Ты возненавидел их всех, как я, и полюбил их грехи

18+

– Я слишком далеко зашел. Назад пути больше нет, – кулак из последних сил стукнулся о гладкое стекло. Искры света, отражающегося в осколках, заиграли по всему помещению. Они рисовали красные узоры на теле человека, пока не стали последним его воспоминанием.

В понедельник, так нелюбимый всеми, я отправился на работу. Не скажу, что это было моей мечтой – вставать с теплой постели и теперь стоять под моросящим дождем, однако был в этом какой-то шарм. Бодрящая погода, едва заметное солнце за облаками, рутина, от которой ты не ждешь никаких сюрпризов. Здание моего архитектурного агентства имело достаточно стандартный вид – многоэтажка, с панорамными окнами, неприметного цвета. Но, несмотря на, казалось бы, стандартный вид, уже мозолящий глаза любому городскому типу, она пользовалась популярностью. Не уверен, в чем заключалась загадка успеха, но моя амбициозная часть рассчитывала не только узнать секрет, но и стать во его главе. Совсем недавно закончив университет, мне просто посчастливилось стать стажером в такой компании. Опыта у меня было пока не так много, но я был ответственен и трудолюбив.

На стойке администрации меня встретила женщина с красной помадой. Приветственная улыбка выглядела заинтересованной и открывала обзор на зубы, похожие на клыки голодного зверя. Я поздоровался и уважительно представился.

– А, так значит вы стажер. Молодая кровь никогда не повредит, – она едва заметно усмехнулась, подала мне пропуск и кратко описала путь до моего отдела, пожелав удачи в работе.

Кивнув и поблагодарив, я направился к лифтам. Мужчины, как и я, в костюмах, обсуждали какие-то рабочие моменты. Я улыбнулся и поздоровался. Они даже не обратили внимания, будто меня и не было. Лифт приехал. Я втиснулся, стараясь никому не мешать. Россыпь кнопок светилась, указывая на выбранные этажи. Я нажал на 18 этаж. Единственный.

Под конец своей поездки я услышал, как встроенное радио начало проигрывать гороскоп. Глупое развлечение. На самом верху, где мир был словно на ладони, я работал. Приятное чувство. Ко мне подошел пожилой мужчина. Он провел небольшой инструктаж и посадил меня в зал.

– О, новенький! Ну здравствуй, какими ветрами занесло? – кудряшки выглянули из-за перегородки, уже стирая личное пространство, на которое я мог надеяться.

– Гораци, не отвлекай его, а то перенервничает и нам потом переделывать, – писклявый голосок прервал мои мыслительные процессы и не оставил возможности ответить.

– Ови, ну ты же помнишь, как гадалка предсказала – новенький, темненький и совсем юный, – кудри скакали в радостном возбуждении.

– А гороскоп мне сказал, что стоит обойтись без проблем на работе, если не хочешь искать новую, – писклявый голосок увел кудри к кофеварочной машине, где они продолжили обсуждать «абсолютно правдивые» предсказания.

Я, как новоиспеченный подмастерье, получил указ принимать звонки. В основном звонили рекламщики, ничего интересного, просто спам. Ближе к обеду я получил только один странный звонок.

– Вы верите в Бога? – прошипел голос на том конце провода.

– Нет, спасибо, нам не нужны проповедники, – я правда не верил, но относился к таким людям с пониманием – кому-то же надо тратить свое время и деньги на чепуху, вроде этой.

– Не бросайте трубку, если не готовы продать душу дьяволу, – шипение не унималось, и я почти уже сбросил звонок, когда вдруг увидел свое отражение в панорамном окне:

– Они правда заставляют тебя, такого амбициозного молодого человека, тратить время на эти звонки? – спросил я сам у себя в отражении и неприязненно повесил трубку.

Не сочтешь сколько я в тот день получил глупых звонков, пока наконец не получил дельное предложение:

– Это же фирма «From hell to glam»? – я затаил дыхание, желая не спугнуть свою удачу.

– Да, строим, чиним, проектируем. Все, что вашей душеньке угодно, – чуть ли не на одном вдохе протараторил я.

– Отлично, у меня заказ. Записывайте…

Мои губы растянулись в многообещающей улыбке, когда я заходил в офис старика-управляющего. Он глянул на меня оценивающим взглядом, будто уже забыл, когда нанял меня:

– Бан? Ван? Прости, парниша, не помню, как тебя там, – седые брови словно играли в пинг-понг, прыгая то верх, то вниз, стараясь выражать эмоции.

– Дан, сэр. Я получил звонок. Хорошая сделка, – я передал записку со всеми требованиями и бюджетом работы. Брови наконец остановились и застыли, сморщив лоб вполовину его высоты.

– Отличная работа, сынок. Надо отдать отделу конструкторов ниже, – он перекинул ногу на ногу, довольный своей работой, которая вообще-то принадлежала мне, – Займись этим, Ван. Ты хорошо справился! Кто ты там по знаку зодиака? Тебя явно ждал успех на этой неделе.

Я проигнорировал его самодовольство и направился снова к лифтам. В блестящих дверцах отражение снова заговорило со мной:

– Тщеславный старик! Он так и планирует просиживать штаны на своем комфортном стуле, пока такие, как ты, батрачат без перерывов.

Лифт приехал на 17 этаж. В лицо ударил ветерок, созданный сквозняком из открытых окон. Красноволосая женщина с расстёгнутой, видимо от жары рубашкой, врезалась в меня, когда я выходил. Бумаги выпали из ее рук и разлетелись в стороны.

– Нечасто здесь встретишь новеньких, – произнесла она с ухмылкой и принялась собирать бумаги. Я, как истинный джентльмен, решил ей помочь. Ее большие буфера так и вываливались из крошечной майки под рубашкой. Тонкие пальчики с красным маникюром словно играючи, соприкасались с моими. Мы наконец-то встали, и не только мы… Конечно, я возбудился. Таких женщин не увидишь на улице или, тем более, в универе. Она была сочная, такая зрелая и красивая. Я забегал глазами и, еще раз извинившись, направился дальше.

– Малыш, ничего страшного, – она отправила свои феромоны мне вслед, – Ты всегда знаешь, где меня найти.

Я направился к похожему кабинету, как у моего седобрового старика. По пути я заметил отсутствие перегородок в общем офисе. Рабочие столы не только не предоставляли возможность личного пространства, но будто намеренно сокращали расстояние между сотрудниками. Только сейчас персонал сидел на них. Девушки игриво приподнимали юбки и обдувались от жары, попутно расстегивая лишнюю пуговку. Парни стояли так близко, что можно было обратиться на них за сексуальное насилие или злоупотребление своими полномочиями, но кажется всех все устраивало.

Я зашел в кабинет. Внутри никого не оказалось. Напротив меня находился большой черный экран, и я вновь видел себя в нем:

– Ну какая горячая штучка, так бы и вдал ей, – лицо исказилось ухмылкой, какую я видел у нее самой ранее.

– Ой, я не знал, что у нас гости, – ответственный за этот отдел зашел, застегивая пояс на брюках, – Что там у вас, молодой человек?

Я передал ему записку со своими пометками:

– Получили крупный заказ, совсем не сложный. Я сделал пару пометок, думаю управимся даже раньше назначенного срока и получим прибавку от заказчика, – начальник отдела все сражался со своими брюками, когда из кабинета за его спиной вышла девушка, взлохмаченная и со смазанным макияжем.

– Спасибо, Клео, – он ненадолго остановился, останавливая взгляд на самых интригующих участках девушки, а после продолжил, – за проделанную работу. Тебе полагается премия, жду будущих успехов, – и его штаны вновь стали тесными, – Да, парень, ты проделал хорошую работу. Амбиций у тебя хоть убавляй, – он опустил свой взгляд вниз, рассматривая мой презент от красноволоски, – Можешь работать у меня в отделе, не думаю, что тот старикан заметит твое исчезновение. Но сначала занеси свои заметки ниже, я, как ты видел, немного занят.

И вновь лифт. Вновь мое отражение. Вновь мысль внутреннего «я»:

– И долго тебя будут гонять с этажа на этаж эти олухи? Ты за них всю работу делаешь, а они развлекаются!

16 этаж встретил меня не очень радушно – холодный дождь из труб окатил меня с ног до головы. Внутри творилась неразбериха. Все бумаги превратились в непонятную жижу на полу, по которой весело бегал непонятно откуда взявшийся пес. Страшная зверина, высотой с половину человека. Какой-то парень остановился у моего открывшегося лифта:

– Плохо *ик* дело *ик*, – он был в стельку пьян, и я с трудом понимал сказанное, – тут *ик* все затопило нахрен *ик* будешь? – он протянул свое пойло. Пахло оно как чистый спирт, да и пить на работе я не планировал… до сегодняшнего дня.

– А кто у вас здесь главный? Мне надо к нему, – я старался говорить достаточно выразительно, чтобы он даже в затуманенном сознании понял мою просьбу.

– А *ик* тебе ко псу, – он рассмеялся, и я принял его слова, как бред сумасшедшего. В этот момент пухлая женщина погналась за псом, но тот начал агрессивно скалиться, из-за чего она плюхнулась в приличный слой неуходящей воды, – ха *ик* во толстуха.

Я решил закончить мокнуть и решить проблему этажом ниже. 15 этаж открыл вид на непомерные горы золота. Золотые монеты, явно вышедшие из оборота, но не терявшие своей ценности металла, образовывали горы до потолка. Мимо пробежал парень. Из его карманов сыпались такие же монеты. Женщина в ободранной одежде ринулась за ним:

– Отдай, чертов поганец, – обноски еле прикрывали ее тело, в то время как парень в дорогом костюме пытался скрыться за другими горами золота, – это мое накопленное богатство!

– Отстань, чумра, я куплю себе ролексы, чтобы знать время, когда ты выносишь мне мозг, – парень стал бросаться монетами из той горы, за которой прятался. Женщина в восторге собирала упавшие монеты, пока не пришел владелец этого сооружения, и не затесалась драка.

Я решил, что это отдел финансирования, и, пока никого не было рядом, стащил пару монет:

– Эту монету ты потратишь на проект, но тебе же надо еще за квартиру заплатить, – отражение в золоте заинтриговало меня, – возьми еще пару и купишь себе роллс ройс, а там и до безбедной жизни недалеко, – руководствуясь своим внутренним голосом я запихал монеты во все карманы и поторопился к лифту.

Тот парень в дорогом костюме наконец заметил мое присутствие, оторвавшись от драки:

– Эй, парень, ты что заходил то? – я постарался скрыть блеск в карманах, пока он осматривал мой костюм, – Не хочешь случайно поучаствовать в моем марафоне желаний? Чепуховые советы помогут заработать миллион, будешь зарабатывать, не выходя из дома, и станешь самым желанным специалистом на рынке.

– Он планирует скопировать советы из свободного интернета и впаривать тебе, что, если не добился успеха, то не так сильно и хотел. Жадный проныра! Такую схему не каждый решится провернуть, – мой внутренний голос рассуждал на дверях лифта.

– Я из отдела выше, несу проект начальству, – он кивал, прислушиваясь к моим словам и ожидая какой-то конкретной информации, – Несложный заказ, хорошая выручка, справимся быстро, – на «выручке» его глаза загорели красным пламенем.

– Это хорошо, – он начал облизываться и слюни текли по его подбородку, как у животного, – Ты там ниже согласуй и возвращайся, – он похлопал по-дружески по моим бокам, а, когда почувствовал жесткость монет под ладонью, схватился мертвой хваткой за мой костюм.

Лифт известил меня о прибытии, и я, уже прощаясь с золотом, вырвался из его рук. Кусок ткани остался у него в руке. Монеты звенели по плитке, привлекая голодные глаза сотрудников. Когда двери уже закрылись, я увидел их безвольные тела, распростертые по полу вперемежку с упавшими монетами, и решил не возвращаться на этот этаж.

Этаж ниже сразу оглушил меня невнятными криками. Мужчины и женщины пытались перекричать друг друга, используя всевозможные ругательства и рукоприкладство. На них едва оставалось живое место – волосы вырваны, синяки и порезы казались совсем свежими. Все пространство превратилось в хаос. По углам сидели люди с телефонами и писали хейтерские комментарии, озвучивая каждый для пущей убедительности. По опыту предыдущего этажа я старался лишний раз не привлекать внимание и обратился к своему отражению:

– Почему ты обязан вариться в этой каше? В компании твориться черт-те что, а ты должен с этим разбираться? Нет. Не должен. Это они все черти, но не ты!

Ярость взыграла во мне, и я ударил ногой ближайший хлам, который давно потерял свои первоначальные очертания. Мне понравилось. Я начал орать на весь офис, чтобы они все заткнулись на хрен, попутно распинывая остатки человеческой деятельности. Получил удар, второй… и отключился.

Когда сознание вернулось, я не хотел открывать глаза. Я знал, что меня ждет этот дурдом. Я заплакал. От злости. От отчаяния. От всего. Тогда я услышал едва разбираемые слова:

– Эй, пс, парень, – я открыл глаза и увидел лежащее тело, – ты че приперся то сюда?

– Я… я стажер, получил заказ. Должен был отдать этажу ниже, а уже проехал 5 этажей и, кажется, начинаю сходить с ума, – я не был уверен говорю еще с живым человеком или нет, ни одна мышца не пошевелилась на его теле, глаза ни разу не моргнули.

– Амбициозный малый! Я тоже в свое время верил, что стану владельцем компании, только вот полежу немного, а то время уже неправильное для работы, – его, кажется, никак не заботил ни окружающий нас хаос, ни мои слова о сумасшествии, – Ну вот смотрю – время 18:18, а я лучше в 19:00 начну. А там уже время ужина. Ну а что, мне на голодный желудок работать? А потом уже спать хочется, и мысли в кучу не собираются. Ну ты это, не бросай, что ты там делаешь, а то будешь вечность вариться в этом котле. Я вот каждый день думаю спуститься отсюда, да что-то сил нет, да и привык я вроде уже, – он замолчал и, кажется, уснул.

Я собрал последние силы в кулак и направился к лифтам. Раз он так хотел спуститься, то там явно лучше, чем здесь. Все внутренности болели, я хромал, но спустился ниже. Встретила меня не менее пугающая картина – сотрудники работали в гробах. От них исходило голубоватое сияние, и я решил, что сильно стукнулся головой во время драки. Я подошел к одному, надгробная плита которого гласила «Фарин»:

– Добрый… день, наверное. Вы не поможете мне? – мой голос дрожал, да и выглядел я плачевно – порванная одежда развевалась лохмотьями при ходьбе, ссадины и кровь покрывали открытые участки тела.

– Никто нам уже не поможет, молодой человек, – он тяжко вздохнул и отвернулся. Я наслушался разной ереси, но не готов был выслушивать еще и это и одернул его за плечо. Рука прошла сквозь тело. Я зажмурился в надежде на помутнение рассудка и попробовал еще раз. И еще. И еще, – Прекратите свои детские забавы. Я тут не одно столетие и насмотрелся на подобные выходки.

– Но…но тогда помогите мне! Что происходит? Как мне добраться до главного?

– Всему свое время. И Будде, и Кришне, и Джа. Пошлите аффирмацию во вселенную, и с Вами обязательно свяжутся. А главный – он, конечно, ниже, если Вы осмелитесь, – он произносил все ровным тоном, словно сталкивался с подобным каждый день, и я решил не докучать ему больше.

По пути я заглядывал в компьютеры сидящих. Вместо работы они создавали какие-то расчёты по дате рождения, писали правила «Счастливой семейной женщины», рассчитывали какие-то «матрицы судьбы» и писали сценарии для новостей. Я ничего не понимал, но мне казалось это важным для каких-то людей. Статистика просмотров и отклика на статьи ужасала своими числами. Я мимоходом заметил это в лежачих повсюду бумагах.

Отражение вновь встретило меня в золотых дверцах лифта:

– Ну что, как тебе агентство? Мечта, не так ли? Если бы ты здесь руководил, все бы по-другому сделал! Никаких лентяев и паршивцев, никакой распущенности. Все бы по струнке ходили! – я кивнул своему отражению, с четкой уверенностью, что начальство узреет хаос благодаря мне и возьмет меня на высшую должность, убедившись в моих способностях.

И вновь я спустился ниже. И вновь пугающая взор картина предстала перед моими глазами. В приглушенном свете качались человеческие фигуры, подвешенные к потолку. Я в ужасе уперся в стену лифта, пока не услышал едва различимый голос охрипшего юноши:

– Воды… прошу, воды, – голос явно принадлежал одному из подвешенных, но я не мог в это поверить.

– Есть кто живой? – все, что я додумался произнести на этом человеческом кладбище. В ответ я услышал стенания множества тел. Они висели неподвижно, словно какие-то талисманы. На их вой вышла некая груда мышц с головой быка, хлестая плеткой воздух:

– Заткнулись, смертники, – он хлестнул того, первого, что просил воды, – Это был ваш выбор, а это – мой, – он страшно засмеялся и стал хлестать остальных, – А ты кто такой? Хочешь присоединиться? – он заметил меня, и я быстро нажал на кнопку закрывания дверей, стараясь стереть эту картину из своей памяти.

Я понадеялся скорее закончить этот рабочий день. С каждым этажом становилось все холоднее и страшнее. Мне сложно было верить в реальность происходящего. Я не мог вернуться. Не мог получить помощь. Я чувствовал себя не просто бесполезным стажером, но и совсем крошечным звеном в огромной цепи, отлично работающей и без меня. К моему великому удивлению, хотя следующий этаж и пробирал своим холодом меня до костей, но яркие краски вновь вернулись в офисы. Я увидел множество девушек в цыганских платьях; солнечных зайчиков, отражающихся в золотых слитках; а также множество странных приблуд фокусников. Все помещение играло красками, какая-то, неведомая мне, работа шла полным ходом, люди болтали, шутили, шумели. Я стал скучать по обычной жизни, торговым центрам и людскому развлечению. В этот момент какая-то женщина с цветастым платком на голове подошла ко мне и закрутила в недолгий танец:

– Ай, красавец молодой, погадаю на счастье и покой, – она взялась двумя руками за мою ладонь, приговаривая какие-то «волшебные» слова, – Девушку тебе пора завести с дня ото дня. Красотой ты не блистаешь, сломан нос, ты понимаешь? Ждет тебя чудесный путь, про меня ты не забудь, – она посмотрела мне в глаза, намекая на денежное вознаграждение.

– Извините, я тут работаю, а не гадать пришел, – я постарался вытащить руку из ее хватки, однако мне не удалось, – Отпустите меня пожалуйста, мне нужно к вашему главному.

– Грубияну пожелаю, чтобы дьявола познал он, – она с презрением отбросила мою руку, из-за чего я потерял равновесие и упал. Одна единственная монета, которую мне оказывается-таки удалось стащить с этажа финансирования, стукнулась о кафель, вновь привлекая внимание гадалки. Она радостно схватила ее, пока старикашка в огромных очках не подошел рассмотреть ее:

– Отличная работа, где вы ее достали, молодой человек?

– Пару этажей выше полно таких монет, – я расстроился, что так глупо распрощался с последней надеждой на богатство.

– Оу, и что, вы поверили, что это настоящее золото? – он посмотрел на меня словно свысока, что сильно меня оскорбило, но после добавил, – Значит и правда вышла отличная партия монет! Не хотел бы вас расстраивать, – он обращался одновременно ко мне и к гадалке, – Но я их создатель, они ни на грамм не сделаны из золота.

Гадалка потеряла интерес ко мне и к моей монете и ушла к себе в закоулок, а создатель монеты забрал ее себе, гордый успешным обманом. В другом углу офиса я услышал голос, который сопровождал меня все утро на радио – девушка читала гороскопы и предсказания на день, неделю и так чуть ли не до конца жизни. Я удивился, насколько сотрудники не осведомлены своим соседством. Все помещение больше напоминало театральное представление, сцена которого была приспособлена под разные нужды. Неподалеку от себя я увидел пару женщин, раскладывающих карты с картинками и снимающих это на телефон. А какие-то парни, видимо не нашедшие себе конкретное дело, ходили по офису, приговаривая работникам приятную лесть – какие они способные, умные и какое у них важное предназначение. Один из таких парней заинтересовался моей персоной:

– Молодой человек, вы такой амбициозный, – он будто видел меня насквозь, – Вы станете такой большой шишкой! Ваш ум и трудолюбие уже дает свои плоды, но вы будете выше! Выше всех нас, глупых чертей!

– А у вас здесь главный есть? – я не очень хотел прерывать его сладкие речи, но холод напоминал мне о необходимости двигаться дальше.

– Ой, вы так сосредоточены! Это очень хорошо. К сожалению, вам лучше не пересекаться с нашим главным. Он раздавит вас просто-напросто. А ведь у вас такое великое будущее! – его голос так дрожал, когда он это говорил, что я решил его больше не донимать этим вопросом.

– Начальство – ниже, проще говоря, так? – он пристыженно кивнул, и я вновь отправился ниже.

В этот раз лифт ехал очень долго, я уже решил, что он сломался. Я нажимал на кнопку связи, но долго мне никто не отвечал. И тут вновь возникло мое отражение, в этот раз оно ощущалось живее, будто рядом со мной стоял еще один я:

– Итак, какой этаж тебе понравился больше всего? Как тебе моя экскурсия по компании?

– Это страшное место, чем ниже я опускался, тем хуже передо мной стояла картина. Я хотел бы свалить отсюда поскорее, – не знаю почему я решил вдруг общаться с ним. Это же был я сам.

– Ну-ну, почему же так категорично? Представь сколько людей снаружи ты сможешь контролировать! Деньги, внушение и страсть правят миром. А значит и ты будешь править! – отражение явно не было довольно моим выводом.

– Какой в этом смысл, если все здесь – фальшивка?

– Отчего же? Во внешнем мире это куда более реально! Почему ты пришел сюда?

– Я хотел устроиться на уважаемую должность и стать хорошим специалистом, – кто бы не хотел на моем месте?

– Не ври мне. Я – это ты. Ты хотел денег. Много денег. Как те, на 15 этаже, – конечно, мое внутреннее «я» было право, – А остальные соблазны? Разве они не интересовали тебя? Та девушка на 17 этаже на самом деле горячая штучка. Исполнение самых главных желаний. Возможность делать, что хочешь. Пить на рабочем месте. Высвобождать все эмоции. Это твое естество. Будешь спорить? – он, точнее я, был прав. Я устал следовать всем правилам. Устал прятаться от своих желаний. Казаться кем-то другим.

– Ты прав. Но, пройдя все этажи до, я не готов становится одним из этих белых воротничков. Я лучше них!

– Я не возражаю, ты с лёгкостью можешь стать здесь главным, остался лишь последний этаж. Я проведу тебя.

Двери наконец распахнулись и картина, изумившая бы любого прохожего, но не меня, предстала передо мной – огромная пещера, покрытая льдом. По центру находилось большое озеро, и, не придумав ничего лучше, я направился к нему. Отражение прыгало по ледяным скалам, подбадривая и направляя меня. Было достаточно скользко и холодно, но я четко двигался к цели. Когда я оказался в сердце озера, передо мной возникла ледяная стена, словно зеркало. На него перепрыгнуло и мое отражение. Оно трансформировалось, перебирая образы всех людей, которых я встретил раннее в компании, пока не остановилось на девушке со стойки администратора. Красные губы были словно вымазаны кровью, оскал напоминал животный.

– Я не понимаю ваших фокусов, я пришел к главному, – я растерялся от странного представления и замерзал до кончиков пальцев в своем порванном костюме.

– Он перед тобой, мальчик. Я всегда был с тобой. Помогал и направлял. Как тебе такой тимбилдинг? Начальник всегда прислушивается к своим подчиненным.

– Но как же мое отражение? Я думал, что со мной говорил мой внутренний голос!

– Он и говорил, отчасти. Я видел все твои желания и мысли насквозь. В этом заключается моя работа, в этом – суть моего существования.

– Но, кто ты тогда?

– Все представляют меня по-разному, для кого-то я повелитель, для кого-то – лжец и злодей. Главное то, что я могу тебе дать.

– И что же это?

– Власть. Деньги. Секс. Все, что захочешь! Это отличное предложение. Прожив столько лет в обычном мире, ты хоть раз был счастлив? Делал желаемое? Сомневаюсь.

– Но то, что здесь происходит – полный хаос. Я не хочу возвращаться и мириться с этим каждый день, взамен на желаемое.

– Тебе и не придется. Ты особенный. Ты не как все эти черти, они ни на что больше не способны. Ты же прошел все этажи меньше, чем за день. Ты выявил все проблемы и возможные изменения. Ты возненавидел их всех, как я, и полюбил их грехи, как они. Из тебя отличный управляющий. Тебе лишь не хватает немного сил. Возможности преподать им всем урок!

– Так значит, я получу не только все, что будет моей душе угодно, но и власть над всеми ублюдками выше?

– Именно так.

– Но в нашем мире так не бывает! Все слишком просто, должен быть подвох.

– Он совсем крохотный. Ты же не веришь в Бога? Во всякие души и исправления?

– Нет, я считаю, что вся эта чепуха для глупцов.

– Так вот, я просто заберу эту твою «душу для глупцов». Ты ничего не почувствуешь, и ничего не измениться. Это так, для галочки в договоре, так сказать. Я сам то в это не верю, но нужно притвориться для верхушки, что мы все сделали по правилам.

– То есть, я просто играю в потерю выдуманной души и получаю все прелести жизни?

– Да, все так.

– И как мне это сыграть?

– О, все очень просто, тебе лишь надо разбить свое отражение.

– Я слишком далеко зашел. Назад пути больше нет, – кулак из последних сил стукнулся о гладкое стекло. Искры света, отражающегося в осколках, заиграли по всему помещению. Они рисовали красные узоры на теле человека, пока не стали последним его воспоминанием.

Apr 04-27.23