Пт. 31 июля. 17 ава. 5786г. Обзор 6 00

Сегодня нельзя рассматривать Газу, Ливан, Иран, Ирак и Йемен как отдельные кризисы. Они соединились в одну систему.

Её можно представить так:

Иран — США — Израиль составляют главный военный треугольник.
Ливан, Ирак, Сирия и Йемен превращаются в дополнительные территории противостояния.
Саудовская Аравия, Иордания, Кувейт и Египет уже не могут оставаться просто наблюдателями, поскольку удары, морская блокада и угрозы нефтяной инфраструктуре подошли непосредственно к ним.

Последняя волна американских ударов по Ирану продолжалась около двух часов. Центральное командование США заявило, что поражались командные пункты КСИР, ракетные и беспилотные объекты, береговые системы наблюдения и морская оборонная инфраструктура. Поводом Вашингтон назвал попытку Ирана атаковать американские базы баллистическими ракетами.

Это означает, что разговор уже идёт не о возможной большой войне. Большая региональная война фактически идёт, хотя её интенсивность постоянно меняется: несколько дней активных ударов могут сменяться паузой, переговорами и затем новой эскалацией.

;

1. Израиль: между внешней войной и внутренними выборами

Израиль пока не находится в центре последней волны ударов

В последние дни главная военная линия сместилась от прямого обмена ударами между Израилем и Ираном к противостоянию США и Ирана, а также к атакам через Ирак и Йемен. AP отмечает, что Израиль после прежних тяжёлых столкновений с Ираном и «Хезболлой» в нынешней фазе действует сравнительно сдержаннее. Это не нейтралитет, а скорее оперативная пауза: Израиль сохраняет готовность вернуться к массированным действиям при угрозе со стороны Ирана или Ливана.

Главный вопрос для Израиля сейчас заключается в том, насколько долго США будут самостоятельно нести основную нагрузку войны против Ирана. Иерусалиму выгодно разрушение иранской ракетной и военной инфраструктуры силами США, но Израиль одновременно опасается, что Вашингтон может заключить соглашение, которое остановит войну, не устранив полностью иранские возможности.

Выборы становятся частью войны

Национальные выборы в Израиле назначены на 27 октября 2026 года. Это будут первые парламентские выборы после нападения 7 октября 2023 года и последовавших войн в Газе, Ливане и Иране.

Поэтому каждое решение Нетаньяху теперь рассматривается одновременно в двух измерениях:

* как решение главы государства во время войны;
* как действие кандидата, которому необходимо сохранить правый электорат.

Внешнеполитические успехи могут помочь Нетаньяху, но прежние опросы показывали, что даже война с Ираном не дала ему гарантированного политического преимущества. Его положение осложняют усталость общества, спор об ответственности за 7 октября, экономическая цена войн и объединение сильных соперников.

Особенно важно объединение Нафтали Беннета и Яира Лапида. Но даже возможная смена правительства не обязательно означает мягкую внешнюю политику: один из заметных соперников Нетаньяху, бывший начальник Генштаба Гади Айзенкот, также придерживается жёстких взглядов на безопасность и не предлагает резкого поворота по палестинскому вопросу.

Мой вывод: израильские выборы будут не спором между «войной и миром», а спором о том, кто способен вести войну эффективнее, с меньшими потерями и с более ясным политическим результатом.

;

2. Газа: громкое заявление ещё не означает окончания конфликта

Трамп объявил о прорыве, но окончательного соглашения пока нет

Президент США Дональд Трамп заявил, что достигнута договорённость о разоружении ХАМАС. Предлагаемый механизм предусматривает поэтапную сдачу тяжёлого вооружения, ликвидацию туннельной инфраструктуры, постепенный вывод израильских войск, создание новой палестинской гражданской администрации и работу международных сил безопасности.

Однако здесь необходимо отделять заявление от реализованного соглашения.

На момент публикации:

* Израиль не представил окончательного официального одобрения всех условий;
* остаются разногласия по очередности действий;
* Израиль требует разоружения до полного отхода;
* представители ХАМАС связывают разоружение с выполнением Израилем обязательств и выводом войск;
* точные сроки, механизм проверки и судьба скрытого оружия остаются неясными.

Поэтому заголовок «ХАМАС согласился разоружиться» звучит сильнее, чем реальное содержание процесса. Пока это рамочная конструкция, а не завершённое разоружение.

Международные силы

Израильский кабинет безопасности согласился допустить в отдельные районы Газы Международные стабилизационные силы. Первоначально речь идёт примерно о 200 военнослужащих из нескольких государств, причём участие каждой страны должно отдельно получить согласие Израиля. Дата полноценного развёртывания пока не определена.

Эта сила должна решать сразу несколько почти несовместимых задач:

1. не допустить восстановления ХАМАС;
2. не восприниматься палестинцами как новая оккупационная администрация;
3. обеспечить гуманитарные поставки;
4. помочь создать местную полицию;
5. контролировать районы, из которых отойдут израильские войска.

На бумаге схема выглядит стройно. На земле она столкнётся с оружием, разрушенной инфраструктурой, недоверием жителей и борьбой между палестинскими группами.

Боевые действия полностью не прекратились

Даже при действующем режиме прекращения огня израильские удары и столкновения продолжаются. Израиль объясняет их атаками на боевиков ХАМАС и «Исламского джихада», тогда как палестинская сторона сообщает о жертвах среди мирных жителей.

Главное: Газа движется не к обычному миру, а к попытке заменить открытую войну контролируемым переходным режимом. Получится ли это, зависит не от заявления Трампа, а от того, кто реально будет собирать оружие и кто возьмёт на себя власть на улицах.

;

3. Север Израиля и Ливан: стало тише, но это не мир

Важное уточнение

Предыдущая формулировка о том, что север Израиля «значительно успокоился», была неполной. Интенсивность боёв действительно снизилась по сравнению с весенней войной, но Израиль продолжает операции против инфраструктуры «Хезболлы».

Израильская армия 30 июля заявила об уничтожении финансировавшейся Ираном сети туннелей «Хезболлы» в Ливане.

Что происходит на дипломатическом уровне

Израиль и Ливан подписали в июне рамочное соглашение, предусматривающее:

* разоружение «Хезболлы» в определённых южных районах;
* постепенный отход израильских войск;
* развёртывание ливанской армии;
* создание так называемых пилотных безопасных зон;
* переговоры по спорным участкам границы.

В середине июля состоялись прямые переговоры при американском посредничестве в Риме. Следующий раунд назначен на 4 августа. Предполагается обсуждать расширение зон отвода, спорные границы и более широкое политическое соглашение.

Почему всё может сорваться

Главная проблема проста: ливанское государство должно сделать то, чего оно десятилетиями сделать не могло, — установить фактическую монополию на оружие на юге страны.

«Хезболла» не исчезла. Она понесла тяжёлые потери, лишилась части инфраструктуры и оказалась под давлением, но сохраняет структуру, вооружённых сторонников и политическое влияние. Израиль, в свою очередь, не собирается полностью отходить только на основании обещаний Бейрута.

Поэтому нынешний процесс — не полноценный мир, а обмен шагами:

Ливан показывает присутствие армии ; Израиль уходит с ограниченного участка ; США проверяют исполнение ; стороны переходят к следующей зоне.

Для жителей Цфата, Кирьят-Шмоны, Метулы и всей Верхней Галилеи это означает снижение непосредственной угрозы, но не исчезновение опасности. Один крупный обстрел или удар по руководству «Хезболлы» способен остановить переговоры.

;

4. Иран: центральный узел всей войны

США пытаются разрушить военную систему, а не только ядерную программу

Первоначально конфликт объяснялся необходимостью остановить иранскую ядерную программу. Но к лету война расширилась: борьба идёт уже за ракетные комплексы, КСИР, контроль над Ормузским проливом, морскую инфраструктуру и способность Ирана управлять союзными силами в других странах. Reuters отмечает, что борьба вокруг Ормуза фактически отодвинула первоначальную ядерную тему на второй план.

Последние американские удары направлены именно на системное ослабление КСИР: командование, ракеты, беспилотники, береговое наблюдение и морскую оборону.

Иран отвечает расширением географии

Иран атакует не только американские силы напрямую. Он использует сеть союзных формирований и территорий:

* «Хезболлу» в Ливане;
* иракские шиитские группировки;
* хуситов в Йемене;
* отдельные структуры и маршруты в Сирии.

В июле Иран впервые в нынешней фазе войны нанёс удар по восточной Сирии, заявив, что целью был американский командный центр в районе Эт-Танфа.

Таким образом, стратегия Тегерана состоит в том, чтобы заставить США и их союзников защищать десятки объектов одновременно — от Израиля и Иордании до Саудовской Аравии и Красного моря.

Насколько Иран ослаблен

Иран несёт серьёзный ущерб, но делать вывод о его скором крахе преждевременно. Даже разрушение стационарных объектов не означает уничтожения мобильных ракет, скрытых складов, командных цепочек и союзных группировок.

Иранская армия прямо предупредила, что при продолжении американских ударов война расширится ещё сильнее.

Мой вывод: Вашингтон способен разрушить множество иранских объектов, но ему гораздо сложнее уничтожить саму региональную архитектуру влияния Ирана. Эта архитектура распределена между несколькими странами и не имеет одного выключателя.

;

5. Ирак: новая площадка большой войны

Это направление было почти полностью пропущено в предыдущем обзоре, хотя сейчас оно одно из самых опасных.

По данным Reuters, хуситы и связанные с Ираном иракские формирования использовали территорию Ирака для ударов по Саудовской Аравии. В ответ США и Саудовская Аравия нанесли удары по объектам вооружённых группировок в Ираке.

Иракское правительство оказалось в тяжелейшем положении:

* оно официально не хочет войны с США или Саудовской Аравией;
* часть вооружённых группировок действует независимо от правительства;
* эти силы имеют собственные политические связи;
* прямое разоружение может спровоцировать внутренний конфликт;
* бездействие превращает Ирак в базу для ударов по соседям.

Именно поэтому Ирак может стать тем местом, где региональная война соединится с внутренней борьбой за власть.

;

6. Йемен, хуситы и Саудовская Аравия

Хуситы меняют масштаб давления

Хуситы объявили морскую блокаду саудовских перевозок и начали атаковать связанные с Саудовской Аравией цели и суда. Это уже не прежняя кампания, официально связывавшаяся главным образом с Газой. Теперь давление направлено непосредственно на Эр-Рияд и его нефтяной экспорт.

Саудовская нефть и судоходство

Два танкера с саудовской нефтью для Индии отключали транспондеры и меняли маршруты, пытаясь пройти опасную зону незамеченными. Это показывает, что угроза уже влияет не только на заявления правительств, но и на реальное поведение торгового флота.

Лондонский рынок морского страхования расширил зону повышенного риска вдоль саудовского побережья Красного моря. Стоимость страхования рейсов резко выросла, а в зону риска были включены районы вплоть до окрестностей Джизана.

Проход судов через Баб-эль-Мандеб сократился до одного из самых низких уровней за последние месяцы. Одновременно ограниченным остаётся движение через Ормузский пролив.

Это критически важно. Если одновременно нарушается движение через:

* Ормузский пролив на востоке;
* Баб-эль-Мандеб на юге Красного моря,

то под угрозой оказываются сразу два главных маршрута вывоза нефти и газа из региона.

Возможная саудовская операция

Появились сообщения о подготовке Саудовской Аравией крупной морской и, возможно, сухопутной операции против хуситов. Однако эта информация пока не подтверждена в такой же степени, как данные об ударах и судоходстве, поэтому её следует воспринимать как вероятный сценарий, а не как уже принятое и реализуемое решение.

Для Эр-Рияда повторное вторжение в Йемен чрезвычайно рискованно. Прошлая кампания показала, что превосходство в авиации не гарантирует победы над движением, которое глубоко укоренено в горных районах.

;

7. Красное море и Суэц: конфликт касается Египта

Египет заинтересован не только в Газе. Его экономическая безопасность напрямую связана с Суэцким каналом.

Расширение атак в Красном море сокращает судоходство и заставляет перевозчиков обходить Африку. Для Египта это означает потерю доходов от прохода судов.

AP также сообщает об ударе беспилотника по египетскому порту Думьят, что показывает возможность распространения конфликта на северную часть морского маршрута.

Каир поэтому действует сразу в нескольких ролях:

* посредник по Газе;
* защитник собственной границы и Синая;
* государство, зависящее от Суэцкого канала;
* важный участник арабской дипломатии;
* потенциальный участник морской коалиции против атак на судоходство.

Египет будет избегать прямой войны, но полностью остаться в стороне ему уже трудно.

;

8. Сирия: тихий, но крайне опасный фронт

Сирия находится между несколькими силами:

* новым сирийским руководством;
* Израилем;
* Турцией;
* американскими войсками;
* курдскими формированиями;
* остатками иранской инфраструктуры;
* различными местными вооружёнными группами.

С января продолжаются американско-посреднические контакты между Израилем и Сирией. Дамаск требует ухода израильских войск с территорий, занятых после падения прежнего сирийского режима.

Одновременно Иран уже использовал сирийское направление для удара по американским силам в Эт-Танфе.

Сирийское направление сейчас не самое громкое, но оно может быстро вспыхнуть. Здесь пересекаются интересы практически всех крупных игроков, а единый государственный контроль остаётся слабым.

;

9. Иудея и Самария: внутренний фронт становится жёстче

После смертельных столкновений в районе деревни Телль израильские силы провели широкую операцию и задержали десятки подозреваемых. В ходе первоначального насилия погибли израильские военнослужащие и палестинские жители.

Параллельно Управление ООН по правам человека заявило о резком росте насилия со стороны поселенцев и расширения поселений. Израиль отвергает многие международные оценки как односторонние и настаивает на своих исторических и безопасностных правах.

Израильский кабинет выделил 1,3 миллиарда шекелей на создание 34 новых поселений. Большинство государств и международных организаций считает поселения незаконными; Израиль оспаривает такое толкование.

Политически это означает, что вопрос территории перед выборами будет только обостряться. Правые партии будут требовать закрепления израильского контроля, тогда как оппозиция и внешние партнёры будут предупреждать о международной изоляции и невозможности палестинского урегулирования.

;

10. Что сегодня действительно важно для обычного жителя Израиля

Север

Пока риск ежедневных массированных обстрелов ниже, чем во время активной войны с «Хезболлой», но переговорный процесс хрупок. Жителям Галилеи рано считать угрозу окончательно устранённой.

Центр страны

Вероятность иранских ракетных или беспилотных атак зависит от дальнейших ударов США. Иран может попытаться снова втянуть Израиль, особенно если ему потребуется символический ответ.

Экономика

Война влияет на:

* военные расходы;
* стоимость импорта;
* страхование морских перевозок;
* цены на энергоносители;
* резервистскую нагрузку;
* туризм;
* авиасообщение.

Чем дольше остаются нестабильными Ормуз и Красное море, тем сильнее экономическая цена для всего региона.

Политика

До выборов остаётся менее трёх месяцев. Почти любое военное решение теперь будет одновременно элементом предвыборной борьбы.

Общество

После нескольких лет непрерывной тревоги общество устало, но одновременно стало жёстче в вопросах безопасности. Поэтому лозунг «закончить войну» сам по себе недостаточен. Люди хотят понимать, что будет после её окончания и кто не позволит угрозам восстановиться.

;

Общий вывод

Сегодня Ближний Восток выглядит не как шахматная доска, где несколько лидеров спокойно двигают фигуры. Он больше напоминает сеть проводов под напряжением: прикосновение в одном месте вызывает вспышку в другом.

Удар США по Ирану вызывает ответ через Ирак.
Ответ через Ирак провоцирует Саудовскую Аравию.
Хуситы перекрывают Красное море.
Страховые тарифы растут.
Египет теряет доходы от Суэца.
Израиль следит за Ираном и одновременно торгуется по Газе и Ливану.
«Хезболла» формально находится в режиме прекращения огня, но её инфраструктуру продолжают уничтожать.
На Западном берегу расширяются поселения и растёт насилие.
А внутри Израиля всё это уже становится частью октябрьских выборов.

Самая важная новость сегодняшнего дня — не заявление о якобы наступившем мире в Газе. Самая важная новость заключается в другом: региональная система войны расширилась быстрее, чем система дипломатии.

Сейчас существует три возможных пути:

1. Управляемое снижение напряжения: сделка по Газе начинает выполняться, Израиль и Ливан продвигаются поэтапно, США и Иран возвращаются к переговорам.
2. Долгая война низкой и средней интенсивности: удары продолжаются волнами без решительной победы одной стороны.
3. Большой срыв: массированный удар по нефтяной инфраструктуре, американской базе, крупному израильскому городу или закрытие морского пролива вызывает полномасштабную цепную реакцию.

На сегодняшний день наиболее вероятным выглядит второй вариант: война будет то затихать, то разгораться, а стороны станут использовать переговоры не для окончательного мира, а для перегруппировки и улучшения собственных позиций.