Потеря Андреевского флага и золотой школьной медал

О поисках Саши Вельбовца.
1.
Выдержки из моей работы «Рождественская сказка»:
«…Перед самым окончанием школы ко мне обратился наш будущий «золотой» медалист Саша Вельбовец и предложил составить ему компанию для поступления в Севастопольское высшее военно-морское училище им. Нахимова. Это предложение он сделал кроме меня еще одному однокласснику. Я, естественно, загорелся этой идеей: «чёрный китель, золотые погоны…, девочки, млеющие от одного вида лихого морского волка и т.д.». Но мой отец, отдавший службе в Армии к тому времени уже четверть века, и продолжавший служить, по-военному быстро остудил мой пыл. Вообще, он был в те годы невысокого мнения о моих способностях и характере, и не видел меня в роли военного вообще, а уж морского офицера – тем более. Об этом он прямо и категорично заявил мне. И после разговора с ним я отказался от этой затеи.
В дальнейшем, однако, судьба распорядилась моими одноклассниками очень неоднозначно. Наш третий товарищ, Володя Погодин, белокурый красавец-мужчина, по которому тайно сохло не одно девичье сердечко из нашего класса, обладавший к тому же отменным здоровьем и имевший явные успехи в спортивном самбо, не прошел, однако, медицинскую комиссию по зрению. Забрав документы, он кинулся поступать в Одесский гражданский кораблестроительный институт, который благополучно и закончил, и до настоящего времени очень плодотворно трудится на строительстве и реконструкции многих отечественных морских портов – от Ванинского и Владивостокского, до Мурманского, Сочинского и Санкт-Петербургского.
Ну, а у нашего «золотого» медалиста военно-морская служба не задалась вообще. Выпустившись в 1971 году из училища лейтенантом, он попал на Балтийский флот, но, дослужившись за семь лет только до старшего лейтенанта, в 1978 году был уволен в запас и остался на гражданке в Таллинне, где его следы потерялись. Много позже, уже после развала Союза, я попытался разыскать его следы, но неудачно. Писал даже в Главное управление кадров МО РФ, в Таллиннскую полицию, опрашивал своих бывших одноклассников, бывшую классную, живущую ныне в Кишиневе, провел длительные поиски в Интернете, но получал весьма противоречивые и неясные ответы. Тем не менее, из всего собранного постепенно сложилась весьма нерадостная картина его службы и жизни. Его военно-морская служба не сложилась, он был списан на берег (а для настоящего моряка это, согласитесь, удар по самолюбию!). В дальнейшем свои неудачи он постепенно стал топить в спиртном, что перешло в длительные запои. Это наверно и послужило поводом для окончательного списания его с Флота в 30-летнем возрасте. И, по некоторым косвенным данным, в реальность которых никак не хочется верить до сих пор, он ушел из жизни в 2003 или 2004 годах. Была ли у него семья, где она и что с ней – не знаю до сих пор…».

2.
Последовательность моих поисков Саши.

В апреле 2004 года на встрече в Питере с Погодиным и Малининым зашел разговор о возможной встрече в Кишиневе через два года на 40-летие выпуска школы. Перебирая фамилии одноклассников, дошли до Саши. Было высказано предположение, что он может жить в Питере. Это косвенно подтверждали некоторые наши, живущие в Кишинёве (Маша Романенко собирала одноклассников несколько лет подряд: в 2002, 2003 гг.). Но никаких телодвижений в попытке его розыска Питерцы, естественно, не делали. Об этом с возмущением мне позже в письмах высказывала и Маша Романенко, которая поведала, что и их самих в Питере свела именно она. Зная адрес только Погодина, она сделала запрос в паспортную службу Питера и ей дали адрес Малинина, который она затем и сообщила Погодину. Так они и встретились. На нашей с ними встрече я попросил их заняться этим розыском, но они ничего не предприняли. Но уже в 2005 году от самой Маши прозвучало и опасение, что Саши, может быть, и нет в живых – кто ей об этом сказал, я так и не узнал.
Пришлось мне заняться поисками самому.
В августе 2005 я сделал запрос в Главное управление кадров Минобороны, которое в сентябре мне ответило, что по их учетным данным проходит старший лейтенант Вельбовец А.С., уволенный в 1978 году и направленный на воинский учет в Таллиннский райвоенкомат. Значит, Саша за семь лет службы (с 1971 по 1978 год) дорос только до старшего лейтенанта (я за это время уже получил «майора»). Сразу – море профессиональных вопросов: почему только до «старлея»; почему в 30 лет уже уволен; почему после увольнения не уехал к родителям и т.д.
Мой запрос в паспортно-визовое управление Питера в октябре 2005 г. положительного ответа не дал: по их сведениям Саша как в качестве зарегистрированного, так и снятого с учета не значится (ну, а двум Вовам всё недосуг заняться розысками у себя под носом!).
Далее попытался разыскать его через не очень близко знакомых людей, проживающих в Таллинне, но они несколько месяцев не откликались. Поэтому я через Интернет (англоязычно-говорящий и умеющий оформлять официальные бумаги на европейский лад мой продвинутый сын мне в этом сильно помог составить канцелярский запрос на русском и английском языках) обратился к начальнику управления полиции Таллинна в декабре 2005 года. А уже в двадцатых числах января 2006 года получил официальный ответ из Эстонского министерства внутренних дел - текст следующего содержания: «Уважаемый господин. Я получила ваш запрос относительно А.С. Вельбовца. Мне очень жаль, но я вынуждена сообщить вам, что согласно кадастру народонаселения Эстонии г-н Вельбовец ВЫБЫЛ (passed away) в 2003 году. Эвелин Китвел (и её должность)».
Мои детишки (оба владеют английским) долго спорили в отношении значения слов «passed away» - что они обозначают. Сын категорически заявил, что это значит «ушел из жизни», «безвозвратно выбыл» и т.д. в этом роде. Да, дальнейшая информация подтвердила то, во что верить не хотелось, в т.ч. и смысл этого словосочетания (я искал и находил их значение в разное время и в разных местах).
Параллельно пришел ответ от той Таллинской дамы, к которой я обращался ранее, где она сообщила, что ей отказали в официальном ответе. Т.к. якобы этот официальный ответ я получил самостоятельно. Кстати, по линии Таллина я делал попытки разыскать Сашины следы и через двоюродного брата Малинина, живущего в Таллинне, и еще через одного нашего одноклассника, живущего в Минске, у которого много связей в Прибалтике, но положительных результатов от них не добился. Рая Марущак мне по телефону из Москвы доверительно вещала о том, что, мол, Саша может быть законспирированным российским разведчиком, действующим на территории другого государства ?!!!
И я решил отложить поиски до встречи с ребятами в Кишиневе в мае 2006 года, - может быть, от них что-нибудь узнаю более конкретное.
Увы! Кишиневская встреча ничего нового не открыла в судьбе Саши. А некоторые присутствующие даже пытались меня ещё больше запутать. Мы с Женей Пановым в день нашего приезда пошли по известному Сашиному адресу (1-й пер. Белинского) – благо он живет рядом – кричали, стучали, но никто не вышел (а их дом находится несколько в глубине двора). На самой встрече никто из ребят ничего вразумительного сказать о судьбе Саши не смог, а, после длительного застолья ко мне подошел Валерий Овчинников (уже в изрядном подпитии – а он до этого, как мне говорили, большой любитель, да я и сам убедился) и доверительно сказал, что завтра он придет ко мне и расскажет подробно ВСЁ, а пока ограничится тем, что младший Сашин брат Юра (года на 2-3 моложе Саши) живет ныне в Подольске и работает (не то служит) в известном Подольском военном архиве. Конечно же, Валера на следующий день не появился, а мой друг откровенно мне сказал, что Валерию верить давно нельзя, т.к. он свои мозги давно пропил. Потом это подтвердилось.
По возвращении в Хабаровск я всё же решил проверить его информацию в отношении брата – у меня в Подольске живет тетка и я написал ей письмо с просьбой разыскать Юру и передать ему моё письмо (я написал отдельно ему). Но никакого Юры там, конечно, не оказалось. Тогда я написал отдельно письмо самому Валерию (никаких претензий в его адрес, но выразив сомнение и т.д.), письмо отправил своему другу для передачи непосредственно Валерию. Но тот позже мне позвонил, сказав, что найти адресата он не смог – тот где-то скрывается, и вообще всё это бесполезно – Валера просто «бомжует» и живет на содержании у своей сестры.
Далее были мои неоднократные попытки найти концы Сашины через Интернет – через фамилию, города, потенциальную семью, жену, детей и т.д., т.е. привязываясь к географии. Выходил на некоторых, спрашивал – всё безрезультатно. Но – надежды не терял, уповая на жизненный принцип – если чего-то хочешь – обязательно найдешь.
Так появились: Евгения Макаровна с её информацией о семье Саши (Царствие её Небесное!); Валерий Бычек, с несбывшейся надеждой на его помощь; однокашник профессор Саша Лукьянов из Таллинна; и, наконец, Наташа Корженевская.
3.
Наша классная о нашем «золотом» медалисте.

(Евгения Макаровна Чугут по мужу, а после развода – с девичьей фамилией Бересток).
 Я, чувствуя свою личную вину за то, что она не была приглашена на нашу встречу в Кишинёве в мае 2006 года, написал ей 30 октября 2006 года «покаянное» письмо с принесением извинений. Думаю, был прощён и с этого началась наша семилетняя переписка, которая прервалась её кончиной 15 августа 2013 года.
Мы не сплетничали с ней ни о ком, но она с поразительной памятью восстанавливала события 40-50-летней давности, вытаскивая из глубин собственной памяти такие вещи, о которых я давно забыл либо не предавал которым значения. Она часто делилась сокровенным, у неё была удивительная ассоциативная память, своя жизненная и профессиональная логика, великое жизнелюбие, трезвость ума и взглядов на жизнь, на людей, на события. Последние годы воочию убеждаюсь, что общение со старшим поколением – поколением наших родителей – это такой кладезь положительных эмоций, мудрости, жизненной стойкости, веры в человека, - что иногда просто хочется встать на колени. Таков мой отец, таким был мой дед, таковым является 95-летний мой бывший сослуживец из Белогорска, из рук которого я 35 лет назад принял тяжелую должность главного бухгалтера большого военного завода и который учил меня тайнам профессии, с которым мы до сих пор переписываемся. Такова была мама Иры Алферовой (из нашего 8 «А»), которая много лет была сослуживицей и подругой моей мамы по кишиневскому бюро погоды. А потом, переехав в Одессу, долгие годы переписывалась сначала с родителями, а потом со мной (а вот с самой Ирой у нас контактов так и не наладилось).
В одном из своих первых писем она посоветовала вести розыск Саши через телепередачу «Жди меня». Вот некоторые её высказывания о Саше и его семье:
«…Мне когда-то Овчинников В. рассказывал, что у Саши неприятности по службе из-за Веры Яковлевны, будто она обвиняла начальство, что Сашу не продвигают по службе. Это похоже на правду. Я знаю Веру Яковлевну – пусть земля ей будет пухом. Ты, по-видимому, бывал у них во время посещения Кишинева и можешь судить, что - правда, что – нет. Очень давно (возможно, ты ещё служил в Кишиневе) отец Саши при случайной встрече где-то в сапожной мастерской сказал мне то, чему я не хотела верить: «У Саши запои». Веры Яковлевны уже не было.
Когда-то и меня она обвинила в необъективном подходе к Юре, а потом через несколько лет пришла и, слёзно извиняясь передо мной, рассказала о несчастье у Юры. Как учитель, я грехов за собой не знаю. И вообще человека я могу обидеть только невольно, не желая того, по какой-то мелочи, допустить какой-то ляпсус…» (из её письма от 21.04.2007г.).
Я просил её конкретизировать события вокруг Юры и вот что она написала:
«…Что касается покойной Веры Яковлевны. Она извинялась не за Юру, а за себя. Саша и Юра – хорошие и воспитанные ребята. Но я не помню, писала ли я, из-за чего она извинялась. Она была хорошей матерью и иногда, желая своим детям добра, могла навредить им. О чем и рассказал мне Овчинников. Что-то в этом роде было и с Юрой. Если я не писала, то в другом письме могу написать. Не хочется об усопших вспоминать плохое.
Она рассказала о нем, когда было всё плохое уже позади. Юра закончил инженерный факультет, работал (по её словам) и жил в Подмосковье, женился, и было подчеркнуто, что жена работает на базе, где есть всякие дефицитные товары. А несчастье было большое, когда он учился: он был на грани жизни и смерти, т.к. его сильно избили какие-то хулиганы, или что-то в этом роде. А стал ли он военным или так работал инженером – не знаю…» (из письма от 05.08.2007г.).
«…Вера Яковлевна посчитала, что я занижаю Юре оценки по сочинениям. Он писал на «четыре». Как она сама говорила, Юре труднее, чем Саше даётся учёба. Однажды, когда я была на больничном, она пришла ко мне домой и высказала свои претензии. Договорилась до того, что плохие темы сочинений. Например: «Тема дружбы и любви в творчестве А.С. Пушкина». «Что знают дети 8 класса о любви? Это же разврат!». Забирая документы Юры, она сказала директору, что жалеет о своей выходке, но боится, что Юре будут мстить.
На одном из учительских совещаний ко мне подошла молодая женщина и сказала: «Давайте знакомиться, мы – подруги и не знакомы». Вера Яковлевна и её обвиняла, что занижает оценки Юре, так как дружна со мной. Вот за что потом, когда Юра очень пострадал, она просила у меня прощения. (Из письма от 25.04.2008 г.).
А в одном из последних своих писем она написала:
«О Саше Вельбовце я не знала и того малого, что рассказано в «Сказке» (моя очередная написанная вещь «для домашнего пользования» - «Военная сказка, рассказанная на Рождественских каникулах», которую я перед тем прислал Евгении Макаровне), но оно меня потрясло. О том, что он выпивает, мне с болью рассказал отец где-то в 1972-75 годах. Кое-что рассказывал и Валерий Овчинников, обвиняя Веру Яковлевну. Судьба Саши не даёт мне покоя. Я вспоминаю, анализирую, думаю. Общий итог, вывод – отсутствие воли. Саша, скромный, умный и даже талантливый, оказался безвольным. А причина такого безволия – подавление с детства сильным, волевым человеком воли окружающих. И этим человеком была его мать Вера Яковлевна. Больно, горько, обидно, жаль!».
Кроме этих её воспоминаний о Саше и его семье она не упоминала.
(От себя добавлю, что с характеристикой Веры Яковлевны и её возможной ролью в трагической судьбе Саши, согласился и мой отец, который часто бывал на родительских собраниях. Об этом же говорила и моя покойная мама).

4.
Интернет-письмо Саше Лукьянову от 29 июня 2013 г.

(Саша Лукьянов – наш с моей женой Наташей однокашник по институту – учился параллельно с нами на плановом факультете, жена – тоже наша однокашница. Женились на пол-месяца раньше нас, свадьбу гуляли в том же Ленинградском кафе «Буратино», что и мы. После ин-та попали по распределению в Таллинн. Саша начинал свою деятельность на промпредприятиях, затем занялся преподавательской деятельностью. Вырос до проректора одного из русскоязычных институтов Таллинна, профессор. В настоящее время уволился оттуда. В поисках работы. Он старше нас на 6 лет. Я нашел его следы в Интернете в этом году случайно, читая материалы по нашему ВУЗу. В юбилейном выпуске альманаха о нашем альма-матер помещена в т.ч. и его статья-воспоминание о его учебе в ЛФЭИ, которая «зацепила» меня общими картинами студенческой жизни. Разыскал его, стали общаться. Выслал ему свой рассказ «Манго». Решил попросить его помочь в розыске Саши):
 
«Саша, привет!
…Хочу отвлечь тебя от невеселых мыслей, рассказать тебе одну историю и, чего греха таить, - попросить твоей помощи.
Я писал Вам, что семь лет назад сделал попытку собрать в Кишиневе свой класс, чтобы отметить 40-летие окончания школы. Этому предшествовала наша с Наташей поездка в 2004 году в отпуск на запад (России, конечно, по заграницам мы до того не ездили), в которой, среди прочих городов, мы посетили наш любимый Питер. Отпуск и наличие моего двоюродного брата, живущего там за городом в собственном доме, любезно приютившего нас, позволили нам несколько дней наслаждаться городом нашей юности (пару Питерских фото я Вам выслал).
Были мы и во дворе института, фотографировались возле входа на 8 лестницу. Встретились с двумя Наташиными одногруппниками-ленинградцами: Аликом Гаазе и Надей Герасименко (Гусевой), а также с двумя моими одноклассниками-кишиневцами, живущими и поныне там, один из которых – мой друг детства, который, кстати, учась в Горьком, приезжал несколько раз в 1970 к нам в Питер, а в апреле 1970 года даже был свидетелем на нашей свадьбе. Вот эти мои ребята своими рассказами и подвигли меня на решение заняться поисками и собраться через два года в Кишиневе.
Я писал Вам, как два года занимался розысками моих одноклассников, которых раскидало по всему миру, почти всех нашел, получил от них заверение о том, что они приедут, а в итоге кроме меня из иногородних никого не было. Среди не найденных мной оказался и наш единственный «золотой» медалист, с которым нас связывало, если не дружеское чувство, то очень добрые приятельские отношения, особенно в последние год-два до выпуска. По некоторым предметам я даже составлял ему некоторую внутриклассную конкуренцию, да и жили мы рядом друг с другом.
Накануне выпуска и на самом выпускном школьном балу произошло два события, как-то ещё больше сблизивших нас. Перед самым окончанием школы он обратился ко мне и предложил составить ему компанию для поступления в Севастопольское высшее военно-морское училище им. Нахимова. Я, естественно, загорелся этой идеей: «чёрный китель, золотые погоны…, девочки, млеющие от одного вида лихого морского волка и т.д.». Но мой отец, отдавший службе в Армии к тому времени уже четверть века, и продолжавший служить, по-военному быстро остудил мой пыл. Вообще, отец был в те годы невысокого мнения о моих способностях и характере, и не видел меня в роли военного вообще, а уж морского офицера – тем более. Об этом он прямо и категорично заявил мне. И после разговора с ним я отказался от этой затеи.
А на самом выпускном балу, где за праздничным столом, кроме выпускников, присутствовали и родители, оказалось, что мой и его отцы давно знают друг друга, более того – мой отец сменил его отца на своей первой офицерской должности в Белорусском Гродно ещё в 1946 году, т.е. за два года до нашего рождения.
Ну, а у нашего «золотого» медалиста военно-морская служба не задалась вообще. Выпустившись в 1971 году из училища лейтенантом, он попал на Балтийский флот, в Таллиннский гарнизон, но, дослужившись за семь лет только до старшего лейтенанта, в 1978 году был уволен в запас и остался на гражданке в Таллинне, где его следы потерялись. Начиная с 2004 года, со встречи со своими одноклассниками в Питере, я пытался и продолжаю разыскать до сих пор его следы, но неудачно. Писал в Главное управление кадров Минобороны РФ, где мне подтвердили его службу и увольнение, запрашивал справочную Питера, затем Таллиннскую полицию, опрашивал на встрече в 2006 г. в Кишиневе своих одноклассников, бывшую классную, живущую ныне в Кишиневе, ходил по его старому адресу в Кишиневе, пытался дотянуться до Таллинна через разных знакомых, провел длительные пофамильные поиски в Интернете, но получал весьма противоречивые и неясные ответы, чаще всего отрицательные. Тем не менее, из всего, по крупицам собранного, материала постепенно сложилась весьма нерадостная картина его службы и жизни. Его военно-морская служба не сложилась, он вначале был списан на берег (а для настоящего моряка это, согласитесь, удар по самолюбию!). Далее свои неудачи он, говорят, постепенно стал топить в спиртном, что перешло в длительные запои. Это наверно и послужило поводом для окончательного списания его с Флота в 30-летнем возрасте. Затем была жизнь на «гражданке». Какая, с кем? Не ясно до сих пор. Но, по некоторым косвенным данным, в реальность которых никак не хочется верить до сих пор, он ушел из жизни в 2003 или 2004 годах. Была ли у него семья, где она и что с ней – не знаю до сих пор.
Итак, его фамилия и имя: Вельбовец Александр Степанович, 16 мая 1948 года рождения.
Саша, ты владеешь английским. Поэтому привожу интернет-ответ таллиннских бюрократов на мой запрос в их адрес от декабря 2005 года, поступивший мне в двадцатых числах января 2006 г. на английском языке.
Dear Sir,
I have got your guery about Mr. Aleksandr Stepanovich Velbovets. I am very sorry to announce You, that according the Estonian Population Register Mr Velbovets passed away in 2003
Sincerely
Eve Kitvel
Ministry of the Interior Population Facts Departament
Chief Specialist

Это английское "passed away" меня просто убило своей канцелярской недосказанностью! Мои дети, оба неплохо владеющие английским, заспорили, что это выражение может означать. Кто-то из них обозначил это, как уход из жизни!.. Не хотелось, и до сих пор не хочется верить в это. А проверить – негде.
Два с половиной года назад, за несколько дней до принятого мной решения выйти из «Одноклассников», у меня на страничке «засветился» наш коллега из ЛФЭИ – Валерий Бычек. Перекинулись с ним накоротке взаимной информацией. Чем он меня заинтересовал? Да тем, что он из Таллинна, и что учился параллельно с нами на финфаке: с 1966 по 1972 гг. (брал год «академки»). Женился на Таллиннке, живет где-то рядом с Вами (думаю, что банкир). Я ему вкратце обрисовал проблему и попросил помочь. Он вроде согласился, но я предупредил, что ухожу из «Одноклассников». И – ничего не вышло, он замолчал. И даже недавно я попросил свою дочь, которая обозначена на «Одноклассниках», найти его и передать повторно мою просьбу, она нашла, но ответа нет и поныне.
Вот такая судьба, такая проблема… Казалось бы – он рвался в Армию, а в итоге не сложилась не только карьера, но и судьба, а может быть и сама жизнь. А, может быть, была семья, дети, а сейчас уже и внуки? Как хочется узнать!..
Привет от Наташи. Виталий».

Ответ Саши Лукьянова от 17 сентября 2013 г.

Последние разведданные. Твой школьный друг Александр Вельбовец (если не однофамилец, но фамилия  - редкая) похоронен был 13.06.2003 г. без родственников на соответствующем месте кладбища Пярнамяэ, через год (06.06 2004 г.) в связи с их отсутствием по правилам кладбища его или кремировали, или сравняли могилу (говорил по эстонски и что-то недопонял). На карте показали общее место - квадрат. Знаков (спросил о надгробном камне) нет. Но в учетных данных есть. Даже год рождения: 1948. Вот тебе сюжетная линия для печальной повести: два жизнерадостных школьных товарища, учатся прилично, мечтают о военной службе, занимаются или не занимаются спортом, наращивают мышцы, всякие приключения, любовь. Один выбирает армию, другой - флот. Продолжают равняться друг на друга. Переписываются уже изредка, потом - прекращают. Крушение СССР. Один остался в Эстонии, в Палдиски (возле моей дачи, кстати), потерял работу, запил. Жена ушла к соседу, дети вернулись в Россию. Умер молодым, почти бомжем. Другой - дальневосточник (твоя биография), хороший семьянин, романтик, военный поэт, патриот плюс борется с наводнением на Амуре (тут, правда, поднимать мешки с песком мешает ему "курган славы" - это уже шутка). Приехал в Эстонию, нашел место, где тот похоронен и пр. О Бычеке пока ничего ни от кого из знакомых и списков сотрудников банков не нашел.
Саша. 



6.
Информация Володи Зильберштейна
24 сентября 2013 г., переданная по Скайпу.

Володя (мой друг по школе и учёбе в институте, ныне покойный), переехав на ПМЖ в Канаду, видимо, ностальгирует – это естественно. Другой континент – Америка, давит на себя своей заатлантической удаленностью от Евразии, где это чувство более приземлено. Поэтому ищет общения, восстанавливает старые связи, заводит новые. Естественно обращение к одноклассникам, и не по «Одноклассникам», а по Скайпу.
Он сообщил мне, что не так давно общался с Наташей Корженевской, которая живет в Кишиневе. Она, в числе нескольких наших одноклассников, после 8 класса, вместе с самим Зильберштейном, Женькой Тимошиным и Сашкой Кондратьевым ушла в 34 физико-математическую школу. Закончив её, поступила и окончила МГТУ им. Баумана, вышла замуж, родила двоих сыновей, вернулась в Кишинев. В общении с Володей, видимо, зашел разговор об общих знакомых, в том числе о Саше Вельбовце. Оказывается, её и Сашины родители дружили и долгое время общались. Поэтому она была в курсе Сашиной жизни и кое-что рассказала Володе. В том числе многое из того, что я знал раньше и что с её слов подтвердилось. И о том, что Сашина служба не удалась, что он сразу по окончании училища, попав на Балтфлот, был оставлен на береговой службе. Потом пошли запои. Был женат, родился сын, который часто и помногу жил у дедушки с бабушкой в Кишиневе. И, наконец, о том, что Саша умер в 2002 или в 2003 году.
После это у меня осталось много вопросов, которые хотелось бы задать самой Наташе.

7.
«Холодный душ» Наташи Корженевской.
9 ноября 2013 г. Интернет-письмо.

(Наташа Корженевская училась с нами в школе № 18 с 7 по 8 класс, а затем ушла в физико-математическую школу. Ныне проживает в Кишинёве).
Наташа, здравствуй!
Как и обещал, сбрасываю тебе скомпонованный материал о Саше Вельбовце. Я не знаю, каково было твоё мнение о нем тех давних, 50-летней давности, времён (пусть оно будет твоей тайной). Я вот сейчас думаю о своём. И не могу собрать всё в кучу. Где-то в 9-10 классе я вел дневник - тогда это было модно, но лично для меня он сыграл положительную роль (вспомни мое четверостишье о Кишиневе - это как раз об этом). Так вот - там почему-то о Саше нет ни слова (?). Но где-то в последнем классе - либо я повзрослел и стал задумываться над своей будущностью, либо просто у нас с ним возникли какие-то более тесные отношения - только мы стали как-то ближе, на некоторых уроках я даже пытался составить ему конкуренцию (на географии, например). Да и его предложение об училище было не просто отданием какой-то дани в отношении меня.
Знаешь, когда я стал заниматься сбором ребят в Кишиневе, я постепенно стал приходить к мысли о том, что те из ребят, с которыми учились до 9 класса, как-то оказались всем нам (и мне в том числе) ближе, чем пришлые. Хотя, наверно, не всегда, не со всеми, и не во всём... Но с ним мы были "старичками" и годы, проведенные вместе, перед окончанием школы всё же как-то сплачивали нас, в предчувствии скорого расставания.
Смотрю на фото последнего года учебы и вижу, что на большинстве фото он присутствует.
Затем нас сплотило то, что мы - периферийные мальчики - поступили в вузы. И, не просто. а - в престижные. Помню первый вечер встречи выпускников, фото, на котором мы резко выделяемся из когорты сфотографированных мальчишек. Я - свечусь своей гордостью, Саша - в курсантской форме рядом... Я был вхож к ним в дом в конце учебы. Вера Яковлевна - сама доброта и открытость! Отец его не запомнился (но то, что я потом узнал от своего отца - об их давнем знакомстве, и не очень простом! - меня конечно удивило...). Саша на каникулах рассказывал очень живописно о своей учебе в училище, показывал классные фото, как они ходили на кораблях через Босфор в Стамбул и Средиземное море, как у них на глазах сделал попытку убежать один из их курсантов и был на глазах у всех расстрелян своими прямо в море...
Почему и отчего мы прекратили наши отношения позже - моя память, увы, не сохранила.
Но ведь Рая Марущак спустя 4-5 лет, приходя в гости к нам в Кишиневе. рассказывала же о Сашином сыне - значит она знала. Есть фото моего студенчества первого года обучения, на котором на каникулах засняты четверо бывших одноклассников (заметь - все из "старичков"): Саша, Рая, Володя Малинин и ваш покорный слуга...
Итак, я сбрасываю материал, а ты мне напишешь своё мнение (я сбросил ей весь вышеизложенный материал)..

Интернет-ответ от 10 ноября 2013г.

«Здравствуй, Виталий.  Прочитала я твое расследование. Ты проделал большую работу, задействовав много своих знакомых, спасибо им. От меня ты узнал про Артура. Ты узнал основные вехи Сашиной жизни, узнал о его конце, ты еще хочешь что-то узнать? До какой глубины его биографии ты хочешь добраться, до какой правды ты хочешь докопаться? Я не склонна анализировать роль Веры Яковлевны в жизни ее сыновей, а тем более судить ее. Она страдала.
Страдали все близкие его, а Саша выбрал жизнь обычного алкоголика. Вот и все. Жаль? Да. 
 Я, зная семью Вельбовцов, искренне порадовалась за Артура, показала его фотографии своей маме, мы попечалились, что Вера Яковлевна и Степан Трофимович не дожили. Я не думаю, что привет из папиного детства доставит Артуру радость, а вот боль - несомненно. Не всегда стоит ворошить прошлое».

После этого категоричного ответа я решил прекратить общение с ней, что и сделал.


Комментарии Раи Марущак и Вики Мамалыги.

Осенью 2014 года у меня состоялось два разговора с двумя одноклассницами. В сентябре - с Раей Марущак, которой я переслал по договорённости «Письма старой учительницы» и эту аналитическую записку о Саше (у неё нет компьютера, и общение с ней возможно только по телефону). После получения моей бандероли она позвонила и прокомментировала полученный материал. Говорили с ней о Саше и его судьбе.
 Оказывается, Наташа Корженевская живет где-то недалеко от их бывшего дома, где она сама жила с родителями. Рая сказала, что была в хороших отношениях с её мамой. Рассказала и об истории их семьи. Оказывается, Наташина мама, после гибели своего первого мужа (Наташиного отца), вышла замуж во второй раз, уведя отчима из его прежней семьи. Рая помнит и мужа самой Наташи. Поведала она и о том, что он сильно выпивал, в чём был замечен не раз. Для меня стала весьма понятой та позиция, которую заняла Наташа в общении со мной, когда я ей доверительно поведал историю Саши. Мне стала понятна её жёсткость и бескомпромиссность в оценке и самой Сашиной судьбы, и безудержной защиты его мамы – Веры Яковлевны. На всё это наверняка повлияла и нелёгкая судьба её мамы, и её собственная не сладкая жизнь с собственным мужем-пьяницей, а пример Саши, обрисованный мной – это для неё как лишнее напоминание  повторенных судеб двоих мужчин: Саши, в трагической судьбе которого не  последнюю роль сыграла его мать, и Наташин муж, судьба которого некоторым образом наверно повторила судьбу Саши, а о роли в этом двух женщин – самой Наташи и её мамы (у которой был живой пример перед глазами в лице её хорошей знакомой Веры Яковлевны), о которой можно только догадываться…
В ноябре я общался по скайпу с Викой Мамалыгой (Гуцу по мужу). Она училась параллельно с нами в 10 классе. Это её в качестве предполагавшейся хранительницы архивных документов (включая мои письма) называла в последних письмах сама Евгения  Макаровна; это ей я написал обращение в «Одноклассники» после смерти ЕМ; это она молчала более года, не отвечая на моё обращение к ней; это она, наконец, вышла на меня 10 ноября 2014 года по скайпу и мы долго говорили с ней: о ЕМ, о школе, об одноклассниках, о нашей школьной юности.
Она тоже мне поведала кое-что о роли Веры Яковлевны в судьбе Саши. В частности, она рассказала, что через два года после того, как Саша, выпустившись лейтенантом, попал в Таллинский гарнизон, и прослужив там два года, не получил вовремя третью звёздочку, она, якобы, собралась и поехала туда, учинила там скандал его командованию. Думаю, что это могло быть – очень уж всё это укладывалось в натуру ВЯ (Царствие ей Небесное!), которая всю жизнь распоряжалась судьбой своих детей. Представляю и реакцию командования. А затем и характер службы Саши, который за 7 лет службы получил только «ст. лейтенанта» и уволился (был уволен?).
Всё это подтверждает тот образ и ту судьбу, о которой мне поведала ЕМ, да и я сам пришёл к такому выводу. Грустно? ДА! Обидно? ДА!! Страшно? Чёрт возьми, ДА, ДА, ДА!!!

Розыски Сашиной вдовы.

Попытки найти её я делал в течение ряда лет, в основном через Интернет. Наташа Корженевская мне о ней ничего не рассказывала (не уверен, что она не знает о её месте жительства). Но вот, неожиданно, уже после разрыва с Корженевской, на страничку моей жены на «Одноклассниках» зашла некая Татьяна Вельбовец. По некоторым признакам (возрасту, настоящему местопребыванию – Севастополь) я решил, что именно она – вдова Саши.
 Вот что я написал её 27 ноября 2013г. (от имени моей жены, т.к. именно она зарегистрирована там):
«Простите. Раз Вы зашли на мой сайт, то я хотела бы задать Вам приватный вопрос - знакомы ли Вы с Александром Степановичем Вельбовцом и кем он Вам приходится? Я не настаиваю на ответе, но, если хотите - ответьте - мне это важно! С уважением, Наташа.
Чтобы Вам было спокойнее принять решение об ответе на поставленный вопрос, назову только три города: Кишинев, Севастополь, Таллинн... Этот вопрос интересует не меня, а моего мужа, который учился с ним в Кишиневе в одном классе и долгие годы разыскивает его...»

Ответа от неё нет до настоящего времени. Но мне почему-то кажется, что это именно она, т.к. и Артур (её и Сашин сын) тоже проживает в Севастополе.


Общение с Татьяной Вельбовец.

17 августа 2015 г.: «Одноклассники»: Моё письмо:
Если сочтёте возможным сообщить свой домашний адрес (или сына), готов выслать свою вновь изданную книгу. Виталий Голышев. ...А также правильно фамилию, имя и отчество...
19 августа 2015 г. Ответ Татьяны:
«Добрый день, Виталий! Вы, конечно же, поняли, что Саша Вельбовец - мой бывший муж. Да и сын очень на него похож. Мы развелись в 1983 году и виделись с ним последний раз в сентябре 1993года, когда навсегда уезжали с сыном из Таллина. С Вами я знакома заочно: видела Ваше фото совсем мальчишкой и, почему-то, запомнила Ваши имя и фамилию. Видимо, потому, что он считал Вас лучшим другом. Мне очень не хотелось бередить прошлое, поэтому я оставила вопросы Вашей жены без ответа. Мы с сыном ничего не знаем о нем, Он остался в Эстонии и наши попытки разыскать его не увенчались успехом. С удовольствием сообщаю свой адрес и надеюсь получить Вашу книгу. 299703, г. Севастополь, ул.Шевкопляса,1, кв.22.    Вельбовец Татьяна Васильевна.
С уважением».
Мой ответ от 19 августа 2015 г.:
«Спасибо, уважаемая Татьяна Васильевна, за доверие! Извините мне мою настойчивость, но я разыскивал Сашу 10 лет и выход на Вас - результат этого поиска. Обращение к Вам от имени моей жены было моей инициативой, а не её женским любопытством, извините. На днях я вышлю несколько экземпляров книги Вам. Если пожелаете дальнейшего общения, сообщаю адрес своей электронной почты: golyshev.v.yu@yandex.ru  С уважением, Виталий».

17 мая 2016 г. («Одноклассники»):
«Добрый день, Татьяна Васильевна! У нас в этом году - Юбилей: 50 лет назад мой кишинёвский 11-й класс окончил свою учёбу... Ещё 12 лет назад, когда мы с женой были в отпуске на западе, мы встретились в Питере с двумя моими одноклассниками: Погодиным и Малининым (жена моя, проявив чуткость, оставила нас одних, а сама ушла в Русский музей). Эта встреча многое значила для меня: вспоминали всех ребят, Погодин читал нам письмо нашей классной - Евгении Макаровны, которое она написала ему. Делились информацией кто где живёт, кто чем занимается. Именно на этой встрече возникло два проекта: найти следы Саши Вельбовца и встретиться через два года в Кишинёве, собрав на 40-летие весь класс. Эта питерская встреча дала толчок и моему подвижничеству: я с большим энтузиазмом занялся обоими проектами, не рассчитывая, честно говоря, на участие в них моих визави.
Жизнь - странная вещь; иногда преподносит такие подарки, которых сам не ожидаешь. Вроде бы Питер - это МОЙ город (город моей юности, моей мечты). Это ко мне туда часто приезжал мой друг детства Володя Малинин, который учился в те годы в Нижнем Новгороде, обещая стать физиком-ядерщиком. А с Погодиным мы особо не дружили; у него оказалась своя жизнь и судьба, хотя Саша Вельбовец перед самым концом нашей учёбы настоятельно предложил всем нам троим поехать учиться в Севастополь: в ЧВВМУ. Но... меня не отпустил отец, а Погодин: наш заядлый спортсмен-самбист (и по совместительству секс-символ нашего класса, по которому тайно сохло не одно девичье сердечко моих одноклассниц), увы, не прошёл медкомиссию и бросился из Севастополя в Одессу, в гражданскую "корабелку", которую успешно и окончил.
Итак, для обоих моих Вовок-одноклассников в конце концов Питер стал своим городом, а меня закинул к чёрту на кулички... Но, Малинин перед этим два десятка лет проработал на атомных станциях в глуши, а Погодин мотался, как оказалось, эти же два с лишним десятка лет рядом со мной, на Дальнем Востоке, строя морские порты (и мы никогда не пересекались там!). А потом жизнь привела их обоих в Питер. Первый, став по жизни волком-одиночкой и великим молчуном, видимо, не очень ладил с женой, которую мы с моей благоверной никогда по жизни не видели! и оставив её в лесах под Калининым -Тверью, сам перебрался в Северную Пальмиру, начав жизнь с чистого листа, и, как оказалось, не очень удачно... Второй, успешный инженер, тоже перебрался в Питер и стал главным инженером крупного проектного института, а затем организовав свою фирму, до сих пор успешно трудится, женившись во второй раз, имея от двух жён четырех детей (три дочки и сына) и ныне кучу внуков и, соответственно, массу житейских заморочек, не дающих ему возможности (а, скорее, желания!) заниматься такой прозой, как розыск одноклассников, в т.ч. поиск Саши Вельбовца, да и даже желание общаться с тем же Володей Малининым, живущим с ним в одном городе. Зачем, ведь для этого есть их одноклассник Виталий (правда, живущий на другом конце света, но часто напоминающий ему, что неплохо было бы им встретиться, хотя бы на Новый год!).
На дворе - цветущий май!.. А 10 лет назад мы с женой подъезжали к благословенному Кишинёву, где должен был собраться наш класс (ведь за два года я дотянулся до многих одноклассников (вот только, как ни старался, не мог найти следов Саши Вельбовца и еще несколько человек). Ведь все те, кого я нашел, обещали приехать. Встреча состоялась... Грустная встреча, как сама жизнь! Многое оказалось не выполненным, не досказанным, осталось чувство вины, обиды и ещё чего-то неуловимого... Того, что через некоторое время вылилось в стихотворение:

"Как ты живешь, благословенный Кишинёв,
Без нас, кого судьба раскинула по разным городам и весям?"
 - Который месяц жду от вас напрасно этих слов.
Ответил бы, что здесь ушли из жизни и Сережа Кочин, и Денис Панов,
Что, несмотря на солнце, фрукты и вино,
Удел живущих здесь, отнюдь, совсем не весел.

Что многие болеют иль спились, на труд иных не нужен спрос.
И Сашки Вельбовца следы от всех давно уж скрыты.
Не верю, что души моей порыв быльём молчания порос.
Как хочется услышать ваши: утешение, совет, вопрос...
Увы! Мы - русские - наверно и ленивы, и не любопытны!»

Из иногородних я приехал один. Никто, НИКТО мне не позвонил и не спросил: ну, как там, Кишинёв, ребята, нашел следы Сашки?..
Прошли годы, всё перегорело, всё потеряло какой-то стержень, прелесть поисков, ожидание встречи... Я по крупицам постарался собрать и Сашину жизнь, нашёл его следы...
Летом прошлого года ушёл из жизни Володя Малинин. Я сделал всё, что мог... Но вернуть ту дружбу нашей молодости, которая нас связывала с 8 класса, я не сумел…
Закончилось время разбрасывать камни. Наступило время их собирать... Но встречи на наше 50-летие не будет - всё останется только в моей душе. НАШЕЙ душе...
Извините! Я своим письмом принёс Вам какой-то душевный дискомфорт... Я меньше всего этого хотел.
Наверно потому, что мне и поделиться сейчас не с кем.
Одноклассники уходят - один за другим. А с теми, кто есть, делиться ничем не хочется...

19 МАЯ.
«Извините меня. Начала писать Вам ответ и случайно отправила, не успев даже закончить предложение. Я сейчас не дома, поэтому пишу с мобильного, что не совсем удобно.  Я понимаю, почему Ваше письмо такое грустное, с нотками печали. Ведь в большинстве рядом с нами живут люди, которые давно замкнулись в своем собственном мире, а таких неравнодушных, как Вы-единицы. Самое горькое, что люди, которых знал когда-то, потихоньку уходят из жизни. Виталий, напишите мне пожалуйста, что Вам удалось узнать о Саше. Меня и сын просил об этом, хотя папа никогда не принимал участия в его жизни. Саша был замечательным в начале нашей жизни, очень любящим, но почему он был таким равнодушным отцом- для меня осталось загадкой».

Этого же числа по электронной почте я отправил ей свой материал о поисках Саши.
Окончание моего материала о розыске Саши, отправленного Татьяне по электронной почте 19 мая 2016 г.:
«…Вот такая работа была проделана за истекшие 10 лет. Думаю, большего узнать уже не получится.
Но и то, что удалось разыскать, позволяет сделать очень грустный вывод о том, что наличие школьной «золотой» медали абсолютно не означает автоматического благополучия в будущей жизни. За неё надо было бороться, бороться каждодневно, упорно, не опуская рук.
И лишение офицерских погон – это абсолютно не приговор собственной жизни и судьбе, когда рядом семья: любимая и преданная подруга и подрастающий сын – наследник и продолжатель рода.
Как поздно всё это приходит к нам! Через какую правду и боль!
Как же всё это донести до наших детей и внуков?..».

Ответ Татьяны Васильевны, размещённый на «Одноклассниках» 20 мая 2016 г.
«Ваше письмо получила, пытаюсь прийти в себя. Напишу на электронную почту позже. На всех фотографиях - сын. Я выложила эти фото для приятельницы. Они раньше жили в Таллине, но много лет назад вернулись в Кишинев. Недавно она нашла меня на "Одноклассниках" и очень хотела увидеть Артура. Фотографии в ночной Одессе, с многочисленными огнями, сделаны зимой 2016 года, а другие-два года назад. Артуру 43 года, но он очень спортивный парень, поэтому выглядит моложе своих лет. Внуку в августе- 21 год, уже заканчивает университет. Его зовут Вячеслав. Они с сыном очень похожи. Жаль, что Саша так и не узнал о существовании внука. Спасибо Вам за неумение оставаться равнодушным к проблемам других, за тепло Вашей души. С уважением, Т.В.».

Ответ Татьяны Васильевны на полученную 4 июня 2016 г. бандероль – альбом с фотографиями нашей школьной юности и начала пути, который я сделал наверно больше для сына Артура, чем для неё самой:
«Здравствуйте, Виталий! Получила Вашу бандероль еще в субботу, 4 июня. Я почему-то предвидела, что там будут фотографии, связанные с юностью Саши. Очень благодарна Вам, была растрогана до слез. Артур пока альбома не видел, но просил передать большое спасибо за проделанную Вами длительную и кропотливую работу по поиску отца. Узнать всю известную правду об отце - было его желание. Я же, после получения Вашего письма, не могла собраться с силами, чтобы хоть что-то ответить. Я предполагала, что ничего хорошего в жизни Саши после нашего отъезда, в октябре 1993 года, не может происходить, поскольку он периодически заходил к нам и никаких изменений в лучшую сторону не наблюдалось. Но мысли о его смерти я как-то не допускала даже, тем более в полном одиночестве.  К моменту нашего отъезда он уже около 10 лет жил с женщиной. Она была года на два старше его, работала продавцом в гастрономе, куда он устроился после увольнения из армии с формулировкой - "служебное несоответствие", грузчиком. Если с ней что-либо случилось, то тогда он остался совсем один, т.к. своих детей у нее не было, совместных тоже. Думаю, что они выпивали вместе и, конечно, его это устраивало. У меня в Таллинне оставались друзья (семейная пара), которые теперь живут тоже в Севастополе. Я просила, по возможности, узнать хоть что-то о Саше. Найти его не смогли. Саша знал, что уезжали мы к моей маме, адрес у меня поменялся только в 2000 году. Но за все годы не было ни единого поздравления сыну с днем рождения, как будто алкоголь лишил его сердца. Я это видела еще в Таллинне, когда Вера Яковлевна приезжала в гости и в день ее отъезда он пришел домой только утром и сразу же лег на диван, вместо того, чтобы проводить маму в аэропорт. Я запомнила ее, стоящую в проеме двери и ее слова, как крик души: "Прощай, сын". Это была их последняя встреча. Степан Трофимович (папа Саши) после смерти мамы был очень обижен на сыновей, поскольку никто из них    до самой смерти не навестил его. В последние годы за ним ухаживала медсестра, кажется ее звали Валей, она жила по соседству. Дом он оставил ей. Младший брат Саши, действительно, жил в Подольске. Оттуда родом была его жена. Она- преподаватель, не помню, чтобы каким-то образом была связана с торговлей. У них тоже родился сын. Где Юра и что с ним - не знаю. Его не было даже у отца на похоронах. В Кишинёв Саше вернуться было некуда, но в Бельцах жила сестра Веры Яковлевны с мужем. Своих детей у них не было, поэтому мальчиков они очень любили. Сашу они бы приняли с радостью, но он почему-то не поддерживал ни с кем отношений. Пока мы были вместе, всю переписку с его родными вела я. Очень горько сознавать, что умный, когда-то с доброй и нежной душей человек мог так распорядиться своей жизнью. Еще раз хочу поблагодарить Вас за то, что только Вы остались неравнодушны к судьбе Саши. Всех благ Вам и Вашим близким.
С огромным уважением, Т.В.»
Ушедшим друзьям
Ничто в этой суетной жизни не вечно.
Что с юности так волновало нам кровь,
Всё это с годами транжирим беспечно:
Здоровье, талант, красоту и любовь.

   Забыты под тяжестью книжные полки.
   Былых путешествий прибитая пыль.
   Лишь старые письма, да фото осколки
   Стирают на время забвенья ковыль.

Друзья мои - Сашка, Сергей и Володя!
Как тяжек ваш дом и как пуст ваш приют...
В нём вечен покой. Он - и нем, и холоден.
Там, ветви склоняя, лишь ветры поют...

   ...И снится ботфортам забытое стремя,
   Но где же ты, вся королевская рать?
   Разбрасывать камни закончилось время.
   Настала пора все их вновь собирать.
    14 июня 2016 г.

        Виталий, спасибо Вам за стихотворение, глубоко тронувшее душу. К сожалению, годы уходят, а с ними и наши близкие, друзья, одноклассники. Горько осознавать необратимость этого. Ваши стихи все очень искренние, в них с теплом написана каждая строчка, особенно так много любви и теплых чувств к родителям, жене. Уверена -так может писать только хороший человек с тонкой, чувствительной душой, конечно, талантливый, мудрый, неравнодушный.
      Вдохновения Вам и творческих удач! Обязательно, здоровья Вашему папе и еще многих лет... Пусть будут здоровы и счастливы Ваши близкие - с таким мужем, папой и дедушкой по-другому быть не может.
     Татьяна 15 июня 2016 г.
Татьяна Васильевна «светилась» у меня в друзьях на «Одноклассниках» до последнего времени. Сказать, что мы часто общались, не могу, но то, что она знакомилась с тем, что я иногда сбрасывал ей, это было точно. Иногда отвечала… И вот где-то с конца апреля – начала мая её фото в «Одноклассниках» внезапно исчезло, исчезла и вся переписка с ней (так бывает обычно, когда человек уходит из форума).
Значит, её страничка на «Одноклассниках» оказалась закрытой. Почему? Можно предполагать всякое. О плохом не хочется думать… Остаётся только уповать на то, что когда-нибудь она сама или её близкие оповестят меня о причинах.
13 июля 2017 года.
Но вдруг нахожу в июле 2018 г. на форуме Артура такую запись от 2 сентября 2017 г.:

Татьяна Вельбовец
Люблю и горжусь своими мальчиками!
2 сен 2017

А вот какие мысли посещали сына Саши Вельбовца – Артура в прошлом и текущем году:
https://vk.com/wall281273030?own=1

Артур Вельбовец
15 авг 2016
Действия
Моему сыну: Сынок, только, пожалуйста, прошу, не связывайся с гулящими и глупыми женщинами. Эта нищета моральных ценностей и дешевых приоритетов не созидает ничего, кроме глупости. Эти женщины не сделают тебя сильнее, они наполнят твою жизнь ошибками, ошибками относительно всех женщин, а этот цинизм не придаст тебе ни мудрости, ни глубины. Будь разборчив. Не раскидывайся комплиментами и похвалами, но будь снисходительным, уважай женщин, какими бы они ни были, ибо ты мужчина — не просто слово, но сила. Сила, которая не позволит себе унизить или обидеть упавшего человека. 

Будь ответственен. За себя и за свое дело, за свои поступки. Каждый твой шаг должен быть под ответом перед человеком, перед собой и перед Богом. Не позволяй себе легкомысленности. Ошибайся, учись, но двигайся дальше и знай: каждая ошибка делает тебя сильнее. Не жалей себя. Помогай людям, не живи только в угоду себе, и тебе воздастся и в этом мире, и в том. Будь большим человеком, душой и сердцем. Будь волевым и ничего не бойся, имей страх, но имей силы и волю этот страх подавить. Имей возможность называться мужчиной. Имей чистый взгляд и свободные мысли. Пусть сердце твое не затуманится предрассудками — чужих людей и ложных ценностей. 

И, поверь мне, женщина, которую ты полюбишь, будет как две капли воды похожа на тебя. Такая же сильная и мудрая. Такая же сбившаяся с пути, но идущая своей дорогой, своей правдой и верой. 

И пусть у нее будут шрамы на сердце, пусть она ошибалась, но это будет осознанный выбор, один выбор на всю жизнь. Пусть она будет острая на язык, но искренняя. Такая, которая никогда тебя не обманет и не предаст. Ты узнаешь ее по глазам, потому что правда светится неистовым огнем. Не пугайся и слушай свое сердце — оно подскажет тебе. И, поверь мне, сынок, она точно так же искала тебя. 

Вы узнаете друг друга по взгляду, как будто видели его всю свою жизнь. Это-правда. Я люблю тебя, сынок…

Артур Вельбовец
10 сен 2016
Действия
Не нужно навязываться людям и ты поймешь нуждаются ли они в тебе. 
Не нужно верить словам – в наше время они ничего не стоят, цени тех, кто тобой дорожит и не держи тех, кому ты не нужен.. 
Не верь отговоркам – если у человека есть желание, он сделает это при любых обстоятельствах. 
Не суди людей по себе, они не способны ради тебя сделать то, на что ты готов был ради них. У воина нет иного пути, как путь борьбы и сражений. Ведь именно в борьбе закаляется Дух, как закаляется в огне сталь. Выбрав свой Путь, воин остается верен ему до конца. И даже погибнув в бою, он остается жить - во славе времен и сердцах храбрецов. Все мы умираем. К сожалению, не мы решаем, как. Но мы можем решить, как встретить свой конец, чтобы нас запомнили мужчинами.Человек одинок. Рождается один и умирает один. Всё остальное — приходящее и уходящее. Иллюзии. Игра с разумом. Привязанности. Попутчики в определенные моменты. Ты один. Всегда один. И это стоит понять.

Артур Вельбовец
4 дек 2016
Действия
Не бойтесь рассердиться. Не бойтесь полюбить снова. Не позволяйте трещинам в своем сердце превращаться в рубцы. Поймите, что сила увеличивается каждый день. Поймите, что храбрость прекрасна. Найдите в вашем сердце то, что заставляет других улыбаться. Помните, что вы не нуждаетесь во многих людях в своей жизни, поэтому не стремитесь иметь больше «друзей». Будьте сильны, когда будет тяжело. Помните, что вселенная всегда делает то, что является правильным. Признавайте, когда вы будете неправы, и извлекайте уроки из этого. Всегда оглядывайтесь назад, смотрите, чего вы добились, и гордитесь собой. Не изменяйтесь ни для кого, если вы не хотите. Делайте больше. Живите проще. И никогда не прекращайте движение. Хочу резюмировать вышеизложенное: Жизнь ломает сильнейших, ставя их на колени, чтобы доказать что они могут подняться, слабаков же она не трогает. Они и так всю жизнь на коленях.

Артур Вельбовец
24 дек 2016
Действия
Знаешь, я всегда знал, что ты есть где-то, я искал твои глаза, всматриваясь в лица чужих людей, в надежде что твой взгляд ярким лучом взорвет серый сумрак безликой толпы, но шло время, я взрослел, падал и поднимался, становясь сильнее и мудрее, но так и не встречал тебя..Позже ты стала неким эфемерным идеалом, я по-прежнему верил в тебя, но уже не ждал. .А потом.. Потом ждал.. Но уже-не верил.
Я всегда знал, что в день, когда я найду тебя, я пойму, что ты-это именно ТЫ, сердце мучительно-трепетно сожмется в груди и я пойму что ты-та. .И сердце, несмотря на наивность этого заявления меня не подвело.. 
Я хочу гулять с тобой под проливным дождем, мы оба очень любим осень, нас не понять тем, кто пишет: "До конца лета осталось четыре недели.." Увы и Ах))-мы осенние люди, хочу крепко сжимать твою ладошку и смотреть в твои невероятные глаза.. Серо-зеленые, меняющие цвет от настроения-как мое любимое Балтийское море ранней весной.. 
Я хочу, чтобы мы без слов понимали друг друга, и сидя рядом, тесно прижавшись друг к другу, было очень уютно молчать. Чтобы мы сами задавали себе вопросы, но в то же время знали на них ответы. ощущая тепло друг друга.. 
Я хочу чтобы мы осознанно выбирали друг друга каждый день, хочу осознанных и доверительных отношений, где нет места ревности, потому что она абсолютно неуместна там,где такая взаимная любовь и доверие.. 
Знаешь, ты именно та женщина, с которой я хочу заниматься любовью, засыпать и просыпаться, поправляя тебе одеяло во сне и нежно убирая с твоего лица сбившийся локон.. Я хочу отдать тебе всю нерастраченную нежность, ласку и заботу, которая изначально предназначалась лишь одной тебе.. 
Я хочу чтобы мы жили общими интересами и единой насыщенной жизнью, при этом имея понимание о личном пространстве друг друга, ведь я становлюсь лучше с каждым днем рядом с тобой, у меня поет душа и солнечные зайчики пляшут в глубине глаз-однажды ты заглянешь в них и не сможешь сдержать слез счастья, любимая.. Обещаю тебе. 
Я хочу чтобы ты знала, что несмотря на все "модные" тенденции о равноправии именно я буду вести тебя за собой и брать на себя ответственность за это, на том простом основании, что я -мужчина. Я хочу подарить тебе чувство, ныне забытое многими представительницами женского пола-счастье ощущать себя и быть женщиной.. 

Я хочу, чтобы свечи от умиления роняли восковые слезы, когда будут видеть, как мы занимаемся любовью. Каждый раз по-разному, ты знаешь, как мы тонко чувствуем настроение друг друга. Спасибо тебе за то, что я с тобой впервые понял смысл слов "стать одним целым"-и для меня теперь это не просто красивые слова.. И даже после страстных, переполненных нежностью ласк, засыпая-я хочу прикасаться к тебе, потому что мне необходимо твое тепло. 
Я хочу, чтобы ты знала, что за моей спиной ты сможешь спрятаться от всего плохого и негативного, но глядя из-за которой тебе всегда будет видно светлое небо и яркое солнце, потому что по-настоящему родным может быть лишь тот человек, который всем сердцем разделит с тобой и боль, и что немаловажно-радость. 
Ты знаешь  ,я буду рядом. Я буду чувствовать твое дыхание и беречь твой сон. Я буду хохотать вместе с тобой и молчать, заботиться о тебе и поддерживать, выслушивать и утешать. Я буду тебя так любить всегда, ибо без этого вся моя сила не стоит и ломаного гроша, единственная моя.

Артур Вельбовец
6 мар 2017 в 2:26
Действия
Со временем я понял многие вещи. Я понял, что доверие завоевывают годами, а потерять его можно лишь за считанные секунды. Я понял, что одно лишь слово, написанное или сказанное, способно причинить невыносимую боль. Я понял, что и несказанные слова тоже причиняют боль и меняют многое. Я понял, что обязан контролировать свои эмоции, иначе они будут контролировать меня. Я понял, что, если человек теряет уважение, он теряет все. Я понял, что все что осталось в прошлом невозможно вернуть. Я понял, что люди редко ценят хорошего отношения, твоей любви к ним и искренности. Я понял, что даже в тех, в ком ты уверен на все сто могут тебя предать, обсудить за спиной, высказаться о тебе плохо и что на пальцах одной руки я могу назвать тех, в ком я уверен. Я понял, что лишь Бог знает какие у меня намерения и что я чувствую. И только пройдя через многое и поняв эти вещи, я учусь быть счастливым.


Татьяна Вельбовец – эл.почта:
7268030z@gmail.com
. . . . . . .
8. Розыски Сашиной вдовы.

Попытки найти её я делал в течение ряда лет, в основном через Интернет. Наташа Корженевская мне о ней ничего не рассказывала (не уверен, что она не знает о её месте жительства). Но вот, неожиданно, уже после разрыва с Корженевской, на страничку моей жены на «Одноклассниках» зашла некая Татьяна Вельбовец. По некоторым признакам (возрасту, настоящему местопребыванию – Севастополь) я решил, что именно она – вдова Саши. Вот что я написал её 27 ноября 2013г. (от имени моей жены, т.к. именно она зарегистрирована там):
«Простите. Раз Вы зашли на мой сайт, то я хотела бы задать Вам приватный вопрос - знакомы ли Вы с Александром Степановичем Вельбовцом и кем он Вам приходится? Я не настаиваю на ответе, но если хотите - ответьте - мне это важно! С уважением, Наташа.
Чтобы Вам было спокойнее принять решение об ответе на поставленный вопрос, назову только три города: Кишинев, Севастополь, Таллинн... Этот вопрос интересует не меня, а моего мужа, который учился с ним в Кишиневе в одном классе и долгие годы разыскивает его...»

        Ответа от неё нет до настоящего времени. Но мне почему-то кажется, что это именно она, т.к. и Артур (её и Сашин сын) тоже проживает в Севастополе.

 Тем более, что была семья, ребёнок, наверно и квартира…
Вот такая работа была проделана за истекшие 10 лет. Думаю, большего узнать уже не получится.
Но и то, что удалось разыскать, позволяет сделать очень грустный вывод о том, что наличие школьной «золотой» медали абсолютно не означает автоматического благополучия в будущей жизни. За неё надо было бороться, бороться каждодневно, упорно, не опуская рук.
И лишение офицерских погон – это абсолютно не приговор собственной жизни и судьбе, когда рядом семья: любимая и преданная подруга и подрастающий сын – наследник и продолжатель рода.
Как поздно всё это приходит к нам! Через какую правду и боль!
Как же всё это донести до наших детей и внуков?..
Ответ Татьяны Васильевны, размещённый на «Одноклассниках» 20 мая 2016 г.
«Ваше письмо получила, пытаюсь прийти в себя. Напишу на электронную почту позже. На всех фотографиях -сын. Я выложила эти фото для приятельницы. Они раньше жили в Таллине, но много лет назад вернулись в Кишинев. Недавно она нашла меня на "Одноклассниках" и очень хотела увидеть Артура. Фотографии в ночной Одессе, с многочисленными огнями, сделаны зимой 2016 года, а другие-два года назад. Артуру 43 года, но он очень спортивный парень, поэтому выглядит моложе своих лет. Внуку в августе- 21 год, уже заканчивает университет. Его зовут Вячеслав. Они с сыном очень похожи. Жаль, что Саша так и не узнал о существовании внука. Спасибо Вам за неумение оставаться равнодушным к проблемам других, за тепло Вашей души. С уважением, Т.В.».
Ответ Татьяны Васильевны на полученную 4 июня 2016 г. бандероль – альбом с фотографиями нашей школьной юности и начала пути, который я сделал наверно больше для сына Артура, чем для неё самой:
Здравствуйте, Виталий! Получила Вашу бандероль еще в субботу, 4 июня. Я почему-то предвидела, что там будут фотографии, связанные с юностью Саши. Очень благодарна Вам, была растрогана до слез. Артур пока альбома не видел, но просил передать большое спасибо за проделанную Вами длительную и кропотливую работу по поиску отца. Узнать всю известную правду об отце - было его желание. Я же, после получения Вашего письма, не могла собраться с силами, чтобы хоть что-то ответить. Я предполагала, что ничего хорошего в жизни Саши после нашего отъезда, в октябре 1993 года, не может происходить, поскольку он периодически заходил к нам и никаких изменений в лучшую сторону не наблюдалось. Но мысли о его смерти я как-то не допускала даже, тем более в полном одиночестве.  К моменту нашего отъезда он уже около 10 лет жил с женщиной. Она была года на два старше его, работала продавцом в гастрономе, куда он устроился после увольнения из армии с формулировкой-  "служебное несоответствие", грузчиком. Если с ней что-либо случилось, то тогда он остался совсем один, т.к. своих детей у нее не было, совместных тоже. Думаю, что они выпивали вместе и, конечно, его это устраивало. У меня в Таллинне оставались друзья (семейная пара), которые теперь живут тоже в Севастополе. Я просила, по возможности, узнать хоть что-то о Саше. Найти его не смогли. Саша знал, что уезжали мы к моей маме, адрес у меня поменялся только в 2000 году. Но за все годы не было ни единого поздравления сыну с днем рождения, как будто алкоголь лишил его сердца. Я это видела еще в Таллинне, когда Вера Яковлевна приезжала в гости и в день ее отъезда он пришел домой только утром и сразу же лег на диван, вместо того, чтобы проводить маму в аэропорт. Я запомнила ее, стоящую в проеме двери и ее слова, как крик души: "Прощай, сын". Это была их последняя встреча. Степан Трофимович (папа Саши) после смерти мамы был очень обижен на сыновей, поскольку никто из них    до самой смерти не навестил его. В последние годы за ним ухаживала медсестра, кажется ее звали Валей, она жила по соседству. Дом он оставил ей. Младший брат Саши, действительно, жил в Подольске. Оттуда родом была его жена. Она- преподаватель, не помню, чтобы каким-то образом была связана с торговлей. У них тоже родился сын. Где Юра и что с ним - не знаю. Его не было даже у отца на похоронах. В Кишинёв Саше вернуться было некуда, но в Бельцах жила сестра Веры Яковлевны с мужем. Своих детей у них не было, поэтому мальчиков они очень любили. Сашу они бы приняли с радостью, но он почему-то не поддерживал ни с кем отношений. Пока мы были вместе, всю переписку с его родными вела я. Очень горько сознавать, что умный, когда-то с доброй и нежной душей человек мог так  распорядится своей жизнью. Еще раз хочу поблагодарить Вас за то, что только Вы остались неравнодушны к судьбе Саши. Всех благ Вам и Вашим близким.
С огромным уважением, Т.В.

P.S. Вот такую работу я провел по поиску Сашки Вельбовца. Вскоре после этого письма Татьяны она ушла из Интернете и более там не светится, а самому мне написать как-то страшно, в том числе и Артуру.
   Если в целом подвести итог, то мы перешагнули определённую черту, когда к нам, словно к последней инстанции, обращаются уже дети наших одноклассников, к мне, в частности. И это уже они сообщают нам печальные вести об уходе их родителей. Так было у меня и с дочками Валеры Сытника и Володи Корнилова, и сыновьями Володи Малинина, Саши Вельбовца (в той или иной степени) и Гриши Заики. Теперь вот уход Раи Марущак-Ермоловой (от её сестры Ларисы)…
    Так у меня появился недавно такой стих-реквием о моих ушедших однокашниках:
«Ничто в этой суетной жизни не вечно.
Что с юности так волновало нам кровь,
Всё это с годами транжирим беспечно:
Здоровье, талант, красоту и любовь.

   Забыты под тяжестью книжные полки.
   Былых путешествий прибитая пыль.
   Лишь старые письма, да фото осколки
   Стирают на время забвенья ковыль.

Друзья мои - Сашка, Сергей и Володя!
Как тяжек ваш дом и как пуст ваш приют...
В нём вечен покой. Он - и нем, и холоден.
Там, ветви склоняя, лишь ветры поют...

   ...И снится ботфортам забытое стремя,
   Но где же ты, вся королевская рать?
   Разбрасывать камни закончилось время.
   Настала пора все их вновь собирать».











Кишинёв – это детства пора.
Это – лучшие годы ученья.
Это – мыслей прекрасный рожденье.
Это – первые пробы пера.

Дорогие друзья! Дорогие мои одноклассники!
Как стремительно время в этой жизни несётся вперёд.
Ведь, казалось, недавно играли мы в прятки и классики.
А уж – вон, впереди! – светит нам юбилейный наш год.

Все мы родом из нашего кишинёвского школьного детства,
Где ночь южная шепчется с бриллиантовой россыпью звёзд.
И всё кажется – вы где-то здесь, за углом, по-соседству.
И не хочется верить, что нас поезд из детства навеки увёз.

Разбросала всех нас жизнь по белому-белому свету.
Нет машин, чтоб могли хоть на миг нас вернуть всех назад.
Не отдать никому ни свой груз, ни свою эстафету…
Поднимаю бокал за всех нас и за прожитых лет пятьдесят!


Помолись за меня! Направляющий вектор утерян,
Непроглядную ночь освещают ресницы огня.
В этом мире давно верховодят не люди, а звери,
Жадно рвущие плоть на куски. Помолись за меня!

Ты же видишь, колени мои окровавленно стёрты.
Не пытайся в пустых бормотаньях хоть что-то понять.
Не смотри, что давно приглянулся проказнику-чёрту.
Я за душу борюсь, ну, а ты помолись за меня.

Я забыл все слова незатейливой детской молитвы.
Ты не слушай других, пусть в грехах меня смертных винят.
Пусть отравленной злостью по сердцу пройдутся, как бритвой.
Я прощаю им всё, ну, а ты помолись за меня.

Пусть забудут друзья, пусть мой ангел, махая крылами,
Наблюдая за боем, молчанье святое храня,
Вдруг закроет глаза и потянется к небу руками,
И заплачет навзрыд… Помолись, помолись за меня!

Помолись за меня! Я сильнее, чем кажется. Глуше
Бьётся сердце в груди. Пусть другие неправдой клеймят.
Ты не верь никому! Я спасаю от дьявола душу,
Ну, а ты будь со мной…. Ну, а ты – помолись за меня!
         (Декабрина. «Стихи.ру»)

Здравствуй, Люба!
Рад был твоему письму. Прими мои соболезнования в связи с постигшим тебя горем. Смерть близких – это великая утрата и иных слов тут не подобрать… Но – надо жить, надо как-то жить.
Пару слов о наших ребятах и о себе. Связь с Кишинёвом весьма непрочная, одной из причин, конечно, Украина. События последних полутора лет наглядно показали очередную беззубость нашей внешней политики; мы растеряли народы бывших союзных республик, а теперь пожинаем плоды в виде вражеской к нам Украины, а также всемирного бойкота России. Грустно наблюдать всё это, ещё обиднее, что та непрочная связь с Молдавией, что была, стала ещё более хрупкой.
Моё общение с Евгенией Макаровной закончилось два года назад, моя работа «Письма старой учительницы» - это дань памяти о ней, о наших школьных годах.
После этого в Кишинёве улучшений не произошло, а если таковые были – то в худшую сторону: ушли из жизни Ольга Козырева, Валерий Овчинников, Миша Донцов. Маша Романенко продала дом и перебралась в Приднестровье (точно куда – не знаю). Макаровну похоронили её соседи, на годовщину они же поставили ей памятник, собирали народ на поминки, приглашали меня. Я предпринял усилия, чтобы был кто-нибудь из наших, уговорил Женю Попенко и Веру Дальницкую.
Сейчас поддерживаю связь с Кишинёвом через Вику Мамалыгу (она училась параллельно с нами, но оканчивала 10 класс). Она дружила с Макаровной. Иногда общаемся с ней по скайпу. Сейчас через неё пытаюсь забросить в Кишинёв свою книгу (список потенциальных получателей получился значительным – около 20 человек). Ещё иногда переговариваем с Володей Корниловым. Другие – в глухой защите; каждый замкнулся в себе и своих проблемах – так проще ныне наверно…
Я 3 года на пенсии, живем вдвоём с женой, дети живут отдельно в своих семьях. Подрастают двое внуков: дочкиному Диме скоро 17, последний класс. У сына подрастает маленький внучок трёхлетний Саша – услада и забота моей жены (да и моя тоже, всё же – продолжатель рода Голышевых!). Помогаем моему 92-летнему отцу, который живёт отдельно от нас, раз в неделю езжу к нему, убираюсь, закупаю еду, решаю коммунальные проблемы. Он никуда не выходит, но ум и память – трезвые.
Творчеством занимаюсь лет пять, кое-что давал тебе для прочтения на сайте Проза-РУ, заглядывай туда, там много всякого, народ читает. На днях один мой знакомый посоветовал напечатать книгу и помог советами. Что я и реализовал. Я приобрёл огромный круг знакомых, это дает пищу для ума и не даёт зачахнуть интеллекту. Это – если кратко. Высылаю тебе несколько экземпляров книги. Потом сообщишь своё мнение (на прозе-РУ писать комментарии бесполезно, проходят только комментарии участников форума).
В заключении отважусь подарить тебе стихотворение, которое написал 10 лет назад, уговаривая тебя приехать на встречу в Кишинёв:
Однокласснице
Ты была самой взрослою женщиной в классе.
Это чувствовал тонко мужской весь наш пол.
Для девчонок такой конкурент был опасен,
Так как в планы их вечно вносился раскол.
«Целоваться охота!» - ты сказала когда-то,
Всей душою спешила во взрослую даль…
Километры дорог, лет армейских суровые даты
Стёрли в памяти лица и школьного бала печаль.
На изъян моей памяти ты ответила резко и больно,
Приняв всё на свой счёт, не скрывая обид и досад.
Поделила весь класс на «своих» и «чужих» произвольно.
То, что сказано мной, я обратно забрать был бы рад.
Ты прости, что письмом растревожил твой сон безмятежный,
И заставил вернуться к позабытым тобой этим школьным годам.
Пусть останется в нас образ класса – и светлый и нежный.
Я и тризну ему совершу, и хвалебную оду воздам!

И ещё хочу тебе подарить свой рассказ о 10 годах поиска нашего «золотого» медалиста Саши Вельбовца. Это очень тяжёлая и грустная история. Хочу закончить мыслью о том, что Армия – это великая школа жизни, которая многое дала не только нашим родителям, но и всем нам.
Обнимаю.
Виталий.