Зэками не рождаются, ЗК становятся 9

Если я скажу честно, то ты мне не поверишь, а мне придётся мотать свой срок не за убийство, а опущенным в этой камере. За убийство уважение другое.

Хочешь узнать, как меня зовут?

Нет, мне по хер на тебя, кто стоит и своим взглядом первохода сверлит. ****еть будешь, когда алмаз добудешь, а раз ты здесь, то алмаз ты не нашёл. Вот и охуевай от своей никчёмности.

Ты чего таким борзым стал?

Я не борзею, а на твоём фоне понимаю, каким человеком быть не надо. Я, пусть и медленно, но становлюсь другим.

Ты перед тем, как в человека превратишься, расскажи мне о ней. Я знаю, что её ножом пырнули. А ты всё про душнилово говорил.

Да не было меня там! Поступил заказ на доставку пиццы. Её дверь последняя в старой двенадцатиэтажке. Я звоню, никто не открывает, я снова звоню, тут в этот квартирный туннель заходит соседка и думает, что я вышел из квартиры, а, увидев её, продолжал звонить в дверь. Видимо, она зашла к себе и вызвала ментов. Потом вышла и начала меня снимать на телефон. Те приехали. Кто будет разбираться в судьбе молочника Шалома Алейхема?

Кого?

Ты услышал.

Борзеешь!

Учителя были хорошие, вкурил тему, пока я добрый?

Значит, ты её не убивал?

Нет, подожди, а какая мне татуха положена за убийство, которого я не совершал, а прокозематился с такими мудаками, как ты, пять лет по сто пятой?

Значит не ты её убил?

Я смотрю в твои карие глаза, и желание убить тебя меня не отпускает. Ты один знаешь, что со мной делали в этой камере. Ты направился к выходу, я кинулся тебе в ноги, ты упал, я достал из кармана телефон, лёг на тебя спиной, пока ты приходил в себя, наконец-то достал из него симку и несколько раз ею полоснул тебя по горлу, потом перевернул тебя, ты жил, захлёбываясь стылым воздухом камеры, жизнь медленно уходила из тебя, и я вложил симку с твои готовые проститься с этим миром пальцы. Я стал убийцей, мама, но я этого не хотел.
31.07.26.5.19.56