Горечь полыни

Это лето она считала самым счастливым. Не из-за каких-то больших событий, а потому что научилась радоваться мелочам. Доброе слово, улыбка незнакомой милой старушки - всё это теперь отзывалось внутри  радостью. И вот так, по крупицам, в ней накопилось огромное, настоящее счастье. Сама не понимала, откуда взялась эта эйфория, где она её подцепила -  но заразилась ею навсегда.

Одним из её любимых писателей всегда был Тургенев. Правда, в пятнадцать лет читаешь совсем иначе: многие слова кажутся непонятными, язык не похож на разговорный. Наверное, поэтому сейчас дети и не берутся за полные тексты - хватаются за краткие содержания и пересказы. От этой мысли становилось особенно горько.

Она взяла в библиотеке «Вешние воды», чтобы освежить память. Знала: теперь прочтение будет другим, не таким, как в подростковом возрасте. Девушка вчитывалась в каждое слово и ловила смыслы, которые раньше ускользали. Взгляд сам цеплялся за неожиданные детали. Так случилось и с полынью. В книге речь шла о состоянии души - о горечи, жгучей, как полынь, - но её сердце отозвалось именно на саму траву.

Полынь она любила нежной, почти трепетной любовью. Эта трава когда-то буквально спасла её.

Когда ей было семь лет, её беспощадно укачивало в транспорте. Тошнота накатывала так, что приходилось всюду носить с собой пакет. Ей было стыдно и неловко: вдруг она испортит кому-то поездку, испачкает пассажиров… От этого беспомощного чувства хотелось плакать. Тётя где-то вычитала в газете старинный рецепт монахов: нужно собрать утром вершки полыни, плотно уложить в трёхлитровые банки и залить водкой. Сколько дней настаивать, она уже не помнила - всем этим занималась мама. Банки держали в тёмном месте, потом отжимали, и получалось то самое снадобье. Пить нужно было три раза в день по столовой ложке, за полчаса до еды, курсом в десять дней, потом месяц перерыва - и можно было повторить ещё дважды. Эти воспоминания даже рецепторы оживили - тут же вспомнился до боли знакомый вкус и неповторимый запах, буквально физически.

Пить было тяжело, но желание просто нормально жить перевешивало всё. Со временем даже начало казаться, что вкус не такой уж и противный. А если закусить мёдом или растительным маслом, становилось  приятно.

Но самым чудесным во всём этом ритуале был сбор полыни. Внешне трава казалась самой обычной, но для неё она была особенной: серебристой, таинственной, притягательной, с горьким, стойким ароматом. Они вставали рано, пока даже петухи ещё молчали, брали с собой пакеты и шли на гору, сплошь поросшую полынью. Бабушка называла эту гору по-чувашски «Армуты щирма». Она рассказывала легенду: будто там был закопан клад, но так его никто и не нашёл. А от горьких слёз искателей выросла полынь. Девушка до сих пор помнила эти слова.

То время осталось в памяти как необыкновенное таинство. Рядом была мама, и вместе они готовили это лекарство, верили, что оно поможет. В резиновых сапогах не страшна была даже утренняя роса - она бы и вовсе не прочь была промокнуть ради такого дела. Мама шла впереди, а она семенила следом, как хвостик. Они тихо перешёптывались, мечтали, как полынь обязательно поможет, как всё наладится  - главное, верить. И всё действительно наладилось. Полынь помогла, и с тех пор она хранила глубокую благодарность всем, кто был рядом в тот трудный период.

Эту историю она однажды рассказала преподавателю фармакогнозии. Он пошутил: "Да ты, выходит, с детства абсент пила!" Она тогда покраснела: что за "абсент", что за слово такое? С того дня он, бывало, поддразнивал её: "Ну-ка, знаток полыни, выходи к доске, рассказывай!" Но в этой шутке не было насмешки -  скорее признание её маленькой, но настоящей связи с травами. Но однокурсницы прозвали ее -  Абсент.

Вот так и связались в её сознании "Вешние воды" Тургенева и полынь. Стоило только прочитать строчку: "Горечь едкая и жгучая, как горечь полыни, наполняла всю его душу", - и прошлое встало перед глазами.

Прошло примерно сто восемьдесят шесть лет с событий повести, а ей вдруг стало ясно: раньше люди умели теплее проводить время - именно вместе. Сейчас всё больше на расстоянии: разговоры по телефону, сообщения, письма в почте. Даже живых писем друг другу почти не пишут. Ей очень не хватало тех вечеров, когда все собирались за большим столом, говорили обо всём на свете, читали стихи, пели песни.

Вчера она случайно встретила знакомую, и они никак не могли расстаться - так хотелось просто побыть рядом, поговорить. Живое общение не заменить. Ты видишь глаза собеседника, его эмоции, невербальный язык тела, видишь как он одет, как он пахнет. А в сообщениях иногда можно в интонациях и эмоциях ошибиться.