Любые выводы поспешны - 4

Предыдущая часть http://proza.ru/2026/07/27/1519


          Жизнь движется своим чередом, растекаясь в пространстве, убегая дальше за горизонт, вычёркивая из памяти неприятные моменты, забирая с собой только хорошее.

          Не всё получается, как того хочется, не все мечты сбываются, но правильно поставленная цель и расставленные приоритеты приносят свои плоды. Вот и Ковалёвы спустя пять лет приобрели семейный автомобиль, оформили ипотеку, купив двухкомнатную квартиру с лоджией в новостройке.
 
          Легковушка, хотя и подержанная, выручала, иной раз «кормила». Владелец в дни отдыха занимался частным извозом. Рисковал, а куда деваться? Банку надо возвращать фиксированную сумму, внося ежемесячные платежи, плюс расходы на строительные материалы.

          Заселились на новую жилую площадь после ремонта. Это в Советском Союзе, дома сдавались под ключ: стены оклеены обоями, потолки побелены, полы, окна, проёмы окрашены, на кухне плита с духовкой, вся сантехника в наличии, и всё работало, как говорится: заходи и живи. Сейчас же комнаты имели отделку под чистовую. Справились не спеша, своими силами за полгода, проживая в приватизированном помещении бывшего малосемейного общежития, которое продали, частично погасив кредит.

          В декабре две тысячи шестого года у десятилетнего Николая появилась сестрёнка. Прибегая со школы, брат не отходил от Риты, пока мама не заставляла его учить уроки. Коленьке нравились прогулки по двору с коляской, в которой спала малышка. Он задирал подбородок и гордо вышагивал, раскачивая люльку на колёсах.

          До убытия в декрет Светлана исполняла обязанности главного специалиста экономического отдела депо. Виктор, получивший очередное офицерское звание, командовал ротой.

          Щербинины около трёх лет были на ПМЖ в региональной столице в связи с назначением Сени заместителем руководителя областного ГИБДД. Его тесть, выслуживший значительный срок, собирался на пенсию по выслуге лет, считая себя и жену коренными москвичами. Они всё реже посещали малую Родину, стараясь проводить отпуска на заграничных курортах.

          Пока полковник был при деле, он стремился очистить тёплое кресло для своего зятя, чтобы дочь и внуки были всегда рядом. Как ни крути, Москва открывала прекрасные перспективы для получения престижного образования подрастающим мальчишкам.

          С девяноста второго года страна противостояла тем, кто не желал быть честным и путал свой карман с бюджетным. Глава государства ещё в четвёртом году сказал, что нужны точные и реалистичные меры в борьбе с проявлениями коррупции, потребовав посадки тех, у кого липкие руки. Однако человеческий фактор никто не отменял, и чрезмерное рвение отдельных чиновников выплёскивалось негативными последствиями. Система перемалывала мощными жерновами не только виновных, но нередко ломала судьбы законопослушных представителей своего общества.

- Ротный, загляни к шефу!

- Бегу!

          Ковалёв приоткрыл дверь. Подполковник, разговаривающий с присутствующими в штатском, махнул на себя «Входи! Присаживайся!»

- Не стесняйтесь, располагайтесь ближе к нам, – проговорил мужчина, немногим старше сорока с пышными усами, даже не оторвав взгляда от папки, раскрытой перед ним. – Мы, – он посмотрел на костюм справа от себя, – сотрудники собственной безопасности, а рядом с вами наш коллега из федеральной службы.

          Ровесник пожал кисть приглашённому.

- Ого! Крепко! – улыбнулся товарищ из конторы.

- Станислав Вячеславович, не оставите нас одних. Сущая формальность. Минут на двадцать.

          Офицер без уговоров покинул свой кабинет.

- Итак! По существу. В каких отношениях вы с Щербининым Семёном Игоревичем?

- Ни в каких. Привет, пока, и всё, – без капли волнения ответил Кувалда.

- У нас сведения, что он вам помог устроиться в МВД.

- Посоветовал. Подсказал, куда и к кому обратиться. Всё на общих основаниях.

- Ни с того ни с сего? – к беседе подключился другой служивый ССБ.

- Почему? Мы вместе учились, в один класс ходили…

          Диалог затянулся на час. Периодически со звонивших аппаратов на столе начальника снимались и возвращались на рычаги трубки. Напряжение возрастало. Явно у парней, желающих «срубить» палку, сдавали нервы, но опрашиваемый говорил чистую правду, ничего не утаивал, давая короткие и ясные пояснения.

- Он же тебе предлагал перейти под его «крыло»?

- Было дело. Только свободных должностей не оказалось, да и я бы не пошёл, прикипел к своим пацанам.

          Перекрёстный опрос затронул и учёбу в институте, и болезнь наследника.

- Вы же знали, что ваш однокашник брал взятки? – ФСБшник смотрел прямо в глаза.

- Сплетни витали в воздухе, врать не буду. Сам лично не видел! Он герой. Сражался с террористами. Я с ним был на крупной аварии, он спасал людей, оказывал первую помощь пострадавшим…

- Не буду вас переубеждать, – безопасник с усами отложил ручку и передал протокол. – Ознакомьтесь и подпишите! У нас пока к вам вопросов нет. Если возникнут, вызовем повесткой.

          Пробежавшись по тексту, ППСник поставил подпись в местах с галочками, приписав внизу затёртую в таких случаях фразу: «С моих слов записано верно, мною прочитано».

- Простите. Могу поинтересоваться, где и что с Сёмой?

- Майор арестован. Остальное тайна следствия. Пожалуйста, о нашем разговоре никому.

          «Странная просьба, – идя по коридору, размышлял старший лейтенант. – Припёрлись, всех переполошили, будто одолжение сделали, мол, не к себе притащили, а на твоей территории… Опер конторский, больно слащавый. Чувствую, ещё нарисуется».

          Комбат о произошедшем тактично промолчал. За свой многолетний стаж он научился не совать нос, куда не следует, иногда повторяя: «Меньше знаю, крепче сплю!» Хотя он и хмурился, но подбодрил подчинённого: «Всякое бывает. Упал, поднимайся и вперёд! Прорвёмся!»

          Вечером тех же суток поступил звонок с неизвестного номера.

- Да! – произнёс Витя уставшим голосом.
- Меня слышно? Это тесть твоего друга…

- Я вас узнал, Иван Витальевич.

- Тебя вызывали?

- Приходили!

- Что рассказал?

- Так я ничего не знаю?!

- Хорошо! Если что, держи меня в известности. Набирай эти цифры. Будь!

          С этого дня старлей стал более молчаливым, не распространялся о своих домашних, остерегался ляпнуть ненужное, не присутствовал на совместных товарищеских посиделках. Ему казалось, что кто-то за ним наблюдает. С одной стороны, это его самого раздражало, с другой – командир должен быть краток, отдавая чёткие указания и никакого панибратства.

          Постепенно все неприятности отступали на третьи позиции. Плановые занятия по физической и огневой подготовке, служебная рутина – лучшая вакцина от нежелательных мыслей и дурных эмоций. Ребята из батальона ППС приняли участие в зональных соревнованиях и чемпионате России между силовыми структурами по рукопашному бою. Перед Днём милиции выезжали в Сибирь на состязания по армейскому биатлону. Звёзд с неба не хватали, но и без наград не остались, показав свою слаженность, сплочённость и командный дух.

          Коля гордился отцом, копилка которого пополнилась ещё одной серебряной медалью, но и он не отставал, похваставшись своими достижениями в лёгкой атлетике.

- А ещё учитель по физкультуре записал меня в секцию по волейболу.
 
          Несмотря на заболевание и приём лекарств на постоянной основе, в свои двенадцать лет сын был выше своих одноклассников на целую голову.

          За неделю до новогодних торжеств как бы случайно на улице с Ковалёвым столкнулся уже знакомый федерал.

- Какая встреча!
 
- Добрый день! – сухо поприветствовал Ковалёв.

- Я в прошлый раз не представился. Пётр! – выставил для приветствия широкую ладонь.

- А по отчеству?

- Зачем? Не люблю лишнего официоза, уже претит от него…

- Понятно!

- Торопишься?

- Есть такое…

- Вот моя визитка. Перезвони после праздников. Есть тема, надо перетереть.


Продолжение, наверно, будет, когда вернусь... Не успел.