Три кровавых Владимира в русской истории

Эта мысль может возникнуть у любого здравого человека, который не бегло, а основательно познакомится с историей нашей страны.
Первым правителем, благословившим геноцид русского народа, стал Владимир, который внедрил чуждую для славян христианскую религию. Его за этот «подвиг» назвали Владимиром Красное солнышко. По тому злу, что он принёс народу вместе с христианством, было бы правильнее его величать Чёрным Демоном.
Невольно возникает вопрос, откуда появился правитель, предавший религию предков?

Прадед князя Владимира был легендарным Рюриком, который вместе с братьями и дружиной периодически наведывался за данью к славянам из северных чужеземных краёв: «В год 859. Варяги из заморья взимали дань с чуди, и со словен, и с мери, и с кривичей. А хазары брали с поля, и с северян, и с вятичей по серебряной монете и по белке от дыма», - написал летописец и рассказал детективную историю возникновения земли Русской: «В год 862 изгнали варяг за море, и не дали им дани и начали сами собой владеть, и не было среди них правды, и встал род на род, и была у них усобица, и стали воевать друг с другом. И сказали себе: «Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву». И пошли за море к варягам, к руси. Те варяги назывались русью, как другие называются шведы, а иные норманны и англы, а еще иные готландцы, - вот так и эти. Сказали руси чудь, словене, кривичи и весь: «Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами». И избрались трое братьев со своими родам, и взяли с собой всю русь, и пришли, и сел старший, Рюрик, в Новгороде, а другой, Синеус, - на Белоозере, а третий, Трувор, - в Изборске. И от тех варягов прозвалась Русская земля».
Из летописи следует, что новгородцы избрали в князья тех варягов, которые их регулярно грабили. Через два года Синеус и Трувор внезапно умерли, и Рюрик стал единственным правителем во вновь созданном государстве.
Летописец продолжает: «И было у него /Рюрика/ два мужа, не родственники его, но бояре, и отпросились они в Царьгород со своим родом. И отправились по Днепру, и когда плыли мимо, то увидели на горе небольшой город. И спросили: «Чей это городок?». Те же ответили: «Были три брата — Кий, Щек и Хорив, которые построили городок этот и сгинули, а мы тут сидим, их потомки, и платим дань хазарам. Аскольд же и Дир остались в этом городе, собрали у себя много варягов и стали владеть землею полян».
Известный историк В.О. Ключевский сомневается в факте приглашения рюриков на правление. В своей работе «Курс русской истории, Лекция IX» он сообщает: «в том же летописном своде записано, что через два года по призвании новгородцы «оскорбились, говоря: быть нам рабами и много зла потерпеть от Рюрика и земляков его». Составился даже какой-то заговор: Рюрик убил вождя крамолы, «храброго Вадима», и перебил многих новгородцев, его соумышленников. Чрез несколько лет ещё множество новгородских мужей бежало от Рюрика в Киев к Аскольду. Все эти черты говорят не о благодушном приглашении чужаков властвовать над безнарядными туземцами, а скорее о военном найме. Очевидно, заморские князья с дружиною призваны были новгородцами и союзными с ними племенами для защиты страны от каких-то внешних врагов и получали определённый корм за свои сторожевые услуги. Но наёмные охранители, по-видимому, желали кормиться слишком сытно. Тогда поднялся ропот среди плательщиков корма, подавленный вооружённой рукою. Почувствовав свою силу, наёмники превратились во властителей, а своё наёмное жалованье превратили в обязательную дань с возвышением оклада. Вот простой прозаический факт, по-видимому, скрывающийся в поэтической легенде о призвании князей: область вольного Новгорода стала варяжским княжеством».

Рассуждения Ключевского не лишены смысла. Какой же народ пожелает, чтобы им управлял чужеземец? Вообразить такое невозможно, а вот написать так, как это сделал с особым умыслом летописец, реально. О том же говорится в «Велесовой книге»: «Отвадьте Рюрика от земель наших, гоните его назад – туда, откуда пришёл», - призывали жрецы население.
Но рюрики крепко обосновались на земле славян. Умирая, Рюрик передал бразды правления своему родичу Олегу, прозванному Вещим, и «отдал ему на руки сына Игоря, ибо тот был еще очень мал». Олег тоже оказался предприимчивым правителем, сразу присоединив Смоленск и Любеч к своим владениям. Далее летописец сообщает, что Олег с Игорем на руках пришёл к Киеву, хитростью выманил из города княживших там Аскольда и Дира, убил их, взял власть в Киеве, объявив его главным городом на Руси. «Тот Олег начал ставить города и установил дани словенам, и кривичам, и мери, и установил варягам давать дань от Новгорода по 300 гривен ежегодно ради сохранения мира, что и давалось варягам до самой смерти Ярослава».
Как видим, не забыл князь своих родичей-варяг. Понимал, что им тоже хорошо кушать хочется.

Смерть Олега оказалась загадочной, якобы от любимого коня, о чём нам поведал А.С. Пушкин в своём стихотворении «Песнь о вещем Олеге». Князь Игорь продолжил дело, начатое предшественниками: воинские сражения, обложение податями побеждённых народов. За свою жадность князь и пострадал. Об этом рассказывается в летописи: «И отпустил дружину свою домой, а сам с малой частью дружины вернулся, желая большего богатства. Древляне же, услышав, что идет снова, держали совет с князем своим Малом: «Если повадится волк к овцам, то вынесет все стадо, пока не убьют его; так и этот: если не убьем его, то всех нас погубит». И послали к нему, говоря: «Зачем идешь опять? Забрал уже всю дань». И не послушал их Игорь; и древляне, выйдя из города Искоростеня, убили Игоря и дружинников его, так как было их мало. И погребен был Игорь, и есть могила его у Искоростеня в Деревской земле и до сего времени».

Жена Игоря княгиня Ольга жестоко расправилась со строптивым народом: «раздав воинам - кому по голубю, кому по воробью, приказала привязывать каждому голубю и воробью трут, завертывая его в небольшие платочки и прикрепляя ниткой к каждому. И, когда стало смеркаться, приказала Ольга своим воинам пустить голубей и воробьев. Голуби же и воробьи полетели в свои гнезда: голуби в голубятни, а воробьи под стрехи, и так загорелись - где голубятни, где клети, где сараи и сеновалы, и не было двора, где бы не горело, и нельзя было гасить, так как сразу загорелись все дворы. И побежали люди из города, и приказала Ольга воинам своим хватать их. А как взяла город и сожгла его, городских же старейшин забрала в плен, а прочих людей убила, а иных отдала в рабство мужам своим, а остальных оставила платить дань», - повествует летопись.
Княгиня Ольга долгие годы оставалась единоличной правительницей на Руси, так как её сын Святослав Игоревич постоянно участвовал в военных походах.
Вернёмся к Владимиру. Он был внебрачным сыном Святослава и ключницы еврейки Малуши. Отец не обделил никого из сыновей. Новгород достался Владимиру, Киев –Ярополку, а Древлянская земля – Олегу. Через три года после смерти отца Великие князья начали междоусобные войны. В конечном итоге, Ярополк убил Олега, а Владимир разделался с Ярополком, взяв в жёны его беременную вдову, и в 980 году занял престольное место в Киеве. Историк Н. М. Карамзин отмечает: «Умелый правитель Владимир вёл разгульный образ жизни. Всякая прелестная жена и девица страшилась его любострастного взора».
Исторические документы подтверждают такую характеристику. Приглянулась князю Рогнеда, княжна Полоцкая. Но не согласилась девушка выйти замуж за сына рабыни, и тогда рассвирепевший Владимир захватил Полоцк, убил родителей княжны, а её взял в жёны. Летописец продолжает: «Был же Владимир побежден похотью, и были у него жены: Рогнеда, которую поселил на Лыбеди, где ныне находится сельцо Предславино, от нее имел он четырех сыновей: Изяслава, Мстислава, Ярослава, Всеволода, и двух дочерей; от гречанки /вдовы Ярополка/, имел он Святополка, от чехини - Вышеслава, а еще от одной жены - Святослава и Мстислава, а от болгарыни - Бориса и Глеба, а наложниц было у него 300 в Вышгороде, 300 в Белгороде и 200 на Берестове, в сельце, которое называют сейчас Берестовое. И был он ненасытен в блуде, приводя к себе замужних женщин и растляя девиц. Был он такой же женолюбец, как и Соломон, ибо говорят, что у Соломона было 700 жен и 300 наложниц. Мудр он был, а, в конце концов, погиб, Этот же был невежда, а под конец обрел себе вечное спасение!»
Не успел Владимир догнать Соломона по количеству женщин, обращение в христианство остановило подвиги сластолюбца.

Существует много версий о принятии христианства Владимиром. Летопись рассказывает о сомнениях князя в выборе религии в качестве государственной. Великий князь понимал, что для укрепления своей власти надо объединить языческие верования разных племён единой верой. Вначале он организовал в Киеве святилище для богов восточных славян. Но желание взять в жёны византийскую принцессу Анну подтолкнуло Владимира принять христианское крещение, что он впоследствии и сделал. Возможно, были и другие причины для такого судьбоносного поступка. Это налаживание политических и экономических отношений с Византией, да и само христианство в качестве государственной религии, по всей вероятности, устраивало Владимира, как когда-то римского императора Константина. Какому правителю не понравятся слова священного писания о повиновении и терпении народа по отношению к власти?
Летописец с восторгом рассказывает, как проводил князь Владимир обряд крещения в Киеве, предварительно отдав Корсунь (Херсон) грекам в качестве выкупа за свою новую жену, царицу Анну.
«И когда пришел, повелел опрокинуть идолы - одних изрубить, а других сжечь. Перуна же приказал привязать к хвосту коня и волочить его с горы по Боричеву взвозу к Ручью и приставил 12 мужей колотить его палками. Делалось это не потому, что дерево что-нибудь чувствует, но для поругания беса, который обманывал людей в этом образе, - чтобы принял он возмездие от людей. «Велик ты, Господи, и чудны дела твои!». Вчера еще был чтим людьми, а сегодня поругаем. Когда влекли Перуна по Ручью к Днепру, оплакивали его неверные, так как не приняли еще они святого крещения. И, притащив, кинули его в Днепр. Затем послал Владимир по всему городу сказать: «Если не придет кто завтра на реку - будь то богатый, или бедный, или нищий, или раб, - будет мне врагом».
Как можно было не подчиниться князю после такого воззвания. Летописец продолжает: «На следующий же день вышел Владимир с попами царицыными и корсунскими на Днепр, и сошлось там людей без числа. Вошли в воду и стояли там одни до шеи, другие по грудь, молодые же у берега по грудь, некоторые держали младенцев, а уже взрослые бродили, попы же, стоя, совершали молитвы по слову апостола: «Где умножится грех, там преизобилует благодать».
Весьма обнадёживающая молитва для грешников.

«Крестились если не по собственной воле, то из страха перед приказавшим», - свидетельствовал митрополит Илларион. Не везде крещение проходило так гладко, как описано летописцем в Киеве. В Якимовской летописи рассказывается, что новгородское население крестили силой. После тех кровавых событий появилась в народе поговорка: «Путята (тысячный Владимира) крестил мечом, а Добрыня огнём».

Якобы благодать пала на князя Владимира после крещения. Он отпустил своих прежних жён, выделив им поместья. После смерти Анны в 1007 году князь взял в жёны немку, внучку Оттона I Великого. Видимо, сработал зов крови предков.
В летописи отмечается, что строительство церковных храмов и раздача милостыни стали любимыми занятиями Владимира, за что князь был причислен в 13 веке к лику святых Православной Церковью.

Не всё благополучно складывалось у князя со своими родными детьми. Шлейф прежних грехов рюриковичей следовал за их потомками.
Деяния крещёных сыновей князя напоминают современный триллер.
Князь Владимир намеривался завещать власть любимому сыну Борису, которому уже доверил командование дружиной. Двое старших сыновей Святополк Туровский и Ярослав Новгородский восстали против своего отца. Князь Владимир, заточив под стражу Святополка, готовился к войне с Ярославом, но внезапно заболел и скончался. Святополк, недолго размышляя, отправил к брату вышегородских мужей боярских, приказав им: «Не говоря никому, ступайте и убейте брата моего Бориса». Бояре оправдали доверие Святополка и расправились с Борисом «и проткнули его копьями». Глеба ждала та же участь «и был он брошен на берегу между двумя колодами, затем же, взяв его, увезли и положили его рядом с братом его Борисом в церкви святого Василия». Летописец продолжает мрачное повествование: «Святополк же окаянный и злой убил Святослава, послав к нему к горе Угорской, когда тот бежал в Угры. И стал Святополк думать: «Перебью всех своих братьев и стану один владеть Русскою землею».

Тем временем Ярослав развлекался в Новгороде: «было у него множество варягов, и творили они насилие новгородцам и женам их». Новгородцы восстали, перебили варягов, за что и были наказаны рассерженным князем. Но получив печальные известия о смерти отца и братьев, Ярослав пошёл на примирение с новгородцами. «На другой день, собрав остаток новгородцев, сказал Ярослав: «О, милая моя дружина, которую я вчера перебил, а сегодня она оказалась нужна». Утер слезы и обратился к ним на вече: «Отец мой умер, а Святополк сидит в Киеве и убивает братьев своих». И сказали новгородцы: «Хотя, князь, и иссечены братья наши, - можем за тебя бороться!». И собрал Ярослав тысячу варягов, а других воинов 40000, и пошел на Святополка», - сообщается в летописи.

«Борьба между братьями с переменным успехом продолжалась в течение нескольких лет. В 1026 году Ярослав собрал воинов многих, и пришел в Киев, и заключил мир с братом своим Мстиславом у Городца. И разделили по Днепру Русскую землю: Ярослав взял эту сторону, а Мстислав ту. И начали жить мирно и в братолюбии, и затихли усобица и мятеж, и была тишина великая в стране», - с радостью сообщил летописец.

Но как он ошибался. Много кровавых междоусобных войн было впереди у потомков Святого Владимира. Судьба не пощадила рюриковичей. Правление этой династии закончилось убийством Иваном Грозным единородного сына Ивана и недолгим царствованием его младшего сына «блаженного» царя Фёдора Ивановича. По отзыву англичанина Д. Флетчера, новый царь был «росту малого, приземист и толстоват, телосложения слабого и склонен к водянке; нос у него ястребиный, поступь нетвердая от некоторой расслабленности в членах; он тяжел и недеятелен, но всегда улыбается, так что почти смеётся... Он прост и слабоумен, но весьма любезен и хорош в обращении, тих, милостив, не имеет склонности к войне, мало способен к делам политическим и до крайности суеверен». Последний царь из рода Рюриковичей умер в 1598 году.

ПРОДОЛЖЕНИЕ:
Владимир Ленин в судьбе России:
http://proza.ru/2015/11/12/573

Владимир Путин не забегает вперёд:
http://proza.ru/2022/10/30/667