Президент Федерации

Этот день начинался для Яра как обычно. Подъём в 06.00 утра, лёгкий завтрак, быстрый сбор офицерской сумки для суточного дежурства, и убытие к месту расположения РЦ. Для людей непосвящённых, кроме необычного созвучия двух согласных звуков это буквосочетание ничего не значило. А для тружеников авиации и космического пространства солнечной системы оно говорило о многом. Кто-то из армейских шутников прозвал его Райским Центром за отличие в тяжести несения службы по сравнению со службой в сухопутных войсках или военно-морском флоте. Но сравнение это было весьма сомнительное, если брать во внимание сложность алгоритмов выполнения поставленных задач и уровень ответственности каждого офицера навигатора за строгое и точное соблюдение действующих регламентов навигационного обеспечения полётов воздушных судов различных классов и принадлежностей в динамично меняющейся воздушной обстановке. Цена ошибки или невнимательности сотрудников «Райского центра» могла оказаться чрезвычайно высокой, поэтому и уровень подготовки офицеров-навигаторов был соответствующим.
В далёкие 80-е годы 20-го столетия была создана Единая система организации воздушного движения в Российской Федерации, состоящая из двух секторов – военного и гражданского, которые обеспечивали безопасное движение воздушных судов различных министерств и ведомств по многочисленным воздушным трассам и местным воздушным линиям в необъятном небе России. Всё воздушное пространство было поделено на зональные центры, которые в свою очередь делились на районные центры, а руководство функционированием системы осуществлялось из главного центра. Время неумолимо текло своим чередом. Развивалась страна, увеличивались пассажиропотоки и грузопотоки воздушных судов. Совершенствовалась и система. В далёком начале 21-го столетия она перестала быть двухсекторной, и состояла из 15 Региональных центров по всему воздушному пространству Державы во главе с Главным центром. Но по прежнему её функционирование ограничивалось воздушным пространством.
Великая мировая война во второй половине 21-го столетия стала тяжелейшим испытанием для народов ведущих мировых государств, итогом которой, благодаря мудрости политиков ведущих держав планеты стало перемирие и рождение Земной Федерации, ознаменовавшее начало золотой эры человечества без войн на планете и внутренних распрей между народами.
С течением времени менялись эпохи. Прошло уже более века с тех пор, как люди создали в своей солнечной системе первые внеземные поселения и осваивали родную галактику в поисках ценных ресурсов для развития своей цивилизации. Грани различия между космическим пространством и воздушным, или приповерхностным пространством планет, учитывая современные технологии перемещения в пространстве вместе с передовыми  средствами связи и навигации, плавно растаяли. А поскольку принципы обеспечения безопасности движения в воздушном и космическом пространстве давно уже не имели существенных различий, единая система организации воздушного движения была реорганизована в единую систему организации движения в пространстве солнечной системы, сокращённо - ЕС ОДПСС. Но РЦ (районные центры), как составная часть организационной структуры единой системы как были, так и остались. Шутливые языки среди посвящённых уже давно не называли его райским центром. Служба в системе была не менее сложной, чем в координационном центре предотвращения конфликтов Земной Федерации.
 Марсианский Региональный центр Единой системы организации движения в пространстве Солнечной системы – полное название структурного подразделения по месту прохождения службы офицером навигатором третьего ранга Яром Вяткиным.
На брифинге, как обычно стоял предсменный шорох разговоров. Кто-то из офицеров делился впечатлениями о проведённом отпуске на марсианской базе отдыха, кто-то эмоциями от пролёта над великими пустошами между звёздными рукавами Млечного пути. В дальнем углу завязался оживлённый спор о преимуществах полета в Солнечной системе с использованием солнечных парусов. Яр был далёк от таких разговоров перед заступлением на дежурство. Он сравнительно недавно получил новое назначение на РЦ расположенный на орбите Марса, и старался не терять ни минуты свободного времени, внимательно  изучая структуру космического пространства в секторе ответственности своего центра.
- «Капитан-Навигатор на брифинге» - команда одного из офицеров, первым увидевшим вошедшего в зал начальника районного центра, прозвучала отрывисто и чётко, мгновенно оборвав тихий шорох разговоров, поставив по стойке смирно полный состав заступающей смены навигаторов, на мгновенья до этого уютно расположившийся в креслах.
- «Товарищи офицеры» - короткая фраза капитана-навигатора вернула приветствующий его личный состав в исходное состояние в креслах. При этом тихий шорох разговоров сменился на внимательные взгляды полного состава смены на своего руководителя.
- «Навигатор Вяткин Яр»
- «Здесь товарищ капитан-навигатор» – Яр привычным движением опять поднялся с кресла и замер в ожидании.
- «Заступаете на пост начальника смены. Допуск у Вас имеется, стажировку прошли на отлично. Начальник смены навигатор пятого ранга Седов с острым приступом аппендицита отправлен в медицинский блок».
- Есть капитан-навигатор. Яр был слегка удивлён своим назначением. Пошёл третий месяц как он был назначен на должность заместителя начальника смены, и уже имел в своём зачёте несколько дежурств. Да и функционал начальника смены освоил без проблем. И всё-же, ему предстояло первое полноценное дежурство в качестве начальника смены.
Капитан-навигатор продолжал: «Особенности сегодняшней смены – особый режим использования пространства после 19.00 по единому времени».
К действиям в таких условиях весь личный состав центра был хорошо подготовлен. Он означал особый порядок использования космического или воздушного пространства в целях обеспечения полётов в соответствии с федеральными приоритетами. Для того чтобы его обеспечить, необходимо разработать и ввести целый ряд ограничений для других пользователей пространства, чтобы не допустить угрозы для безопасности полётов космических и воздушных (если конечно в районе ответственности РЦ присутствовала планета с атмосферой) судов. С этой задачей очень хорошо справлялся квантовый процессор, методично обрабатывая огромные массивы данных о планируемых маршрутах движения многочисленных пользователей космического пространства в своём секторе ответственности.  А вот прогноз астероидной опасности был серьёзным предметом для беспокойства. И если уж совсем конкретно – космический мусор от деятельности человечества в космосе в настоящее время представлял для судов, бороздящих пространство солнечной системы не меньшую опасность, чем какие-либо астероиды. Но в начале освоения космоса именно астероидная опасность была первоочередным предметом для серьёзного анализа, поэтому этот термин из прошлого прочно закрепился в регламентах технологии работы навигаторов солнечной системы.
Яр был хорошо осведомлён об основных событиях из международной жизни Федерации. Прежде всего это было требование звёздного кодекса к каждому офицеру космофлота. Но учитывая возможности неограниченного доступа к информационным источникам он воспринимал это не как обязанность, а скорее, как великую привилегию - быть в курсе событий огромного мира, в котором он жил, служил своей федерации, и мечтал о будущем. Немногим более года назад прошла инаугурация Президента земной федерации, принявшего ответственность за судьбу мира звёздной системы на свои плечи. Он, также как и многочисленные его соотечественники ничего не знал о человеческих качествах Президента, но послужной список Президента, и начало его работы внушали серьёзное уважение. Прежде всего, Президентом были организованы серьёзные реформы по развитию координационного центра предотвращения конфликтов Земной Федерации и усилению структурных подразделений Миротворца - главной организационной структуры землян по нейтрализации потенциальных угроз безопасному развитию Земной федерации в районе Солнечной системы.
Флагманский рейдер Миротворца «Аврора» с наблюдавшим за ходом проведения учений пассажиром номер один, направлялся в район проведения учений на орбите Юпитера, и Поступивший на обеспечение пространственный режим был предназначен для его пролёта. В офицерских кругах за Президентом прочно закрепилось неофициальное прозвище – Командор.
«Коля, запроси прогноз астероидной опасности по маршруту» - Яр по-дружески обратился к старшему навигатору смены. С первых дней назначения, у него возникли надёжные доверительные отношения с этим парнем. Да оно и понятно – оба прошли суровую армейскую школу, оба успели создать семьи и уже воспитывали детей. Оба послужили по гарнизонам солнечной системы, с той лишь разницей, что служба Яра после лунной школы навигаторов начиналась на Меркурии, а у Николая на Нептуне. И так уж получилось, что судьбы навигаторов по ходу прохождения службы неизменно двигались навстречу, и пересеклись на Марсианском центре.
«Яр, я уже запросил. Откровенно говоря - хорошего мало, если не сказать хуже» - просто ответил Николай.
Яр включил подсветку прогноза астероидной опасности на объеме центрального голографа, и остолбенел. Аккурат по сектору пространственного режима в районе ответственности РЦ наблюдалась сплошная засветка от астероидного поля вперемешку с космическим мусором, появляющаяся волею неизвестно каких физических и математических законов в период прохода рейдера по маршруту.
«И как они собираются стартовать в установленное время, чтобы не попасть в это …?» Яр задал вопрос скорее самому себе, чем кому бы то ни было, и уж тем более не капитану Авроры. Седьмой параграф звёздного кодекса категорически запрещал вход космических судов в сплошную зону астероидной опасности. При этом, хорошо зная технологию работы ЕС ОДПСС, он отчётливо представлял себе и то, что подобный анализ астероидной опасности был уже проанализирован и главным центром, за которым оставалось принятие решения о выдаче разрешения на старт рейдера с пассажиром номер один на борту. Учитывая технические возможности флагманского рейдера, такой прогноз скорее всего был получен и капитаном Авроры. Но почему старт не отменён?!
В обычно выдержанном сознании Яра начали закипать мысли: «Да они что, прогноз не анализировали? При таком раскладе катастрофа в астероидном поле – вопрос из области теории вероятностей, и совсем не в пользу Авроры с Командором и полным составом экипажа на борту!».
«В связи с неблагоприятным прогнозом астероидной опасности, властью, данной мне звёздным кодексом, ставлю вопрос о переносе времени старта флагмана» - взвешенный голос Яра разорвал тишину коммуникационного канала связи с главным центром, уютно расположившимся на орбите с противоположной стороны Марса.
На видеомониторе коммуникатора появилось лицо начальника смены главного центра. Взгляд навигатора шестого ранга выражал не упрёк, а скорее сочувствие.
 «Яр, ты же понимаешь, что всем участникам подготовки к принятию решения о старте известны и прогнозы, и риски тоже. Не тебе, а точнее не нам с тобой принимать решение об отмене старта, даже если этого требует звёздный кодекс. Решение всё-равно останется за первым. Поэтому, будем считать твою последнюю фразу оговоркой. Согласен?»
«Разве у меня есть выбор?» только и смог выдавить из себя Яр.
«Ну вот и ладушки. Условия пролёта вместе с подробным прогнозом астероидной опасности будут переданы капитану рейдера. Вот он пусть и принимает решение о старте с учётом пожеланий первого». Из покон веков существования единой системы, последнее слово в принятии решения о вылете или изменении условий полёта всегда оставалось за командиром воздушного судна, а в дальнейшем и за командиром космического корабля. При этом, изменение маршрута полёта, как и в древние времена было не в его власти. Да оно и понятно – флагманские учения Миротворца это большой «космический спектакль» с началом отсчёта времени «Ч» по системному времени, каждый участник которого должен оказаться в конкретной точке пространства в строго отведённое для него время. Причём – с заданным вектором движения и скоростью! Учитывая протяжённость маршрута, вращение и взаимное влияние космических тел солнечной системы - фактор времени в данном случае имел решающее значение. Как любил говаривать зам. начальника РЦ капитан-навигатор пятого класса Антарес Протасов, имевший солидный послужной стаж в обеспечении специальных операций Миротворца – «это Вам братья-навигаторы не эскадренные хороводы водить с высадкой десанта на заброшенных астероидах. Здесь штурманской линейки маловато будет».
О стартовавшей согласно плану полётов Авроре Яр узнал практически мгновенно – нейронная сеть передачи информации по квантовым каналам связи в масштабах солнечной системы работала без задержки. Яру трудно было даже представить себе, в каких условиях работали офицеры навигаторы на заре становления ЕС ОДСС при её развёртывании в солнечной системе - время задержки в передаче информации было существенным. До объявления режима и входа рейдера в зону ответственности Марсианского РЦ оставались считанные часы. Аномалия метеоритного поля, состоящая из метеоритов и обломков космических кораблей, образовавшихся в результате большой космической катастрофы прошлого столетия, неумолимо приближалась к району режима.
«И всё-же, каким образом, и при каких обстоятельствах принималось окончательное решение о старте?» - Яр попытался представить себе диалог руководителей учений Миротворца в присутствии главнокомандующего. Ну не могли не довести до первого информацию о рисках при попадании в поле астероидной опасности. Яр был просто убеждён – если бы не присутствие первого, старт рейдера на основании седьмого параграфа звёздного кодекса был бы отменён без малейших сомнений. Да и в проведении учений скорее всего с отменой старта терялась логика смысла. При таких обстоятельствах ни один из адмиралов космофлота миротворца не взял бы на себя ответственность рисковать жизнями экипажа рейдера, да что там экипажа – судьбой Федерации в случае гибели Президента. Скорее всего решение о старте было принято Командором лично. И для такого решения должны быть особо веские основания.
«Хватит размышлять над неизбежным, необходимо подумать о вариантах раскрытия горизонта событий» - Яр прервал ход своих бессмысленных размышлений. Для оптимизации обеспечения режима это было весьма своевременно. Так уж вышло, что в составе его дежурной смены штатного помощника начальника смены по контролю за режимом полётов попросту не было. На РЦ широко использовался принцип взаимозаменяемости, когда каждый офицер навигатор имел доступ к самостоятельной работе по одной, двум, а то и трём смежным специальностям в составе дежурной смены. Доступ к самостоятельной работе по всем смежным специальностям – это уже, что называется – высший пилотаж, под силу только старшему командному составу, с его драгоценным опытом, и навыками практической работы.
«Дружище, сегодня тебе второй раз везёт как Арктурианскому жуку, попавшему на комету Галлея» - в голову почему-то пришла бессмысленная шутка. Хотя, если сравнить это с ситуацией, в которой оказался Яр с полным составом смены РЦ, не очень то она и бессмысленна.
«Николай, беру на себя ответственность за контролем режима полёта (КРП) Авроры в нашей зоне. На период моего КРП – на тебе функционал начальника смены.
«Есть командир» - товарищ ответил коротко, и по-армейски подчёркнуто вежливо, понимая, чего стоило Яру принятие такого решения. В случае гибели рейдера в астероидном поле, а такая вероятность была совершенно реальной, непосредственным виновником трагической развязки событий оказался бы навигатор третьего класса Вяткин Яр, со всеми вытекающими последствиями. Впрочем, мог бы назначить функционал КРП и на Николая. Нормы звёздного кодекса могут не иметь существенного значения для решений, принимаемых Президентом федерации, с учётом известных только ему да узкому кругу избранных, сопутствующих факторов из горизонта событий, имеющих значение для судьбы федерации. Но при трагических последствиях явного несоблюдения требований звёздного кодекса, этот свод законов превращался в карающий меч правосудия. И для дальнейшей судьбы Яра, Звёздный кодекс становился сейчас самой главной книгой в его жизни, как впрочем и для капитана Авроры.
Среди лётного состава и офицеров навигаторов были ещё очень свежи воспоминания о недавних трагических событиях на Марсе. Губернатор планеты собрался посетить отдалённое поселение первопроходцев, и пренебрёг прогнозом возникновения песчаной бури. Капитан флагманского глайдера, получивший неблагоприятный прогноз от офицера-навигатора выдававшего условия пролёта по маршруту - не имел права на вылет. Но решение губернатора лететь к поселенцам во что бы то ни стало, его уверенная фраза «беру всю ответственность на себя», и прежде всего – авторитет высокопоставленного руководителя, не оставили капитану выбора… Буря швырнула глайдер, не долетевший до поселения каких-то 50 миль, как картонный коробок на магматические скалы. Когда прибыли спасатели, губернатор был ещё жив. «Пилоты не виноваты, я дал команду на вылет» - были последними словами в его жизни. Пилоты, получив серьёзные увечья остались живы. Но требования седьмого параграфа звёздного кодекса, определявшие правила безопасности при полётах в пространстве не освобождали их от ответственности за нарушение режима полёта, и прежде всего - за гибель пассажира на боту. Капитан и навигатор были осуждены на длительные сроки и распрощались с лётной работой. Не миновала эта судьба и офицера-навигатора, выдававшего условия на пролёт по маршруту, и не запретившего вылет глайдера.
Время неумолимо приближало развязку событий. Спустя несколько часов из центрального динамика прозвучал ровный голос:
- Аврора Страннику, нахожусь на границе Вашей зоны, расчётное выхода – «Ч» плюс восемьдесят две минуты тридцать семь секунд.
- Странник Авроре, вас наблюдаю, контроль принял. Впереди по курсу большое астероидное скопление. У меня сплошная засветка на голографе, обеспечить контроль пролёта техническими средствами не имею возможности. Доложите Ваше решение о дальнейшем режиме полёта.
Невозмутимый голос пилота продолжал:
- Следую своим курсом, пойдём по локатору между засветками. Линию пути наблюдаю. В случае непредвиденной ситуации использую аннигиляционный экран.
За последней фразой капитана Авроры, по залу навигации, заполненному составом рабочей смены офицеров навигаторов, прокатился вздох облегчения. Анигиляционный экран был одной из новейших разработок Землян, которая позволяла безопасно преодолевать скопления небольших астероидов. И всё-же, порядок применения этого технологического достижения человечества ещё не нашёл своего отражения в правовых нормах звёздного кодекса, да и плотность засветок на центральном голографе не позволяла оценить максимальные размеры астероидов, находящихся в районе астероидного поля.
- Понял Вас, следуйте своим курсом.
Через несколько минут системного времени на центральном голографе тело рейдера вместе с формуляром сопровождения плавно вошло в аномалию астероидной опасности…
По расчётному времени пролёта середины аномалии подходило время установления контрольного сеанса связи согласно регламенту работы.
- Аврора страннику.
Канал связи ответил молчанием, и через пару минут Яр повторил запрос:
- Аврора страннику, Вы меня слышите?
Казалось, что тишина в канале связи плавно замедляла ход времени подобно тому, как застывает горячий металл в условиях отрицательных температур.
Внешне, Яр оставался спокоен, пытаясь разглядеть Аврору в сплошной засветке метеоритной аномалии. Никто из офицеров-навигаторов даже не подозревал о том, что мощная волна горячей крови, как следствие перенапряжения головного мозга, словно кипяток запекала его затылок.
Сквозь плотный шум помех, характерных для многочисленных отражений сигнала связи в плотном астероидном поле прозвучал ответ:
- Странник,  Аврора на приёме.
- Аврора, контроль наблюдения отсутствует, на голографе сплошная засветка от аномалии. Доложите условия полёта.
- Идём между астероидами и обломками судов на безопасном удалении. Местами, наблюдаю плотные концентрации. Время выхода из аномалии - согласно расчётному.
- Понял Вас Аврора. Контрольная связь – по запросу.
- принято.
Приблизительно через пол часа системного времени, которые показались Яру целой вечностью, пятно рейдера вместе с появившимся формуляром сопровождения плавно вышло из аномалии.
- Странник Авроре – выхожу на свободное пространство на линии маршрута. Выход из Вашей зоны согласно расчётному времени.
- Аврора, Вас наблюдаю, точку выхода подтверждаю.
Оторвав руки от подлокотников кресла, Яр только сейчас обратил внимание на свои ладони. Они были мокрыми от пота. Смахнув предательские капли пота о рабочий комбинезон, Яр передал контроль за флагманом смежному РЦ и обратился скорее к составу смены, чем к регистратору объективного контроля, скрупулёзно записывающему каждое движение, каждый звук слаженного рабочего коллектива большого навигационного зала:
«Флагманский рейдер благополучно покинул зону ответственности нашего РЦ. Навигатор Вяткин Яр принял обязанности начальника смены согласно штатному расписанию у навигатора Николая Эльтанин». У Николая была звучная фамилия. В давние времена появилась традиция - за особые заслуги перед федерацией присваивать древним династиям навигаторов космического пространства имена звёзд, в неисчислимом множестве разбросанных по бескрайним просторам космоса. Гамма в созвездии Дракона, самая яркая его звезда носила необычное имя – Эльтанин. Решением совета федерации именем звезды была названа фамилия древнего рода навигаторов, в память о заслугах его предков…
Прошло более суток системного времени после того, как Яр сдал дежурство. Уютно расположившись на домашнем диване с женой и сыновьями, он внимательно рассматривал новостной репортаж об итогах проведения учений Миротворца. Домашний голограф создавал реалистичный эффект присутствия на мероприятии. Находясь на рабочем месте старшего навигатора Авроры, президент рассказывал о целях и основных итогах проведения учений Миротворца. Во взгляде командора и его речи, наряду с усталостью явно чувствовались уверенность и спокойствие. Яр не знал, да и не мог знать, какие обстоятельства стали причиной нарушения седьмого параграфа звёздного кодекса. Он также не знал, но мог только предположить - какие эмоции будоражили сознание командора, да и всего экипажа рейдера в период прохождения большого астероидного скопления вперемешку с обломками погибших космических кораблей. Но в одном он был уверен без сомнений: Президент Федерации - человек не из робкого десятка. Сегодня, многократно переосмысливая события прошлого дежурства навигатор третьего ранга Яр Вяткин очень чётко осознавал простую истину – решение Командора о вылете с учётом рисков для экипажа флагманского рейдера и его собственной жизни было осознанной и неизбежной необходимостью. А с таким Командором у Федерации большое будущее.
На голографе появилась яркая голограмма Галактики Млечный путь с четырьмя звёздными рукавами, пленяющими своим непрерывным вращением вместе с её ярким ядром. В рукаве Ориона гербом Земной федерации было подсвечено местоположение Солнца – колыбели Человечества, организованного в прочный федеративный социум. Яркая полифония мелодии звучащего Гимна федерации соответствовала завораживающему объёму вращения неисчислимого множества звёзд Млечного Пути. Сотни миллиардов звёзд галактики мерцали завораживающим спектром. В звёздном рукаве Лебедя, подобно гербу земной федерации появился новый неизвестный символ, от которого протянулся яркий трек к Солнечной системе. По завершению гимна торжественный голос диктора сообщил об установлении первого в известной истории человечества контакта с представителями внеземной цивилизации, прибывшими в Солнечную систему из планеты в системе далёкой звезды, затерявшейся в одном из звёздных рукавов галактики Млечный Путь…

31.07.2026 г. Арамиль                А. Шапа