Судьба артиллериста Брестской крепости

Иван Макарович Мильшин - начальник артснабжения 98 ОПТАД Брестской крепости

«Родина! Слышишь ты клятву мою? Сердце свое я тебе отдаю. Чтобы бежала горячая кровь. Чтобы мужала к отчизне любовь. Чтобы в очах моих зоркость была. Чтобы в руках моих сила росла. Каждою мыслью, живущей во мне, Верность нести обещаю стране. Мужество, стойкость, отвагу растить, Чтобы сильнее врага поразить. И до последнего вздоха в груди, В бой за великое дело идти - То, о котором народы мечтали, То, за которое кровь проливали. Я никогда кровожадным врагам, Землю отчизны своей не отдам. Если меня на куски разорвут - Ненависть в сердце холодном найдут».

Красноармеец Подберезский В., армейская газета «Часовой родины», от 14 февраля 1941 года [6]

Мои читатели знают, что я на протяжении многих лет веду поисковую и исследовательскую деятельность, связанную с расширением знаний по истории РОДА Мильшиных – РОДА Служилых Людей Засечных Черт России и потомков славного РОДА, продолживших традиции служения на полях сражений по защите границ нашего славного Отечества.

В этой непростой деятельности мне активно помогают мои близкие и дальние РОДСТВЕННИКИ, СОРОДИЧИ, ДРУЗЬЯ и просто неравнодушные ЛЮДИ.

Вот и сегодня делюсь с Вами, мои дорогие Читатели и Коллеги новой информацией, новыми документами и новыми фотоснимками, полученными моим дорогим СоРОДичем - Братом – Ветераном ВДВ, участником СВО, хотмыжским казаком Анатолием Петровичем Мильшиным во время совсем недавней его поездки в славный город-крепость Брест в Мемориальный комплекс «Брестская крепость-герой».

В защите крепости в самые первые дни войны участвовал наш Земляк и СОРОДИЧ лейтенант-артиллерист Мильшин Иван Антонович, о трагической судьбе его и его семьи я ранее упоминал в своих материалах на КОНТе, в частности в книге "МИЛЬША.ЗАСЕЧНАЯ ЧЕРТА" (2022 года) и статье «Служилые люди Засечных черт России» https://cont.ws/@hodanov/2986669 в феврале 2025 года. Пришло время поделиться новыми материалами с Вами, дорогие мои Читатели и Коллеги.

Да и как не вспомнить в год 85-летней годовщины трагических дней начала Великой Отечественной, когда раздались первые залпы и выстрелы войны, когда пролились первые капли драгоценной крови наших бойцов, отдавших самое дорогое-свои жизни в святом деле защиты нашего Отечества, своей кровью написавших трагическую и героическую историю Русской Крепости - о судьбах и историях её защитников...

Речь пойдёт о нашем Сородиче и Земляке - защитнике Брестской крепости лейтенанте-артиллеристе Иване Макаровиче Мильшине, 18.07.1913 г.р., уроженце села Никитского Акулинского сельсовета Борисовского района Белгородской области, призванного в РККА в 1935 году, начало службы которого происходило в 6 ГАП 6 танковой дивизии. Рос Иван в крестьянской семье, в которой было пять детей. В юные годы остался сиротой. До призыва в Красную армию работал бригадиром в колхозе. В первые дни войны 22.06.1941 г.  лейтенант Мильшин - начальник артснабжения (боевого обеспечения) 98-го отдельного противотанкового артиллерийского дивизиона оказался в огне самых первых жестоких боёв за Брестскую крепость (ЦАМО, учётно-послужная картотека. Шкаф 25, ящик 16).

Мильшин И.М. числится в базе данных «Участники обороны крепости, судьбы которых неизвестны»
Мильшин И.М записан в книгу Памяти Брестской области , часть 3 состояние на 21.06.20216 года

Фото тематической карточки комплекса Брестская-крепость-герой с данными и фотографией 1941 года Мильшина Ивана Антонович
МИЛЬШИН Иван Макарович, р. в 1913 г. в с. Никитское Борисовского р-на Белгородской обл., Россия. Призван в РККА в 1936 г. Погиб 24.06.1941 года – лейтенант, начальник артснабжения (боевого обеспечения) 98-го отдельного противотанкового артиллерийского дивизиона 6 Краснознамённой стрелковой дивизии в Брестской крепости.


98 отдельный противотанковый артиллерийский дивизион сформирован в сентябре 1939 года на базе 3 артиллерийского дивизиона 6 стрелковой дивизии. Организационно входил в состав 6 стрелковой дивизии 28 стрелкового корпуса 4 армии Западного особого военного округа. Почтовый адрес: г. Брест, п/я – 23. Согласно штата стрелковой дивизии N 04/400-416, от 5 апреля 1941 года, штатная численность дивизиона - 230 чел., в том числе: - комначполитсостав – 27 чел. - младший комсостав – 50 чел. - рядовой состав – 153 чел. Списочная численность личного состава дивизиона на 1 июня 1941 года – 228 чел., в том числе: - комначполитсостав – 25 чел. - младший комсостав – 43 чел. - рядовой состав – 160 чел.

Семья Мильшиных жена Варвара Андреевна и трёхлетний сын Валентин жили в одной коммунальной квартире вместе с семьёй командира 98 ОПТАД Никитина Николая Ивановича и его жены Анастасии Антоновны в домах для комсостава вблизи от места дислокации 98 ОПТАД близ Кобринских укреплений у Восточных валов Брестской крепости.

О судьбе его, как и о судьбах очень многих его однополчан из Брестской крепости, к великому сожалению, до наших дней мало что известно. Его жена Мильшина Варвара Андреевна и их четырёхлетний сынок Валя, попавшие в лапы фашистов, были расстреляны вместе с другими жёнами и детьми красных командиров Бреста в августе 1942 года в Шебринском лесу близ деревни Подлесье-Радваничское Тельминского сельсовета Брестской области.


Подлесье- Радваничское Мухавецкий сельский совет,  Брестский район
 Тем ценнее является каждая новая страничка истории, каждая деталь трагической судьбы наших дальних родственников Мильшиных, а тем более таких реликвий как сохранившийся чудом до наших дней довоенные фотоснимки наших бойцов, павших на полях Великой Отечественной –свидетельства тех трагических огненных дней…

Вот и поездка Брата Анатолия Мильшина оказалась весьма плодотворной с точки зрения пополнения нашей общей копилки знаний о наших погибших СОРОДИЧАХ-Мильшиных.

Анатолий привёз фотоснимок 1941 года Ивана Макаровича Мильшина из его музейного дела, копии оригинальных документов и уникальную довоенную фотографию Ивана Макаровича 1941 года из его личного музейного дела, скрупулёзно собранного и хранимого в фондах Мемориального комплекса "Брестская крепость - герой".

В информационном листке к карточке короткая жестокая запись – «погиб 24 июня 1941 года за пределами крепости» и текст свидетельства уцелевшего участника обороны брестской крепости Терехова С.П. - интенданта 3 ранга - помощника командира по снабжению 95 ОМСБ

ТЕРЕХОВ Степан Петрович, родился в 1905 г. в с. Старое Камышкино Дубовского р-на Брянской области, Россия. 22.06.1941 г. – интендант III ранга, помощник командира 95 медико-санитарного батальона по снабжению. Проживал в г. Мозырь Гомельской области, Беларусь. Умер в 1974 г. Данные из базы "Участники обороны Брестской крепости оставшиеся в живых"

Интендант 1 ранга Терехов Степан Петрович с 22 июня 1941 года сражался на Восточных валах Кобринского укрепления Брестской крепости. С 26 июня - в Восточном форту. 29 июня был пленён. Находился в лагерях: Бяла-Подляска, Замостье, Холм, Ченстохов и других. Два раза пытался бежать, но неудачно. Освобождён из плена 17 марта 1945 года войсками Первого Украинского фронта. Затем служил в Советской Армии. В июле 1947 года демобилизовался. После войны жил и работал в городе Мозыре. Награждён орденом Отечественной войны I степени и медалями  https://cdn.moypolk.ru/soldier... . Жена, Мария Степановна Терехова, 1915 года рождения, и сын Владимир, 1935 года рождения, были пленены в крепости 23 июня 1941 года. Находились в оккупированном Бресте до его освобождения советскими войсками.

Воспоминания Степана Петровича Терехова: «Лейтенанта Мильшина я хорошо помню. В конце второго дня ожесточённых боёв в крепости (23 июня) я получил задание перебраться со своей группой через реку Муховец в Южный городок и связаться с танкистами. В сумерках мы выбрались из крепости, начали продвигаться к Муховцу. Вскоре к нам присоединился Мильшин. Фашисты нас обнаружили и открыли пулемётный, а затем артиллерийский огонь. Мы окопались и заняли оборону. Утром 24 июня гитлеровцы, имевшие большое численное превосходство, вновь перешли в наступление. Завязался ожесточённый кровопролитный бой. Группа Терехова понеся потери вынуждена была вернуться в крепость. В этом бою, по-видимому, погиб смертью храбрых коммунист Мильшин...»

Также удалось найти воспоминания Степана Петровича Терехова о первых днях войны в Брестской крепости опубликованные на сайте "Мой полк"

С верой в победу

"Едва я оделся и взял пистолет, как воздушной волной была сорвана дверь в кухне моего дома. Жена успела накинуть на плечи только пальто, а шестилетнего сына Володю я вынес из квартиры спящим в одной ночной рубашке. Семью отправил в одно из укрытий в главном валу, а сам присоединился к бойцам. К нам стали приходить люди из 125-го стрелкового полка и из других подразделений, располагавшихся поблизости.

Мы заняли оборону в казематах. Командование приняли на себя старший политрук противотанкового артиллерийского дивизиона Нестерчук и начальник штаба лейтенант Акимочкин; командир дивизиона капитан Никитин, как сообщили мне, был уже убит (Никитин выжил и воевал до конца войны-прим.Ходанов). Приблизительно часов в 5 утра осколком в голову убило лейтенанта Киреева, а меня с силой подбросило воздушной волной и легко ранило.

Часов в 12 дня я пришёл в сознание. Подо мной была лужа крови. Положение всё усложнялось, опасность надвигалась с каждой минутой, необходимо было выбираться из казематов на вал и уже там занимать оборону. Но пробраться через ворота (автор имеет в виду Восточные ворота Кобринского укрепления) было невозможно. Оставалось только одно: использовать небольшие окна в тыловой части казематов, которые были закрыты крепкими стальными решётками, и вытяжные трубы в потолках. К счастью, у нас оказался верстак, сколоченный из толстых дубовых досок, с помощью которого мы выбили решётку из окна и благополучно выбрались на вал. Вместе с нами находились командир батареи старший лейтенант Коган ( лейтенант А.М. Каганович Прим. Ходанов), лейтенант Хавер, Акимочкин и Мильчин (младший лейтенант И.М. Мильшин - начальник артснабжения дивизиона).

Патроны у нас были на исходе, а склад боеприпасов находился метров за триста. Несмотря на сильный огонь противника, старший лейтенант Коган и четыре солдата приползли в парк и завели трактор. За два рейса они доставили нам 25 ящиков патронов. В третий раз на полпути от склада вражеская мина попала в трактор. Старший лейтенант Коган был тяжело ранен. Военфельдшер мгновенно бросился ему на помощь, но не успели мы и моргнуть, как вторая вражеская мина убила военфельдшера и ещё раз нанесла ранение Когану. Его принесли в бессознательном состоянии, с открытыми переломами правой голени и бедра, с пулевым ранением в затылок, причем пуля вылетела через лоб. Через два часа старший лейтенант Коган умер.

Фашисты усилили авиаразведку, артиллерийский и миномётный огонь. Мы поняли, что предстоит атака. И действительно, в конце дня с левого фланга на гарнизонной спортплощадке появился один немецкий танк, сопровождаемый пехотой, а справа между Северо-Восточным фортом (Восточный форт Кобринского укрепления) и домами командного состава - другой, также сопровождаемый пехотой. Мы подпустили их поближе и открыли уничтожающий огонь. Танки повернули назад. Гитлеровцы бежали, оставив на поле боя много трупов.

В конце второго дня войны я получил задание: с группой солдат человек в 70, вооружённых винтовками и одним станковым пулемётом, перебраться через реку Мухавец в так называемый химгородок, который находился в пяти-шести километрах от крепости. Там располагалась наша танковая дивизия. С наступлением сумерек мы начали осторожно продвигаться к реке Мухавец, но не успели отползти и десятка метров, как раздался пулемётный, а затем и артиллерийский огонь врага. Пришлось окопаться и занять оборону.

Утром немцам удалось занять несколько выгодных огневых точек. Завязалась жестокая схватка, в которой большинство наших солдат проявило немало смелости и находчивости. Меня в окопе засыпало землей, сильно ушибло в область печени. Вечером я послал связного к начальнику штаба лейтенанту Акимочкину с предложением отступить в казематы, потому что многие из бойцов погибли, а патроны иссякли. Вскоре мы получили ответ: «Держитесь, выхожу с резервом на помощь». И действительно, через некоторое время лейтенант Акимочкин явился на помощь, а с ним человек 50 бойцов. Не успел Акимочкин заскочить в окоп, как тут же был ранен и отправлен в каземат. Вечером мы тоже отступили туда, слишком много было тяжелораненых. Воды и пищи - никакой. Дети, изнурённые жаждой, подняли плач, у многих повысилась температура. Надо было любой ценой доставать воду. Метров за триста от нас стояли три подбитых трактора «НАТИ» и одна автомашина. Утром я и другие бойцы подползли к ним, спустили из радиатора восемь котелков воды, там же, на автомашине, оказались два мешка сахару, несколько ящиков консервов, горох со смальцем в концентратах. Продукты и воду в первую очередь раздали раненым и детям.

В двух метрах от нас стоял подбитый тягач, около него было разбросано много бумаг. Но вот они загорелись, и огонь стал быстро подползать к снарядам. С большими усилиями ликвидировали мы этот пожар. Путь обратно был отрезан, а оставаться в складе тоже не имело никакого смысла. Расположение северо-восточной части крепости я знал неплохо и был уверен, что там нет ни одного фашиста, поэтому мы решили перебраться туда, а потом перетащить с собой и раненых.


Командир 44 стрелкового полка майор Пётр Михайлович Гаврилов возглавил оборону Кобринского укрепления и затем Восточного форта
Справка Ходанов: Пётр Михайлович Гаврилов (17 июня 1900, Альвидино, Казанская губерния, Российская империя — 26 января 1979, Краснодар, Краснодарский край, РСФСР) — советский офицер, майор, участник обороны Брестской крепости в 1941 году, Герой Советского Союза (1957). Почётный гражданин города Бреста. После нападения немцев на крепость возглавил группу бойцов из 1-го батальона своего полка и мелких разрозненных подразделений 333-го и 125-го стрелковых полков, бойцов 98 ОПТАД во главе которой сражался на валу у Северных ворот Кобринского укрепления; затем возглавлял гарнизон Восточного форта, где с 24 июня сосредоточились все защитники Кобринского укрепления. Всего у Гаврилова насчитывалось около 400 человек с двумя зенитными орудиями, несколькими 45-мм пушками и четырёхствольным зенитным пулемётом.

Вернёмся к свидетельствам Терехова С.П.: "Добравшись до Восточного форта, мы встретились с майором П.М. Гавриловым. Он расспросил меня про обстановку и приказал вместе с прибывшими людьми занять оборону на левом фланге, в составе третьей группы защитников форта; командиром её был старший лейтенант Марков - бывший командир транспортной роты 333-го полка. Заместителем назначили меня.

В июне 1941 года фельдшер Раиса Абакумова являлась старшей операционной сестрой 95-го медико-санитарного батальона 6-й Орловской стрелковой дивизии, расквартированной в крепости Брест Прим.Ходанова. Имела звание лейтенанта медицинской службы.Рядом с нами находились раненые, за которыми ухаживала Раиса Абакумова, смелая, решительная женщина. Она нередко из-под носа у немцев выхватывала наших бойцов и одна на своих плечах перетаскивала в укрытое место...В июне 1941 года фельдшер Раиса Абакумова являлась старшей операционной сестрой 95-го медико-санитарного батальона 6-й Орловской стрелковой дивизии, расквартированной в крепости Брест. 29 июня 1941 года, через неделю после начала боёв за крепость, военфельдшер Абакумова попала в немецкий плен. Согласно карточке военнопленного, Раиса Ивановна, до 19 июля 1944 года находилась в Бресте, а затем была направлена в Бромбергский лагерь, а в апреле 1945 года – в лагерь Бад-Швертау в Германии. Все годы пленанемцы использовали её в качестве чернорабочей. Вернулась на Родину из лагеря №232, находившегося во Франкфурте-на-Одере 22 ноября 1945 года (Прим.Ходанов).

Рядом с передним валом на правом фланге стояло кирпичное здание, в котором находился склад 95-го медсанбата. Однажды днём человек тридцать немцев подошли к зданию и начали взбираться на вал. Это заметили бойцы первой группы. Подпустив врага, они уничтожили его гранатами. Несколько дней подряд немецкая авиация сбрасывала на нас тяжёлые бомбы, но, к счастью, ни одна из них между валами форта не попала. Не помню точно, какого числа майор Гаврилов сообщил нам, что немцы прислали двух наших пленных с ультиматумом, чтобы мы через два часа сдались, в противном случае враг грозился отравить нас газом. Наш ответ был один: «Будем биться до последнего патрона, благо они ещё у нас есть».

Утром неприятелю удалось всё-таки поджечь в форту склады с боеприпасами. Наблюдать за врагом в такой обстановке было трудно. Гитлеровцы незаметно подошли к форту и в конце второй половины дня ворвались туда с обеих сторон…"

То есть, по свидетельству Терехова Степана Петровича - Иван Мильшин был убит в Брестской крепости, и в лагере в Бяла -Подляска живого Мильшина он не видел. Судя по всему, Иван Макарович 24 июня 1941 года всё- же был убит в бою у реки Муховец.

Ответ из ЦАМО СССР №11/30242 от 11.06.1990 г.: «Мильшин был сиротой, была семья семь человек. Лейтенант Мильшин И.М. 1913 г.р. Уроженец с. Никитское Борисовского района, Курской обл. Приказом НКО №02929 от 5.04.1935 г. назначен командиром взвода в 6 гаубичном артиллерийском полку. Сведений о дальнейшей судьбе нет».

Но в музейной карте Мильшина И.М. есть ещё одна короткая запись: это свидетельство защитника крепости М.С. Дубинина (98 ОПТАД): «Встречал Мильшина в лагере Бяла-Подляска (большой лагерь советских военнопленных на территории Польши прим.Ходанов).» Ни дат, ни других сведений и подробностей в свидетельстве Дубинина нет, как нет и подтверждений данного факта со стороны других выживших защитников Брестской крепости, однополчан 98-го ОПТАД. Есть  моя версия, подтверждённая и авторитетным исследователем обороны Брестской крепости Юрием Фоминым из Брянска , что Дубинин мог перепутать фамилию Мильшина с выжившим в крепости  узником Бяла - Подляска защитником крепости Мишкиным.

Юрий Фомин: "Николай, вообще я бы не ставил в этом месте точку в отношении Ивана Макаровича. Вы сейчас поймете. Дело в том, что информация о его плене лишь в тематической карточке и справке. Но именно самих воспоминаний о его плене я ни у кого не видел. Высылаю скан воспоминаний Дубинина о плене. Обратите внимание, среди других фамилий там значится Мишкин. Был такой защитник и был он в плену.

Замполитрука Мишкин  Иван Григорьевич – заместитель политрука, командир огневого расчета 1 огневой батареи. 1.03.1917 г.р., д. Подлипки, Угранский район, Смоленская область. В РККА призван 7 октября 1939 года Угранским РВК, Смоленской области. Член ВЛКСМ. Сражался у Кобринских ворот. 23 июня 1941 года пленен в крепости. Шталаг 302, лагерный номер 8207. Умер в плену 12 апреля 1942 года.
Не исключаю, что некто из сотрудников прочитав данный лист, ошибочно обозвал его Мильшиным. Ну и далее так пошло. Такое, к сожалению, случается. Может быть есть еще воспоминания Дубинина? Но я их не видел. Чтобы поставить точку - надо просто прочитать личное дело Дубинина, которое хранится в музее крепости, и именно оттуда взята информация о плене. И станет все понятно. Вам, как родственнику, это доступно. Мне - нет. Поэтому не исключаю, что он пал при обороне крепости 24 июня (по Терехову). И поэтому его более никто не упоминает." 

Итак, версии о возможном попадании в лагерь Бяла-Подляска лейтенанта Мильшина требуют дальнейшей скрупулёзной проверки и сбора дополнительных сведений.

Дубинин Михаил Степанович – красноармеец, наводчик огневого расчета 1 огневой батареи 98-го ОПТАД. 3.08.1921 г.р., ст. Подгорная, Георгиевский район, Ставропольский край. В РККА призван 16 октября 1940 года Буденновским РВК, Ставропольского края. Член ВЛКСМ. Сражался у Кобринских ворот. 23 июня 1941 года пленен в крепости. Шталаг 307, лагерный номер 602. В марте 1945 года из плена бежал. Воевал на фронте. За оборону Брестской крепости награжден орденом Отечественной войны 2 степени. Проживал в Ставропольском крае. Умер в 1980 году. ("Хроники сражающегося дивизиона" ч.24)

Недавно (в марте 2026 года) появилась интереснейшая свежая объёмная публикация, в которой подтверждается участие Ивана Мильшина в защите Брестской крепости. Можно ознакомиться с обстоятельной статьёй с массой найденных документов и фотографий первых дней обороны крепости, конкретно, Восточных валов Кобринских укреплений Брестской крепости , см. ««Комсомольцы» с Северного Острова. Бой 98-го ОДПТО в Брестской Крепости» https://dzen.ru/a/aasdYmvZJDR_wAz0 [7]

Весьма интересно и информативно громадное исследование Юрия Фокина (г.Брянск), собрано и систематизировано в объёмных публикациях «Хроники сражающегося дивизиона» опубликованных в «Живом журнале» публикациях с №1 по №23 [6] в период с 15 апреля по 31 мая 2021 года и в недавно изданной прекрасно иллюстрированной документальной книге издательства «Яуза» «Броня и люди Брестской крепости» авторского коллектива в составе: Ростислав Алиев, Юрий Васильев, Андрей Ефименко, Иван Краснюк, Юрий Фомин. Хронику армейской службы воинов 98 артдивизиона, их участия в боях на территории крепости подробно записана от непосредственных участников событий Великой Отечественной войны в Брестской крепости и приведены обширные ссылки на архивные документы.

  Боевые действия 98-го дивизиона ОППТАД 22-24 июня 1941 года в Брестской крепости

98 отдельный дивизион противотанковых орудий ( ОДПТО) 6 стрелковой дивизии 28 стрелкового корпуса 4 армии Западного Особого военного округа; также может использоваться аббревиатура "ОПТАД; ОПАД"- отдельный противотанковый артиллерийский дивизион [6]. В июне 1941 в его состав входило 228 человек, в том числе командирский ( офицеры)- 27 человек. Основным вооружением являлись три огневых батареи 45мм противотанковых пушек образца 1937 года (53-К); по шесть орудий в каждой батарее. Для буксировки орудий применялись гусеничные бронированные артиллерийские тягачи Т-20 "Комсомолец" ( всего порядка 20 единиц). Личный состав имел достаточно высокий уровень боевой и политической подготовки и достаточно умело владел вооружением и боевой техникой. Командиром дивизиона был капитан Никитин Николай Иванович. Подразделение располагалось практически на всем протяжении восточных валов Крепости, а первая огневая батарея и санчасть размещались в Восточном Форту.

Никитин Николай Иванович (1908-1973) https://vk.ru/wall-3776708_33370

22-го – майор, командир 98-го отдельного противотанкового артиллерийского дивизиона 6-й стрелковой дивизии. Командир, чьи артиллеристы в условиях артобстрела, прорывов вражеских штурмовых групп и окружения выполнили свой долг. Выполнили ценой жизни, погибнув в расположении части у станин своих орудий.

Командир, вышедший из крепости ранним утром 22-го при противоречивых обстоятельствах. Раненый в голову ранним утром 22-го при попытке выйти и вывести часть дивизиона в запланированное место дислокации дивизиона был вывезен из крепости мехводом Барышевым. Это случайное ранение - главный поворот в судьбе майора. И именно это ранение утром 22 июня 1941-го оставило его в живых.

Никитин в начале попытки покинуть крепость и прибыть на место дислокации в Бресте согласно мобплана повернул от ворот направо в сторону Южного острова. Поставил пушку прикрывать выход дивизиона и это есть на сохранившихся документальных снимках, по сути подтвержденный факт. Выход из крепости осуществлял по главному принципу-делай как я. В июле 42-го его назначили командиром 89-го гвардейского минометного полка, который срочно был отправлен под Сталинград, где с 31 августа до конца битвы на Волге был в непрерывных боях в составе 62-й армии. День Победы гвардии полковник Никитин встретил в Прибалтике, начштаба 39-й гвардейской минометной бригады.

Но вернёмся к событиям раннего воскресного утра 22 июня 1941 года

Утром 22 июня 1941 года в результате артиллерийского обстрела несколько "Комсомольцев" было уничтожено на стоянке, уничтожен склад ГСМ, были погибшие и раненые среди семей комсостава, дома которых находились в расположении дивизиона за артпарком. Практически сразу после артподготовки передовые штурмовые отряды противника, наступая со стороны города, взяли под контроль выезд из Восточных Ворот. Огневые позиции были оборудованы у насыпи дороги, ведущей из Ворот в город, а также в районе т.н. "Моста Гиппа" ( до нашего времени не сохранился; сейчас примерно в этой локации расположен пешеходный мост через Мухавец) .[6]

Одновременно по расположению дивизиона велся плотный минометный огонь. В соответствии с боевым предписанием, в случае начала войны, дивизион должен был организованно выйти в район сосредоточения- район деревни Дубровка севернее Бреста. То есть расположение дивизиона не было предназначено для обороны- соответственно и орудия в парке находились в походном положении- зачехлены стволы и казенная часть, возможно, сняты прицелы, сведены станины. Оборудованные огневые позиции также отсутствовали. В первые минуты, придя в себя после неизбежного первоначального замешательства, батарейцы предприняли попытку выхода из крепости. Завели оставшиеся на ходу тягачи, подготовили пушки к буксировке, организовали подвоз боеприпасов , продовольствия и имущества дивизиона ( для этого использовались как уцелевшие "Комсомольцы", так и автомашины, в частности, грузовик ГАЗ-АА). Первая колонна для выхода из Крепости была сформирована не позднее 6 часов утра; в нее входили шесть "Комсомольцев" с десантом и упомянутая выше "полуторка" с боеприпасами. В головном тягаче находился капитан Никитин с водителем красноармейцем Николаем Барышевым, один из тягачей буксировал "сорокапятку".

Первые три "Комсомольца" под обстрелом выскочили из Восточных ворот в сторону города и практически сразу две машины были подбиты огнем штурмовых групп противника, а также приданных им 37мм противотанковых пушек Pak 36. Командирский тягач сумел прорваться; во всяком случае и Никитин и Барышев сумели покинуть Крепость. Обстоятельства выхода Никитина и Барышева полностью не установлены, кроме того, уход командира вызвал соответствующую реакцию бойцов. Однако, следует помнить, что капитан Никитин действовал строго по боевому расписанию, но обстоятельства сложились по другому. Так или иначе, в дальнейшем Никитин воевал более чем достойно, как и Николай Барышев. 

Капитану Никитину Н.И. удалось вывести за Кобринские ворота 3 тягача с орудиями. Одну «сорокопятку» он и разместил на «артбатарее», а сам проследовал далее. В Бресте тягач, оставшийся без орудия, был выведен из строя. С оставшимися двумя тягачами и орудиями капитан Никитин Н.И. воевал под Барановичами. Оставленный для прикрытия расчет орудия погиб вместе с экипажем бронемашины разведбата. И уже немецкая артиллерия закрепилась на данном рубеже. Соответственно выход из крепости через Кобринские ворота и вдоль реки Мухавец был немцами прочно «закупорен».

Уцелевшие "Комсомольцы" остаются в Крепости. Отход уцелевших бойцов прикрывает помкомвзвода 3 батареи замполитрука Николай Ширяев ; возможно совместно с экипажами и десантом уничтоженных тягачей ( те кто выжил, разумеется). Вернувшись в расположение, бойцы отцепляют пушки, пытаясь подготовить их к бою. Вслед за "Комсомольцами" из Восточных ворот вышел ГАЗ-АА с боеприпасами и тут же был поражен огнем противника. Боеприпасы сдетонировали; грузовик встал, заблокировав выезд.

Нестерчук Николай Васильевич – старший политрук, заместитель командира дивизиона по политической части. 8.12.1901 г.р., с. Старо-Шарко, Коростенский район, Житомирская область. В РККА призван в 1922 году Коростенским РВК, Житомирской области. Член ВКП(б) с 1925 года. Сражался у Кобринских ворот. 24 июня 1941 года погиб в крепости. Посмертно награжден орденом Отечественной войны 1 степени. Имя увековечено на плитах мемориального комплекса «Брестская крепость-герой». - Нестерчук Агафья Антоновна – жена. 1901 г.р., д. Головчицы, Дрогичинский район, Брестская область. Беспартийная. - Нестерчук Лидия Николаевна – дочь. 19.07.1926 г.р. - Нестерчук Климентий Николаевич – сын. 19.03.1929 г.р. , г. Минск. - Нестерчук Юлия Николаевна – племянница. Находились у Кобринских ворот. 23 июня 1941 года пленены в крепости. С 1942 года принимали участие в партизанском движении на территории Брестской области. Агафья Антоновна проживала в Брестской области. Умерла в 1978 году. Лидия Николаевна и Юлия Николаевна проживали в Брестской области. Климентий Николаевич проживал в Литовской ССР. См "Хроники" ч.25[6]

Акимочкин Иван Филиппович – лейтенант, начальник штаба. 6.09.1910 г.р., д. Крутое, Людиновский район, Калужская область. В РККА призван 1 декабря 1932 года Людиновским РВК, Калужской области. Член ВКП (б) с 1940 года. Сражался у Кобринских ворот. 24 июня 1941 года погиб в крепости. Посмертно награжден орденом Отечественной войны 1 степени. Имя увековечено на плитах мемориального комплекса «Брестская крепость-герой». - Акимочкина Матрена Прокофьевна – жена. 1912 г.р., д. Крутое, Людиновский район, Калужская область. Беспартийная. - Акимочкин Владимир Иванович – сын. 1935 г.р. - Акимочкина Анна Ивановна – дочь. 1937 г.р. - Акимочкина Евдокия Осиповна – 1880 г.р., д. Крутое, Людиновский район, Калужская область. Находились у Кобринских ворот. 23 июня 1941 года пленены в крепости. В 1942 году Евдокия Осиповна, Владимир Иванович и Анна Ивановна расстреляны в д. Франополь, Брестской области. Матрена Прокофьевна проживала в г. Бресте. Умерла в 2002 году. См. Хроники ч.24[6]

В виду отсутствия капитана Никитина, командование над оставшимися в расположении дивизиона бойцами приняли замполит дивизиона старший политрук Николай Нестерчук и начштаба лейтенант Иван Акимочкин. Не имея возможности выйти из Крепости, Нестерчук и Акимочкин принимают решение занять круговую оборону в расположении дивизиона. Бойцы готовят к бою "сорокапятки"; был организован подвоз боеприпасов на оставшихся "Комсомольцах" и, хотя часть батарейцев при этом погибла, задача в целом была выполнена. Одновременно батарейцы пробивают проходы в перегородках отсеков казарм, что позволяет им перемещаться внутри помещений. Как минимум два орудия устанавливают на валах, что позволяет обстреливать позиции противника, расположенные со стороны Бреста; еще два- устанавливают в помещениях казарм. Также на валах была оборудована позиция пулеметчика- замполитрука Григория Деревянко с ДП-27.

Деревянко Григорий Давыдович – заместитель политрука, ответственный секретарь бюро ВЛКСМ. 02.1917 г.р., с. Омельгород, Александровский район, Кировоградская область. В РККА призван в феврале 1940 года Фрунзенским РВК, г. Алма-Аты. Член ВЛКСМ с 1936 года. Сражался у Кобринских ворот. 23 июля 1941 года пленен в крепости. Умер в плену в 1941 году. Хроники, ч.24[6]

Атака противника последовала из глубины Северного Острова со стороны домов комсостава. Фашисты прорвались к казармам в районе 2-й огневой батареи; завязалась рукопашная схватка; при этом погиб артиллерийский расчет сержанта Григория Мамкина, тем не менее, атаку удалось отбить.

Сержант Мамкин Григорий Филатович (1920-1941), командир огневого расчета 1 огневой батареи. Погиб в бою в Брестской Крепости 22 июня 1941 года.

После первой, не совсем удачной попытки прорыва дивизиона к месту сосредоточения была предпринята вторая попытка бойцов дивизиона выйти к месту назначения с 7.00 до 19.00 22 июня. Рассказ по воспоминаниям Климушкина В.И.07.12.1915 -1968 г.г.:

Климушкин Василий Иванович – младший воентехник, командир паркового взвода. 29.12.1915 г.р., д. Городище, Болховский район, Орловская область. В РККА призван в ноябре 1936 года Болховским РВК, Орловской области. Член ВЛКСМ. Сражался у Кобринских ворот. 22 июня 1941 года прорвался из крепости. Воевал на фронте и в партизанском отряде. Проживал в Минской области. Умер в 1968 году. - Климушкина Ольга – жена. - Климушкина Анна Васильевна – дочь. Находились у Кобринских ворот. 22 июня 1941 года погибли в крепости.[6]

" Втянувшись в бой с фашистами, большая часть дивизиона не вышла в 5.00-7.00 в район сосредоточения с первой группой капитана Никитина. После 7.00 лейтенант Каганович М.А.(приказывает с боями прорываться к Северным воротам крепости до блокирования их немцами в 10.00). В головной группе участвовали 2 тягача №31 с 45-мм пушкой Климушкин, мехвод Сысоев и расчёт орудия и тягач №30 в составе экипаж лейтенант службы боепитания Мильшин Иван Макарович и Мочалов Николай [8]

Тягач №30 был подбит противником на середине вала. Мехвод Мочалов погиб. Лейтенант Мильшин покинул подбитую машину и с отходившими бойцами присоединился к группе Терехова (см. воспоминания Терехова выше). Возможный маршрут тягача №31 к Северным воротам мог пролегать по кратчайшему пути в объезд Восточного форта мимо валов (см.схему книги. [8]) Иван Мильшин участвовал в боевых действиях группы Терехова до 24 июня 1941 года и погиб в ожесточённом бою группы с фашистами при отходе от реки Муховец в крепость."

Схема попытки прорыва тягачей Т-20 "Комсомолец" под командованием Мильшина И.М. №30 и №31 под командованием Климушкина В.И. представлена в источнике[8]
Во второй половине дня 22 июня фашисты задействуют в штурме САУ STUG III, которые подходят к артпарку , где с ними вступают в борьбу два расчета "сорокапяток". К сожалению, часть артиллеристов в результате погибла, тем не менее, вражеские самоходки отошли. Молодые бойцы погибли с оружием в руках, отражая нападение врага- и этот факт в любом случае достоин уважения...

Бойцы концентрируются в помещениях казарм, а также мастерской в Восточных воротах. Помещения эти были слабо приспособлены для обороны, имея большое количество оконных и дверных проемов. Кроме того, в расположении дивизиона продолжали укрываться женщины и дети. Также, видимо уже давал знать о себе дефицит боеприпасов. Собственно, уже в ночь с 22 на 23 июня, Нестерчук и Акимочкин принимают решение прорываться из Крепости.

 Батарейцы разбились на две группы- одна, во главе с Нестерчуком, уходила вдоль валов на север; группа Акимочкина же- через обводной канал в сторону "Моста Гиппа"- фактически, прямо на немецкие пулеметы!!! Противник преждевременно обнаружил выдвижение обоих групп, открыл огонь, и батарейцы, понеся потери, вынуждены были вернуться в расположение дивизиона. После этого часть бойцов принимает решение покинуть расположение дивизиона и перейти в Восточный Форт, где располагалась 1-я огневая батарея и санчасть.

Группа фашистов смогла прорваться к штабу дивизиона, однако была уничтожена огнем ручного пулемета Григория Деревянко. Вечером 23 июня, оценив все ухудшающуюся обстановку, было принято решение отправить женщин и детей в плен. Они выдвинулись по дороге в направлении Восточного Форта и были пленены в районе Северных Ворот.

В документах противника фигурирует "танк", пытавшийся вырваться из крепости в ночь на 24 июня. По ряду косвенных признаков можно предположить, что это был "Комсомолец". Машина добралась до Варшавского шоссе, по которому в это время двигались колонны фашистских войск, где была заблокирована, а экипаж из двух неизвестных бойцов-пленен. В документах противника бойцы эти были названы "отчаянными парнями"...

24 июня атаки противника продолжились с участием группы огнеметчиков. Пулеметчики противника, закрепившись на валах, прилегающих к расположению дивизиона, держали под обстрелом его расположение. Батарейцы, добравшись до уцелевшей "сорокапятки"      (наводчик- красноармеец Николай Зайцев) сумели подавить несколько огневых точек, однако, израсходовав боеприпасы расчет был уничтожен ответным огнем противника. Отдельные бойцы засели в обездвиженных "Комсомольцах", ведя огонь из пулеметов ДТ по пехоте противника. В частности, в одном из тягачей возле казарм до последнего патрона вел бой красноармеец Ларешин, мехвод 3-й огневой батареи. Израсходовав боеприпасы, боец отбивался гранатами и погиб, пытаясь покинуть тягач.

Положение батарейцев становится все более критическим; подходят к концу боеприпасы...В одном из отсеков у Восточных Ворот бойцы закапывают документы. Атаки противника чередуются с минометными обстрелами. Группа Нестерчука и Акимочкина блокирована возле ворот; в критический момент боя батарейцы пытаются контратаковать, однако атака захлебывается; при этом погибает в том числе старший политрук Нестерчук. Противник также отошел, благодаря чему уцелевшие артиллеристы занимают помещение мастерской; при этом боеприпасы у них практически на исходе. Батарейцы успевают закопать Знамя Дивизиона, после чего в помещение ворвались фашисты. Завязалась отчаянная рукопашная схватка; некоторые бойцы покончили собой, кроме того, имел место самоподрыв, в результате которого погибло четыре солдата противника. Оставшиеся в живых были оттеснены в угол, обезоружены и пленены. Пленных батарейцев вывели на площадку у казарм перед штабом дивизиона, где прямо перед строем был расстрелян лейтенант Акимочкин. По одной из версий, он вступил в пререкание с фашистским офицером, относительно партбилета...

Нужно отметить , что в расположении дивизиона сражались также бойцы других подразделений, дислоцированных в Крепости. В воспоминаниях уцелевших батарейцев фигурировал "старшина-танкист с центрального острова. Останки бойца в числе семнадцати Защитников Крепости были найдены при раскопках в районе Восточных Ворот в 1971 году. По найденному медальону он был идентифицирован, как младший сержант Элькин , командир танка 75 ОРБ... Вечером 23 июня в расположение дивизиона с Западного Острова прорвалась также группа пограничников во главе со старшим лейтенантом Акимом Черным. Бойцы (13 человек) заняли помещение обозно-вещевой службы дивизиона. Группа оборонялась в течении дня 24 июня, когда старший лейтенант был пленен.[6]

Несмотря на фактическое падение обороны 24 июня, небольшие группы батарейцев ОПТАД сумели укрыться в подвалах казарм и других убежищах. В числе последних 24 июня были пленён лейтенант Хавер Николай Константинович (командир первой огневой батареи 98ОПТАД).

Хавер Николай Константинович – лейтенант, командир 1 огневой батареи. 4.12.1912 г.р., с. Запселье, Великобагачанский район, Полтавская область. В РККА призван 4 ноября 1934 года Великобагачанским РВК, Полтавской области. Член ВКП(б). Сражался у Кобринских ворот. 24 июня 1941 года пленен в крепости. Офлаг 62, лагерный номер 2858. Умер в плену 2 февраля 1942 года.

С ночи 25 июня небольшие оставшиеся группы артиллеристов ОПТАД стали предпринимать попытки выхода из Крепости. Большинство бойцов и командиров при этом погибли или были пленены, лишь единицы сумели прорваться в Восточный Форт.

Более развёрнуто и детально о боевых действиях дивизиона 98ОПТАД, о судьбах защитников Восточного форта изложено в «Хрониках сражающегося дивизиона» брянского военного исследователя Юрия Фомина и в отличной, богато иллюстрированной книге вышедшей в издательстве «Яуза» в 2026 году «Броня и люди Брестской крепости» авторского коллектива в составе Ростислав Алиев, Андрей Ефименко, Иван Краснюк, Юрий Фомин. «Яуза», М., 2026 г.

С большой долей уверенности можно утверждать, что шансов выжить в плену у защитников Брестской крепости практически не было. О чём свидетельствует выжившие узники концлагеря советских военнопленных в польском городке Бяла-Подляска . В лагере погибло свыше 30 тысяч советских военнопленных – командиров и рядовых, попавших в плен в первые дни войны именно в боях при обороне Брестской крепости и города Бреста см. свидетельства чудом уцелевших узников Frontstalag 307 в Бяла-Подляска - лейтенанта Владимира Шацмана и красноармейца С.Н.Сверчкова из книги «Выживший вопреки»

Frontstalag– 307 - лагерь организованный в первые дни войны для приема советских военнопленных. Первый эшелон с советскими военнопленными прибыл в Kalil;w ( Калилув ) район Бяла-Подляска ) во Frontstalag 307 уже 23 июня 1941 года из Бреста. Тысячи военнопленных шли в лагерь Бяла-Подляска пешком (расстояние 46 км), в охраняемых колоннах из Бреста.

Лагерь существовал до весны 1942 годов, когда оставшихся военнопленных перевели во вновь созданный лагерь Stalag 307 в Демблинской крепости.

Практически у каждого из плененных летом 1941 года защитников Брестской крепости первым этапом ужасов нацистской неволи стали пересыльные лагеря близ Бяла-Подляски. Всего же за колючей проволокой этой фабрики смерти побывало, по разным оценкам, до 250.000 бойцов и командиров армий Западного фронта. Страшные цифры военной катастрофы, за которыми стоят человеческие судьбы! В течение первых трех месяцев войны как минимум треть из этих людей погибла от голода, болезней, расстрелов и была захоронена в огромных рвах-могилах Фронтшталага 307.

Столбы, колючая проволока, на деревянных вышках - охрана с пулеметами. Между рядов "колючки" парные патрули с собаками. За периметром трава, лес, жизнь. Внутри - серая земля и копошащиеся в ней серые от пыли и грязи голодные люди. Они ищут втоптанные в землю колоски, травинки, листочки, сосновые шишки, роют семенные клубни картофеля, чтобы съесть их. В первые дни приходили местные крестьяне, просовывали через проволоку хлеб, вареную картошку, бутылки с молоком или водой. Доведенные до края люди из последних сил бросались к периметру. Порой доходило до драк, конвоиры разгоняли дерущихся палками. Вскоре крестьяне перестали приходить - то ли им запретили немцы, то ли им самим стало невыносимо смотреть на обезумевших людей.

Даже в этом аду люди находили в себе силы бороться. Поляки рассказывали, что в одну из ночей в конце лета 41-го в лагере "С" у Калилува произошел массовый побег. В назначенный день и час по бесшумной команде часть людей, вооруженная лишь камнями, в полном безмолвии бросилась к пулеметным вышкам (Одним из организаторов побега был лейтенант Николай Константинович Хавер Примечание Ходанов). Другие ринулись на ограждения. Узники набрасывали на колючую проволоку шинели, плащ-палатки, гимнастерки, стараясь преодолеть ненавистную преграду. Не чувствуя боли, раздирали в кровь руки и тела, уходили в темноту ночи. Пулеметчики на вышках, уворачиваясь от града камней, открыли стрельбу и стали бросать в атакующих гранаты. С опозданием завыла сирена. Те, кому повезло уйти от пулеметного огня, уже рассеялись по полю, достигли леса. Кого сразили пули и осколки - повисли на колючей проволоке... Гитлеровцы еще несколько дней в назидание другим не разрешали убирать трупы узников. Среди охранников и заезжих чинов было популярно фотографироваться на фоне висящих на колючей проволоке тел. Недавно на одном из интернет-аукционов несколько таких фотографий, видно, из "фронтовых альбомов" почивших в бозе гитлеровских ветеранов были выставлены на продажу! Не перестаю поражаться жестокости и бесчеловечности тех, кто делал эти снимки, и тех, кто решил на них подзаработать![8]

В лесном массиве Холя, где размещался один из филиалов Фронтшталага - лагерь "В", тоже есть небольшой и скромный обелиск, посвященный советским военнопленным. Мрачное, гнетущее душу место. Между деревьев в земле еще достаточно четко просматриваются провалы землянок-ям два на десять метров, которые сооружали сами пленные. Гжегож Семакович рассказывает, что в каждой из них размещалось до 200 человек. Находящиеся в этом лесу захоронения до сих пор не обозначены, и никто точно не знает, скольких же людей там лишили жизни и где они погребены. Неизвестно точное число и расстрелянных узников в лесу у деревни Хусинка.

В конце сентября 1941 года от лагерей к лесу потянулись заполненные изможденными людьми грузовики. Пленникам объявили, что их вывозят в настоящие лагеря, где о них будет заботиться Международный Красный Крест, где будет хорошее питание, лекарства и даже жалованье!

Первым обреченным, привезенным в лес, приказали выкопать огромные рвы, после чего их вынудили раздеться, выстроили вдоль рвов-могил и расстреляли. Эксгумация, проведенная в 1969-м, свидетельствует, что последующие жертвы ложились в могилы живыми, лицом вниз, прямо на тела убитых ранее. Затем пленным стреляли в затылки. В книге немецкого историка Кристиана Штрайта "Вермахт и советские военнопленные в 1941 - 1945 г.г." говорится, что служащие 306-го батальона полиции расстреляли в этом месте между 21 и 28 сентября 1941 г. от 5.000 до 6.000 советских пленных.

Всего в районе Бяла-Подляски могилы советских военнопленных насчитывают около 30 тыс. чел.

Приведённая выше информация свидетельствует о том, что для абсолютного большинства советских военнопленных, попавших в лагерь смерти Frontstalag -307 этот лагерь близ польского стал последним пристанищем

Статья с бОльшим количеством фотографий см. https://cont.ws/@hodanov/3315457