Поездка к Годо

                Игорь Гельдт
               
               
               
                «Когда ждешь, ничего не происходит "
       
               
                Самюэль Беккет               
                (Посвящается Е.П.)


                ПОЕЗДКА К ГОДО
             


                ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
 
                Главные герои:
Профессор М., (действительно бывший научный работник), лет 60, проживающий в паровозном тупике, в вагоне
Гендер, около 50 лет, бомж, бывший врач анестезиолог
Сторож, около 55 лет, скрытый пьяница и подкаблучник
Жена Сторожа (голос)
Собака Цезарь, принадлежащая Гендеру
Годо (мечта)

               
               
                ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ               
                (ИЗ ДВУХ СЦЕН)
                Сцена 1.


Паровозный тупик.
Весьма заброшенное место, где ржавеют устаревшие локомотивы и вагоны, забытые службой переработки металла. Месяцами никто не навещает это паровозное кладбище, кроме сторожа, который тоже кажется забытым и потому странным своим здесь присутствием.

В одном из вагонов - живут.
Жильца зовут «Профессор М.» - так он представляется любому незнакомцу, и никто не знает его настоящего имени. Иногда его навещает местный бомж, который отзывается на имя «Гендер».
Третий постоянный собеседник - собственно сторож, которого Профессор М. так и зовёт - «Сторож», и отказывается запоминать его имя.

 

Сторож (стучит в дверь вагона, где живёт Профессор)
- Туки-тук! Есть кто живой? Профессор!

Дверь со скрипом открывается, и на пороге появляется заспанный Профессор.
Он зол, волосы на макушке стоят дыбом, очки (одно стекло треснуто) надеты немного вкривь.

 Профессор М.
- Опять вы! Ходите и ходите…Сторож, а закона сохранения энергии не знаете! Вы знаете закон сохранения энергии?

Сторож чешет в затылке.

Профессор М. (назидательно)
- То-то и оно! А ведь ещё в 17-веке Рене Декарт в «Началах философии» сформулировал его достаточно точно: «Когда одно тело сталкивается с другим, оно может сообщить ему лишь столько движения, сколько само одновременно потеряет, и отнять у него лишь столько, насколько оно увеличит своё собственное движение». Поняли, чалдон вы этакий?
 
Сторож (обидевшись)
- Сами вы чалдон! Вот сообщу куда следует, что незаконно тут проживаете! Небось за языком сразу следить научитесь…
Профессор М. (сдавая назад)
- Любезный мой! Да кто вам сказал, что «чалдон» - это что-то обидное?
 
Сторож
- А рази ж нет?

 Профессор М. (приставив палец ко лбу и показывая всю напряжённость мыслительного процесса)
- Даль. Русский словарь. «Челдон, чолдон, чалдон - выходец из России, проживающий в Сибири. Также - варнак, бродяга, каторжник…»

 Сторож (окончательно выходя из себя)
- Да сами вы бродяга! Живёте тут. Квартплату не платите! Государству от вас пользы нету! Ещё и варнаком честных людей лаете! Небо коптите…

 Профессор М. (грустно)
- Копчу. Тут вы правы, мой прямолинейный друг…(декламирует)

В конце ли своего пути или в начале
Стоит светило дня, его круговорот
Теперь без радости слежу я и печали:
Что нужды в солнце мне? Что время мне несет?
Что, кроме пустоты, предстало б мне в эфире,
Когда б я мог лететь вослед его лучу?
Мне ничего уже не надо в этом мире,
Я ничего уже от жизни не хочу…
 
(грустно) Такова жизнь...

Сторож всхлипывает.

Профессор М. (с одобрением глядя на его слёзы)
- Да! И простым душам доступны плоды высокой поэзии и эстетики…
 
Сторож
- Это вы сочинили?
 
Профессор М.
- Если бы! Такое сочинить может только гений. Его имя Альфонс де Ламартин. Альфонс Мари Луи де Пра де Ламартин…
 
Сторож
- С женой писал? Или дочкой?

Профессор М.
- Какой ещё дочкой?
 
Сторож
- Вы же сами сейчас сказали: «Мария».
 
Профессор М.
- Кто сказал?
 
 
Сторож (начиная злиться)
- Вы сказали! Альфонс, Мария и ещё Луи какой-то…Уже совсем ничего не помните?
 
Профессор М.
- Мари! Не Мария! Мари! Это один человек – Альфонс Мари Луи де Пра де Ламартин! Понятно, чал…В общем вопросы есть, любезный?
 
Сторож
- Я вам не любезный! Я - трудовой человек. А вы - захребетник. И симулянт!
 
Профессор М.
- Почему?
 
Сторож (присаживаясь и сворачивая себе цигарку)
- Почему, почему…Потому что на «у»! Знаете?

 
Профессор М. (примирительно)
- Полно вам обижаться! Я вас уважаю…

 
Сторож
- Враки!
 
Профессор М. (словно не слыша)
- Я вас уважаю как человека homo sapiens, человека разумного…
 
Сторож
- А ещё недавно «чалдоном» называли…

Профессор М. (покаянно)
- Называл. Гордыня обуяла. Бесовская. Захотелось возвеличиться…И вот – я покаран! Как бывает покаран любой гордец…

Сторож (смягчаясь)
- Ладно вам. Не пойду в полицию.

Профессор М.
- Спасибо!

Сторож
- Мне, по правде говоря, с вами даже веселее. Живите.

Профессор М.
- «Благородство души не зависит от статуса и положения человека». Так говорил ещё великий Цезарь!

Сторож (с подозрением)
- Опять обзываетесь?

Профессор М. удивлённо поднял брови.

Сторож (пояснив)
- Зачем собаку приплели?

Профессор М.
- Какую собаку?

Сторож
- Бродяжную. Которая с Гендером шатается.

Профессор М.
- Бродяжную? То есть у господина Гендера есть собака?

Сторож
- А то не знаете? Дворняжка паскудная, вечно котяхи из шерсти торчат...

Профессор М.
- Но позвольте! Какая дворняжка?? Какие котяхи??

Сторож (выбросив окурок и поднимаясь)
- Обнаковенные. Какие у собак бывают…

Профессор М.
- Ничего не понимаю!

Сторож
- Не понимаете? Собаку Гендерскую Цезарем зовут…А вы мне о про её «благородство души»…Ещё и со мной равняете!

Профессор М. (смеясь)
- Да это другой Цезарь! Римский!

Сторож
- А хоть японский! Псина - она и есть псина…
                Пауза.

Профессор М.
- А хотите чаю?

Сторож
- А у вас какой?

Профессор М.
- Из шиповника. Сам собирал.

Сторож (подумав)
- Хочу. (пошарил в карманах) Я не халявщик. У меня тут тоже…вот.

Он достал луковицу и кусок колбасы.

Профессор М.
- Колбаса… Впрочем я колбасу не ем!

Сторож
- И зря. Ноги протянете. На вашем шиповнике…

Профессор М. (торжествующе)
- А вот и нет! Дикорастущий шиповник - настоящий кладезь полезных свойств!

Сторож
- Ясно, кладезь…Частенько на неё натыкаюсь, на кладезь эту, после Гендера…Он большой любитель навалить…В шиповнике вашем….

Профессор М.
- Фу! Сравнения у вас! Вы лучше послушайте! (он, закатив глаза перечисляет). Шиповник - это прежде всего витамин С, он богат полисахаридами, органическими веществами, в нём присутствует пектин, яблочная и лимонная кислоты, фитонциды, дубильные вещества, железо, кальций, магний…

Сторож (прерывая)
- Мы чай будем пить или нет?

Профессор М. (глядя на руки сторожа)
- А колбаса где?

Сторож
- Съел.

Профессор М.
- Как съели??

Сторож
- Так. Взял и съел. Голодный.

Профессор М.
- Ну что ж…Право человека на пищу – святое право. Вкусно было?

Сторож
- Очень!

Профессор М.
- Рад за вас!

Сторож
- Спасибо. Чайку бы теперь…

Профессор М.
- А лук у вас сохранился?

Сторож (снова достав луковицу)
- Здесь.

Профессор М.
-Идёмте!

Он поднимается по ступенькам в вагон. Сторож следует за ним.

                Сцена 2.
Паровозный тупик.
Вагон Профессора М.
 
Профессор М. (пытаясь разжечь титан)
М-да…Сегодня мои практические умения мне изменяют…

Сторож (насмешливо)
- Изменяют только бабы. А у вас - руки кривые. Лучину толсто строгаете…

Профессор М. (протягивая топорик)
- Вот как? Может, вы покажете? Как не толсто?

Сторож (мотая головой)
- Не…Я – гость. Где вы видели, чтобы гость за хозяина упирался?

Профессор М.
- Тогда чаю не будет.

Сторож (кряхтя, забирает у Профессора топорик и сам отщипывает лучину)
- Эх, вы…Интеллигенция...Правильно вас Сарионыч терпеть не мог…Дармоеды!

Профессор М.
- А вот и заблуждение! Мы – создатели прогресса!

Сторож
- Прогресса…И в чём этот прогресс?

Профессор М. (на миг растерявшись)
- Да как же…Наука, космос, автомобили, компьютеры…Мало?


Сторож (ехидно)
- А лучину настрогать не можете! А вот если в тайгу попадёте…С компьютером вашим…Думаете, медведь оценит ваши достижения?

Профессор М. сердито засопел, но промолчал. Сторож тем временем не только настрогал лучину, но и развёл огонь в титане.

Сторож (глядя на пламя)
- Не оценит…А вот это (он вынул горящую лучину и дунул на неё, пустив ворох искр) -оценит. Когда в рыло ему мохнатое сунете! Так-то…

Профессор М. (сердито)
- Ну, если в вашем понимании, «Прогресс» нужен для того, чтобы, по вашим же словам, «что-то сунуть кому-то в рыло…»

Снаружи залаяла собака.

Сторож
- О! Этот ваш, «благородный» пришёл. Цезарь римско-японский…

В дверь робко стукнули. Профессор открыл. Смущённо переминаясь, в тамбуре стоял местный бомж, он же Гендер. Под мышкой у него была маленькая остромордая собачонка.

Гендер (просительно)
- С собачкой разрешите? Там свора бегает…Одного оставить боюсь.

Профессор М.
- Что с вами поделаешь? Заходите. Мы – люди интеллигентные (с вызовом глянув на сторожа), да – интеллигентные, должны помогать друг другу! И вообще…(Сторож хмыкнул.) Живя одними помыслами и устремлениями, мы изменяем мир одним полётом мысли...

Сторож
- От мысли – брови скисли.

Профессор М. (сбившись)
- Что?

Сторож
- Мне луковицу на троих резать или римско-японский тоже овощ не брезгует?

Гендер (застенчиво)
- О! Простите! Я не знал, что вы обедаете…

Профессор М.
- Да не смущайтесь, Бога ради! Мы просто решили попить чайку. Как в Англии. Файв о клок.

Сторож
- А?

Профессор М.
- Неважно. Нарезайте на троих.

Гендер (доставая неполную четверть водки)
- Могу от себя добавить?

Профессор М.
- Будем рады! А есть повод?

Гендер
- А жизнь? Разве жизнь не повод?

Профессор М. (растроганно)
- Как глубоко! И как точно! (Он достал с верхней полки щербатые пиалы.) Наливайте, мой друг! И давайте – за жизнь!

Все выпили и закусили луком.


Сторож
- Пойду. Обход пора делать.

Профессор М.
- Да посидите. Чего тут обходить? Ещё споткнётесь и ногу сломаете. Или собаки бродячие нападут.

Сторож
- Служба. Я ж не интеллигент-мыслитель. Я нормальный.

Гендер (робко)
- Там у третей колеи следы какие-то…Хотел вам ещё утром сказать, да не встретились…

Сторож
- Какие следы? Мужские или женские?

Гендер (растерялся)
- А что, это разве можно определить?

Сторож (с искренней жалостью посмотрел на бомжа)
- Как дети малые, ей бо! (наставительно) Баба – она как ледокол прёт. Землю на всю подошву давит. Потому как страшнее бабы – нет существа. А мужик – он тихохонько, лишнюю травинку не помнёт, ну если тверёзый, а не пьяный. Ясно?

Гендер (покорно)
- Ясно.

Профессор М. (глубокомысленно)
- Следопыт! Зверобой! Фенимор Купер!

Сторож (подозрительно)
- Опять обзываетесь?

Гендер (мягко)
- Это он вас хвалит! Это – похвала!

Сторож (недовольно)
- Так хвалите по-нашему! Привыкли иностранщиной всё засорять…Деятели...

Гендер (покаянно)
- Мы больше не будем.

Сторож
- Ладно. Обход сделаю и загляну к вам снова…

Профессор М. (он слегка пьян)
- Если мы не уедем…

Сторож
- Куда?

Профессор М.
- К Годо. (бомжу) Гендер, вы хотите поехать к Годо?

Гендер
- Хочу.

Профессор М.
- И я. Все интеллигентные люди хотят уехать к Годо.

Сторож
- Опять задаётесь?

Профессор М.
- Напротив. Это вы сказали, что нам не совладать с «мохнатым рылом». А погибать – тоже не завидная перспектива. Значит – мы поедем к Годо!

Сторож (ворчливо)
- В задницу вы поедете на этом металлоломе…

Профессор М.
- А чтобы ехать, не обязательно ехать.

Сторож
- Как это?

Профессор М. (кивая на бомжа)
- А так. Он – меня понимает.

Сторож (сплюнув)
- Да ну вас! Последние извилины забьёте.

Уходит.

Профессор (разливает остатки водки и подаёт одну щербатую пиалу Гендеру)
- За Годо?

Гендер (чокаясь)
- За Годо…
               


                ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
                (ИЗ ДВУХ СЦЕН)

                Сцена 1.
 




Паровозный тупик.
Вагон Профессора М.

Гендер (видя, как закрылась за сторожем дверь, храбро)
- Мужлан! «Обход у него».

Профессор М.
- Он просто несчастный человек.


Гендер удивлённо смотрит на собутыльника.

Профессор М. (поясняет)
- Все нормальные – несчастные.

Гендер
- То есть?

Профессор М.
- Именно в нормальности – их несчастье.

Гендер
- Любопытно…любопытно…А что, в этом есть что-то…Определённо есть!

Профессор М. (пожав плечами)
- Они роботы. Они воспринимают жизнь как правило. А жизнь – изначально неправильна.

Гендер (кивая)
- Мне кажется я понимаю вас, коллега... Мы – ненормальные, да?

Профессор М.
- Скажем, странные.

Гендер
- И поэтому, мы едем к Годо?

Профессор М.
- Да.

Гендер
- Потому что он тоже странный?

Профессор М.
- И поэтому тоже.

Гендер
- Интересно…А ещё почему?

Профессор М.
- Потому что Годо далеко.

Гендер (пьяно задумавшись)
- Ммм…далеко. Далеко?

Профессор М.
- Очень далеко. Может быть даже не на Земле.

Гендер
- Но как же мы тогда к нему доедем?

Профессор М.
- Как я и сказал – «чтобы ехать, необязательно ехать».

(декламирует)
Я до рожденья мертвым был!
Миллиарды лет скитался во Вселенной!
Был Космоса частицею нетленной,
И в океане Вечности парил!

Помимо воли вырван в мир живых,
Порой я чувствую себя в пустыне.
Там одинок, я индивид отныне.
И абстрагируюсь от форм былых.

Зачем я создан, вырван я зачем?
Из мира грёз да в океан страданий?
В Мир слов пустых, несбывшихся желаний,
Скажи мне, Господи, зачем???

Гендер
- Камю. Альбер. Умница. Но зря он ездил в автомобилях...

Профессор М. (торжествующе)
- Ага! Узнали! И Годо бы узнал! А он (кивок на дверь), ни черта бы не понял!

Гендер
- Почему? Любой мыслящий организм на земле способен к развитию…

Профессор М.
- Так-то мыслящий…А этот – ничего не знает и знать не хочет! Потому что он – «нормальный»!

Гендер
- Жуть какая…Вам налить?

Профессор М.
- Наливайте!

Они выпили.

Гендер
- А хотите расскажу, как я стал пьяницей?

Профессор М.
- Не надо. Это скучно…Эй-эй! Смотрите! Кажется, ваш пёсик делает «пи-пи»!

Гендер
- Фу! Цезарь, фу! Ах ты бессовестный! Подмочил нашу репутацию. В прямом и переносном смысле! Простите, он, наверное, в тепле расслабился…

Профессор М.
- А…бросьте! У нас такая репутация, что несколько капель невинного создания не изменят общего течения…

Гендер
- Какого течения?

Профессор М.
- Общего.

Пауза.

Профессор М.
- А почему вас так странно прозвали – «Гендер»?

Гендер
- У меня гендерная идентичность нарушена. Я всех люблю. И мужчин, и женщин.

Профессор М.
- То есть, как любите? Надеюсь…

Гендер
- Так тоже пробовал. Но ещё сильнее нарушил. Потом всё окончательно перемешалось. И я решил стать просто пьяницей.

Профессор М. (с облегчением)
- Ну, это ничего. Я сам – пьяница!

Гендер
- Пить, это идти.

Профессор М.
- К Годо?

Гендер
- Нет. Просто идти.

В дверь постучали.

Профессор М.
- Он. Вы поближе... Откройте.

Гендер
- Конечно. Сейчас…

Входит сторож. Торжественно ставит на столик полную бутылку водки.

Сторож
- Во! Наше вам от пролетариата!

Гендер
- «Палёная»?

Сторож (зло)
- Ты за кого меня принимаешь, огрызок?

Профессор М. (разглядывая этикетку)
- Настоящая. И номер есть. Акцизный.

Сторож (разоряясь)
- Сам принёс невесть что, и нос воротит!

Профессор М.
- Он не воротит. Он раскаялся. (Гендеру) Вы раскаялись? (Гендер кивает покорно.) Видите?

Сторож (недовольно)
- Ему – наливать не буду!

Профессор М. (отодвигая свою пиалу)
- Тогда мне тоже не надо.

Сторож
- А вы что?

Профессор М.
- Солидарность. Слышали такое слово? Кому, как не пролетариату его знать?

Сторож (ворча)
- Научились…Ладно. Подставляй…

Гендер пододвинул свою пиалу поближе.
Сторож разлил водку.

Все выпили.

Профессор М.
- И как там?

Сторож
- Где?

Профессор М.
- Там, куда вы ходили.

Сторож
- А…Бардак. Как и везде.

Гендер
- А я что говорил?

Сторож
- А ты молчи, любитель шавок. Кстати, что это так воняет?

Гендер (робко)
- Вы сидите на мокром…

Сторож поднёс руку к носу и подозрительно принюхался.

Сторож (Гендеру)
- Ёбст твою мать! Ты, что ль?

Профессор М.
- А почему сразу он?

Сторож (поражённо)
- Неужто вы??

Профессор М. (важно)
- Я думал, что вы только в литературе плохо разбираетесь…А вы ещё и считать не умеете! (пояснил). Когда вы вошли, нас ту было трое!

Сторож
- А…

Цезарь громко гавкнул и зарычал.
Сторож схватил его за шкирку и потащил к выходу.

Сторож (на ходу)
- Щас я тебе покажу…И Рим ...И Японию…

Гендер
- Оставьте! Он имеет такие же права, как и мы!

Сторож
- Согласен! За ним – вылетишь ты!

Цезарь извернулся и больно укусил сторожа за палец. Сторож заорал и затряс укушенной рукой в воздухе, а Цезарь забился под ноги Профессору и оттуда не переставая рычал.

Сторож
- Да я тебя! Убью!!

Профессор М. (не пугаясь)
- Убийство, то есть противоправное умышленное причинение смерти, наказывается на срок от восьми до пятнадцати лет…

Сторож (выходя из себя)
- Всех убью!

Профессор М.
- Убийство двух или более лиц наказывается лишением свободы на срок от пятнадцати до двадцати лет либо пожизненным лишением свободы, с конфискацией имущества или без таковой…

Гендер (сторожу)
- Дайте руку.

Сторож машинально протянул руку бомжу. Тот выплеснул ему на рану остатки водки и ловко перевязал палец сомнительной чистоты платком.

Гендер
- Сейчас…Узел затянем потуже, чтобы кровотечение остановилось. А домой придёте, промойте ранку антисептиком и примите таблетку анальгина. Уколы от бешенства вам делать не надо. Цезарь не заразный.

Сторож
- Ты кто? Фельдшер?

Гендер (скромно)
- В прошлой жизни – анестезиолог-реаниматолог. Королевская больница…

Сторож (ошарашено)
- Анестезе….Анестази….

Гендер (по слогам)
- А-не-стези-о-лог! Специалист, занимающийся поддержанием и восстановлением жизненно важных функций организма при угрожающих жизни состояниях.

Профессор М.
- Вы – врач?

Гендер
- Покорный слуга!

Сторож глупо таращился и молчал.

Профессор М.
- А давайте ещё выпьем? За здоровье? (глянув на сторожа) Тем более, появился такой прекрасный повод…

Сторож (изумлённо)
- Надо же…Как жисть людей ломает…Один – профессор, второй – врач…А живут на свалке и водки купить не на что…

Профессор М. (ласково)
- Да вы начинаете мыслить, мой дорогой! Мыслить! Всего лишь один укус собачки и час в компании с умными людьми…

Сторож
- Это вы-то, умные?? Ха-ха-ха!! Да мне бы ваши знания, я бы…я бы…

Сторож запнулся от избытка чувств.

Профессор М.
- И что «вы бы»? Очень интересно! Продолжайте!

Сторож (хмуро)
- Ничего.

Профессор М.
- А вы и правда, начинаете умнеть.

Сторож молча выпил свою порцию.

Гендер (как всегда застенчиво)
- Мы пойдём уже…(Он забирает на руки Цезаря и собирается вставать). Темнеет. Вам отдых не помешает.

Сторож (как будто сам с собой)
- Жисть…жисть…Жисть какая! Да кто ж её придумал, эту жисть?

Профессор М.
- Вечный вопрос. Вопрос, на который нет ответа.

Сторож (глядя на собутыльников мутными глазами)
- А вы вот скажите! Я – хам. Быдло. Я просто жру и гажу. И думаю, что все должны жрать и гадить. Но ведь только жрать и гадить – мало?

Профессор М. (согласно кивая)
- Мало.

Сторож (распаляясь и указывая на собачонку)
- Этот блохастый тоже – жрёт и гадит! Как я! Так какая разница?
 
Гендер
- Никакой. Абсолютно никакой.

Сторож
- Но вы же интеллигенция! Вы же ещё и говорите цветисто! И знаете много! Скажите мне!

Профессор М.
- Что сказать вам, друг мой?

Сторож (отчаянно)
- Дальше то как?? Как дальше?

Профессор М. (грустно)
- Не знаю.

Сторож
- А энтот? К которому вы едете? Может быть он – знает?

Профессор М.
- Годо? (задумался) Он? Он, наверное, знает…Наверняка знает! Я почти уверен…

Профессора прерывает истошный женский вопль снаружи.

Женщина
- А ну-ка открывайте! Живо! Вот какие ты тут обходы делаешь! Выходи, аспид! Нашла я твою схоронку! Выходи, пока я не решила каким способом тебя прикончить!

Гендер (сторожу)
- Мне кажется, эта леди, там, снаружи, ваша знакомая?

Сторож (посинев от страха, заметался по вагончику)
- Убьёт! Теперь точно убьёт! Не выдавайте! Богом прошу, не выдавайте!

Цезарь начинает звонко лаять.

Профессор М. (подойдя к двери тамбура)
- Вы к кому?

Женщина (сатанински захохотав)
- К кому?? К нему!

Профессор М.
- А точнее?

Женщина
- Открывай дверь, я на месте уточню!

Профессор М.
- Прошу простить, но двери я не открою.

Раздалось несколько тяжёлых ударов, как будто в дверь бросали камнями. Потом наступила временная передышка.

Профессор М.
- Вы напрасно так себя утруждаете! Эта дверь – каркасно-щитовая. Если у вас нет под рукой танка или на крайний случай гранатомёта, вы только зря себя изнурите!

Женщина (запыхавшись)
- Да пошёл ты, умник! Не откроешь, ждать буду! Всё равно не уйду, пока этот Альгвазил не выйдет…Убью заразу!!

Профессор (с интересом)
- Вы знаете кто такой Альгвазил??

Женщина
- А чего тут знать? Аспид он и есть аспид!

Профессор М. (разочаровано)
- А я было подумал, что вы интересуетесь испанским законодательством ..

Женщина
- Я интересуюсь достать своего обормота из вашей алкашной компании! Открывай по-хорошему! Я сейчас полицию вызову!

Профессор М. (задумчиво)
- А чем вам это поможет?
 
Женщина (недоуменно)
- Чего?

Профессор М.
- Чем вам может помочь полиция? Во-первых, она далеко. Во-вторых, вы вламываетесь в чужое жилище, и, в-третьих, вы угрожаете убить человека…Вам не кажется, что полицию лучше оставить в покое?

Женщина (закипая)
- Ну всё! Ты меня достал! Сейчас я тебе покажу, какой у меня гранатомёт…

Дверь начинает сотрясаться от тяжёлых ударов.

Сторож (тоскливо)
- Прощайте! Если что, помяните потом…

Он достал третью бутылку.

Гендер
- Ничего себе! Прямо Форт-Нокс!

Сторож (покаянно)
- На опохмел держал…Но раз такое творится…Берите!

Удары продолжались, но реже и слабее.

Профессор (кивая на бутылку)
- Спрячьте, любезный. Мадам уже выдыхается.

Действительно, удары прекратились.

Профессор М. (снова подойдя к двери)
- Ну как? Вы настроены на перемирие?

Женщина
- Выйди и узнаешь!

Профессор М.
- К сожалению, я не испытываю к вам того же доверия, какое вы испытываете ко мне. Поэтому предлагаю продолжить дискуссию на прежних позициях. Согласны?

Женщина
- Пусть голос подаст, скажи, если отзовётся – ничего ему не сделаю.

Профессор М. (сторожу)
- Ваш выход.

Сторож (прокашлявшись)
- Это ты, ласточка моя?

Женщина (опять начиная закипать)
- Нет, Альгвазил! Это твоя смерть с косой! Наконец-то ты попался!

Профессор М (сторожу)
- И всё-таки, мне интересно, почему она всё время упоминает младшее юридическое лицо в испанской системе правосудия?

Сторож (отмахнувшись)
- А я тебе серьги купил. Те, синенькие. Специально в центр ездил.

Женщина (недоверчиво)
- Брешешь поди? В центр он ездил…Покажи.

Сторож
- Покажу. Тут они, в кармане.

Женщина
- Показывай!

Сторож
- Так через дверь не видно…

Женщина
- Открой.

Сторож
- А ты обещаешь без нервов? Скажи: «Мирись, мирись, мирись и больше не дерись»? (пауза). Скажешь – открою.

Профессор М. (сторожу, тихо)
- Вы что, с ума сошли? Она же нас всех…

Сторож (опять отмахнувшись)
- Скажи!

Женщина (неохотно)
- Ладно… «Мирись, мирись и больше не дерись…» Доволен?

Профессор М. (женщине)
- Прошу ещё раз меня простить, мне неизвестны все тонкости ваших семейных взаимоотношений, но по праву хозяина, я приоткрою дверь ровно настолько, чтобы вы могли взять свой подарок. И не шире.

Женщина (подумав)
- Не бойсь, не трону…
 
Профессор М. (сторожу)
- На счёт три. Раз, два…бросайте!

Профессор приоткрыл дверь, и сторож в щель выбросил маленькую, продолговатую коробочку.
Некоторое время за дверью царило молчание.

Профессор М. (сторожу)
- А вы уверены, что это именно та сакральная жертва, которая принесёт нам спасение?

Сторож
- Не знаю, что принесёт – сейчас надо, чтобы унесло.

Гендер
- Глубоко! Браво!

Сторож (к двери)
- Милая! Ты ещё там?

Женщина (как лев, который сыт)
- Чтобы через час был дома! Слышишь?

Сторож (тихо, Профессору М. и Гендеру)
- Уф…Понравилось! (жене) Конечно слышу, ласточка моя! Буду даже раньше!

Женщина
- Смотри! Я теперь знаю, где ваш притон. И скажи тому, умнику, в следующий раз я приду не с голыми руками…

Ворча, она удалилась)

Сторож (вытирая со лба холодный пот).
- Пронесло!

Гендер
- У меня родился прекрасный тост по этому поводу!

Профессор М.
- Какой?

Гендер налил всем водки и роздал пиалы.

Гендер (торжественно)
- Пронесло!

Пиалы сдвинулись.

                Сцена 2.

Паровозный тупик.
Вагон Профессора М.
За окном темно. Ночь.
Все уже порядком осовевшие.
Цезарь спит.

Гендер (гладя собачку)
- Пойдём, Цезарь. Мы и так с тобой нарушили все законы гостеприимства, какие только существуют. Вставай.

Сторож (с сарказмом)
- Пить больше нечего, э? Градус поднять?

Гендер
- Ну что вы! Градус от общения с такими людьми как вы, куда более крепче, чем какой-то алкоголь.

Сторож
- А?

Профессор М. (вставая с места)
- Была не была! На именины держал…(Он пошарил на верхней полке и выставил на стол пузатую бутылку). Вот! Настоящий!

Сторож (читая этикетку)
- Borderies (Бордери)…

Профессор М. (гордо)
- Пятилетний!

Сторож (сморщившись)
- Кислятина…Кобыльи ссаки…

Гендер (ласково)
- Вам виднее.

Сторож (багровея)
- Ты на что намекаешь, зоолог?

Гендер (опять по слогам)
- А-не-сте-зи-о-лог! Впрочем, вам никогда не запомнить.

Профессор М. (сторожу)
- Так вам не наливать? Кстати, ваше время истекает.

Сторож
- Какое ещё время?

Профессор М.
- Данное вам вашей уважаемой спутницей жизни…Час.

Сторож (отчаянно)
- Да пошла она! (протянул пиалу) Наливай!

Они выпили.

Пауза.

Гендер
- Хороший коньяк! Сразу старые времена вспомнились…

Профессор М. (декламирует):

Лети, моя душа, над суетной толпою,
Как птица, воспари в пространство голубое.
Лети и прикоснись в сияющей дали
К моей большой любви, невидимой с земли.

Я жажду тишины, покоя и забвенья,
Я ухожу в себя, ища уединенья,
Из своего гнезда, где скрыт страданья стон,
Вдали от суеты я слышу бег времен…

Гендер
- Жан Беранже?

Профессор М.
- Марселина Деборд-Вальмор. «Одинокое гнездо» … 

Сторож (мрачно жуя)
- Опять зажжужали…Жу-жу-жу-жа-жа-жа…Жебор-Вальмор… (Профессору М.) Наливайте что-ли…Свои ссаки пятилетние.

Профессор М.
- Не налью. Если не перестанете ёрничать. Вы о времени помните?

Сторож (махнув рукой)
- А…Давайте лучше о хорошем?

Они выпили.

Сторож (храбро)
- А я, между прочим, тоже стихи знаю. Не так много, как вы, но кое-что помню!

Гендер
- Да что вы! Очень любопытно послушать!

Сторож (наморщив лоб, декламирует):

Где когда-то круглый год
Было пусто, было пусто,
Зеленеет огород,
И растет капуста.

Вот как мы ее рукой
В ямку клали, в ямку клали,
Вот как мы ее рукой
В ямку клали, в ямку клали.

Вот как мы ее землей
Засыпали, засыпали…

Внезапно он зарыдал.

Профессор М.
- Что с вами?

Сторож
- Вся жизсть коту под хвост…Положит она меня в ямку и засыпет…Ох, засыпет…

Профессор М. (мягко)
- А я ведь вам напоминал! Зачем будить лихо? Шли бы вы домой, пока гроза не налетела.

Сторож (сморкаясь)
- Я, конечно, пьяница. И неудачник (зло посмотрев на собутыльников), если сижу и пью в такой компании, как ваша. Но душа у меня – есть!

Гендер (кивает)
- Бесспорно!

Сторож
- И у неё.

Профессор М. (догадливо)
- У леди, что была здесь?

Сторож (недовольно)
- Именно! Мы когда познакомились, она была весёлая, смешливая, легконогая как бабочка! Она земли не касалась, верите? А сейчас?? А сейчас что? Почему? Почему так??

Профессор М. (неожиданно)
- Все меняются. Но ваша бабочка, хотя и перестала быть бабочкой, по-прежнему с вами. А вот моя…

Гендер
- Вам необязательно нам рассказывать.

Профессор М. опять встал и пошарил наверху. Когда он присел за стол, в его руках был такой же футляр, какой сторож выкинул супруге через дверь, только намного солиднее и дороже смотревшийся.
Профессор М. открывает крышку, и его гости с изумлением и восхищением обозревают великолепные платиновые серьги с голубым камнем.


Профессор М.
- Танзанит. Готовил к золотой свадьбе…М-да…

Гендер
- Но это же…Это очень дорого! Как вы думаете, сколько бы это могло стоить?

Профессор М.
- Мои обошлись мне в 300 фунтов…Сейчас я думаю, они стоят почти вдвое дороже.

Сторож (не веря)
- Такие деньжищи и вы тут?? Ничего не понимаю. Может вы всё врёте! А не стащили вы это часом?

Гендер (строго)
- Уважаемый, когда вы отучитесь всех судить по себе? Не будьте таким непробиваемым. У вас – не всё потеряно!

Сторож
- Молчи, шавкособиратель. Надо же, уже бомжи жизни учат! Докатился…

Профессор М. (глядя на серьги)
- Она так их и не увидела. Когда мне сказали…я прямо из Университета поехал в больницу…Но по дороге случилась авария на нашем направлении, и я не успел. Не успел…

Профессор захлопнул крышку и положил коробочку в карман. Потом разлил по пиалам коньяк.

Профессор М. (кивая на бутылку)
- Вот и он тоже… Берёг. А оказывается – ничего беречь нельзя. Нельзя ничего беречь на завтра! Никакого завтра может не быть! Не быть!!

Последние слова он выкрикнул и, в унисон с криком, раздался тяжёлый удар камнем прямо в дверь вагона.

Сторож (побледнев)
- Она!

Гендер (ехидно)
- Ваша легконогая бабочка?

Опять мощный удар.

Женщина (голос)
- Выходите! Все! Конец тебе, Альгвазил! И притону твоему… И собутыльникам твоим тоже…

Слова перемежаются равномерными ударами в дверь. Цезарь проснулся и начал истошно лаять.

Профессор М. (сторожу, строго)
- Так как угроза стала общей, признавайтесь, что вы ещё натворили?

Сторож (стуча зубами)
- Ниииичего….

Гендер (взял сторожа за запястье и проверил пульс)
- Врёт! Учащённый. Почти сто ударов в минуту…

Сторож (тараща глаза на Гендера)
- Убью! Понял?

Профессор М. (спокойно, кивая на сотрясающуюся дверь)
- Можете не успеть. Ваша бабочка постарается влететь первой.

Сторож (горько)
- И вы туда же?

Профессор М.
- Куда?

Сторож (зло)
- Куда не ходят поезда!

Профессор М.
- Тогда мы давно тут. Это – паровозный тупик, если вы забыли.

Гендер (тревожно прислушиваясь)
- По-моему, дверь поддаётся…

Грохот и поскрипывание двери.

Профессор (ещё строже)
- Говорите, ну? У нас мало времени!

Сторож (безнадёжно махнув рукой)
- Бижутерия…

Профессор М.
- Не понял?

Гендер (догадливо)
- Вы хотите сказать, что подарили своей леди бижутерию вместо настоящих серёг?

Сторож (покаянно)
- Точно… Думал, не чухнет… Да видать к братовой жене поперлась, её папаша – бывший огранщик. Собаку съел на этих камешках…

Цезарь зарычал.

Сторож (Цезарю)
- Да ты-то чего? Ты рази собака? Ты – бегающее помойное ведро…

Гендер
- А вы, то, что в это ведро высыпают!

Профессор М. (нетерпеливо)
- Господа! Давайте вы отложите характеристики друг на друга для более благоприятного времени! (Подытожив). Значит вы обманули жену и вместо приличного подарка купили ей ширпотребное барахло? (Сторож с мукой на лице, кивнул). Понятно. И куда же вы, пардон, дели разницу?

Сторож (пнул под столом стоявшие в ряд пустые бутылки)
- Сюда! Сами же со мной пили! И благодарили! А теперь…Я один отдувайся?

Гендер
- Но позвольте, нам вовсе не была известна настоящая цена вашей щедрости, и если она является ценой наших жизней, я предпочёл бы стать трезвенником…

Грохот очередного камня. На этот раз в окно купе. По стеклу побежали трещины.

Профессор М.
- Положение становится критичным…Или мы что-то срочно предпримем, или…

Сторож (выкрикивая)
- Не хочу! Не хочу! Я ещё не нарадовался жизни!

Профессор М.
- Приятно слышать голос оптимиста.

Гендер (Профессору М.)
- А что бы опять с ней поговорить? Попробуйте! У вас ведь отлично получилось в прошлый раз!

Профессор вышел в тамбур, и выждал паузу между двумя бросками.

Профессор М.
- Рад слышать, что вы в великолепной физической форме, мадам! Поговорить не желаете?

Женщина
- Желаю…Разнести ваш притон на молекулы…

Профессор М.
- Я давно чувствовал, что вы неплохо образованы! «Альгвазил», а теперь ещё и «молекула»…Может попробуем договориться как интеллигентный человек с интеллигентным человеком?

Женщина
- Попробуем. Если выживешь…
 
Удар камнем.

Гендер (высунувшись в тамбур)
- Она опять по стеклу лупит… Оно долго не протянет…

Профессор М. (женщине)
- Между прочим, этот «притон», как вы его называете, теперь мой единственный дом…

Женщина (сопровождая ответ ударами)
- На кладбище не хуже…Спокойнее.

Профессор М.
- Вы неправильно поняли. У меня есть дом. Настоящий дом. Но без Адели я просто не могу там жить. Просто не могу там жить. Просто не могу там жить…

Профессор не замечает, что повторяет одно и тоже и что удары снаружи стихли.

Женщина
- И что с ней случилось? С твоей Адели?

Профессор М.
- Ушла. Она ушла и даже не сказала куда. (доверительно) Когда я приехал в больницу, мне так и сказали: «она ушла»…Вы знаете, я думаю, она там!

Женщина (подозрительно)
- Где?

Профессор М.
-Там. У Годо! Она поехала к Годо! Да, именно! К Годо! Я сразу догадался! И я решил, бросить всё и тоже поехать. Понимаете? (За дверью молчали. Наступила ужасающая тишина.) Ведь если она у Годо, она ждёт меня! Она понимает, что я почувствую и приеду! Вы думаете я прав?

Женщина (внезапно)
- Конечно. Она ждёт вас! Я уверена, что ждёт!

Профессор начинает открывать дверь тамбура.

Гендер (с ужасом)
- Что вы делаете?? Вы совсем с ума сошли? Она же…

Но профессор так посмотрел на него, что бомж отошёл в сторону. Профессор открыл дверь и вышел.
 Гендер быстро захлопнул её снова.


                ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
               
Паровозный тупик.
Вагон Профессора М.
Гендер прислушивается, в тамбур выглядывает Сторож.

Сторож
- Как там?

Гендер
- Тихо.

Сторож
- Зря он. Надо было не выходить…

Гендер
- Помолчали бы? Из-за вас всё…

Сторож
- Я знаю.

Гендер
- «Нормальный…нормальный…» Эта что ли ваша нормальная жизнь?

Сторож
- Эта.

Гендер
- Тогда я предпочту быть сумасшедшим…

В дверь постучали.

Сторож (в панике)
- Не открывайте!

Гендер
- Кто?

Профессор М.
- Я.

Гендер (посмотрев на перепуганного сторожа)
- А бабочка?

Профессор М.
- Улетела.

Гендер открывает дверь ровно на столько, чтобы в неё мог протиснуться человек, и сразу же запирает её.

Профессор М. (войдя)
- Уфф…Как же всё противно…

Сторож
- Глазам не верю!

Профессор М
- Чему не верите?

Сторож (сторож, оглядывая Профессора)
- Ни синяка, ни царапины…Вы что, заколдованный?

Профессор М.
- Разумным людям, совсем незачем бить друг другу физиономии, чтобы договориться. М-да…

Сторож (изумлённо)
- Каким??

Профессор М. молча проходит в купе. Сторож и Гендер проходят следом. Они опять садятся за стол, где по-прежнему красуется недопитая бутылка коньяка.
Профессор М. наливает себе и залпом выпивает.
Некоторое время все молчат. Ждут, что он скажет.

Профессор М. (выкладывает коробочку с серьгами на стол)
- Надо же…Не взяла. Не взя-ла…

Гендер
- А вы что, хотели ей отдать?

Профессор М.
- Хотел. А она – не взяла…

Сторож
- Быть того не может! Она у меня каждый карман обшарит! Ни монетки «на развод» не оставит! Ещё и по уху заедет, что мало!

Профессор М.
- А у меня – не взяла. Дорогие серьги. Как вам такое?

Гендер
- А знаете, что я думаю? Вы её впечатлили. В вас есть такое…такое…что делает человека лучше.

Профессор М.
- Вы думаете? И что же это?

Гендер
- Искренность. И доброта.

Профессор М.
- Банально.

Сторож (вмешиваясь)
- А вы послушайте! Послушайте! Он правду говорит! Чтобы мой дракон кого-то отпустил, когда разойдётся? Нет! Я такого за всю жизнь не видел! А у вас – даже малюсенькой фингалки нет! Это как?

Профессор М. (декламирует):

Не жаль отдать, чтоб молодость вернуть,
Богатства Ротшильда, Вольтера славу,
Но многие всей жизни видят суть
Совсем в другом, не мудрствуя лукаво.

О, сколько их, которым невдомек,
Что деньги - не всегда богатства мера,
И кто отдаст за полный кошелек
И двадцать лет, и славу, и Вольтера…

Гендер
- Марселина Дебор-Вальмор?

Профессор М.
- Нет. На этот раз Пьер Жан Беранже…

Пауза.

Гендер
- А я стихи не запоминаю. А вот когда медицину изучал, тогда наоборот. Страницами тексты запоминал. Мог любую патологию детально описать…

Сторож
- Кого описать?

Гендер (отмахнувшись)
- Представляете: ночь, лампа «гриб» и я. И книги. Много книг! И зубрю, зубрю, пока холодный пот не выступит.

Сторож (ворчливо)
- И что хорошего? Сидел, понимаешь, до холодного пота, а закончил в обществе гадкой дворняжки и двух алкашей. Я вот не сидел, а результат тот же…

Профессор М. (сторожу, поморщившись)
- Помолчите! Ваша проблема, насколько я понимаю, временно решена. Дайте и другим слово!

Сторож пробурчал что-то недовольно, но замолчал.

Профессор М. (Гендеру)
- А вы продолжайте мой друг! Если сами желаете.

Гендер
- А потом Королевская клиника. Почти десять лет безупречной работы. До того случая. Налейте!

Профессор М. плеснул ему в пиалу коньяка и Гендер залпом выпил.

Профессор М.
- Хотите, сменим тему?


Гендер
- Нет. Я доскажу. (через паузу) Это было восемь лет назад. Я просто гулял. Гулял и дышал воздухом. В парке. А он – ехал мне навстречу. Очень быстро ехал…

Сторож
- Лихач?

Профессор М.
- Молчите, умоляю вас!

Гендер (словно не слыша их реплик)
- Мальчик на роликовых коньках. А потом он упал, то ли ямка какая, то ли камень. Упал. Слышу кричат: «Врача! Врача!» Я туда.

Профессор М.
- Успели?

Гендер
- Да. Он был жив. И я начал проводить искусственную вентиляцию лёгких. Как и было написано во всех моих умных книжках.

Профессор М. (взволнованно)
- Вы спасли его?

Гендер
- Мальчик умер.

Профессор М.
- Но вы не можете себя в этом винить! Вы пытались, вы сделали всё, что могли...

Гендер
- Я не договорил. Мальчик умер по моей вине.

Сторож
- Как по вашей?

Гендер
- А так. По моей.

Профессор М.
- Но постойте…Вы сказали, что на момент оказания ему вами помощи он был жив? Я правильно понял?

Гендер
- Да, правильно. Но сама помощь была оказана неправильно. (через паузу) Дело в том, что я забыл о языке…(пояснил) При ударе, сильном ушибе, причиной остановки дыхания часто оказывается запавший язык. И если это не устранить, то искусственная вентиляция легких приводит к тому, что воздух вместо лёгких поступает в пищевод и желудок…И мальчик умер. Это я убил его…

Сторож
- М-да…Дела…

Профессор М.
- Перестаньте! Прошу вас! Вы ни в чём не виноваты! Каждый может сделать ошибку…

Гендер
- Только не в том случае, где цена – человеческая жизнь. Особенно – жизнь ребёнка.

Пауза.

Профессор М.
- И вы решили уйти?

Гендер
- Да. Я больше не ощущал себя тем, кем был. Доктором. Целителем. Спасителем, если хотите. Хотел было покончить с собой, но я трус. Жить между людей – тоже невозможно. И вот я живу здесь. Или доживаю. Как вам больше угодно.

Сторож (неожиданно)
- Простите!

Профессор М. (удивлённо)
- А вас за что?

Сторож
- За то, что я называл вас обоих – сумасшедшими! И захребетниками! А вы – правильно сказали, что я чалдон. Я даже хуже. Я – дурак!

Профессор М.
- А может мы -и есть сумасшедшие? И вся наша поездка к Годо-безумие?

Сторож (твёрдо)
- Даже и так. Но вы – в миллион раз лучше меня! А я всегда думал, что я – лучше. И если такие как вы – безумцы, я тоже хочу быть безумцем. Возьмите меня с собой!

Профессор М.
- Куда?

Сторож
- К Годо! Возьмите меня к Годо!

Гендер
- Но вам-то к нему зачем? Что вы хотите у него спросить?

Сторож
- Как стать таким же безумцем, как вы! Он знает! Если он такой, как вы говорите, он должен знать!

Профессор М. (подумав)
- А что? Каждый имеет право. Как вы думаете, коллега?

Гендер
- Берём.

Профессор М (сторожу)
- Мы берём вас. Но вы должны пообещать нам одну вещь.

Сторож
- Всё, что хотите!

Профессор М.
- С этой минуты вы навсегда перестанете быть нормальным. Каким вы были ранее. Сможете?

Сторож
- Смогу! (стушевавшись) Я буду очень стараться!

Профессор М. (разлив остатки коньяка по пиалам)
- За Годо?

Гендер
- За Годо!

Сторож
- За Годо!


Слышен звук паровозного свистка, стук колёс, свет на сцене приглушается.
Музыка…

Конец