Глава 32. Командировка

Увидев меня, Мультик глупо улыбнулся и сказал:
– Замполит! Достал ты начштаба, и он тебя решил отправить в командировку в Эстляндию, то есть в Эстонию, в город Тарту. Чтобы, значит, хоть немного отдохнуть от тебя.
– Валентин Павлович, вы-то чему радуетесь?
– Это мое дело. Иди к начальнику штаба за инструктажем.
Оказалось, нужно ехать искать солдата-эстонца, который дезертировал из части, причем из 2-й роты, а не из нашей, еще тогда, когда я еще учился в военном училище!
– Что-то я, товарищ капитан, вас не совсем понимаю, – нахмурился я, – ведь этот солдат не из 1-й роты, и вообще я его даже в лицо не знаю. Подойду я к нему на улице и буду спрашивать, как пройти к нему домой, и даже не буду знать, что это он! Не лучше ли, чтобы поехал кто-нибудь из офицеров 2-й роты?
– Умный вы, Иванов, даже противно. Поедете именно вы! И все, разговор окончен. В смысле, приказы не обсуждаются.
Начальник вещевой службы, узнав, что я еду в Прибалтику, решил просветить меня по поводу поведения там.
– Слушай, ты ведь говоришь на украинском языке? Замечательно! Говори там только по-украински! Если будешь говорить по-русски, тебя будут бить!
Получив деньги, ВПД (военно-перевозочные документы), и командировочное удостоверение, я направился домой.
– Жена, а жена, – улыбнулся я с порога, размахивая командировочным, – мне тут туристическую путевку дали в Прибалтику. Как ты смотришь на то, чтобы съездить со мной? Грех не воспользоваться такой возможностью.
– Конечно! Знаешь, мы об этом не говорили, но я давно хотела побывать в Прибалтике!
И мы поехали в Прибалтику. Поехал я в гражданской одежде. Мы не спешили, целый день провели в Риге, и только потом поехали в Тарту.
Ранним утром мы чуть не попали под колеса служебной «Волги» с военными номерами, в которой ехал генерал ВВС с кавказскими чертами лица. Позже я узнал, что это был Джохар Дудаев.
Вопреки предсказаниям начвеща никто не набрасывался на нас с кулаками, услышав нашу русскую речь. Напротив, везде, и в Риге, и в Таллине, и в Тарту довольно доброжелательно и терпеливо объясняли нам, как пройти, или проехать туда, куда мы спрашивали.
Для начала мы нашли военкомат, чтобы я мог отметить свою командировку. Тартусский военком полковник Анс Лаанеотс, бегло глянув на Изольду, сказал мне:
– А ты, наверное, лейтенант?
– Так точно, товарищ полковник. А как вы?
– Не успел приехать, а уже с девушкой познакомился!
– Это моя жена, – улыбнулся я.
– Конечно, конечно, – согласился военком, но по всему было видно, что он мне не поверил.
Думаю, поиски солдата вас мало интересуют. Скажу только, что я побывал у его матери, в милиции, но дезертира не нашел.
Зато в Тарту мы пробыли три дня, осмотрели все достопримечательности города, и познакомились с эстонской кухней.
Обратно из-за отсутствия билетов возвращались уже другой дорогой, и осмотрели еще и Псков. А потом нам повезло – в купе мы ехали вдвоем.
Вернувшись в часть, я написал красивое сочинение на тему «Как я искал сбежавшего солдата». Начальник штаба даже остался доволен, все-таки для «галочки» кому-то нужно было съездить в эту командировку. Так что главным итогом был сам факт, что искать солдата ездили и все.
– А поворотись-ка, сынку! – встретил меня распростертыми объятьями Захар Талалихин.
Он вместе с Тропининым и начвещем критически осмотрели меня и пришли к выводу, что я не выгляжу утомленным, а даже напротив!
– Ну, рассказывай, юноша, как съездил? Купаты кушал? Победный репортаж уже сдал?
– А н/ш-то наш, – усмехается начпрод, – думает, что наказал тебя! Вот чудак! Не понимает, что Иванов и в огне не горит, и все такое прочее! Что запомнилось?
– Кафе. Вытяжная вентиляция над каждым столиком, да такая, что люди за соседним столиком курят, а я этого совершенно не чувствую! Я такого еще не видел!
После подробного рассказа я направился в свою роту. Там я застал ротного, ругающегося с отцом солдата закарпатца. Солдат решил жениться, а Мультик отчего-то заупрямился и не отпускает того на его же собственную свадьбу.
– Мы завтра едем в летние лагеря, – не моргнув глазом, врет Мультик, – так что никак не могу отпустить вашего сына. Он мне там нужен.
– Хорошо, – насмешливо отвечает отец солдата, – скажите, а где находятся эти самые лагеря? Мы приедем туда с невестой, работником ЗАГСа и священником.
– О! – удивился ротный. – Вы и венчаться будете?
– Нет, товарищ капитан, – угрожающим тоном отвечает отец, – вас отпевать.
После этого ротный прекратил дурковать и отпустил солдата на свадьбу. Если Мультик хотел выбить из родни жениха больший могарыч, то он просчитался. Получил он даже не две обещанные бутылки коньяка «Наполеон», а только одну.
– Собирайся, замполит, – хмуро бросил он, – пойдем во вторую роту, приговорим эту пляшку.
– Вы хотели сказать «приворожим?» – улыбнулся я.
– Какая разница? Выпьем и все.
На закуску к коньяку был и лимон, и я сразу объявил:
– Чур, лимон мой!
– Что так? – удивился Талалихин. – Разве лимоны уже в дефиците?
– Нет, просто моя жена их запах на дух не переносит. Когда ее мама была беременна ей, то ела лимоны, как яблоки, а та теперь их не просто не ест, но и запаха не переносит. Так что хочу отвести душу!
Никто не возражал, и пока все пили коньяк, я съел с чаем весь лимон. Тропинин тем временем заговорил о наболевшем.
– Юноша, ты слышал, тело Ленина хотят вынести из Мавзолея и предать земле. Кто-нибудь из вас может сказать, к каким последствиям это приведет?  Нет? Я так и думал.
– Мужики, – говорит Талалихин, – а есть что-то вегетарианское, а то я жирного и жареного объелся до тошноты.
– Не переживай, есть, – обрадовал Захара Тропинин, – вот водка, она из пшеницы, вино и коньяк из винограда, пиво из ячменя! Выбирай!
После чаепития и разговора я снова направился в свою роту. У крыльца столкнулся с н/ш. Он недовольно сказал:
– Лейтенант, медленно ходите. Вы должны знать, что лейтенант это самое мелкое живое существо в воинской части. Вы должны крутиться, как электрон вокруг ядра. То есть вы одновременно должны быть везде. Вам понятно?
– Так точно, товарищ капитан. Я постараюсь!
– Вот и молодец. Вы, кстати, когда последний раз были в солдатской столовой? Я в отличие от вас, туда захожу регулярно. Иногда утром захожу, иногда днем, иногда зимой захожу. А вы?
Я молчу, иначе могу не сдержаться и рассмеяться.
– В общем, идите прямо сейчас в столовую и проверьте ее на предмет наличия в ней беспризорных солдат и болезненных микробов.
– Есть, – козырнул я и снова пошел во2-ю роту, продолжать пить чай.
Я еще не дошел до угла казармы, как услышал, что комбат, вышедший из штаба, который услышал конец нашего диалога с н/ш, сказал:
– А молодец все-таки Иванов. Можно не сомневаться, он и проверит, и разберется, и накажет, если надо будет. Не то, что лейтенант Дюймовочка. Хорошо бы было, чтобы в каждой роте было по такому вот Иванову.
– Это да, – вздохнул начштаба. – Меня уже до белого каления доводит хроническая беспомощность лейтенанта Дюймовочки. А казалось бы, власти у обоих одинаково, что у Иванова, что у него…
Окончания разговора я не услышал, но и того, что услышал, хватило, чтобы настроение у меня еще больше улучшилось. Оказалось, что все это через окно канцелярии роты слышали и наши взводные. Перед послеобеденным построением, они спросили меня:
– Что, товарищ, Иванов, когда знаешь себе цену, не нужно ничего доказывать, да?
– Зачем спрашиваете, если ответ известен заранее? – улыбнулся я.