Сказ о колобке солнцевом сыне

Горе горькое
Давным-давно жили-были на самом краю деревни дедушка да бабушка. Были они в деревне главными земледельцами. Да только в деревню эту голод пришёл. Осерчала на людей Мать-Сыра Земля. Осерчала за то, что рубили они лес бездумно, реки загрязняли, да зверя обижали. Замкнула Земля свои кладовые, и перестала она родить хлеба. В амбарах мыши голодные снуют, по избушкам дети плачут!
Встал однажды дедушка чуть свет. Вышел на крыльцо, глянул на небо. Солнце только-только подниматься начало. Протянул дед свои натруженные руки к нему, затем поклонился в пояс к Земле и вскричал:
— Солнышко ясное! Ты, что каждое утро встаёшь, всем свет даришь, а почему людям хлеба не даришь? Смилуйся! Пусть в нашем доме, да у зверей лесных, да у крестьян будет твое тепло, что кормит без устали!
Золотой луч скользнул по дедовой ладони, и сказало Солнце строго:
— Будет по слову твоему, старик. Ступай к бабушке. Пусть соберёт последнюю горсточку муки, что осталась в амбаре дома вашего, а ты воды студёной из колодца принеси. Испеките колобка. Посадите его на самое красивое блюдо, да и оставьте остужаться. Будет он рождать вам колобушек — хлебцев солнечных.
Рождение чуда
Бабушка хоть и стара была, а руки её золотые были. Замесила она тесто, скатала шар, да в печь положила. Тут огонь в печи погас, а Солнце таким светом избу озарило!
И тут свершилось диво! Не огонь пёк колобка, а свет солнечный, а от самого колобка исходил аромат мёда и душистых трав.
Удивились старики, но по приказу Солнца достали самое лучшее блюдо да посадили Колобка в него остужаться.
Сидит Колобок на окошке, остужается.
Учуяла тот аромат Сорока-белобока. Прилетела, хвостом вертит, глазки блестят:
— Колобок, Колобок! Дай я тебя съем!
— Не клюй меня, Сорока! От меня толку мало. А вот держи-ка мою крошку — осанну (благословение).
Отломил он от себя маленький кусочек и подаёт. А кусочек тот в колобушку превращается! Насытилась Сорока, поблагодарила Колобка и говорит:
— Спасибо! Ай да Колобок! Я-то теперь надолго сыта! Да беда в лесу! Звери лесные тоже голодные. Не накормишь ли их?
Путь добра
Опечалился Колобок. Слез он с окошка, поклонился деду с бабой:
— Родители мои! Отпустите меня в лес дремучий накормить зверей голодных. Видно, по судьбе мне себя людям и зверю отдать.
Дедушка с бабушкой поплакали, но, помня Солнца наказ, благословили его в путь. Покатился Колобок по тропинке, и там, где он катился, сыпались зерна пшеничные, да в землю уходили.
Катится, а навстречу Зайчишка-трусишка. Худенький!
— Здравствуй, заинька! — кричит Колобок. — Скушай скорее осанну хлебную, да послушай песню весёлую!
Спел ему Колобок песенку про солнце и кусочек хлебный от себя отщипнул, да в колобушку превратил. Зайка съел, обрадовался да прыгать пуще прежнего стал.
Покатился Колобок дальше.
Встретил Волка серого, тот зубами щёлкал от холода и голода. Спел и ему Колобок ему Колобок осанну. Угостил от себя мякишем хлебным.
— На, Серый, ешь! Да не зверей в лесу ищи, а злаки добрые!
Покатился дальше. Навстречу Медведь косолапый.
— Ух, — говорит, — я бы тебя съел, да сил нет даже лапу поднять!
Покатился Колобок к нему, отломил от себя ломоть, да и угостил. Наелся Михайло Потапыч, а Колобок ему песенку спел. А в песне говорилось о том, что не надо пасеки разорять, тогда вовек сытым будешь!
Великое прозрение
Долго катился Колобок, пока не встретил Лису. Да не ту хитрую, что обманывает, а печальную. Сидит Рыжая на пеньке и горько плачет.
Увидела она Колобка и говорит:
— Опять еда. — Ты всех накормил, а меня зачем? Чтоб я тебя съела, а потом опять одна осталась! Вот научил бы ты меня, Колобок, песни весёлые петь, может быть, песни мне помогут друзей найти?
Остановился Колобок. Понял он, что у Лисы сердце голодное, а не живот.
— Лисичка-сестричка, — молвил Колобок. — Ты поешь сначала, а я тебя научу песни весёлые петь!
И тут свершилось второе чудо. Спел Колобок не просто песенку, а «Великую Осанну Веселья». Откусила Лиса кусочек колобка, и вдруг у неё в груди искорка зажглась. Закружилась она, заплясала, запела так звонко, так весело, что даже деревья листьями зашелестели...
Лесные звери прибежали на звуки музыки волшебной. И Лиса, ставшая главной затейницей и певуньей, устроила такой праздник, что все жители леса тут же захотели с ней дружить!
Долго благодарили звери Колобка за еду, за песни мудрые. Прощались с ним и обещали в деревню не ходить. Кур не воровать, пасеки не разорять.
Уставший, но счастливый, покатился Колобок обратно к деду с бабкой. Только он вкатился во двор — бабушка ахнула: за ним, как шлейф, тянулась золотая нива. Там, где он катился, из земли проросли колосья, тяжёлые, налитые солнечной силой.
Поняли люди: это не просто хлеб это, а благословение небес. Крестьяне, что видели это чудо, пали на колени перед лесом и полем:
— Прости нас, Мать-Земля! Прости нас, Лес-батюшка! Будем беречь вас, поливать да холить!
С той поры люди научились кланяться хлебу. Они поняли: хлеб — это не просто мука и вода, это жизнь.
А Колобок… Он отдохнул на окошке, напитался силами и снова покатился в мир. И по сей день, говорят, можно увидеть, как по просёлочным дорогам катится золотой шар. Где он прокатится — там зерно прорастает, где остановится — там люди и звери обретают мир.
А главная сила детей и стариков в том краю звучит так:
«Осанна Колобушке! Осанна Солнцу! Осанна Хлебу, что всех кормит и всех мирит!»
И живут они теперь — дед, баба, звери лесные и народ честной — в любви и сытости, и сказ эту рассказывают детям, чтобы знали: когда ты делишься добром, добро приумножается во сто крат.