2. Розовый хамелеон. Надежда

Надя не заподозрила ничего опасного, проводив взглядом Капитолину, когда та отправилась открывать дверь пришедшим с прогулки родным. У неё была пара минут, чтобы подумать о своей подлости. В очередной раз.

Сидит она себе у подружки, улыбается. Сейчас Тимошку начнёт тискать. А сама-то сама. Хамелеон. В розовом платье...

Кстати, розовый хамелеон — это декоративный сорт бархатцев. Цветочки такие красивые. Их лепестки меняют окраску в зависимости от освещения. Как и она.

В этом доме мягко-розовая. А в своём - почти амарантовая. Розовая-то-розовая. Но с фиолетовым отливом...

Мысли её сбились. В кухню вошёл Захар. Она потеряла дар речи, увидев мужа.

Он тоже был ошеломлён. Не ожидал, что жена окажется в этом доме, потому что она вроде бы рассталась со своей подругой Капитолиной чуть ли не десять лет назад.

Аккурат в ту бытность, когда он был женат именно на той.

- Что он здесь делает?- пытаясь придумать, как себя вести, лихорадочно цеплялась за разум Надежда...

- В принципе, отлично, - можно сразу поставить все точки, - нарочито утешал себя муж двух жён, одновременно оказавшихся рядом.

- Боюсь, сейчас опять начнётся конфликт, - испугалась Капитолина, не понимая отчего подруга и бывший муж так неестественно выгнулись...

Ну, да, они опять дружат с Надькой, как раньше. Но теперь-то Захару какое дело? Он ей чужой...

А этот чужой очень испугался. Потому что осознал, что не может сказать Лине то, зачем пришёл, при Надежде. Ситуация...

Но всё всегда так или иначе решается. Банально и грубо говоря, фарш не провернешь назад...

Захар повздыхал, помялся, и, наконец, отправился в прихожку. Дескать, не готов к разговору. Недоумевающая Лина проводила гостя. Уже в дверях он судорожно выдохнул и выдавил из себя:

- Капелька, я такой дурак... Мне все эти годы тебя так не хватает...

Услышав своё прежнее из его уст имя, женщина замерла. Как будто не было всех этих лет, проведённых в разлуке. Почему-то ей показалось, что этот слегка постаревший, но совсем не погрузневший мужик по-прежнему ей дорог и...

И приятен? Нет, нет и нет. Она стряхнула с себя морок, и решительно закрыла за ним дверь. А тут и Нина Михайловна позвонила. Мол, не жди. Тимошка так нагулялся, что заснул. Пусть сегодня ещё у дедов побудет...

Надежда, услышав, что возвращение малыша не ожидается, решилась. Сегодня или никогда. Надо рассказать подруге невероятную историю её жизни. А там уж пан или пропал. Думая так, она ничуть не сомневалась, что их дружбе конец...

Она отлично помнила то время, когда Захар практически выгнал её из их с Линой дома. Руками подруги.

Вернее, её окончательным решением. Та грустно сказала, что муж против общения с Надькой. И ей, хоть и горько, но надобно делать выбор.

Конечно, семья вне всяких сомнений. Дочке нужен отец. Да и сама она Захара любит...

Надежде было очень обидно. Уж больно крепко они дружили. А ещё говорят, что у женщин такого не бывает.

Впрочем, аккурат, правда. Их тесные взаимоотношения рухнули. Насильно мил не будешь...

И Надежда с отчаянием в мыслях ушла, как ей тогда казалось, навсегда. Хотя лучше бы так и было. Ведь то, что случилось дальше, имеет только одно название. Подлость...

Недели через две после случившегося Надька более-менее проглотила обиду и попыталась нормально жить, хотя так и тянулась к телефону, чтобы позвонить Капе и рассказать про...

Потом вспоминала, что той больше нет в её жизни и немного плакала. Но надо было работать. Спать, есть, дышать. И ждать, когда тяжёлый ком в груди рассосётся. И вдруг...

Захар к ней явился...

Она, конечно, удивилась. Но по сравнению с тем изумлением, которое пришлось испытать, когда причина сего явления была растолкована ей самыми простыми словами, невероятными по значению, это было ничто. С тех пор её жизнь покатилась в пропасть...

;;;

- Лина, ты должна меня выслушать, не перебивая. Потому что мой рассказ будет для тебя невероятен. Он и для меня таков. Но я знаю о том, что я монстр, уже многие годы. Применилась, привыкла...

Одно время мне казалось, что так будет до конца нашей жизни. Она изменилась в очередной раз. Тогда разлучила нас вроде бы навсегда. Теперь соединила. И даже накрепко...

Поверь мне. Эти три года я была счастлива. Потому что я теперь точно знаю, что ты - самый близкий для меня человек. Возможно, даже дороже сына. Это плохо по отношению к кровиночке. Но сегодня я не намерена лукавить. Потому говорю, как на духу...

И, раз уж начала с этого, доведу тему до конца...

Ребёнка я родила через год примерно, как мы с тобой расстались. И почти сразу отдала его своим родителям. Они сейчас за городом живут. Домик в деревне, короче...

Поначалу навещала Тёмку часто. Но потом начала изыскивать поводы отложить визит. Хотя и плакала от тоски по ребёнку...

Муж не разрешал. Хотя и был ему отцом. Дело в том, что я очень долго скрывала от него свою беременность. Чтобы не заставил сделать аборт. На берегу ещё предупредил, чтоб никаких детей...

А я не послушалась...

Понятное дело, что долго своё беременное состояние ни одна женщина не утаит. Заметил, расвирепел. Кричал очень. Про обман, про аборт, про расставание...

Я держалась. Потом ушла к родителям. Они тогда аккурат местожительство меняли. Мама уговорила рожать во что бы то ни стало. Они с отцом, дескать, вырастят себе утешение и радость на старости лет. Ты, знаешь, у меня замечательные родители...

Капитолина со слезами на глазах смотрела на свою подругу. Так ей было жалко беднягу. Это что ж за муж такой мерзкий? Как можно быть таким жестоким эгоистом?

Она погладила Надьку по руке. Мол, я рядом, я с тобой...

Та, почувствовав искреннее сочувствие подруги, ещё больше расстроилась. И, содрогаясь от ненависти к себе, продолжила рассказ:

- После родов мы с Артёмом некоторое время жили у родителей в усадьбе. Однако, молодая бабушка, ей чуть за сорок тогда было, почему-то решила, что она малышу мать, а не бабка. И она начала меня потихоньку выживать в город. Дескать, тебе надо жизнь устраивать...

Я уехала. И жизнь устроила. С тем самым мерзавцем, что своего сына ни разу не видел.

Ты спросишь, как я смогла? Сама не понимаю. Любовь такая у меня. Смотрю ему в глаза - презираю и негодую. Отворачиваюсь - хочу снова видеть и быть рядом...

Мука...

В общем, в городе как-то мы быстро вновь встретились и сошлись. И даже расписались. До этого, по сути, не в браке были...

Ты спросишь, как я могла с ним спать, есть, ходить об руку, решать бытовые проблемы, если знала, что он, мягко говоря, плохой человек?..

А сама не знаю. Я даже не всегда об этом помнила. Как, впрочем, и об Артёме.

Потом, правда, спохватилась. Рванула в деревню, где несколько месяцев не была. А пацан говорить начал. Мамой бабушку начал звать, а деда отцом...

Они встретили меня неласково. Убедили, чтоб не портила малышу психику. Пусть, мол, считает, их родителями. Будет расти в полной семье. Куда как больше пользы, чем обитание с родным отцом, который его не хотел и нынче не хочет...

И ведь правда. Если честно, они ведь мне и выбор предложили. Спроси, мол, своего, согласен он взять Артёма к вам? Если, да, они противиться не станут...

Я уехала, глотая слёзы. Дома спросила. Отказал. Причём грубо и резко...

Мне бы бежать от него. Но я осталась. И так вот и вышло, что мой родной сын не считает меня своей матерью. Ему сказали, что он брат...

И, честно сказать, не очень жалует. Такую-то взрослую тетеньку трудно представить своей сестрёнкой...

Главное, это навсегда, - Надька замолчала, собираясь с мыслями. Она не собиралась специально до такой степени разжалобить Лину, чтобы та выслушала вторую, главную, часть её рассказа, подготовленная к определённому снисхождению, но интуитивно сделала именно это.

Та сидела, внимала подруге и еле сдерживала желание крепко обнять её. Чтобы хотя бы сейчас через годы, заслужить её прощение за то, что изгнала её из своей жизни. И, видимо, в какой-то степени обрекла Надьку на горе...

Вот ведь, каков человек бывает. Подлость и сочувствие, вероломство и преданность. Коварство и участливость. Сплошной Ницше:

- Я прекрасен, безобразен,

Груб и нежен, чист и грязен,

Мудр и глуп, хитер и прост...