Потоп в тридесятом

Четвертый день в тридесятом лил дождь. Русалки тщетно пытались прикрыть свои нежные тела поникшими дубовыми листами, но мужественно не уходили с ветвей в гнёзда. Впрочем, тут, возможно, сказывалось влияние яростного кота Баюна, который, вздыбив, насколько это было можно, мокрую шерсть и разбрызгивая многочисленные капли во все стороны, восторженно орал:

— Вей, ветер, вей! Греми, гром, греми! Хлещи, ливень, хлещи! — любому искушенному посетителю Лукоморья, коим, собственно и являюсь я, было понятно, что сказочный кот зациклился на Шекспире, а точнее говоря, на «Короле Лире». Переорать его было совершенно невозможно, поэтому к стоявшей неподалеку бабе яге, голова и тело которой были покрыты самым обыкновенным полиэтиленовым дождевиком, я обратилась шёпотом, надеясь, что хитрая старуха, как большинство хитрых старух, лучше всего слышит то, что говорят негромко и тайно.

— Что случилось? Почему дождь?

— Гостей принимают-с, — Яга скосила глаза в сторону Кощеева дворца и зачем-то шаркнула ногой. — Заодно немножко лечут-с...

— Водяной, что ли,  припожаловал?

— И-и-и...Если б водяной! То дело привычное.

— Китайский дракон — повелитель рек?

— Китайские драконы, — высокомерно поглядела на меня бабка, — по гостям не шастают. Оне дома сидят, в маджонг играют.

— А что ж тогда?

— Царь соседний дочь прислал. Несмеяну.

Я посмотрела — не шутит ли карга, но Яга не шутила.

— Она ревёт — и буря, стало быть, ревёт. Из неё вода потоком — и у нас, стало быть, потоки. У ей море слёз — и у нас наводнение скоро будет.

— Но ведь лечат?

— Лечут-с. Не знай только, вылечут ли...

— А ты что не помогаешь?

— Не зовут-с. А ежели б что, я б подсказала. Горечавкой тут надо действовать. Али почечуй травой. Но от почечуй-травы может открыться понос.

Взывавший в буре и молниям кот насторожил уши, повернулся к нам и погрозил длиннющим острющим ногтем:

— Еще навозу нам тут не хватало! — прошипел он с грозным выражением яростной морды.

— Так ить иногда пользительно, — попыталась оправдаться бабка, но, увидев оскаленную пасть Баюна, примирительно закивала головой,.— Ну, не нать, так не нать. Сами-с лечут-с, небось, сами-с вылечут-с.

Дождь, впрочем, не унимался, и я поспешила к себе домой, в уютную малогабаритную квартиру, где было сухо, тепло и пахло не мокрыми русалочьими хвостами, а свежевзрезанным арбузом.