117

- Маменька, меня тошнит, - пожаловалась Екатерина, как только увидела в окно подъезжающего в экипаже господина Усанова.
- Ненадолго же он оставил нас без своего внимания, - подошла к окну и Дарья Васильевна полюбопытствовать, от кого это дочь затошнило. – Что ж, можешь идти в свою комнату. Скажу, что захворала. И Георгий Лукич уехал как назло…
Дарья Васильевна, озабоченно покачала головой и пошла встречать нежеланного гостя.
«Лишь бы про Анну не спрашивал. Уж и не знаю, что теперь врать. Неужели негодница не может сообщить родителям что у неё да как? Мы ведь волнуемся… Отец, правда, ничего не знает… Видать, хвалиться нечем. Пропащая…».
- Дорогой Григорий Фёдорович, ну наконец! Заждались. Чаю с дорожки?
- Не откажусь. Вы одна?
«Ну вот. Сейчас про Анну спросит.»
- Пойдёмте на террасу. Там теперь хорошо. Георгий Лукич будет только к вечеру, велел кланяться.
- Это хорошо.
- Хорошо? Присаживайтесь, прошу. Может, наливочки?
- Не откажусь… И вам бы посоветовал.
- Ну что вы? У меня от неё сердцебиение делается.
- Анна…
«Начинается.»
- Дарья Васильевна. Я прошу руки вашей дочери.
Хозяйка непонимающе заморгала глазами. Он ведь уже просил.
- Наши с ней отношения зашли настолько далеко, что со свадьбой медлить нельзя. Поэтому я сейчас отправляюсь хлопотать о разрешении, собирать бумаги, а вы со своей стороны также поспешайте. На будущей неделе, может, управимся.
- Как на будущей неделе? Но она же… Что значит, зашли слишком далеко?
Григорий Фёдорович вильнул виноватыми глазами.
- Зашли… - произнёс многозначно.
Дарья Васильевна ухватилась дрожащей рукой за левый бок.
- Когда?
- Любезная Дарья Васильевна, ну зачем вам знать подробности? По этой же причине мне не хочется беспокоить Георгия Лукича… Я, как честный человек, готов возместить.
- Где? Где вы её… встретили?
- Как где? Здесь. В вашем доме… А… Вы имеете в виду… Гм…
- Не надо подробностей. Я не это имела в виду. Ах, я несчастная мать. Эта… Где она? Где Анна?
- А вот с Анной неловко получилось. Придётся разорвать помолвку. Вы уж сами решите, как это сделать поделикатней. Чтобы соседи…
- Ничего не понимаю, - хозяйка потянулась к нетронутой гостем наливке и опрокинула горькую жидкость себе в рот.
- Да… Конфуз, можно сказать. Не рассчитал. Обе ваши дочери хороши… Но раз у нас так получилось с Екатериной…
- С Екатериной???
Григорий Фёдорович захлопал глазками.
- А я о ком вам толкую? Только уж вашему любезному супругу не говорите… Он человек горячий, лучше его не волновать.
Дарье Васильевне настолько не терпелось остаться теперь без гостя, что она, нарушая приличия, встала.
- Я поняла… Прошу оставить… Мне дурно.
Господин Усанов с готовностью поднялся. Ему и самому не терпелось убраться восвояси. Пусть страсти улягутся. А он пока похлопочет над разрешением от Синода. Всё же ему за шестьдесят. А в этом возрасте для жениться требуется чуть больше бумаг.
- Разрешите откланяться… Ждите на будущей неделе… Нельзя медлить… - ещё раз для закрепления повторил основные пункты своего визита и поспешил к экипажу.
- Что она говорила про «тошнит»?