Я сложил оружие а ты воюешь

Я сложил оружие. Ты всё воюешь.

Сколько можно, жизнь? Сколько можно воевать со мной?
Я сдался. Давно. Торжественно и бесславно. Я высыпал песок из ботинок, я сложил все мечи, я сжёг все щиты. Я вышел из окопа с голыми руками, подняв их к небу, и сказал тебе: «Всё. Забирай. Я больше не боец».
Я думал, что капитуляция — это конец войны. Что после белого флага наступает тишина. Но ты, жизнь, кажется, не знаешь правил чести.

Ты продолжаешь.
Ты не прекращаешь стрелять даже тогда, когда перед тобой стоит обессиленное тело без единой царапины, но с выжженной дотла душой. Я осознал всё. Я принял всё. Я разобрал свою боль до атомов, простил тех, кого невозможно простить, и принял то, что мне никогда не стать тем, кем я мечтал.

Но самое горькое — я перестал просить невозможного.
Я больше не прошу у тебя шанса заслужить любовь любимой женщины. Я не вымаливаю этого права, не стою в очереди за взаимностью, не пытаюсь доказать, что я достоин хотя бы капли её тепла. Я перестал. Так же, как перестал пытаться заслужить любовь собственной мамы — той любви, которую просто должны давать, не требуя платы и подвигов. Я отпустил эту гонку. Я вычеркнул из списка своих молитв уважение окружающих и чувство собственной нужности. Мне больше не нужно, чтобы меня ценили, звали, ждали. Я обнулил все желания. Я не прошу ни капли признания. Мне больше нечего хотеть.

Но ты не прекращаешь.
Ты подкидываешь новые испытания человеку, у которого больше нет сил их проходить. Ты требуешь решений от того, кто разучился выбирать. Ты требуешь эмоций там, где вместо сердца — спектральная пустота. Я кричу тебе: «Я пуст!», а ты в ответ подбрасываешь еще одну проблему, еще один звонок, еще одно «надо». Я уже не борюсь даже за тех, без кого раньше не мыслил жизни. Зачем ты заставляешь меня снова проигрывать то, от чего я добровольно отказался?

У меня больше нет силы бороться.
Мне негде её взять. Я искал её в этом жестоком мире, где я — человек-черновик, в утренней зарядке, в молитвах и в гробовой тишине одиночества. Я скрёб по сусекам своей воли — там звенит лишь эхо бывшей мощи. Я дошёл до края. Я даже не стою на коленях, я просто лежу лицом в пыль, не в силах пошевелить рукой.

Может быть, в этом и есть моя последняя правда? Я не воин. Я не гладиатор. Я просто усталый путник, который заблудился в тебе, жизнь. Я снимаю с себя звание героя.
Если тебе нужна битва — воюй сама с собой. Бей по моей пустой оболочке, если тебе станет легче. Я не уклонюсь. У меня просто больше нет рук, чтобы закрыться, и нет крика, чтобы позвать на помощь.

Я сдался.
Я отдал тебе всё, включая право быть любимым и нужным.
Разве этого мало?
Пожалуйста, просто перестань. Дай мне тишину. Я её заслужил.