Гармониум. Глава 13

Глава 13. Не все кошки серые

После обеда Эдуард и Артур решили пройти через служебное крыло.

Они не собирались никого проверять. Просто хотели посмотреть, как сотрудники привыкают к новым правилам. До начала следующего занятия оставалось ещё несколько минут, и из комнаты отдыха доносились приглушённые голоса.

Братья уже собирались пройти мимо, когда невольно услышали знакомые имена.

— Жалко Пашутинскую, — тихо сказала одна из медсестёр. — Все думают, что она только о деньгах и думает.

— А разве нет? — спросил кто-то.

— Не совсем. У неё мать почти не встаёт с постели. Постоянно нужны сиделки, лекарства… А сын… сам знаешь.

Наступило молчание.

— Шизофрения, — наконец произнесла другая сотрудница. — Хороший ведь парень был. Учился, работал… Потом болезнь началась.

— Она могла бы устроить его сюда.

— Не хочет. Боится, что в городе узнают. Да и сын сам не согласится. Вот и тянет всё одна. Лекарства стоят бешеных денег.

Кто-то тяжело вздохнул.

— Поэтому она и хватается за любые подработки.

Эдуард и Артур переглянулись.

Они не произнесли ни слова.

Разговор тем временем продолжался.

— И Куимова жалко.

— А что с ним?

— Дочка поступила в университет. На бюджет, конечно, молодец. Но общежитие, одежда, учебники… Всё денег стоит.

— Он же работает.

— Работает. Только жена у него получает больше. Не намного, но всё равно. Он очень переживает. Говорит, что мужчина должен обеспечивать семью.

Кто-то тихо усмехнулся.

— Глупости.

— Может, и глупости. Но для него это важно.

Через несколько секунд разговор сменился обсуждением расписания, и братья тихо ушли.

Лишь когда они вышли в сад, Эдуард нарушил молчание.

— Теперь всё понятно.

Артур кивнул.И задумчиво посмотрел на клумбы.


— Да. Они не похожи на людей, которые умышленно совершают преступления. Их просто загнали в угол.

Эдуард вспомнил выражение лица Пашутинской.Страх. И дрожащий лепет в трубку.



— Значит, Элеонора Сергеевна знала, на кого давить, — тихо сказал он.- Такие люди всегда знают чужие слабые места.

Некоторое время они продолжали ходить около ухоженных клумб, засаженных цветочными композициями, потом заглянули на ферму и покормили кроликов с руки.

— Увольнять их сейчас нельзя, — наконец произнёс Артур.- Пока мы не разберёмся с Половиковым и Элеонорой Сергеевной.

Эдуард вздохнул и сочувственно ответил:

— А потом уже будем смотреть по их поступкам.

 Они ещё посмотрели, как ухаживают за птенцами, за больной коровой. Присели на лавочку отдохнуть. Но не посчастливилось.

Не прошло и часа, как в центре снова стало шумно.

Со спортивной площадки донеслись крики.

Охранники уже спешили туда.

Когда братья подошли, несколько новых пациентов громко возмущались.

— Сначала одинаковая форма!

— Потом браслеты!

— Теперь обязательная зарядка!

— Каждому ещё и свою программу выполнять!

— Это реабилитационный центр или тюрьма?

Некоторые согласно закивали.

Охранники уже успели разнять самых горячих спорщиков, но напряжение сохранялось.

Эдуард вышел вперёд.И спокойно оглядел присутствующих. На площадке сразу стало тише. Недовольные тоже внимательно смотрели на Эдуарда, на его внушительную внешность. Хотя он и не собирался её применять.
— Всё высказали? Тогда теперь послушайте.Даже в санатории существует режим дня. Есть расписание процедур, питания и отдыха. А вы находитесь не в санатори

Артур добавил:

— Иногда для формирования полезных привычек приходится на время отказаться от вредных порой даже частичной изоляцией. Не потому, что вас хотят наказать. А потому, что старые привычки снова приведут вас туда, откуда вы пришли.

Несколько человек опустили глаза.



— При поступлении каждый из вас подписал устав «Гармониума». Так будьте добры соблюдать его. Насильно вас тут никто не держит, но если вы здесь...- он развёл руками ют

Он открыл документ.

— Там прямо написано: дисциплина, режим, обязательная физическая активность и участие в программе восстановления.

Никто уже не спорил.Повисла тишина.

Потом Эдуард произнёс:

— Тем, кто считает выполнение наших правил ниже своего достоинства, будут даны дополнительные поручения по уходу за животными или растениями, или по уборке территории и кампуса.
— Не наказание, — уточнил Артур. — Возможность принести пользу центру.

Недовольные переглянулись.

Возражений больше не последовало.

К вечеру оба брата наконец добрались до кабинета.

Эдуард устало опустился на стул.

— Я начинаю понимать, что работа психиатра иногда проще, чем работа воспитателя.

Артур вдруг рассмеялся.

— Что это тебя так развеселило? - полюбопытствовал брат.

— Наша новая пациентка с алкогольной зависимостью.Она сегодня три раза ловила меня в коридоре, - Артур пытался сдерживаться, но прикрыл лицо ладонью и завелся в хохоте.

— Зачем ей? - всё ещё не понимал Эдуард.


Артур обречённо развёл руками.

— То спрашивала, почему у меня кольца нет.У всех ведь на подкорке стоит, что женатый должен носить кольцо.
Потом сказала, что мне надо чаще улыбаться. А в конце вообще заявила, что после выписки обязательно пригласит меня в ресторан.Но я ответил, что сначала ей нужно успешно пройти лечение.

Оба снова засмеялись.

Когда смех стих, Эдуард неожиданно стал серьёзным.

Он долго молчал.

Артур сразу заметил перемену.

— Что-то случилось?

Эдуард медленно покачал головой.

— Не совсем.

Он посмотрел в окно.

— Помнишь, я говорил, что отношусь к Юле почти как к дочери?

— Помню.

Наступила пауза.

— Кажется… это уже неправда.

Артур внимательно посмотрел на брата.

— Ты уверен?

— Да.

Эдуард говорил тихо, словно сам ещё пытался принять эту мысль.

— Сначала я думал, что просто переживаю за неё как сосед, Потом- как директор центра. Потом — что как за ребёнка. Но в последнее время понял, что мои чувства изменились.

Он невесело улыбнулся.

— И это меня пугает.

Артур не стал ни перебивать, ни осуждать.

Он лишь спросил:

— Ты собираешься что-то делать?

— Нет.Пока она пациентка — ничего.

Артур кивнул.


— Это правильно.

Он немного подумал и спокойно добавил:

— Я понимаю тебя лучше, чем ты думаешь. Но именно поэтому будь особенно осторожен.

Эдуард вопросительно посмотрел на него.

— Такие чувства легко перепутать с желанием защитить человека, особенно когда он пережил столько боли. Не торопись делать выводы. И не позволяй этим чувствам влиять на твои профессиональные решения.

Эдуард молча кивнул.

За окном медленно садилось солнце.