Запаски белгородского таксиста. Часть 27

АНГЕЛ-ХРАНИТЕЛЬ СО СВЯЗЯМИ

Миловидная, улыбчивая, уверенная в себе. Деловито забралась на заднее сиденье, легко поздоровалась. Поездка минут на двадцать. Это я так прикинул, яндекс утверждал, что быстрее. Но он же не знает, что, несмотря на прифронтовой статус города, пробки у нас никуда не делись. Тронулись. И только вывернул на Богданку, встали. Так и знал.
– Вроде говорят, что из Белгорода народ массово выезжает, а дороги забиты, – донеслось из-за спины. – Вы сами как, замечаете, что машин стало меньше?
Голос бодрый, доброжелательный:
– Да вы знаете, летом было попроще, такого не было, а как школа началась, пробки вернулись. Такое ощущение, если народ и выезжал, то  только на тёплый сезон. Ну, сами видите.
– Вижу, у нас в Харькове точно также. Как сентябрь, так не проехать.
– А вы харьковская?
– Ну да. До две тысячи двадцать второго года, да февраля была харьковская.
– То есть до начала СВО? Интересно.
– Ну да. Там целая история. У меня родители в Белгород переехали уже давно. Квартира у них в Дубовом. Я к ним частенько приезжала. Я сама за рулём. В Харькове у меня тоже квартира и мастерская в центре города. Так там и остались. Я вообще шила, и разработкой лекал занималась. И сейчас занимаюсь.
В двадцать первом году у меня мама ковидом переболела. Еле выжила. И тогда я поняла, что нужно быть поближе к родителям. И в конце года надумала переезжать. Уже недвижимость присмотрела. Прикинула, продам квартиру в Харькове, хватит на дом недалеко от родителей. Вид на жительство у меня уже был, гражданство собиралась оформлять. Ноябрь был. Думала: доберусь до Белгорода, начну переездом заниматься. И тут двенадцатого числа на пустой объездной  мне в зад влетает машина. Прилично так влетела. Естественно, поездка отложилась. А по закону, чтобы мне выплатили компенсацию, должен состояться суд. А у нас ковид, суд откладывают и откладывают.  И состоялся он только двадцать первого февраля двадцать второго года. А выплату мне назначили на 23-е.
Женщина увлечённо тараторила, я внимательно слушал. Похоже, история интересная намечается.
– Двадцать второго мне пишет друг моего друга из Белгорода. Я его лично не знала, но мы переписывались. Спрашивает, когда ты приедешь? А я же без машины. И хотела с одной знакомой женщиной отправиться, пассажиром. А она двадцать четвёртого собиралась. Ну так и сказала. А он говорит: «Нет, ты едешь завтра». «А что случилось? Что за срочность?» «Я тебе потом всё объясню. Выезжай, не мешкая. Собери всё самое необходимое. И на границу! Я тебя встречу».
Я его никогда лично не видела, но поверила. Это ещё сон повлиял. Мне иногда снятся вещие сны. И вот накануне я такой видела. Я стою на границе. Будка, как в советских фильмах. Захожу в будку, там стол, женщина. Она собирает вещи в чемодан. Я спрашиваю, что вы делаете? Она: «вещи собираю». «А зачем?» «Уезжать надо!. И тут я слышу гул в небе. Поднимаю голову, а там армада самолётов со звёздами. Надо мной развернулись и полетели обратно. Я их начала считать. Двадцать, двенадцать,  шестнадцать. Не знаю, что означают эти цифры, но думаю, смысл есть. И я проснулась со словом «война». Ну, проснулась и проснулась. Но запомнила.
В тот же день приготовила документы и дочку с зятем предупредила, что, может, придётся бежать.  Дочка прислушалась, она знала, что я просто так не скажу. И когда это всё началось, они сели в машину и уехали. А мы жили в Северной Салтовке, этот район сразу бомбить начали.
Я когда границу переходила, шла и оглядывалась. Я чувствовала, не скоро вернусь. Мне навстречу шли люди, мне хотелось им говорить: «вернитесь». А уже когда перешла границу, мужики стоят, в бинокль на посадку смотрят. Я им и говорю, что вы там увидели, зайцев?
А они: зайцы тоже есть. А вы что такая весёлая?
Я сама не знаю, возьми и скажи: «А что не веселиться? Мы многое пережили. И это переживём». Сама не поняла, почему так сказала.
И вот я приехала в Белгород. Я, чемодан, ноутбук и мой внутренний мир.  Получилось за восемнадцать часов до начала СВО. Меня этот друг встретил. Ночевала у родителей. А окна комнаты выходят на юг. Там только частный сектор. До горизонта. Я в два часа проснулась и не могу уснуть. Из угла в угол. Волнуюсь, почему не могу понять. А в пять часов вижу огоньки в небе. Я на балкон, а вдалеке вспышки. Подняла родителей. Они когда-то работали в Афганистане, я, кстати, тоже там была, ребёнком. Так вот, они знают. И говорят: «это ракеты, доченька».   
И тут мне пишет дочка: «Мама, нас бомбят, мы уехали из города. Твою машину оставили, и котиков тоже». Я говорю: «Котиков заберите». Про машину вообще не переживала. Котиков, главное! Ну, они потом вернулись, уже под бомбёжками, забрали.
Я две недели сидела в ступоре.
Пробку мы давно миновали и уже приближались к адресу. Скорей всего, пассажирка не успеет закончить рассказ, а занимательно. Решил немного её ускорить.
– И как вы  сейчас? Всё нормально, прижились?
– Вполне. Я ещё в Харькове научилась работать в цифре. И сейчас пишу новый курс обучения по своей специфике. Мне заказали. И ещё в «Новых возможностях», знаете, это конкурс для начинающих бизнесменов?
– Слышал такой.
– Так вот, я в нём со своим проектом грант на миллион выиграла. Так что сейчас я открываю курсы моделирования одежды. Купила оборудование, технику. И помещение в аренду взяла. И вообще, в Белгороде я уже как дома. Недавно ещё в проекте «Дизайнер без границ» участвовала. Коллекцию одежды шили по эскизам детей. Я с матрёшками делала. Сегодня это мой как бы бренд. Футболки с моими матрёшками по всей стране уже носят.
Тут мы и приехали. Я обернулся:
– Интересная история. Похоже, ваш ангел-хранитель не из простых. Не только активный, но и со связями.
Она улыбнулась, открывая дверцу:
– Вполне возможно.
На том и расстались. А историю эту я на следующий же день записал.


НАРОДНЫЙ МУЗЫКАНТ

В руках старенький баян, одет простовато. Лет под сорок, подтянут, обаятельная улыбка. Где-то я его видел. Нет, не помню.
Неловко улыбаясь, забрался на заднее сиденье. Баян – на коленях.
 – Уселись? Поехали.
Дорога в небольшое село под Белгородом. По дороге пассажир развернул баян. Прислушиваясь, что-то подбирал. Я не удержался:
– Сочиняете?
– Ага, – охотно отозвался он. – Стихи новые дали, вот пытаюсь мотив нащупать.
– И что часто пишите?
– Регулярно. Я профессиональный музыкант, пятнадцать лет только учился, в музыкальной школе, в колледже, в институте культуры… Потом преподавал в институте. И сейчас на нескольких работах работаю. В «БГЦНТ», руковожу самодеятельным хором «Надежда».
– А что это такое?
– Белгородский государственный центр народного творчества. А ещё в музыкальной школе, в институте культуры подрабатываю. И пою в церковном хоре. А песни, да. У меня их сотни.
– Вот это да! А про что, в основном?
– Разные. Много про Белгород, про подвиг. Есть песни про наших героев. Например, про танкиста Андрея Ивановича Попова, именем которого улица названа. Знаете же?
– Попова? Конечно.
– Много фольклора, казацкие песни и песни военные, лирические. В общем, сложнее сказать, про что не пою.
– И всё время с баяном?
– Ну да. Это мой кормилец, поилец, одевалец и даже иногда на такси ездалец.
Я же и на улице пою. У песочных часов, на стометровке, в парке…
– А я думаю, где я вас видел…
– Там, наверняка, и видели.
– И что, нравится вам на улице петь?
– Знаете, нравится. Во-первых, это дополнительный доход. А он у нас, у музыкантов, лишним не бывает. Во-вторых, это моя гражданская позиция. Кто-то воюет на СВО, кто-то волотёрит, а я пою патриотические песни,  продвигаю исконно русский инструмент, влияю на сознание людей. А между песнями я разговариваю с народом. Говорю: «Держитесь, земляки. Да, трудно, но мы сильные, мы выдержим. Потому что мы русские, с нами Бог. И русские не сдаются». 
Остановите на углу, пожалуйста.
Я затормозил в указанном месте.
Бережно придерживая баян, музыкант выбрался из салона. Попрощались душевно.
Эх, забыл спросить, как его зовут. Но ничего, увижу в городе, подойду. Денежку кину. И руку пожму. Парень-то достойный.


ОКОПЫ ТОЖЕ КОМУ-ТО КОПАТЬ НУЖНО

Мама с дочкой. Похожи, просто удивительно. Обе пухленькие, низенькие, светленькие и в очках. Мама расположилась впереди, дочка – позади.
Только отъехали, начали обсуждать меню:
– Давай кашу приготовлю.
– Не хочу кашу.
– Тогда могу ленивые голубцы.
– Тоже не хочу. Мам, давай что-нибудь другое.
– Ну что другое? Супчик, что ли?
– Супчик можно.
– А на второе фрикадельки приготовлю. Пойдёт?
– Пойдёт.
 – С булгуром или с рисом?
– С булгуром.
– Ну, хорошо. Завтра после работы займусь. Нам с тобой на неделю спокойно хватит. Вчера папа звонил. Недолго. Оборвал разговор, кто-то пришёл там у него. Обещал перезвонить, но пока молчит. Но ты же знаешь, там требуют, чтобы телефон выключен был. Если увидят, у кого включён, могут сразу в штурма отправить. А нам это надо? Нам надо, чтобы он живой вернулся.
Не удержался:
– Служит муж?
Она словно ждала вопрос:
– Служит. Контракт подписал. Пока где-то там, окопы роет, блиндажи строит. Ну и пусть строит. Пусть зарплата меньше, зато живой. Не нужны нам эти деньги, нам папа нужен. У меня в чате одна жёнушка прямо бесит. Каждый день ноет, почему он не звонит? Ну, правила такие, пыталась ей объяснять. Бесполезно. Не дай бог, попадётся с телефоном. Нет уж. Я от своего не требую, чтобы звонил часто. Уж как получится. Мы потерпим.
– А почему он ушёл, он военный?
– Нет, даже в армии не служил. Но давно как бы об этом разговаривали. Мысли были. А ушёл, когда меня с дочкой на автовокзале дрон накрыл. Бежали прямо по битому стеклу. У дочки – шок, у меня – паника. Слава богу, не достал до нас. А потом в дом, где бабушка живёт, мы сейчас, кстати, к ней едем, попал, вот здесь, на Богданке. Окна все вылетели, и в квартире - разруха. У бабушки - контузия. Сейчас-то очухалась, и квартиру восстановили уже. А тогда… Вот тогда, как последний знак для него. Сразу на контракт и подписался. Сказал, сколько я буду смотреть, как они по родным лупят. И ушёл.
Двор был перекрыт. Какой-то нехороший человек поставил машину так, что нос перекрывал дорогу. Немного, сантиметров на десять. Но не проедешь.
– Здесь высажу вас?
– Да, конечно, – засуетились они. – Это ж надо так машину поставить?!
Хлопнули дверцы, и я отправился за следующей заявкой. Приятная женщина, правильная. Повезло контрактнику с тылом. Что ж, удачи! А что окопы копает? Так и окопы кому-то копать нужно.