Диалог гигантов мысли 119

- Скажи, Сергей Иванович, после 75 лет жизни, когда кроме детства ты был хоть на миг по-настоящему счастлив или не был?
- Да я, Владимир Евгеньевич, и в детстве не был. Родители в разводе: то круглосуточные интернаты, то деревня Разуваевка в Беларуси у бабы Параски, то Минусинск в Сибири у бабушки Матрены… Коммуналка два метра квадратных на человека…
- Помню. Я из СССР.
- Я в нем синдром детдомовца приобрел; все пофиг, жизнь сегодняшним днем, амбиций никаких, к деньгам и брюликам абсолютное равнодушие, довольствовался тем, что имел…
- А у меня детство – единственное счастливое светлое пятно в моей жизни. Квартира отдельная, папа СэСэСэровский партийный начальник и мама профессор филологии. Машина персональная… А, что, у тебя с счастливыми моментами…
- Честно признаюсь, что будучи партийным и производственным начальником, главой семейства, бабником, пьянчугой и прочее…
Самой счастливой порой жизни для меня был период, когда я был «БИЧём-гортоповцем», «шлифовщиком седьмого разряда»…
- Кем?
- В СССР это были тунеядцы.
- Я припоминаю, что «Гортоповцами» называли бездельников-тунеядцев, которые бесцельно по городу топают… «БИЧ» - бывший интеллигентный человек… А причем тут шлифовщик седьмого разряда?
- Почему шлифовщик седьмого высшего? Потому что тунеядцы семь дней в неделю «шлифовали» подошвами асфальт.
- Помню эту анархическую с отрицанием государства мировую волну сексуальной революции - хиппи, битники и пр. А в СССР «Кто не работает, тот не ест». Указ вышел об усилении борьбы с тунеядством. Я вижу он на тебя подействовал.
- Участковый вызвал. Вручил направление на завод. Если б не мой отец герой партизан, то был бы я в Мозырском ЛТП (лечебно-трудовой профилакторий тюремного типа). Полгода я, стиснув зубы, ходил на работу, но потом втянулся и даже через пару лет стал парторгом цеха.
- Неужели у тебя в жизни не было радости, эйфории, вдохновения?
- Ты же спрашивал про счастье, про гармонию души и тела, а не чувства.
- А что может быть лучше эйфории?
- Это когда ты просто сидишь на скамейке и тебе ничего не надо, и никому ты ничего не должен, никому не нужен и тебе никто не нужен, ты сам себе хозяин - тебе хорошо, ты ни о чем не думаешь – просто сидишь, растворившись в пространстве природы. Свобода...
-  Полная свобода возможна только как полное одиночество…
- Если бы я этой свободы тела и души не испытал, то я бы счастьем считал всю свою жизнь. Я жил весело, беззаботно, меня девочки любили, а все боли, несчастья, неудачи, не исполнение желаний пролетали мимо меня. Мне все было пофиг, потому что все негативы я оправдывал не провидением, а неизбежными досадными недоразумениями, которые есть и существуют, которые ты не в силах исправить, они сама природа нашего бытия. Ты их сбрасываешь, как в компе, в корзину памяти и иногда извлекаешь, а чаше предаешь забвению.
- Нельзя всё принимать как есть, многое надо принимать как пить…
- Мичурин изрёк «Мы не можем ждать милостей от природы; взять их у неё - наша задача» … Нет, мы не боги, не мы этот мир создали и поэтому должны воспринимать его таким каким он есть и к нему приспосабливаться, чтобы выжить. И ты живешь, опутанный кучей обязательств, перед окружающим тебя миром… Но иногда вспоминаешь, как где-то там далеко-далеко в давным-давно ты, «гортоповец», ничем необременённый и ни о чем не думающий, слившийся с природой, сидишь на скамейке…, и ты счастлив…
июль 26