Выдвинуть, чтобы избавиться

               
На совещании седой полковник обратился к подчинённым: «Ко мне обратился старший лейтенант Кирюхин из эскадрильи с просьбой назначить его на должность временно, чтобы получить звание капитана. Я позвонил командиру, тот объяснил, что он один из тех, кто выжил в авиа катастрофе. Дисциплинирован, не пьёт, не курит. Занимаемая им должность старший лейтенант, получит капитана и будет на прежнем месте службы. Узнайте по своим друзьям, кто он и что представляет».
У меня там служил приятель, обратился к нему, чтобы он охарактеризовал.
-Серёга возглавляет группу РЭО (радио электронного оборудования) по обслуживанию самолётов, и вертолётов. В подчинении три прапорщика, спецы от Бога. Кирюхин, редкий гость на борту. Имеет мотоцикл ЯВУ, может весь день протирать пыль с неё. Не пьёт, не курит, по девкам не ходит и ничего на службе не делает. Теорию знает, а практически дуб-дерево В семье правит жена, он подкаблучник.
Во время катастрофы находился в хвосте, ни одной царапины, летал по своим делам, навестить родственников в Семипалатинске. Вот такая картина маслом.
-Слушай, так может он головой ударился, стал забывать.
-О чём ты говоришь, он сначала службы пришел такой, как нервничает, так заикается. Моя баба с его вместе работает. Жена высказала после катастрофы моей, что хорошие люди погибли, а мой дурак остался. Да спроси любого из наших. Его может хвалить только инженер эскадрильи, чтобы скорее избавиться от него.
Я не стал докладывать полковнику всю истину по горе-специалисту, пусть получит капитана, потом снимут, всё это временно. Обрисовал вкратце, но очень юмко, да ничё, о чём сожалел по истечению времени. Старшего лейтенанта назначили на должность, а служил он в эскадрильи. Раз в месяц ему нужно было приходить на метеостанцию, чтобы получить денежное довольствие. Меня назначили от отдела раздатчиком. Раз в месяц я получал раздаточную ведомость и деньги. Во время выдачи мне посчастливилось познакомиться с загадочным старшим лейтенантом Кирюхиным. Внешне он выглядел опрятно, никаких изъянов в военной авиационной форме, с голубыми погонами, но не с голубой кровью. По военному принципу: «Умом ты можешь не блистать, но сапогом блистать обязан». Что-то загадочное было в его взгляде, какая-то заторможенность в мыслях и действиях. На вопросы отвечал со второго раза, не мог мысль поймать не крючок для ответа. Ему причиталась сумма 330 рублей, по тому времени приличная. Инженер на заводе, ответственный за рабочих и производство получал гораздо меньше. Получил от Кирюхина талон из расчётной книжки, но без росписи. Выдал триста рублей в банковской упаковке и тридцать рублей рублями желтенькими. Кирюхин вскрыл банковскую упаковку и стал медленно, но уверенно пересчитывать банкноты. Коллега по службе сделал ему замечание: «Тебе, что делать нечего».
-Я слышал, что если в пачке не хватает, то возместят,-ответил Кирюхин.
-Вот я раздатчик и буду возмещать, но ещё не было такого случая.
-Вот сбили меня,-сгреб в кучу купюры и начал медленно слюнявить, считать. Все давно получили деньги, я наклеил талоны для отчёта, но Кирюхин считал. Зашел капитан Строганов: «Ну поехали, отвезу тебя в штаб сдать ведомость».
-Так вот старший лейтенант не расписался, считает, пятый раз.
-Ты что дурак, ну-ка расписывайся, во чудо-юдо.
После ухода Кирюхина, о нём говорили со смехом, до конца рабочего дня. Изучив обстановку, Кирюхин изъявил желание служить на метеостанции, согласно занимаемой должности.  Теперь горе-специалиста можно было видеть каждый день. Рядом со старым зданием метеостанции, построили новое. Все трудились не покладая рук, обустраивая здание. Стали обновлять наглядную агитацию, всем распределили переделать планшеты, засиженные мухами и выгоревшие на солнце. По три плаката каждому сотруднику, не обошли и Кирюхина. Срок исполнения одна неделя. К концу срока обновлённые плакаты стояли в кабинете заместителя отдела. На планёрке объявили, что Кирюхин ничего не сделал. Седой полковник понял, что это ему не по силам, оставил ему один плакат «Облака». Покачал головой, вспомнил видимо слова из песни: «Горе, горькое по свету шлялося, и нечаянно к нам забрело». Олег Строганов поведал ему историю, как он считал деньги, при получении. Шеф выслушал его, то снимая, то одевая очки, но выводов не высказал. Прошло две недели, на очередной планёрке заместитель доложил, что все плакаты оформили, кроме плаката «Облака», который до сих пор не сделал Кирюхин. Плакат стоял у стола горе-специалиста, засиженный мухами, видимо мухи любили отдыхать там.
-В, чём дело Кирюхин, почему не оформили плакат, чем вы занимаетесь?
Он стоял и молчал, как партизан на допросе у врага. По принципу-молчанье золото.
-Да он контрольные решает студентам за деньги, отрапортовал капитан Строганов.
Шеф передал плакат другому исполнителю, все после возмущались. Только Кирюхин был не возмутим. Приказом Министра Обороны старшему лейтенанту Кирюхину присвоили очередное звание капитан, которое он естественно не обмыл, в коллективе от него все отвернулись, плевались при употреблении его фамилии. Авторитет Кирюхина таял, как весенний снег. Мне предоставили очередной отпуск, Кирюхин остался за меня. В аэрологической группе работали четыре женщины-служащие, специалисты высшей категории. Они обрабатывали радиозонды, при сопровождении локатором. Однажды утром обнаружили отсутствие связи локатора со зданием метеостанции. Кирюхин приступил к поиску поломки, нет бы проверить линию длиной сто пятьдесят метров, на которой был обрыв. Он начал копаться в усилителе. Распаял транзисторы в схеме, стал их проверять не имея понятия в этом. Обратно собрать схему не смог припаять по своим местам. Мне позвонили, просили прибыть на метеостанцию, так как из-за отсутствия связи сорвали запуск радиозонда. То, что я увидел без нецензурных слов невозможно объяснить. Вспомнил монолог Аркадия Райкина: «Такого специалиста надо дома привязать, привинтить, приварить к кровати, чтобы не дай Бог на работу не вышел. Ни один диверсант столько вреда причинить не сможет.».
С горем по палам собрал схему, один транзистор дефицитный позаимствовал у коллег, так как Кирюхин ему голову свернул. Больше его к аппаратуре не допускали. Женщины посылали его на три буквы, когда он пытался попасть в кабину локатора, во время сопровождения. Капитан Строганов высказал деловое предложение: «Может Кирюхину денежное довольствие домой носить раз в месяц, так будет лучше для всех». Долго Кирюхин изучал круг Петрянова по отработке шаропилотной оболочки. Женщины смеялись с него, как с шута. Пришло время показать свои способности на боевой работе, во время проведения испытания ядерного заряда в скважине на площадке «Балапан». Выехали на передвижной метеостанции.  Перед проведением опыта запускали шаропилотную оболочку, для определения скорости и направления ветра по высотам, чтобы самолёт выбрал курс. Сняли данные, теодолитом управлял опытный специалист прапорщик Степанов, Кирюхин только данные записывал. Пришло время отработать результат на круге. Капитан Кирюхин, как старший по званию не доверил опытному специалисту, ухватил круг, как дурак мыло.
-Товарищ капитан, давайте я быстро всё вычислю, уже вертолёт летит.
Шеф оценил обстановку, выхватил круг из рук Кирюхина, и буквально за пять минут отработал данные. А по громкой связи уже вызывали метеостанцию для доклада начальнику полигона на командном пункте. Шеф прибыл после доклада возбуждённый и сразу с претензиями к прапорщику Степанову.
-Не ожидал от Вас такую работу товарищ прапорщик.
-Товарищ полковник! Он мне не доверил круг, я же не буду с ним драться.
После проведения опыта, на другой день состоялось совещание, шеф высказал капитану Кирюхину обоснованные претензии, предложил подыскивать себе место или возвращаться в эскадрилью. В отсутствии Кирюхина обратился к коллективу метеостанции: «Прошу Вас не распространять слухи о положении дел в коллективе, но от горе-специалиста надо избавляться как можно скорее».
За это время капитан Кирюхин поступил заочно учиться в академию. Это большой плюс, для рекомендации в другое место.
В одном отделе появилась должность. Отдел серьёзный, занимались записью данных аппаратуры телеметрии. Руководил отделом опытный офицер подполковник Фадин. К нему и обратился капитан Кирюхин. Ошибка в их работе, в сталинские времена каралась расстрелом. К нам обратились с расспросами, кто такой Кирюхин. Шеф нахваливал со всех сторон, учиться в академии на это обратили внимание. Мы в один голос расхваливали Кирюхина. Офицер образцовый, не пьёт, не курит, хороший семьянин, спортсмен (в безветренную погоду уверенно стоит на лыжах, усидчив в гостях и в туалете). Достоин выдвижения на майорскую должность.
Чудо свершилось. Через месяц мы избавились от горе-специалиста. На его должность назначили прапорщика Степанова. На новом месте капитана Кирюхина усиленно стажировали в отделе телеметрии, но быстро поняли, что он из себя представляет. Сотрудники высказывали нам недовольство.
-Ну Вы идиоты подсунули нам академика, с одной извилиной от фуражки.
Однажды в пятницу, к концу работы, прапорщик Степанов принёс в группу для женщин шампанское, а мужикам посолидней напиток, чтобы обмыть должность. Быстро накрыли поляну, сдвинув два стола. Веселье набирало обороты. Метеостанция располагалась за территорией института, куда залетали только воробьи на крышу. Забыли закрыть на запор входную дверь, когда уходили женщины. Вдруг распахнулась дверь. На пороге стоял подполковник Фадин. Все затихли, воцарилась немая тишина, все сидели как околдованные. Он внимательно смотрел на всех, кое кто опустил глаза в пол.
-Ну, что празднуете победу, что сбагрили Кирюхина. Юрий Дмитриевич! Что я тебе сделал плохого, что ты подсунул нам этого шута. Он же бездарь из бездарей. В его голове только формулы. Твои козлы расхваливали его. Прошу Вас помочь теперь нам, выдвинуть его на повышение.
Вытащил из портфеля фляжку со спиртом. В этот зимний вечер, мы засиделись допоздна. Олег наяривал на баяне, пели песни, даже плясали. Начальники забыли обиды. Капитан Кирюхин сам определил свою судьбу, помогал коллеге  по академии, на очередной сессии, решать высшую математику, тот оценил это, после помог ему перевестись на должность подполковника под Ленинград. Фадин написал на него служебную характеристику, достойную для службы в дивизии Дзержинского. Никто не остался в накладе. Все вспоминали армейскую поговорку, актуальную во все времена: «Везёт в Армии дуракам и пьяницам», все хотят от них избавиться, поэтому выдвигают на вышестоящие должности. Уехал капитан Кирюхин за тридевять земель, о котором никто не сожалел, только иногда вспоминали, чтобы посмеяться.