Си. Глава -15

Севиль вернулась домой.

Август угасал, но ночь ещё была тёплой, но холод проник внутрь..

Она налила горячий терпкий чай.

В голове отчеканивал голос слова:

«Я еду в отпуск. В Испанию».

А потом, как будто спохватившись, добавил: «А ты можешь в Будапешт - сейчас только Венгрия пускает без вакцин».

И тогда она вспомнила другой вопрос.

Он задал его вскользь, в телефонном разговоре, как то по-детски:

- А куда бы ты хотела поехать - в Испанию или Лондон?

Она подумала несколько секунд, и ответила тоже почти в шутку:

- В Амстердам.

- «В Амстердам», - он повторил эхом.. но интонация дрогнула.. неуловимо.. но она поняла..
Он хотел услышать - «в Испанию».

Её ответ был не тем, что он ждал.

И в тот момент, как вспышка, она поняла: он уже выбрал, куда поедет.
Его вопрос был не вопросом выбора для неё - он был проверкой, совпадёт ли её желание с его планом.

Она не угадала.

Севиль прикрыла глаза и еще одно воспоминание вспышкой пронеслось:

Они поехали в Вену вместе в самом начале.
Он предложил ей спонтанно.. за несколько дней, но он летел в Испанию после Вены- это давно запланированная поездка.
Там была женщина, которая помогала ему с какими-то вопросами.
Севиль не ревновала - ревность была бы слишком простой.

Она снова услышала его голос: «В Будапешт - сейчас только Венгрия пускает».
Но почему он мог лететь в Испанию?
Справки о вакцинах - не самая главная проблема.
Проблема была в том, что он не предложил.
Он просто поставил её перед фактом.

Она взяла книгу в руки, открыла на заложенной странице и попыталась читать.
Но буквы не сходились - они расползались, как мокрые чернила.

Она перелистнула страницу – которую прервал звонок Алексея.

Фонарь за спиной Агнес отбрасывал её тень на стену - длинную, хрупкую, как сломанная ветка.

Она держала скрипку в руке.

Этьен стоял на пороге.

- Вы вернулись, отец? - спросила она.

Он не ответил сразу.

Он смотрел на неё - на её глаза, свет, который она сама, возможно, не замечала.

Потом заговорил медленно, как будто слова приходили к нему не из головы, а из тишины.

- Я приехал в Амстердам за книгами, - сказал он.
- Новые веяния, новые мысли. Декарт, Спиноза - во Франции много говорят о них.. они тревожат католическую церковь.

Я хотел понять, чем живёт этот мир, что движет им.

Я искал ответы на бумаге, а нашёл… - тебя.

Агнес чуть наклонила голову, слушая.

- Я увидел лик, похожий на иконы в церквях, тот же свет, что возносят художники на полотнах.
 
-Я не знаю, как ты оказалась здесь, и не должен этого говорить - мои слова могут звучать как укор.

Но я хочу помочь тебе.

Ты знаешь Жанну Д’Арк?

- Да, конечно!- тихо сказала Агнес..

С ней никто так не говорил раньше.
 
А знаешь с чего она начала?

- С очищения сердец!

А когда позже в Руанском замке Судьи, богословы ее обвиняли – она слушала только голос внутри себя.

- Я увидел тот же свет, когда увидел тебя.

Он посмотрел на улицу..

Это место.. эти окна, мужчины – они все хотят тебя убедить, что ты – только отражение в стекле.

Она опустила голову..

Его голос стал тише.

Я верю, что внутри тебя есть место, куда никто не может войти - как было у Жанны.

Все, что я могу - молиться за твою душу, за твоё спасение.

Она молчала.
Но замерла.. как будто ждала чуда.
 
В его голосе не было осуждения - только тихая боль.

- Но сейчас я уезжаю, - сказал он.
- На рассвете отходит корабль.

Он протянул руку - на ладони лежала серьга - большая жемчужина, мерцающая перламутром.

- Возьми её, - сказал он.
- Пусть она будет с тобой.

Агнес не двигалась. Она смотрела на серьгу, потом на него, и в её глазах что-то дрогнуло.

- Если станет тяжело… она тебе пригодится.

Она медленно протянула руку и взяла серьгу.
Она была тёплой от его ладони - и тяжёлой.

Она привыкла, что клиенты приходят и исчезают в далёких морях.

Но сейчас она смотрела в его глаза, и слеза вдруг скатилась по щеке и упала на жемчужину.. ее голос дрожал.. она прошептала:

- Спасибо, отец.

Он не ответил, он боялся что дрогнет голос и выдаст его..

Он только кивнул, как будто прощался.. с тем чувством вины, что не мог взять ее с собой.

Потом повернулся и вышел в ночь, туда, где за каналом горели фонари и вода мерцала, как тёмное зеркало, готовое отразить всё, что он оставил.

---

Севиль закрыла книгу.

Она долго сидела неподвижно, глядя на тёмное окно.

Ей казалось, что она всё ещё видит ту серьгу - как она лежит на ладони Агнес, как капля падает на жемчуг, как свет отражается в ней.

Она подумала об Алексее.

В памяти возникли города, дороги.. паузы..
Слова.. - редкие, как ветер, который дует, но не оставляет следа.

И она снова вспомнила Вену, и глинтвейн, и их смех, и ту женщину в Испании.
И вопрос, который он задал ей: «А куда бы ты хотела поехать?».
И то, как он ждал другого ответа.

Ночь теплая, как глинтвейн в Вене, уступала рассвету - холодному, как его молчание.

Утренний свет просачивался сквозь шторы, и тени начинали таять.

Она взяла телефон.

Подумала несколько секунд, потом написала смс - коротко, без лишних объяснений:

«Привет, Саш.
Собираюсь в Будапешт в сентябре… примерно 13–14. Ты свободен?»

Она не ждала ответа в такую рань, но вибрация пришла почти мгновенно:

«Привет!
Я там не был. Давно собирался… Беру билет на 13 сентября».

Севиль чуть улыбнулась, представляя его удивленные глаза.
Саша - старый друг.
Он не спросил, почему Будапешт…


Она опустила взгляд на книгу.
Провела пальцами по рельефу обложки.. ей показалось, что она ищет гладкую поверхность жемчужины.