, как он с ехидцей в голосе спросил молоденькую блондинку, стоявшую перед ним в очереди  в магазине:"А  можно узнать, сколько вам лет?" И, не дожидаясь ответа, с улыбкорй заявил:"Ну, я - то точно моложе вас!". Девушке понравилась шутка, и она громко расхохоталась. А, главное, улыбались все, кто оказался в этот момент рядом.

Ирина Александровна  подумала:" Кажется, "мой комик", как она  тайно, про себя,  называла Вячеслава Александровича, справился  с очередной тяжелой утратой - смертью жены..."

Время мчалось, с неумолимой скоростью перемалывая дни невидимыми жерновами . Вот только что было утро, а вот уже и ночь...

И только  дверь в коридоре кардиологического отделения районной больницы по - прежнему не закрывалась...


Иллюстрация сгенерироваана с помощью ИИ