Пандемия глава 10 Переписка

## Глава 8. Свод правил и бензоколонка
Пандемия стремительно набирала обороты. Планету захлестнула волна всеобщей, удушающей паники. Новости взрывались апокалиптическими заголовками, границы закрывались одна за другой, а воздух, казалось, был пропитан страхом и коллективным безумием. Мир рушился на глазах. В этот период массового психоза и зашкаливающего пика смертности Элен дважды в неделю хладнокровно собирала жесткую, сухую информацию об опасности вируса и веером отправляла её ближнему кругу. В этот закрытый чат она включила и Ива.
Так он и остался в этой семейной рассылке — безмолвным соглядатаем в чужом приватном мире, где все общались с Элен на «ты», с абсолютным, естественным сознанием её роли Королевы. Суровый чиновник, читал эти письма из своего кабинета, сгорая от тайной гордости и нарциссической ярости за то, что остаётся здесь лишь безымянным зрителем.
Всё изменилось в самом начале этого кошмара, когда жесткий карантин парализовал города. Поддавшись минутной панике перед лицом замершего мира, Элен отправила ему личное сообщение, начав с роковых слов: «Дорогой мой…».
Для Ива это стало тектоническим сдвигом. Человек без чувства юмора, выросший под ледяным прессом отца, воспринял эту ласку на фоне всеобщего хаоса со всей своей монументальной серьезностью.
Панцирь был пробит. Испугавшись собственной уязвимости и того, как стремительно его затягивает шлейф её духов «Опиум», Ив решил экстренно выставить забор. Попытался вернуть контроль.
Его официальный ответ пришел на рабочий имейл — тяжелый, кондовый, трусливо прикрытый параграфами должностных инструкций:

«...Что я хотел вчера наверное не очень удачно сказать, так это мое непонимание Вашего желания расширить область нашего общения за пределы моих профессиональных обязанностей. Я конечно безусловно вижу и знаю по Вашим рассказам, что у Вас очень интересный жизненный путь... Но надеюсь, что Вы меня поймете, если я скажу, что хотел бы знать об этом меньше...»

В конце письма он, однако, не забыл использовать власть как приманку, назначив ей личный визит на понедельник, 22 июня, для «определения даты выдачи разрешения». Нарцисс упрекал её в навязчивости, но судорожно пытался удержать её на расстоянии вытянутой руки.
Элен прочитала этот манифест параноидального контроля на ходу. Она уже была в Германии. Без интернета и мобильной связи жизнь казалась сказкой, но на первой же бензоколонке телефон поймал freewifi и взорвался уймой сообщений.
Её ответ, набранный на экране смартфона между заправкой бака и чашкой кофе, стал шедевром королевского щелчка по носу:

«Резюме Вашего сообщения: 1. Знать меньше обо мне. 2. Расширять общение. По первому вопросу: Ваша анкета с такими подробными вопросами... Вы знаете обо мне больше, чем кто-либо в Европе... Мне бы тоже хотелось, чтобы Вы знали обо мне меньше. По второму вопросу: Мы с Вами четыре месяца общаемся, были в контакте всю пандемию, пережили массовый психоз... Было бы хамством с моей стороны относиться к Вам как к рядовому чинуше. Я не знаю, когда вернусь в Люксембург. Огромное Спасибо!!! За заботу и Внимание! Вы Душка!»

Назвать Льва легкомысленным словом «Душка» — это была полная кастрация его номенклатурной важности. Элен плавно нажала на газ, оставив бензоколонку позади.

«Хотел бы он знать меньше... Не смешите мои тапочки, я вас умоляю», — подумала она, глядя на дорогу. Она прекрасно знала, что прямо сейчас, из своего кабинета, Ив круглосуточно мониторит её соцсети, контролирует каждый шаг через фейковые аккаунты и параноидально ищет любую прослушку. Он спрятался в блок, но его пружина желания сдалась до предела.