О пеликанах

Завтра август, а вроде бы только начались лето и каникулы.

За два вечера на природе прочитали с внуком "Штормика и мистера Персиваля" Колина Тиле. " Storm boy", 1963.

То есть книжке столько лет, сколько мне, и её переводили в СССР, но я не читала.

В 2019-м вышла экранизация, после чего её заново перевёл В.Муравьёв, и вот этот новый перевод издали со старыми рисунками Роберта Ингпена.

Получилась изумительная книга, на мой вкус  лучше "Чайки по имени Джонатан Ливингстон".

Фильм тоже хороший, но не о том, о чём книга: фильм о семейных ценностях, как дедушка помог внучке примириться с её отцом, рассказав о своём детстве и опыте взросления.

А книга о том, как добрый одинокий мальчик находит, точнее, выращивает себе друга из крошечного пеликанёнка из разоренного гнезда, пеликан становится не просто ручным, а помогает отцу мальчика рыбачить, и в шторм спасает шестерых (!) моряков.

Несёт им в клюве леску, этой леской отец мальчика Нелюдим и его друг-абориген Костяной палец (место действия коса у лагуны Куронг, Австралия) вытаскивают сначала бечёвку с тонущей баржи, потом бечёвкой канат, и по канату на боцманский люльке переправляют моряков на берег.

Благодарные моряки хотят оплатить Штормику интернат в Аделаиде, но он ни в какую, не хочет расставаться с мистером Персивалем, и только когда того убивают, отправляется в школу.

- Мистер Персиваль, - шептал Штормик, - ты мой самый, навсегда самый лучший друг.

- Почему его застрелили, он же никому не сделал худа, просто сигналил уткам, как всегда (мистер Персиваль спасал уток от охотников, подавая уткам сигналы об опасности).

- В нашем мире, - печально сказал Нелюдим, - всегда найдутся жестокие, ленивые и глупые люди, кроме умных и добрых. Сегодня ты видел, что могут натворить жестокие и глупые. - Он укрыл Штормика и тихо сказал: - Вот и попробуй заснуть.

В фильме гибель мистера Персиваля не прошла зря, способствовала открытию "самого крупного заповедника в южном полушарии" (не проверяла, действительно ли самый крупный, но заповедник там  есть).

В книге иначе. Отец и сын расстаются, мальчик едет в интернат. "И всё живёт у них в сердце: голос ветра, говор волн, морские узоры на песке, Куронг, солёный прибрежный запах, лачуга и долгие счастливые дни вместе. И всегда они видят про себя простертые в штормовых облаках под ударами шквала два широких крыла - белые чёрнокаёмчатые крылья в мутных небесах.

Потому что такие птицы, как мистер Персиваль, на самом деле не умирают".

В нашем мире всегда найдутся уроды.
И я всегда думала, что чем позже ребёнок узнает об этом, тем лучше для него.

Но 63 года назад Колин Тиле так не думал и сочинил историю раннего взросления маленького мальчика.

В книге отец и сын очень бедны, "голодранцы", живут на берегу океана в лачуге, построенной "из кольев, досок и жестяных листов - распластанных консервных банок." "Пол был земляной, окна - два мутных осколка стекла, и ещё кособокая печурка".

Им в голову не приходит жаловаться или мстить. Небось потому и перевели в СССР, дескать, звериный оскал капитализма.

- А что за голодранцы? - спрашивает внук.

- Голы-босы, в рваной одежде-обуви, - отвечаю и уточняю, - сейчас таких нет, одежды и обуви полно на раздачу и на мусорках.

В фильме о бедности ни звука, напротив, "богатые тоже плачут". Может и впрямь не осталось бедных в Австралии 60 лет спустя? Не знаю, не знала даже, сколько там жителей. Всего 25 миллионов на целый континент!

Долго потом не могли уснуть под впечатлением от книги ("Вот и попробуй заснуть"). Не знаю, что отложится у внука, не сказала ему вслух напрямую, только про себя вспомнила: блаженны плачущие, ибо они утешатся.

В жизни теперь не забуду, где этот залив, Куронг. Автор 1920 года рождения, служил во время Второй мировой. Понятия не имею, что в то время было в Австралии и воевали ли они с кем-то. Но оптика у него знакомая по книгам и менталитету того поколения, "трагических оптимистов".

Имя актёра, сыгравшего постаревшего Штормика, выше моих сил запомнить, в общем, это капитан Барбосса из Пиратов Карибского моря.

Его герой смог пережить смерть матери (как в книге), а в фильме добавочно сестры и дочери. Не поняла, зачем нужно было столько смертей за кадром, но одобряю рецепт: выжить человеку помогает память о детстве.

Фильм без внука смотрела. Наревелась.
Таблеточки свои забыла дома, двое суток без них - и как не бывало полутора лет приёма, нет, значит, накопительного эффекта. Тогда соборовавший отца священник посмотрел, как я плачу, и посоветовал к специалистам обратиться, сказал, что счастье - это правильно подобранные антидепрессанты.

Видимо, так и придётся или пить и пить их, или плакать, других вариантов не вижу пока.

Есть, кстати, французский фильм 2011-го года с Кустурицей в роли отца,   называется, "Пеликан", сюжет почти такой же, но весёлый и жизнерадостный, в финале все живы - здоровы, счастливы и танцуют.

Хорошо бы кабы так, танцы - это прекрасно, и я только за, но почему-то не получается как во французском кино.

Наоборот, всё тяжелее с годами переносить безнаказанную чужую злобу и несправедливость.

Теперь задаю себе вопрос: может быть потому, что не было такой прививки в детстве, как у Штормика, неверующие были родители, военные сироты, и не знали таких утешительных слов, как Колин Тиле?

Но вот что интересно: книга гораздо жёстче экранизации, то есть за время моей жизни ванильности в искусстве гораздо больше стало (как и антидепрессантов в жизни). 

Столько всего натворили за это время жестокие и глупые люди, оскал реальности таков, что никак не обойтись без таблеток и сказок.