Мне жаль, но ты убийца - часть 7

                Часть 7

       Палыч закончил разговор. Информация его не удивила. Он уже для себя набросал портрет Сухозада. И всё, что узнал Чижик, лишь подтверждало это. В своей тетради он записал: «Узнать о пребывании в детском доме, в колонии для малолетних преступников, искать связи. Поручить Зубкову, ну и Белоконь». Палыч задумался и отключил следователя.

       «Стефания Олеговна, Стеша. И что же меня так задело в этой даме? Женщина обычная, а меня как-то током ударило. Вот же шибануло, даже не могу понять, что и к чему. На старость лет прилетело, а мечтал о спокойной и тихой пенсии. И что мне сейчас с этим делать? Она и моложе меня намного, а может, замужем и, наверное, дети есть…» - рассуждал Палыч.

        Поспать в эту ночь ему так и не пришлось.

        В коридоре послышались шаги сотрудников. Палыч глянул на часы и присвистнул: «Почти семь утра. Надо приводить себя в порядок». На всё про всё ушло полчаса. И в дежурку подполковник спустился как на первое свидание. Гладко выбрит, волосы расчесаны, даже улавливался запах приятного мужского парфюма. Дежурные переглянулись, но смолчали. Никто не хотел нарываться на грубость. Палыч забрал сводки за ночь и решил заглянуть к криминалистам. В кабинете уже колдовала над своими колбами Зоя Ивановна.
 
       - Паша, заходи, -  не оглянувшись, пригласила она Васильева.

       - У тебя что, глаза на затылке? - усмехнулся Палыч, зайдя в кабинет и усаживаясь на стул.

       - Нет, Паша. Просто твой одеколон не спутать ни с чем.

       - Такой отвратительный?

       - Не говори глупости. Отличный. Это я выбирала, от коллектива тебе на день рождения, - задумалась и добавила, - а что за праздник? Давно тебя не видела таким франтом.

       - В восемь к Галанину на доклад, - пытаясь отвертеться от неудобных вопросов, парировал Палыч.
 
       - Ой, ну только мне не ври. Я тебя насквозь вижу.

       - Зоя, а что, так сильно заметно?
 
       - Не то чтобы сильно, но местами, - рассмеялась Зоя Ивановна, - идем чай пить, я думаю, что ты еще не завтракал.

       - Не поверишь, Зоюшка, я еще и не ужинал.

       Расположившись в небольшом закутке за ширмой, Зоя с Палычем пили чай и рассуждали о возможном мотиве.

       - Помяни мое слово, - убеждала Зоя Палыча, - это преступление на сексуальной почве или очень близко к этому. Возможно, месть за другое преступление, но опять же сексуального характера. Ну не будет убийца так заморачиваться.

       - Зоя, а может, прав студент: это серия, и у нас маньяк завелся?

       - Утверждать не берусь, но слабо верится. Жертвы - личности разного психотипа. Да, кстати, - вспомнила Зоя, - готовы результаты ДНК по крови на ноже Сухозада. Эта кровь не принадлежит ни Михайлову-старшему, ни его сыну. И в базе данных ДНК ее не нашлось.

       - Похоже, что убийство Михайловых - это совсем другая история. Нет никаких точек соприкосновения, - рассуждал Пал Палыч. - А где ваш практикант? Он мне нужен!

       - Я его отпустила до обеда. Ты его завалил работой. Он вторые сутки не спит.

       - Я в его годы… - начал Палыч.

       Зоя Ивановна была замужем за следователем прокуратуры, правда, из другого района города. Детей у них не было, о чем Студнева очень сожалела и переживала. Поэтому свою неудовлетворенную материнскую ласку, внимание и нежность она переносила на молодых сотрудников.

       - Паша, - прервала его Зоя Ивановна, - парень неглупый, старается, а ты хочешь, чтобы он выгорел раньше времени? Люди не сталь, им отдыхать надо.

       - Мальчишка толковый, согласен. Появится - так сразу ко мне, - Палыч встал. - Всё, Зоя, спасибо за чай, надеюсь, уже все собрались. Идем отчитываться начальству о проделанной работе.

       В кабинете у Свиридова громко спорили. Палыч с грохотом открыл дверь, все вскочили.

       - Все в сборе?! - даже не здороваясь, буркнул подполковник, - начальство ждет, - и быстрыми шагами направился в сторону кабинета Галанина. Оперативники зашли в приемную, а начальник их уже в дверях встречал. Белоконь представилась. Степан Борисович дольше обычного задержал на ней взгляд, как бы изучая эту даму, и после минутной паузы пригласил всех в кабинет.
 
       - Ну-с, соколики, - Галанин обвёл всех пристальным взглядом, - с кого начнем?

       - Товарищ полковник, давайте с меня, - встав со стула, произнесла Белоконь.

       - Докладывай, майор, если больше смельчаков не нашлось, - усмехнулся Галанин.

       «Действительно, - раздумывал Палыч, слушая доклад Белоконь, - толково, без лишней воды и слов-паразитов излагает она суть дела в Улуцке. Виталя Бобрин прислал лучшего следователя. Мало того, еще и женщину, которая сводит меня с ума одним своим присутствием. И что мне с этим делать? Стар я для амурных дел, говорит мне мозг, а голос дрожит при ее появлении, ноги ватные, краснею, как подросток. Про все остальное вообще смолчу». Палыч сидел напротив Белоконь и скрыто любовался этой женщиной, делая вид, что что-то помечает в своей амбарной тетради. Стефанию Олеговну нельзя было назвать красавицей в общепринятом смысле этого слова. Высокий лоб, близко посаженные глаза, для женского лица большой подбородок, нос немного вздернут. Но сами глаза были редкого изумрудного цвета. Когда она медленно открывала их и ресницы с трепетом взмывали вверх, ощущение погружения в океан страсти становилось явью.

       Стефания доложила обстоятельства дела и села. Она встретилась глазами с Палычем, отчего у того зарделись румянцем щеки. «Наваждение или наказание за мои грехи молодости», - расценил ситуацию Васильев.

       - Есть еще здравые мысли у кого-нибудь?

       Голос Галанина вывел Пал Палыча из ступора. Он встал, кашлянул для проформы и стал докладывать о новостях за последние сутки. Поделился информацией, полученной Чижиком, и своим распоряжением продолжить поиск в колонии возможных связей с нашим городом или Улуцком. Затем предложил выделить в отдельное производство дело Михайловых, мотивируя это тем, что не видит связи с убийством Сухозада.
 
       - Капитан Свиридов продолжит расследование. Он уже начал плотно над этим работать. Надеюсь, ордера на обыски готовы? - закончил свой доклад Палыч вопросом.
 
       - Саша, заберешь у Алены в приемной, все готово, - подтвердил Галанин, - но не забывайте: все силы на убийство Сухозада и Антонова. Не расслабляться. План расследования на стол. Все свободны, работать. Пал Палыч, - вдогонку крикнул Галанин, - в двадцать один ко мне на доклад.

       Палыч кивнул.

       - Через десять минут ко мне в кабинет, - через плечо приказал Палыч своим сотрудникам и быстрыми размашистыми шагами направился по коридору к себе.
Как раз десяти минут ему хватило, чтобы ознакомиться со сводками. Ничего заслуживающего внимания он не нашел. Палыч злился: информация прибывала, но отправной точки он все еще не видел. Десять минут прошло, раздался стук в дверь. «Хорошо вымуштровал», - гордился собой Палыч.

       - Заходим и не рассаживаемся, - заявил подполковник и сразу стал раздавать поручения и задания.

       - С вашим Антоновым и так все ясно, - обратился Палыч к Стефании, - но хорошо бы узнать излюбленные места обитания этого экземпляра. Для начала - этак за последний год. Но видится мне, что спусковым крючком стал именно Зюзя. Поэтому Зубков с майором, займитесь вплотную Сухозадом. Выяснить и разузнать всю его подноготную, начиная с детского дома, где очутился Зюзя уже в школьном возрасте. И хорошо бы найти информацию с его рождения до появления в детском доме. Всё, что нароете, очень важно. Также запросить документы из колонии для малолеток. Да, еще в свой роковой день Сухозад отправился за сигаретами и алкоголем. Выяснить, где и когда он намеревался купить или купил то, что хотел. Кто чего будет делать, сами решите. Свободны. О важном звонить и докладывать незамедлительно.

       - Саша, на тебе семейство Михайловых и все рядом стоящие. Работай.
 
       - Пал Палыч, сумка с вещами за диваном. И я на шестнадцать вызвал на допрос Дубова Кирилла, того, что одноклассник Валентины Михайловой.

       - Отлично, отлично. Начинай без меня и промурыжь его немного. Пусть занервничает. Меня до обеда не будет, но если новости важные, звони на мобильный телефон.

        Только за Свиридовым закрылась дверь, как Палыч уже набирал номер телефона психолога-криминалиста Анатолия Александровича Пустова. Они были давно знакомы, но встречались исключительно по рабочим вопросам. Он долго проработал в полиции криминалистом, но несколько лет назад ушел преподавать в местный вуз. Пустов ответил на звонок сразу. Оказалось, что Анатолий Александрович приболел и из дома не выходит, но он любезно согласился помочь, и они договорились о встрече у него дома через час.

       Пал Палыч еще раз внимательно перечитал свои записи, упаковал все дела и личные записки в сейф и отправился к Пустову домой пешком. Тот жил лишь в паре кварталов от управления. Предварительно зашел в магазин и попросил продавца собрать продукты для посещения больного человека. С полным пакетом всякой снеди, точно в установленное время, позвонил в дверной звонок. Дверь открыла дочь Пустова, Светлана.

       - Папа, к тебе гости, - крикнула она в квартиру. - Пост сдала. Проходите, - обратилась она к Пал Палычу, - папа ждет вас в зале.

       - Вот, возьмите, - Палыч протянул пакет девушке, - не знал, что можно Анатолию Александровичу.

       - Водочка была бы самое то, что ни на есть то, - отозвался Пустов из комнаты. - Светуля, дорогая, сделай нам чай. Палыч, давай, заходи.

       Анатолий Александрович выглядел отлично, лежал вальяжно на диване, обложенный массой книг, бумаг и газет. Единственное, что указывало на его болезнь, - это нога в гипсе.

       - Вот, Палыч, неудачная попытка починить крышу на даче. Теперь я вынужден прозябать в одиночестве дома. Хорошо, хоть дочь проведывает старика, да студенты забегают. Что там тебя мучает на этот раз?

       Подполковник оглянулся на дверь, помолчал пару секунд.

       - Тут такое дело, Толя, совет твой нужен как психолога, по работе, - Палыч снова замолчал.

       - Понятно, - Пустов придвинул столик на колесиках к дивану и громко спросил: - Доча, чай готов?

       - Все готово, минуточку, - отозвалась из кухни Светлана.

       И действительно, буквально через минуту на столике появились симпатичные чашечки, горой возвысились фрукты, печенье, оладьи, вазочки с вареньем, и завершал эту картину огромный стеклянный чайник с божественным ароматным напитком.

       - Я улетаю, - сообщила Света, и они услышали, как захлопнулась входная дверь.

       - Давай, выкладывай, Паша, что там тебя гнетет! - нетерпеливо спросил Пустов, подтягивая маленький стульчик к дивану, на который аккуратно переложил загипсованную ногу. - Я так понимаю, разговор пойдет об обстоятельствах дела, о том, что на кладбище?

       - Ты правильно понял, - и Васильев начал рассказывать о своих сомнениях, - начальство лютует, склонно констатировать серию и все свалить на маньяка. А я твои лекции внимательно слушал. Всего два случая, идентичные убийства, но персонажи абсолютно противоположные. Может быть такое у маньяка?

       - Жертвы были изнасилованы? - поинтересовался Пустов.

       - Нет. Обездвижены препаратом, избиты и удалены детородные части тела, - ответил Васильев.

       - Что-то похожее было в регионах? Узнавал? За мою практику в нашей области ничего подобного не случалось. Паша, начинай всё сначала и с мельчайшими подробностями. И всё, что накопали на этот момент, тоже подробно пересказывай. С этим предстоит поработать.

       Почти два часа Пал Палыч излагал свои мысли и теории касательно материалов дела. Давал характеристики жертвам, рассказывал об их образе жизни.

       - Мотив, Толя, не вырисовывается, - подытожил он. - Как и где мог возникнуть контакт этих личностей, тоже пока не нашли. Очень уж они разные. Кто их убил таким странным способом? Маньяк или серийник?

       - Палыч, маньяка можем исключить. Но если бы ситуация была иной, то с очень большой долей вероятности я назвал бы маньяком этого Сухозада. Все признаки налицо. Давай предположим, что убивали маньяка Сухозада, нашли и наказали. Но тогда в эту схему не вписывается Антонов. Он точно не маньяк, и даже не серийник, и не убийца. Да, задал ты задачку. Одно могу сказать: судя по почерку, убийцей может быть как мужчина, так и женщина, это первое. Второе: физически слабый человек, возможно, уже в преклонном возрасте.

       - Я тут с Зоей Ивановной пообщался с утра, - добавил Палыч, - она утверждает, что сексуальная подоплека в этих убийствах основная.

       - Наша Зоя, как всегда, права. Но я бы сформулировал по-другому. Скорее всего, это месть за преступление на сексуальной почве. Тогда пазл начинает складываться. Кто-то взвалил на свои плечи роль оперативника, судьи и палача. Ищи место пересечения фигурантов. Это пока всё.

       Палыч молчал. То ли просто думал, то ли анализировал выводы Анатолия Александровича. Он для себя еще ночью определил мотив как преступление на сексуальной почве. Но вот почему жертвы такие разные по социальному статусу, определить он не мог. Пока не мог. Оперативники работают, должны что-нибудь найти. Глянул на часы.

       - Толя, мне уже пора. Сам понимаешь, служба. Спасибо тебе за помощь. Не обессудь, будут нерешенные вопросы - навещу еще раз.

       - Палыч, это не обсуждается, заходи, и лучше вечерком. Посидим, водочки покушаем, обсудим.

       - Так бы сразу и сказал, - загоготал Палыч, - а то «болею, болею». Все. Я ушел, выздоравливай.

       - Дверь не захлопывай, - вдогонку крикнул Пустов, - студенты обещали зайти.