Покушение на Сталина. Глава. 1 Публицистика

Глава. 1                Покушение на Сталина.


Человеческое бытие нисколько не имеет характера подарка: напротив оно скорее представляет собою долг, который мы должны заплатить по условию.

Взыскание по этому обязательству предъявляется нам в виде неотложных потребностей, мучительных желаний и бесконечной скорби, проникающих всё наше бытие. На уплату этого долга уходит обыкновенно вся наша жизнь, но и она погашает только одни проценты.

Уплата же капитала производится в момент смерти. Но когда же заключили мы само долговое обязательство? В момент рождения …

Артур Шопенгауэр (22 февраля 1788 — 21 сентября 1860 годы) — немецкий философ, один из самых известных представителей иррационализма.
 
Его часто называют «философом пессимизма» за убеждение, что мир устроен так, что в нём неизбежно присутствует страдание.


Не стоит забывать, что руководство Третьего рейха не летало в облаках и признавало высокие риски в смертельном противостоянии с Советским Союзом. 

Рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер высоко ценил интеллектуальные и аналитические способности начальника внешней разведки службы безопасности (SD-Ausland — VI отдел РСХА – прим. от авт.) нацистской Германии, бригадефюрера СС Вальтера Шелленберга по организации активной шпионской деятельности на территории нашей страны.

Он также поддерживал Вальтера Шелленберга в противовес начальнику Главного управления имперской безопасности (1939–1942 года – прим. от авт.) Рейнхарду Гейдриху.

Вот, что пишет в своих мемуарах Вальтер Шелленберг:

«Для борьбы с таким великаном, как Россия, необходима разветвленная агентурная сеть. Существующие каналы связи через Швецию, Финляндию, Балканы и Турцию работали неплохо, но их явно было недостаточно, чтобы составлять надежные общие обзоры обстановки.

Да и круги немецкой эмиграции, жившие в Советском Союзе и других странах, с которыми мы поддерживали контакты, давали всего лишь разрозненные сведения.

Мне необходимо было иметь, по меньшей мере, еще две-три тысячи обученных сотрудников с хорошим знанием иностранных языков, а также более совершенное оборудование, включающее средства радиосвязи.

В этой области наша разведка работала уже круглосуточно, но все равно не могла хоть сколько-нибудь удовлетворить неудержимо растущие потребности. Для массового использования агентов, сказал я, необходимо иметь гораздо больше оборудования — автомашин, самолетов, оружия.

Гиммлер молча выслушал меня и сказал задумчиво:

«Русские — страшный враг, но мы должны их разгромить, пока не появились новые враги». Он пообещал мне оказать широкую поддержку в активизации деятельности разведки.

В то же время он приказал мне представить ему всеобъемлющий доклад о состоянии разведывательной работы против России» (Вальтер Шелленберг. Мемуары (Лабиринт), издательство: Родиола-плюс, 1998 г., Минск, с. 350).

«Сам Сталин намного превосходит Рузвельта и Черчилля по своим военным и государственным способностям; он единственный, кто действительно заслуживает уважения.

Но все это заставляет рассматривать его как опаснейшего противника, которого необходимо устранить. Без него русский народ не сможет продолжать войну.

Риббентроп сообщил, что он уже беседовал с Гитлером на эту тему и заявил ему, что готов пожертвовать в случае необходимости собственной жизнью, чтобы осуществить этот план и, тем самым, спасти Германию. И Риббентроп начал излагать свой план.

Необходимо попытаться, сказал он, привлечь Сталина к участию в переговорах, чтобы в удобный момент застрелить его. Правда, Гитлер заметил, сказал Риббентроп, что провидение отомстит за это, но все же поинтересовался, кто мог бы взяться за проведение этого плана в жизнь или кого можно наметить хотя бы в сопровождающие.

Тут Риббентроп уставился на меня своим неподвижным взглядом и сказал: - - - Я назвал фюреру ваше имя.

После этого, добавил он, Гитлер поручил ему еще раз как следует обсудить это дело со мной.
- Вот почему, — заключил он, — я попросил вас приехать.

Думаю, что лицо моё во время этого монолога не дышало интеллектом, так как план показался мне более чем сумбурным. Но хоть какой-то ответ дать было необходимо.

Однако не успел я раскрыть рта, как Риббентроп сказал, что продумал до малейших деталей практическое выполнение плана.
- Разумеется, сказал он, следует ожидать, что советская охрана будет крайне бдительной, поэтому вряд ли удастся пронести в зал заседаний ручную гранату или пистолет.

Но он знает, что наш технический отдел разработал модель авторучки, в корпусе которой вмонтирован револьверный ствол. Пуля обычного калибра, выпущенная из этой «ручки» на расстоянии от шести до восьми метров, попадает точно в цель.

Поскольку такая авторучка вряд ли вызовет подозрения охраны, этот план, считал Риббентроп, можно успешно осуществить — лишь бы рука не дрогнула.

Продолжение следует …