Дылда. Глава 18

А на следующий день курьер принес мне домой конверт с билетом в Большой театр на балет «Спящая красавица». Спектакль намечался на воскресенье. Закрыв за курьером дверь и прижав конверт к груди, я издала восторженный вопль и прошлась по комнате в экзотическом танце, напоминающем танцы аборигенов острова Тум-Тум.
- Что с тобой? – вылупила на меня глаза подруга.
- Смотри, Иришка, это билет в Большой театр! Я иду на балет!!
- Круто! – повертев в руке мое сокровище, изрекла Ирина. – И кто же у нас тетушка-фея, если не секрет?
- Скорее дядюшка-фей.
- Неужели Барханов? – глаза Ирки расширились от удивления. Я кивнула. – Саш, что ж ты ему в еду подмешивала, пока вкалывала у него на кухне? Семена щедрости?

Я пожала плечами. Вдаваться в подробности совсем не хотелось.
- Просто он провинился передо мной слегка. Вот вину и замаливает таким способом.
- Барханов? Виноват перед тобой?! Быть не может.
- Ой, Ир, не бери в голову. Это наше с ним личное дело.
Ирка многозначительно хмыкнула, отчего мне стало неуютно.
- А я подумала, что это он так пытается за тобой ухаживать.
- Пфф! – фыркнула я. – Принцы за кухарками не ухаживают. Это только в сказках бывает. Так что спустись на грешную землю, дорогая подруга.
- Да, точно. Кстати, а в чем ты пойдешь в театр?

Я растерялась. Этот вопрос еще не приходил мне в голову. Я опустила взгляд на свои потертые старые джинсы и застиранную толстовку.
- Не-е-т, только не говори мне, что у тебя нет ничего кроме ЭТОГО! – замахала руками Иришка, оглядывая меня со всех сторон. – Это же Большой театр! Это же настоящий дворец, храм искусства! Туда надо идти в бальном платье и туфлях на каблуке.
С платьем я была согласна, а вот с обувью на каблуке…
- Ира, ты с ума сошла? У меня рост сто восемьдесят два сантиметра. Какие туфли на каблуке?
- Можно без каблука. Пусть это будут балетки, но обязательно туфли!
Я попыталась отбиться, но Ирка вцепилась в меня подобно клещу и на следующий день потащила по магазинам, куда я терпеть не могу ходить. Тем более магазины одежды! От взглядов, которыми меня окидывают низкорослые продавщицы, мне всегда хочется удавиться или отыскать доброго волшебника, который превратит меня в Дюймовочку. Но где водятся эти волшебники?..

С большими трудностями, потому что найти подходящую женскую одежду на такой рост непросто, мы купили шикарное синее платье с вырезом – лодочкой, открывающим не только шею, но и часть плеч, и подчеркивающим талию красивым серебристым поясом. Купили и балетки, и даже крохотную сумочку в цвет пояса, украшенную золотой цепочкой. А на утро воскресенья подруга записала меня в салон красоты к парикмахеру. Не идти же в красивом платье, с сумочкой и с волосами, собранными в банальный хвост на затылке!
В общем, подходя к ступеням театра воскресным вечером, я в полной мере ощущала себя Золушкой, идущей на королевский бал. Сердце замирало от восторга и предвкушения чуда, а высоко, над рядом колонн еле сдерживал рвущуюся в небо квадригу коней божественный Аполлон и поглядывал на меня с благосклонным интересом.

Фойе театра встретило меня белым мрамором, сверкающим хрусталем и красными ковровыми дорожками на ступенях. В воздухе витал необыкновенный аромат: смесь запахов дорогих духов и волшебства. Многочисленные посетители храма искусств не спеша прохаживались туда – сюда, негромко обсуждая что-то и скользя по мне безразличными взглядами. Странно, но среди женщин в шикарных платьях и мужчин в дорогих костюмах я ощущала себя маленькой и незаметной!
Место мое оказалось в ложе, откуда открывался прекрасный вид на весь огромный зрительный зал, сверкающий бархатом и позолотой. Я подняла глаза на расписной потолок, с которого свешивалась, переливающаяся радужными бликами в тысячах подвесок, хрустальная люстра.

Зрители постепенно занимали свои места. Оркестр в оркестровой яме уже настраивал инструменты. Скрытые за занавесом на сцене, артисты готовились к выходу. Восторг и предвкушение чуда переполняли меня, и только крошечная капля разочарования портила впечатление от этого великолепия: рядом со мной не было Егора. Впрочем, он же сам признался, что не любит балет. Купил мне билет на спектакль, чем выполнил свое обещание. Теперь совесть его чиста и спокойна. Наверное, уже и забыл о моем существовании…
Место рядом со мной заняла дородная дама в бархате и бриллиантах. За ее спиной долго устраивался на стуле солидный господин в галстуке-бабочке. Дама бросила на меня холодный взгляд и вежливо улыбнулась. Я мысленно поблагодарила подругу, заставившую меня купить новое платье. Интересно, как бы на меня посмотрела эта дама, окажись я в привычной для меня одежде: как на заблудившуюся прислугу, случайно забредшую в господскую ложу?

Зазвучала увертюра и я забыла обо всем на свете! Волшебные звуки подхватили меня, закружили и унесли в сказочную страну, где в старом замке живет прекрасная юная принцесса Аврора, не ведая о злобе и зависти, даже не предполагая, какие испытания ждут ее впереди.
На сцене добрые феи одна за другой дарили новорожденной подарки, выделывая сложнейшие па стройными ножками и сверкая блестками и стразами на роскошных костюмах. Зрительный зал тонул в темноте, и все мое внимание было сосредоточено на сцене. Вдруг, как будто мурашки пробежали по моей шее. Я почувствовала чей-то взгляд.

Захотелось обернуться, но я не могла оторваться от зрелища на сцене. А взгляд незнакомца скользил по моему плечу, вверх по шее, задержался возле уха, словно теплые нежные губы касались моей кожи. Я замерла и перестала дышать… Просто не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть… На сцене злая фея готовила юной принцессе опасную ловушку, но я уже не следила за ней. Даже музыка как будто стала звучать тише. Выпавший из прически локон слегка шевелился от чужого дыхания, словно летний знойный ветерок дышал в окно, погружая меня в непонятную негу. До моего носа донеслись едва различимые запахи чего-то древесно-цитрусового. Знакомый запах…. Где я могла его слышать?..
- Ну, как тебе спектакль? – шепот прозвучал у самого уха, и я вздрогнула от неожиданности: Егор!!

Слегка повернув голову, покосилась на Барханова, оказавшегося за моей спиной.
- Я думала, что ты не любишь балет.
- Трудно любить то, чего не знаешь. Вот и решил познакомиться поближе со «Спящей красавицей». А тебя, Земляникина, я не узнал. Думал, ошибся ложей, перепутал. Но нет! Все правильно. Это ты. Или это волшебное место способствует превращению скромных золушек в настоящих принцесс?
Я не успела ответить, потому что дородная дама в бархате и бриллиантах зашипела на нас:
- Молодые люди, вы мешаете! Тише!
- Прошу прощения! – извинился Егор и заговорщицки подмигнул мне левым глазом. И мне сразу стало легко и весело.

Дальше мы молча смотрели спектакль, не отвлекаясь на разговоры. Но периодически я ощущала кожей нежные касания его взглядов. От этого внутри все замирало и таяло, и я отвлекалась от разворачивающегося на сцене действия. Что же он на меня так смотрит? Что не так?
Но все было так и с платьем, и с прической. Просто впервые в жизни пришлось ощущать себя не то чтобы красивой (куда уж мне!), но привлекательной девушкой. Светло-карие, цвета расплавленной карамели глаза смотрели на меня с нескрываемым восхищением, отчего сердце мое билось сильнее, а душа трепетала своими радужными крылышками и рвалась в небо.

Спектакль неожиданно скоро подошел к концу, так что я немного растерялась: «Уже все?». Хотелось продолжения яркого незабываемого зрелища, чарующей музыки и, главное, чтобы рядом был мой спутник. Но, как известно, все хорошее всегда быстро заканчивается. Таков закон природы.
Мы вышли из театра на улицу в осеннюю темноту, бархатно-черную, пронизанную золотыми нитями фонарей. Нас окутала удивительная тишина, хотя город никогда не спит, даже ночью. А может быть это у меня в душе царили покой и благодать? А еще было немного грустно от того, что этот волшебный вечер вот-вот кончится. Мы простимся с Егором, и каждый пойдет в свою сторону: я – к метро, а он – к своей машине, припаркованной где-нибудь недалеко от театра. Но Егор вдруг предложил:
- А давай прогуляемся. Погода хорошая, тихо, тепло.
- Давай.

Мой спутник нарочито галантно подставил согнутый локоть, за который я с радостью уцепилась, и повел меня по улице.
- Так чем же тебя так привлекает балет?
- Красотой и совершенством! Разве ты сам не заметил, как здорово танцуют артисты? Представляешь, сколько лет надо потратить, чтобы научиться так танцевать? С детства ежедневные многочасовые тренировки, репетиции. Это же адский труд! И на сцене надо демонстрировать не только виртуозную технику, но и артистизм. Иначе зритель не поверит происходящему. А сколько труда вложено в роскошные костюмы, декорации, исполнение оркестра. На мой взгляд, балет – это вершина творчества в музыкальном театре.
- Вот уж не думал, что в лице скромной студентки из провинциального городка я встречу знатока искусства балета!
- Я вовсе не знаток! – возразила я. – Просто я люблю все красивое, все, что радует глаз. Когда мы с семьей ездили на экскурсию в Петербург, то ходили в Михайловский театр на «Лебединое озеро». Это было потрясающе! С тех пор я и влюбилась в балет. Но, к сожалению, редко получается смотреть его со сцены, больше в интернете на Ютубе в виде записей. Но и то счастье! Ведь есть возможность посмотреть, как танцевали великие артисты: Плисецкая, Максимова, Васильев, Лиепа, Цискаридзе.
- Значит не зря я вытряхнул пару билетов на этот спектакль у своего приятеля, который работает в Газпроме? – усмехнулся мой спутник. – Я и не знал, а оказывается, крупные фирмы, такие как Газпром, просто бронируют на весь год места в Большом театре, те самые ложи, чтобы в любой момент, на любой спектакль можно было отправить своего человека. А обычным людям действительно достать билеты очень трудно и дорого, разве что у перекупщиков, билетной мафии, с который борются уж который год, да никак не могут победить.

- Билетная мафия? – удивилась я. – Расскажи!
- Ну, это только слухи! Впрочем, давай-ка зайдем в какой-нибудь ресторанчик или кафе, перекусим, а заодно поговорим о мафии.
Я не стала возражать, и мы зашли в какое-то кафе и за чашкой чая с пирожными долго разговаривали, обсуждая околотеатральные сплетни, новых звезд балета и перспективы развития театрального искусства. И много чего еще! Темы для разговора никак не заканчивались, а теплый сентябрьский вечер за окном плавно перетекал в ночь.

Уже глубокой ночью Егор подвез меня на машине домой. То ли чай, выпитый в кафе, был с подозрительными добавками, то ли в пирожные подмешали какое-то зелье, но я чувствовала необыкновенный душевный подъем, эйфорию. Я улыбалась, меня все радовало, шутки моего спутника вызывали веселый смех. Поэтому, едва машина остановилась у подъезда моего дома, я рассыпалась в благодарностях:
- Спасибо тебе большое, Егор. Ты сделал мне такой подарок, как самый настоящий Дед Мороз. Это просто восторг! Я до глубокой старости буду вспоминать этот спектакль. Просто настоящая сказка!
- Неужели до глубокой старости?
- Да! Представляешь, мне будет лет восемьдесят, и я, шамкая беззубым ртом и подслеповато щурясь, буду рассказывать своим правнукам впечатления от сегодняшнего спектакля, - я скорчила умильную рожицу, изображая старуху.
Егор смотрел на меня с усмешкой, а в расплавленной карамели плясали золотистые искорки, добавляя восторга в мою переполненную эмоциями душу.
- Оказывается ты добрый, щедрый и вообще человек с большой душой! Спасибо тебе огромное!
- Думаешь отделаться от меня простым «спасибо»? – хмыкнул Егор и развернулся ко мне всем корпусом, заглядывая в глаза. – Одного «спасибо» мне мало.
Я растерялась.
- А что еще надо?..
- А вот что…
Барханов приподнял пальцами мой подбородок, наклонился и… поцеловал.
Мир дрогнул и закачался. Время остановилось. Я задохнулась от тепла и нежности его губ, а сердце мое тихо сползло из груди куда-то вниз живота и медленно пульсировало, наполняя все тело чем-то горячим и горючим, а значит опасным.
Поцелуй этот длился целую вечность. Когда я почувствовала, что воспламеняюсь изнутри и вот-вот сгорю, Егор отодвинулся и, лукаво улыбаясь, спросил:
- Может, пригласишь меня на чашку чая к себе домой?

И тут я испугалась, поняв, что мне утонуть в расплавленной карамели его глаз ничего не стоит. Такая же, только очень горячая жидкость плескалась у меня внутри, грозя превратить все тело в текучую массу. Так я точно куда-нибудь утеку и исчезну! Я дернулась, собираясь выскочить из машины и бежать, бежать пока не поздно от опасности, в виде лукаво улыбающегося Барханова.
- Н-нет, извини, у меня дома не прибрано, - бормотала я, судорожно дергая ручку двери и пытаясь выбраться из мягкого автомобильного кресла.

Но злополучное кресло не желало меня отпускать! Дверь удалось открыть, но все мои попытки вырваться из кресла были тщетными. Пыхтя как паровоз, поднимающийся на крутую гору, сопя и заливаясь по самые уши жгучим румянцем, я билась, рвалась из плена, но напрасно. Произошло что-то ужасное и непонятное: Барханов сидел, с трудом сдерживая смех, и не прикасался ко мне, а неведомая сила вдавливала меня в спинку заколдованного кресла! Да что за чертовщина?!!
- Сашка, смешная ты девчонка, ремень отцепи!
Тут только до меня дошло! Я нажала на кнопку замка и ремень безопасности, вжикнув и звякнув, убрался с моего пути, выпуская на свободу. В следующую секунду я уже удирала со всех ног по направлению к своему подъезду, позорно спотыкаясь на каждом шагу.

Задыхаясь так, будто пробежала стометровку, я влетела в лифт, с трудом вспомнив на каком этаже живу, и обессиленно привалилась спиной к стене. В огромном, в половину стены зеркале отражалась моя раскрасневшаяся физиономия с всклокоченными волосами и выпученными глазами. Господи, какая ж я дура!
Руки жалко тряслись, когда я пыталась попасть ключом в замочную скважину, а в голове вихрем проносились мысли: «Он меня поцеловал, поцеловал!!!», «Зачем я убежала?», «Какая наглость! Какое он имел право?!», «Дура я, дура, почему не пригласила его на чашку чая?», «Он бы пришел в мою квартиру и поцеловал бы меня еще раз, и еще, и еще…», «И чем бы все это могло закончиться? Этот Барханов бабник и ловелас!», «Ну и пусть! Мне все равно!».

Войдя в квартиру, я бросила сумочку на столик под зеркалом, туда же положила ключи и, опустившись на корточки, села, привалившись спиной к стене в коридоре. Закрыла лицо руками, облокотившись на свои колени, и… засмеялась, вздрагивая плечами. Господи, Он меня поцеловал! И что теперь с этим делать? Как жить дальше? Хорошо, что в квартире я была одна, Иришка в эту ночь дежурила на работе. Будь она здесь, она бы, наверное, вызвала «скорую помощь», видя мое состояние. Психиатрическую бригаду.

Егор еще долго сидел в машине, откинувшись в кресле, и улыбался, чувствуя себя совершенно счастливым, словно получил долгожданный подарок от судьбы. «Ах, Сашка, Сашенька, Сашуня, чудо ты в перьях!». Пронизанная огнями московская ночь окружала его со всех сторон, наполняя нездешним светом и тихой радостью. Все сегодня было странным и необычным. Ему неожиданно понравился балет, который он всю жизнь терпеть не мог. Ему ужасно нравилась эта смешная, такая нескладная и застенчивая девчонка, с перепугу забывшая отстегнуть ремень безопасности. Он никак не мог понять, что же в ней так притягивает его? Вроде не красавица, а взгляд оторвать трудно. И характер ершистый, как у упрямого подростка. Обычная студентка – провинциалка, а мысли о ней из головы никак не выкинуть, и на душе от этих мыслей так тепло-тепло становится. Влюбился он что ли? Хм… Забавно. Как это его угораздило? И что теперь с этим делать?