Горный, лето 2024

Как я провела лето? Да в общем, как обычно. Не считая двух поездок в Горный Алтай. Первая - в конце мая, с целью посмотреть цветение на горах маральника а заодно побывать в Белокуриха, где отдыхала в середине 90-х и давно хотелось снова увидеться с ней.
Сразу скажу, что маральника там нет, хотя если верить интернету, должен быть. Но, как я ни высматривала его лиловые цветы, катаясь на подьемнике по горе Церковка, гуляя по её вершине под куполообразными скалами, или объезжая по новому серпантину до Белокурихи 2, так и не нашла. Но впечатлений и так хватило, начиная с видов горных гряд, голубой дымкой встающих вдоль горизонта в конце пятисоткилометрового пути по равнинам, до ущелья речки Белокурихи, весело скачущей по каменистому руслу. И, конечно, виды, открывающиеся с гор на ту же равнину, по которой предстоял долгий обратный путь домой.

. Как я провела лето? Да в общем, как обычно. Не считая двух поездок в Горный Алтай. Первая - в конце мая, с целью посмотреть цветение на горах маральника а заодно побывать в Белокуриха, где отдыхала в середине 90-х и давно хотелось снова увидеться с ней.
Сразу скажу, что маральника там нет, хотя если верить интернету, должен быть. Но, как я ни высматривала его лиловые цветы, катаясь на подьемнике по горе Церковка, гуляя по её вершине под куполообразными скалами, или объезжая по новому серпантину до Белокурихи 2, так и не нашла. Но впечатлений и так хватило, начиная с видов горных гряд, голубой дымкой встающих вдоль горизонта в конце пятисоткилометрового пути по равнинам, до ущелья речки Белокурихи, весело скачущей по каменистому руслу. И, конечно, виды, открывающиеся с гор на ту же равнину, по которой предстоял долгий обратный путь домой.

Целью второй поездки было проехаться наконец по Чуйского тракту почти до его монгольских границ. Я подступалась к Алтаю уже с нескольких сторон: от Горно-Алтайска - в сторону Телец кого озера, посмотрев его водопады с борта Пионера Алтая. Со стороны Белокурихи побывала, Чуйский тракт проехала дважды, добравшись до Ороктойского моста чтобы полюбоваться всеми  красотами - от горы Чертов палец и острова Патмос, вдоль осенней ярко- бирюзовой Катуни с Зубами дракона, до моста над самой глубокой её частью в 80 метров, и - самой красивой, в золоте лиственниц по берегам. А вот в сторону Марса собралась впервые, оставляя главное на потом. И не разочаровалась, а, наоборот - очаровалась Алтаем окончательно и бесповоротно.

В этот раз первую остановку решила сделать в Манжероке. Это 590 км от Кемерово. Здесь мы перекочевали и провели день на горе Синюхе, катаясь на подьемниках и гуляя. Все, конечно, классно обустроено, и виды сверху на курорт потрясные, но ходить в горах я предпочитаю не по тротуарам и ступенькам, а по живым тропинкам и камням - что нам с сыном удалось сделать, когда на следующий день мы приехали в Онгудай. Это в 758 км от нашего города и в 165 км от Манжерока. Точнее, оказалось, что турбаза, где я сняла домик, еще дальше - на 777 км путипути, от Онгудай это еще 19 км. Ездить по гоным серпантинам мне непривычно и в этот день я устала за рулем чуть ли не также, как во весь предыдущий путь по равнине.

На просторной территории турбазы было всего два домика и банька, да маленький бассейн. Из удобств только уличный туалет и умывальник, да холодильник с плиткой и чайником, за водой пришлось ехать на родник в соседнее крошечное село Хабаровка. Туда нас сопроводил хозяин турбазы, приехавший на машине. У него мы купили козий творог, яйца и яблоки, чем и под крепились, вернувшись "домой".

Условия, конечно, максимально приближенные к природе, но зато - какие горы кругом, - не слишком высокие и крутые, можно походить, а речка! Прямо возле домика, каменистая, быстрая, убегающая в заросли леса на другом её берегу, куда- то в подножие гор. И конечно мы отправились погулять по ближайшему склону.

Поднялись на первый раз не очень высоко, ведь уже смеркалось. Солнце опускалось за противоположный хребет, когда я, наступив на что- то в траве, узрела под ногами ребра, череп и раздвоенные рожки. Кто- то совсем недавно съел здесь небольшого оленя. Стало пасмурно и как- то неуютно.

Когда спустились с горы, стало уже совсем темно. И жутковато. Ближайшие строения довольно далеко. Мы совсем одни, в чужих краях, незнакомой дикой местности... Трасса рядом, но машин не слышно из-за шума бурлящей воды, как не слышно будет и шагов, если кто-то то решит подойти...

Мы включили запись и прослушали Вечернее молитвенное правило, тусклый свет попадал в комнату через занавески окна с почти не огороженной веранды. Но на меня напала какая- то жуть, все казалось, что кто- то схватит за ноги из темноты под кроватью, прямо ребячество вроде бы, а на самом деле страшно: и чёрные горы стали давить, и веселая речка слишком громко гремит, стараясь заглушить все звуки, и лица местных, - смуглых, черноволосых, узкоглазых, встречавшихся в селе, - кажутся теперь не доброжелательно косящимися на нас, пришельцев из другого мира. Чужой менталитет, чужие, нехристианские, языческие верования, не привычная местность... Все казалось теперь враждебным, не дружелюбным, опасным...

Ночь прошла неспокойно. Но утром, выйдя на свет Божий, я снова оказалась словно в маленьком, моем собственном, раю. Горы снова очаровывают величественными вершинами, речка спокойно журчит себе по камушкам, в цветах и траве прячется все тот же большущий смешной гриб - высунулся из земли, белый и круглый, и такой похожий на детскую попку. Покачиваясь в плетеном подвесном кресле, пью чай, наслаждаясь покоем, красотой и благодатьем, и снова, как и вчера, хочу остаться здесь. Если не навсегда, то - надолго. Ну или хотя бы остаться еще на сутки. Ради этого рая можно и потерпеть еще одну ужасную ночь. И совсем не хочется вспоминать, как я проснулась посреди ночного безумия оттого, что кто- то или что- то вцепилось  из- под кровати мне в волосы, и тянуло, пока я судорожно пыталась оторвать от себя, выпутаться из прядей "это" -  холодные склизкие комковатые пальцы- щупальца... А сына и вовсе схватили и пытались стащить с кровати за ноги..

Но теперь, посмеявшись над своими ночными страхами, мы ходили по горе, до останцов дошли, но к вершине не смогли подобраться из-за густых колючих зарослей. Это и есть тот самый рододендрон, или маральник, который мы так и не увидели в Белокурихе. Но, может быть посмотрим его, вернувшись сюда следующей весной? Ведь место, где стоит турбаза, и вправду замечательное! Днём. А ночью... Ночь снова была не из лучших, хотя и немного спокойней. Меня только разбудил какой-то то громкий хлопок, похожий на выстрел, потом еще, и ещё... И сквозь непрерывный шум реки все казалось слышатся шаги...

Уснуть я смогла, только прочитав про себя раз сто пятьдесят "Богородице Дево радуйся..." Мысленно обходя домик кругом, ну будто Богородичную канавку протаптываю, и местные духи отступили, страхи-бесы к рассвету улеглись, до утра.

И снова - утреннее ласковое солнышко, туман легонько клубится по синим вершинам, роса блестит на цветах, коровки пришли на водопой, и белая лошадь, дичась, прошла вдоль воды и исчезла.

Новый день предстоит и новый путь - дальше, через второй, менее высокий, но более сложный, чем уже преодоленый нами, Семинский, - перевал Чике- Таман.

И все самое сложное, интересное и невероятное ещё впереди.