Свеча Оккама
Александр Пашинин Кетцалькоатль
Жить со свечой Оккама. Узок свет.
День не растянешь, как кожу на руке.
И каждый вечер — новый срок.
Я замедляю шаг и бег,
Пока фитиль не сжёг свой век,
Пока не выцвел этот круг.
Гори, свеча. Проста твоя судьба:
Не умножай ты без нужды существ.
И пламя — вязкий, тёплый мёд —
Лишь то, что есть, ко мне течёт,
И длится миг, пока не съеден воск,
Пока не тронут огнём оплывший волосок.
Сгораю вновь. Дотла.
До просветлённой копоти.
И в ней — весь след, весь дымный счёт бытийства.
Не растянуть. Не удержать. Лишь быть.
Как эта краткость может всё вместить?
В ней — утро, полдень, поздний взгляд в окно,
И то, о чём промолчано давно.
Свеча Оккама. Экономный луч.
Он отсекает лишних чувств паучью пряжу,
И в чистоте дня прожитого
Лишь факт сего стоянья у огня,
Лишь этот воск, что тает без следа,
Как наша плоть, и речь, и череда.
И замедляю ход. Почти до тишины.
Чтоб слышать, как гудит в тиши тот свет,
Как в каждом каплевидном отсвете
Весь мир, не больше, ровно на ладони,
Живёт и дышит, тлеет в краткой доле,
Пока не кончится его основа - то на чём стоит.
Догорю. Стану этим тёплым пятном.
И будет просто: вот он — вечер. Дом.
Ни лишних слов и ни растянутых теней.
Лишь то, что есть. Предел свечей.
И в простоте той — танец мой,
Как этот воск, что не умножил сам себя.
"Уснула",
художник Пётр Ефимович Заболотский, 1836.
Свидетельство о публикации №226073100889