Тагарский Пазырык

Фёдор Анисимов числился доцентом кафедры археологии, на факультете с негласными тарифами на «закрытие сессии», он выглядел как досадная ошибка системы. Пока доцент Громов покупал себе новую иномарку на «донаты» от второкурсников, Фёдор продолжал ездить на старой «Ниве» и требовать от студентов реальных знаний.

— Федя, ты портишь рынок, — процедил как-то заведующий кафедрой, поправляя запонки. — Студенты жалуются. Им проще заплатить, чем учить твои муторные лекции. Начни брать, как все, или...  Место в университете — вещь хрупкая.

Анисимов тогда лишь усмехнулся, глядя в глаза начальнику:

— Попробуйте уволить. Но учтите: я веду подробный дневник. Имена, даты, суммы. Если я уйду, этот дневник окажется в прокуратуре. И тогда «археологами» вы будете работать на лесоповале.

Коллеги замолчали, но в их глазах поселился холодный, расчетливый страх. Они поняли: Фёдор не блефует. Его нужно было не уволить. Его нужно было стереть.

Случай представился в летней экспедиции на Алтае, затем в степях Хакасии. Раскапывали богатый скифский курган. Вечером, после тяжелого дня, Громов принес бутылку дорогого коньяка.

— За науку, Федя! За принципиальность! — Громов улыбался так широко, что у него обнажились десны.

Анисимов, уставший от жары и бесконечных споров, выпил. И отключился. Затем его, бесчувственного, волокли вглубь раскопа, в узкую срубную камеру, выложенную тяжелыми каменными плитами. Коллеги методично закладывали вход массивными блоками, заливая щели густым раствором.

— Вот так, принципиальный ты наш, — донесся приглушенный голос Громова. — На факультете ты останешься как великий ученый, который трагически утонул в горной реке. А мы... мы просто продолжим увеличивать тариф взяток.

 Снаружи коллеги уже отмечали «несчастный случай». Они даже организовали поиски, поплакали на камеру перед журналистами, а потом с облегчением закрыли вакансию Анисимова своим человеком.

 Громов стал профессором. Однажды, в рамках масштабного государственного проекта по изучению скифского наследия, на тот самый курган прибыла группа московских археологов с современным оборудованием — георадарами и лазерными сканерами.

— Странно, — сказал руководитель группы, глядя на монитор. — В центральной камере пустота, но плотность стен какая-то неоднородная. Словно там есть полость, которая не была вскрыта при первичных раскопках.

Когда рабочие начали разбирать кладку, они ожидали увидеть золото или скифского вождя. Но когда последний камень был сдвинут, в центре камеры, на слое истлевшей ткани явно был не скиф.

Через неделю в новосибирском университете царила суматоха. Громов сидел в кабинете, когда в дверь постучали. Он ожидал увидеть ректора, но в кабинет вошли двое оперативников.

— Профессор Громов, — произнес один из полицейских, — у нас к вам вопросы по делу об исчезновении Фёдора Анисимова. И, судя по всему, он не утонул, а в кармане нашли проездной на его имя, ваши коллеги уже подтвердили, что по вашей инициативе Анисимов оказался там. Арестованы. За содействие следствию вашим коллегам светит всего до трёх лет тюрьмы, а вам, как суд решит.