Аэропорт

«Может, человеку нужнее счастье, чем флаги и заборы?»

Стамбул, аэропорт. Нас 300 пассажиров, стойка регистрации N14, летим в Мадрид. Мы с супругой стоим в длинной очереди среди испанцев, и нам кажется, что мы русскоговорящие здесь одни. Испанцы шумно общаются между собой и, как всегда, улыбчивы и очень приветливы. Все наблюдают за информационным табло.

За витражными окнами аэровокзала — ливень, ураганный ветер. Наш борт Боинг 787-800, прилетевший из Мадрида, видимо, получил серьёзные проблемы при посадке. Сотрудник аэропорта, молодой турок, на ломаном английском объяснил мне, что у самолёта технические неполадки с шасси и правым крылом. Шквалистый ветер не дал пилотам возможности посадить лайнер без серьёзных последствий. Наш рейс на 17:15 откладывают каждые 15 минут.

У всех тревожно на душе, и нам не очень хочется вылетать в такую погоду, тем более на фоне технических проблем у самолёта. В этом утомительном ожидании прошло 6 часов. Испанцы — народ импульсивный, с обострённым чувством справедливости. Они стали дружно хлопать в ладоши, чтобы сотрудники аэровокзала обратили на нас внимание и предприняли обязательные в таких случаях меры.

Авиакомпания реагирует мгновенно: принимает решение отложить рейс до завтра и вывезти нас из аэровокзала в ближайший отель. Испанцев нужно было успокоить, чтобы их активный протест не создал вирусную реакцию среди пассажиров других рейсов, вылет которых тоже систематически откладывался из-за нелётной погоды. Нам предложили организованно пройти к стойке авиакомпании-перевозчика Air Europa для копирования паспортов и посадочных талонов — видимо, для передачи этих данных в отель.

Общаясь с представителем авиакомпании на английском, я стал переводить супруге на русский, объясняя, чего от нас требуют. Мы передали документы и стали ждать. Видимо, услышав русскую речь, среди гигантской толчеи шумных испанцев к нам стали пробираться русскоговорящие пассажиры. Мы с супругой только сейчас поняли, что среди 300 человек мы, говорящие на русском, были не одни.

Они обратились ко мне: «Можно мы будем держаться вместе рядом с вами?» — «Конечно!» — ответил я и объяснил, что нужно делать.

После прохождения этой утомительной процедуры нас выстроили в длинную вереницу и повели на паспортный контроль, на выход к автобусам. Кто был в новом аэропорту Стамбула, знает, какие гигантские расстояния приходится преодолевать, прежде чем выйти в город. По пути к нам примкнули все русскоговорящие пассажиры. Это были женщины всех возрастов и одна молодая симпатичная супружеская пара из Белоруссии.

Мы дружно держались вместе, шутили, веселились, подбадривая друг друга. За улыбками наших новых «друзей по несчастью» легко читалась нескрываемая тревога из-за неопределённости. Мне впервые пришла мысль, что судьба свела нас, русскоговорящих, в маленькую вселенную — сообщество душ. Инстинкт самосохранения подсознательно объединил нас. Тревожность не покидала: каждый строил планы на ближайшие дни, на встречи с родными и близкими. Неопределённость и страх остаться в чужой стране, отстать от рейса, попасть в затруднительное финансовое положение — всё это инстинктивно сплотило нас.

Мы прошли паспортный контроль, и в полночь на четырёх автобусах нас привезли в роскошный отель. Разместили по номерам, и вежливый турецкий персонал пригласил всех пассажиров в ресторан поужинать.

Нас было 12 русскоговорящих, и мы как-то интуитивно расселись поблизости друг от друга. Столики были в основном для двоих. За окнами по-прежнему хлестал ливень с ураганным ветром, едва не вырывая с корнями роскошные пальмы. Мы были вдалеке от своей родины, от своего очага, от своих близких, которые к этому времени уже знали о наших проблемах и сильно переживали. Мы делились этой информацией друг с другом. Это было так душевно и по-человечески трогательно.

Ненастье за окнами только усиливалось. Шторм только начинался, а значит, это надолго. Перспектива вылета в Мадрид в ближайшие дни становилась призрачной. Понимая это, мы чувствовали, что вместе нам будто легче в чужой стране. И только турецкое гостеприимство хоть как-то компенсировало наше положение.

На следующий день на завтраке мы снова разместились рядом, делясь новостями о рейсе. Меня вновь посетила мысль, что нас объединил русский язык, и в этом не было ничего удивительного. «Всё банально просто», — подумал я вначале. Язык — как спасательный круг. В бушующем море испанской речи (пусть и дружелюбной) родная речь — это маяк, к которому инстинктивно плывут. Это не просто средство коммуникации, это код доступа к общему культурному пространству.

Между приёмами пищи мы собирались в уютном вестибюле отеля. Весело и беззаботно проводили время в ожидании хороших новостей от портье. Они все неплохо говорили по-английски. Я время от времени подходил к ним за информацией, но, увы, всё грустно — докладывал я нашей дружной кампании. Так, в ожидании, прошли три дня и две ночи.

В ресторане русские женщины решили приставить столы друг к другу так, чтобы мы все 12 сидели за одним большим, дружным столом. Вам это, дорогой читатель, ничего не напоминает?

Задержка рейсов — случай банальный, на первый взгляд. И, вроде, не стоило бы повествования, если б мы не стали делиться своими историями, судьбами, мыслями и переживаниями. Это как-то снимало тревогу, напряжение, и на душе становилось легче.

Среди нас были русские, украинцы, белорусы, казахи, литовцы и мы, пенсионеры — супружеская пара российских армян, всю жизнь проживших в великой России.

Что сподвигло нас откровенничать? Я не знаю. Могу только догадываться. Может, ностальгия? Может, духовная близость? Может, общие нравственные ценности? А может, что-то ещё? Могу только предполагать.

Вот, к примеру, Ирина — рыжеволосая, приветливая и очень сердобольная русская женщина. Она всем помогала пройти новую регистрацию в онлайн-режиме, когда авиакомпания наконец стала рассылать каждому из нас на электронную почту новые посадочные талоны. И только себя зарегистрировала в последнюю очередь! (Вам это, дорогой читатель, ничего не напоминает?)

Она рассказала нам свою историю любви. Она выходила замуж во второй раз, летела в Мадрид на свою свадьбу к испанцу, который очень переживал и ревновал, задавая вопросы: почему она осталась в Турции? Может, дело не в задержке рейса? Мы её подбадривали, успокаивали. Жених ждал её три дня в аэропорту Мадрида. У них обоих это была вторая попытка в поисках счастья. И мы все в душе молились за них, чтобы всё получилось. Что заставило её искать счастье вдали от Родины?

А вот Карина — казашка из Казахстана, летевшая через Мадрид в Порту к своему мужу, тоже казаху. Они фрилансеры-программисты, работают на иностранную компанию. И тоже, в поисках счастья и лучшей жизни, оказались вдали от Родины — на краю земли, в прямом и переносном смысле.

Вот Яна — молодая русская женщина, сотрудница мадридского аэропорта, которая бесконечно перемещается по свету.

А вот Светлана — женщина с Украины, у которой два паспорта, украинский и российский, да ещё и вид на жительство в Испании. Летит в Мурсию, где уже несколько лет присматривает за больной, древней бабушкой в испанской семье. Она откровенничала с нами, сетовала на судьбу. Не знала, где ей предначертано прожить оставшуюся часть жизни. Почему ей, уже пожилой женщине, приходится в одиночестве скитаться между Украиной, Россией и Испанией? Искать последний приют? Она была душой нашей кампании. Не умолкала, шутила, пела украинские песни. Видимо, понимала, что только это может спасти её от одиночества и безысходности, не дать сломиться под ударами судьбы, не сойти с ума от чудовищной несправедливости. На старости лет, в полном одиночестве, скитаться в чужой стране в качестве сиделки за немощной столетней испанской бабушкой!

И только счастливая молодая пара из Белоруссии безмятежно путешествовала. Стамбул, роскошный пятизвёздочный отель стал для них ещё одним приятным сюрпризом в романтическом путешествии по Европе. Им предстояло провести время в Мадриде, а затем отправиться в Женеву. Было видно, что они счастливы и у них всё хорошо.

Литовка Дана, уже немолодая женщина из Вильнюса, летела через Стамбул в Мадрид. Немного грустная и не словоохотливая, она работала там, в Испании, в ресторане какого-то отеля. Почему судьба занесла её на чужбину, в полном одиночестве, уже далеко немолодую женщину?

Мы были вместе три дня. Мы создали общий чат, сидя за столом в ресторане отеля. И уже перед отъездом кто-то спросил: «А как назовём чат?» Я, не задумываясь, предложил: «Мы снова вместе». И все дружно поддержали, подтвердив правоту моих мыслей.

Ирину встретил жених-испанец, и они прислали в наш чат свои свадебные фотографии. Мы все поздравили их на русском языке, но каждый сделал это красиво по-своему, одновременно — в наших некогда общих традициях, понятных для всех, как обычно поздравляют у себя на Родине русские, литовцы, украинцы, белорусы, казахи и армяне.

Что сподвигло нас откровенничать? Я не знаю. Могу только догадываться. Может, ностальгия? Может, духовная близость? Может, общие нравственные ценности? А может, что-то ещё, чего я не знаю?

Мы все — дети одной огромной цивилизации, одной исторической реальности, которая, хоть и раскололась на разные государства, оставила в нас общий культурный код. Одни и те же книги, фильмы, песни, система ценностей, понятия о добре и зле, о юморе и грусти. Светлана, которая пела нам мелодичные украинские песни, чтобы не сломиться под ударами судьбы. Пела песни, понятные всем нам без перевода.

Мы разошлись по своим национальным республикам в поисках более достойной судьбы, благополучия и счастья. Вот только не уверен, что мы хотели в этих поисках оказаться на чужбине. А для многих — пройти через гражданские войны, вынужденную миграцию, гибель родных и близких, пройти через чудовищную трагедию и несправедливость.

Что мы натворили в 90-е годы, выбирая не самых умных руководить нашими народами, за что теперь так горько расплачиваемся? Может, Господь собрал нас всех вместе на три дня в Стамбуле, чтобы мы крепко задумались и стали чуть умнее? Я не знаю...

Уверен только в одном: три дня мы были снова вместе, и нам всем было уютно, надёжно, весело и просто хорошо. Мы помогали друг другу, мы понимали друг друга. Наверно, где-то в глубине души все мы понимали, что потеряли нечто большее, чем приобрели, расходясь по своим национальным квартирам. Не решались признаться друг другу вслух. Зачем? Нам просто было хорошо. И, уверен, в этот момент мы признавались самим себе, что человеку всё же нужнее счастье, чем флаги и заборы.

За нашим дружным, весёлым столом в ресторане отеля в Стамбуле мы, дети одной цивилизации, провели прекрасное время, ностальгируя и вспоминая наше общее прошлое. А в это время за витражными окнами бушевал ураганный ветер с ливнем, сгибая в три погибели кроны деревьев — как символ хаоса, будто олицетворяя войну сильных мира сего и власть придержащих.

Чего они не поделят? Господи, дай им разум сохранить наш хрупкий мир! Мы, простые люди всех национальностей и веры, прекрасно понимаем друг друга и просто хотим жить и быть счастливыми!

---

Эпилог

Мы дождались солнца, лётной погоды и разлетелись по миру — каждый в поисках своего счастья. Мы обязательно дождёмся «хорошей погоды» на нашей красивой, голубой планете и вновь случайно встретимся в аэропорту, чтобы признаться друг другу, что всё у нас хорошо и мы счастливы. Надо только верить в это — и оно обязательно сбудется. Счастье у себя на Родине. Оно должно быть где-то рядом...

---

P. S.

А ведь ещё не так давно были «тучные» времена, когда, вырвавшись в отпуск и находясь транзитом в таких же иностранных аэровокзалах, мы шарахались друг от друга, заслышав русскую речь. Старались как можно быстрее раствориться в толпе снующих пассажиров из других стран. Почему мы хотели отдохнуть друг от друга? Мы, наверно, знаем причину.

Что-то же всё-таки случилось с нами в Стамбуле, когда русский язык стал спасительным кругом для всех нас? Мы должны знать нашу историю дружбы народов. И, может быть , ещё один маленький случай  в аэропорту Стамбула, где русский язык и плечо друг друга заменили нам флаги и заборы — они же на географических картах! А в ресторане за приставленными друг к другу столиками были мгновения настоящего счастья и прозрения…



СЧАСТЬЕ   

Счастье искрится волшебным  мгновением.
Оно ведь  живёт только здесь и сейчас.
Познав его в миг  своего озарения,
Пусть  навсегда остаётся у вас.

Счастье с любовью союзом едино.
Оно не в грядущем и не в былом.
Счастье с любовью — жизни вершина.
Весь мир распахнется под вашим крылом .
Пари в небесах в этот миг, в этот час .
Ведь счастье живёт только здесь и сейчас!

            Карен